на главную

8 С ПОЛОВИНОЙ (1963)
8 1/2

8 С ПОЛОВИНОЙ (1963)
#10122

Рейтинг КП Рейтинг IMDb
 IMDb Top 250 #242 

ИНФОРМАЦИЯ О ФИЛЬМЕ

ПРИМЕЧАНИЯ
 
Жанр: Фэнтези
Продолжит.: 138 мин.
Производство: Италия | Франция
Режиссер: Federico Fellini
Продюсер: Angelo Rizzoli
Сценарий: Federico Fellini, Ennio Flaiano, Tullio Pinelli, Brunello Rondi
Оператор: Gianni Di Venanzo
Композитор: Nino Rota
Студия: Cineriz, Francinex

ПРИМЕЧАНИЯпять звуковых дорожек: 1-я - проф. закадровый многоголосый перевод (Film Prestige); 2-я - проф. закадровый многоголосый (ВидеоИмпульс); 3-я - проф. закадровый многоголосый (ОРТ); 4-я - проф. закадровый двухголосый; 5-я - оригинальная (It) [FLAC] + 2 варианта рус. субтитров (Film Prestige, ThePooh & Co) и англ.
 

В РОЛЯХ

ПАРАМЕТРЫ ВИДЕОФАЙЛА
 
Marcello Mastroianni ... Guido Anselmi
Claudia Cardinale ... Claudia
Anouk Aimee ... Luisa Anselmi
Sandra Milo ... Carla
Rossella Falk ... Rossella
Barbara Steele ... Gloria Morin
Madeleine Lebeau ... Madeleine, l'attrice francese
Caterina Boratto ... La signora misteriosa
Eddra Gale ... La Saraghina
Guido Alberti ... Pace, il produttore
Mario Conocchia ... Conocchia, il direttore di produzione
Bruno Agostini ... Bruno - il secundo segretario di produzione
Cesarino Miceli Picardi ... Cesarino, l'ispettore di produzione
Jean Rougeul ... Carini, il critico cinematografico
Mario Pisu ... Mario Mezzabotta
Nino Rota
Maria Wertmuller

ПАРАМЕТРЫ частей: 1 размер: 5352 mb
носитель: HDD1
видео: 1280x720 AVC (MKV) 4416 kbps 23.976 fps
аудио: AC3 192 kbps
язык: Ru, It
субтитры: Ru, En
 

ОБЗОР «8 С ПОЛОВИНОЙ» (1963)

ОПИСАНИЕ ПРЕМИИ ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ СЮЖЕТ РЕЦЕНЗИИ ОТЗЫВЫ

"8 с половиной" ("Восемь с половиной", "8 1/2"). Всемирно известный кинорежиссер Гвидо, подписавший контракт на новую картину, никак не может начать съемки. Огромные фантастические декорации уже выстроены, группа ждет отмашки режиссера. Продюсер, актеры, агенты, журналисты - все следуют за Гвидо по пятам, а сам он пытается справиться с личным кризисом - разобраться со своими воспоминаниями, фантазиями, тревожными снами, любовницей и женой.

Фильм - парафраз виртуозности и поэтичности творческого процесса режиссера: кризис, поиск, каверзы воображения, тупики, интеллектуальный климат, неразрывный поток субъективного и объективного. И, конечно, обилие женщин, окружающих героя, его иллюзорный гарем, в котором все без исключения любят его, хотя идиллия перемежается с бунтом, который приходится подавлять.

Фильм Феллини является одним из самых новаторских кинопроизведений 60-х годов XX века. Автор картины снимает фильм о самом себе. Режиссер Гвидо (Мастроянни) делает попытку создать фильм о спасении после ядерной катастрофы, начинает актерские пробы, утверждает смету, но не посвящает никого в свой замысел... Зритель попадает в лабораторию режиссера, включается в его творческое поле, входит в бесконечную игру фантазий, где отображение действительности обозначает ее преображение.

Режиссер Гвидо Анселми собирается снимать свой очередной фильм о спасении человечества после ядерной катастрофы. Его последний фильм был успешен, и продюсер надеется, что новая картина принесет не меньше прибыли. Миллионы потрачены на декорации, выписано множество актеров, сценарист готов приступить к работе. Но Гвидо находится в творческом тупике и ищет источники вдохновения. Причины застоя в творчестве это разочарование жизнью и любовью. Продюсеры и киностудия требуют от режиссера начинать съемки, а в его сознании будущая картина никак не может сложиться в единое целое. Фильм - это смешение реальности и потока сознания Гвидо: его детских воспоминаний, сюрреалистических видений и озарений, в которых он ищет вдохновения.

Воплощение на экране видений, снов и желаний великого фантазера Федерико Феллини (1920-1993). Его мечты реализуют красавицы, способные и в одиночку подарить счастье любому мужчине: Анук Эме (род. в 1932), Клаудия Кардинале (род. в 1938) и королева итальянского хоррора Барбара Стил (род. в 1937). Alter ego Феллини, режиссера Гвидо, творца в колпаке шута, с хлыстом и волшебной палочкой в руках, сыграл Марчелло Мастроянни (1924-1996) - лучший антигерой и антилюбовник итальянского кино. Гвидо находится на пороге "кризиса среднего возраста", его одолевают тоска, беспокойство, сомнения в своих силах... Идеальный образец "кино о кино", шедевр, который невозможно пересказать - но смотреть можно бесконечно!

ПРЕМИИ И НАГРАДЫ

ОСКАР, 1964
Победитель: Лучшая работа костюмера (ч/б фильмы) (Пьеро Герарди), Лучший фильм на иностранном языке (Италия).
Номинации: Лучший режиссер (Федерико Феллини), Лучший оригинальный сценарий (Эннио Флайано, Федерико Феллини, Туллио Пинелли, Брунелло Ронди), Лучшая работа художника (ч/б фильмы) (Пьеро Герарди).
БРИТАНСКАЯ АКАДЕМИЯ, 1964
Номинация: Лучший фильм.
МОСКОВСКИЙ МКФ, 1963
Победитель: Главный приз.
ИТАЛЬЯНСКИЙ СИНДИКАТ КИНОЖУРНАЛИСТОВ, 1964
Победитель: Лучший оригинальный сюжет (Федерико Феллини, Эннио Флайано), Лучший сценарий (Эннио Флайано, Федерико Феллини, Туллио Пинелли, Брунелло Ронди), Лучший режиссер (Федерико Феллини), Лучший продюсер (Анжело Риццоли), Лучшая музыку к фильму (Нино Рота), Лучший оператор (ч/б фильмы) (Джанни Ди Венанцо), Лучшая актриса второго плана (Сандра Мило).
БОДИЛЬ, 1964
Победитель: Лучший европейский фильм.
КИНЕМА ДЗЮНПО, 1966
Победитель: Лучший иностранный фильм, Лучший зарубежный режиссер (Федерико Феллини).
ГИЛЬДИЯ РЕЖИССЕРОВ США, 1964
Победитель: Приз за выдающиеся достижения в режиссуре (Федерико Феллини).
ОБЩЕСТВО НЬЮ-ЙОРКСКИХ КИНОКРИТИКОВ, 1963
Победитель: Лучший иностранный фильм (Италия).
ВСЕГО 18 НАГРАД И 8 НОМИНАЦИЙ.

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ

Оригинальное название «8 1/2» объясняется довольно просто - это восьмой с половиной фильм Федерико Феллини. Ранее он снял шесть полнометражных и две короткометражных (которые посчитал за одну) ленты, а также «Огни варьете», созданные в сотворчестве с Альберто Латтуадой (та самая искомая «половинка»).
Феллини подумывал отдать главную роль Лоуренсу Оливье.
Съемочный период: 9 мая - 14 октября 1962.
Режиссер постоянно давал самому себе письменное напоминание - «Опомнись, это комедия».
Финальная сцена, когда герои фильма проходят с оркестром мимо режиссёра под знаменитую музыку Нино Рота, — одна из самых цитируемых сцен мирового кинематографа.
Премьера: 13 февраля 1963 (Рим).
Слоган - «A picture that goes beyond what men think about - because no man ever thought about it in quite this way!».
Музыка Нино Рота (1911-1979) стала класикой вместе с фильмом. В фильме также использована музыка Вагнера, Чайковского, Россини.
Благодаря участию фильма на международном кинофестивале в Москве супруги Феллини в первый и последний раз посетили Советский Союз.
Так как «8 1/2» произвел заметное влияние на кинематограф конца XX начала XXI века, было снято множество картин по мотивам или под впечатлением от этого фильма: Мики Уан (Mickey One) (Артур Пенн, 1965); Алекс в стране чудес (Пол Мазурски, 1970); Предостережение от святой проститутки (Райнер Вернер Фассбиндер, 1971); Американская ночь (Франсуа Трюффо, 1973); Весь этот джаз (Боб Фосс, 1979); Воспоминания о «Звездной пыли» (Stardust Memories) (Вуди Аллен, 1980); Сладкие сны (Нанни Моретти, 1981); Парад Планет (Вадим Абдрашитов, 1984); La Pelicula del rey (Карлос Сорин, 1986); Жизнь в забвении (Том ДиЧилло, 1995); Восемь с половиной женщин (Питер Гринуэй, 1999); 8 1/2 $ (Григорий Константинопольский, 1999); Девять - мюзикл 1982 года, переснятый в 2003 году, а также музыкальный фильм «Девять» 2009 года, снятый Робом Маршаллом; Такешиз (Такэси Китано, 2005); Меня там нет (Тодд Хейнс, 2007)
Глеб Давыдов. «Федерико Феллини - процесс создания фильма "8 1/2"» - http://peremeny.ru/blog/3869.
Ольга Суркова. «Андрей Тарковский о мастере парадоксов Федерико Феллини» - http://peoples.ru/art/cinema/producer/fellini/history.html.

На III МКФ в Москве этот фильм получил Большой приз, что вызвало резкое неудовольствие парт- и госчиновников, и вопреки регламенту фильм не был приобретен, а наши зрители - те, кто дожили, увидели его только через четверть века. Фильм великий: Феллини, рассказывая о муках творчества героя картины - кинорежиссера Гвидо, смог с помощью экранных средств показать процесс мышления. Такое новаторское, талантливое произведение невозможно пересказать - его надо смотреть. И не один раз! (Иванов М.)

Фильм «8 1/2» критики по праву относят к классике мирового кинематографа и одной из вершин творчества Феллини. Художник попытался перенести на экран внутренний мир, свою «лабораторию», те тонкие импульсы, которые влияют на создание картины. Язык монтажных сопоставлений Феллини стал новаторским приемом который был впоследствии развит Тарковским и Микеланджело Антониони. Феллини создал шедевр из, казалось бы, бессвязного набора бессодержательных сцен теми же средствами, что и Пикассо в «Мистерии Пикассо» (1956): обе работы показывают художника в момент творения, в обоих случаях результат нематериален и, по сути, не так существенен, как взгляд на сам творческий процесс. Как писал режиссер Иван Дыховичный: «8 1/2» - картина, которую можно посмотреть тысячу раз, и на каждом просмотре открывать в ней для себя что-то новое. Она всегда попадет в ваше настроение. Думаю, что другого такого антиклерикального кино у Феллини нет. Сам я не большой поклонник этого режиссера, но могу сказать, что этот его фильм удивительный и удивительно тонкий. Фильм также невозможно отделить от музыки Нино Рота, которая придает картине особый оттенок. Известно что на похоронах Феллини обряд мессы иногда прерывался музыкой бессмертного марша клоунов из финальной сцены фильма. Также в фильме звучат отрывки из классических произведений. В этой картине Феллини использует излюбленный прием Годара: наносит свирепый удар по киноиндустрии, источнику собственного успеха.

Сейчас по прошествии многих и многих лет, когда недоумение по поводу «8 1/2», неспособность понять замысел Феллини как-то улеглись и уже не вызывают ни вопросов, ни отторжения, можно сказать, что и «Сладкая жизнь», и «8 1/2» - полнометражные ленты великого режиссера, снятые одна за другой, образуют своеобразную дилогию. Дилогию, принципиально противоположную по исходным задачам. Один герой - репортер Марчелло - является фигурой экстраверта, обращенной во вне, к внешним слоям жизни. Тогда как Гвидо Ансельми - герой «8 1/2» - типичный интраверт, обращенный в себя, в закономерность существования разных слоев действительности, будь то фантазия, будь то воспоминания, будь то отрывочные образы реальности. К тому же не нужно забывать, что и ту, и другую роль Феллини поручает своему любимому - актеру Марчелло Мастроянни, и тот создает диаметрально противоположные образы в соответствии с замыслом великого режиссера. «8 1/2» приходится на середину творческого пути Федерико Феллини, на середину его земного пути, и остается и по сей день не превзойденным им же самим произведением. Произведением кинематографа, которое породило столько подражаний и оставило по себе стольких эпигонов, и, тем не менее, его ценность и его значимость до сих пор не потускнела. (Валерий Босенко)

«Ложь развивает воображение. Если вы говорите правду, вы потом должны на ней стоять и, значит, никуда не двигаться. В творческом смысле, правда - это тупик.» - Федерико Феллини. В 1963 году главный приз Московского международного кинофестиваля присудили картине Федерико Феллини "8 1/2" с формулировкой: "за выдающуюся творческую режиссерскую работу, в которой он отражает внутреннюю борьбу художника в поисках правды". Но на вручение приза маэстро не явился. Говорят, когда Феллини узнал, что Хрущев уснул на премьере фильма, он уехал с Джульеттой Мазиной и друзьями на дачу. Героя этого легендарного фильма, Гвидо, известный и модный режиссер, тщетно борется с рутиной реальности, ища в ней гармонию и красоту для своего нового фильма. А фильм никак не получается - как долго не получались "8 1/2" у самого Феллини. Загадочное название ленты обозначает ее порядковый номер в списке феллиниевских работ: он уже снял 6 полнометражный работ, 2 короткометражные ленты и «полфильма» (совместная работа с режиссером Альберто Латтуада «Огни варьете»). Режиссер не знает, как приступить к съемке нового проекта, в то время как гигантский плотоядный механизм кинопроизводства уже запущен, и за Гвидо уже охотятся продюсеры, актеры и кинокритики, желающие принять самое деятельное участие в съемках. Но мир прекрасен именно в своем несовершенстве! А жизнь разрешает любые противоречия непревзойденным чудом своего существования. Вечные желания и стремления людей стирают границы между действительностью, съемками фильма и самим фильмом. В финале с недостроенной, необжитой декорации сходят персонажи будущего фильма Гвидо Ансельми. Звучит музыка Нино Роты; откуда ни возьмись, появляются клоуны, и все вымышленные и реальные люди объединяются в хороводе, в котором заключены смысл жизни и творчества, их непостижимая тайна. И Феллини, и его протагонист Гвидо уже и не пытаются разгадать эту тайну, как и маленький мальчик из финала, замыкающий карнавальное шествие. Он только гасит свет на экране, давая понять, что жизнь скоро предложит новое чудо… Кадр из филма "8 1/2" Гвидо Ансельми сыграл Марчелло Мастроянни, прославившийся благодаря роли журналиста Рубини в "Сладкой жизни". Он стал любимым актером Феллини, которому режиссер доверял самые сокровенные мысли. "8 1/2" вызвал к жизни такие шедевры исповедальности мирового кино, как "Смерть в Венеции" (1971) Лукино Висконти, "Зеркало" (1974) Андрея Тарковского, "In vino veritas!" (2000) Отара Иоселиани, и многие другие. Вполне возможно, что и весь кинематограф делится на фильмы, снятые до "8 ?" и после него. (Александр Дерябин)

Феллини так говорит о своем фильме: "Я хотел создать фильм, который должен был бы явиться портретом человеческого существа во многих измерениях, то есть постараться показать человека во всей его совокупности - показать всю вселенную, которую представляет собой человек. Поэтому я задумал поставить фильм, в котором рассказывалось бы о человеке в различных планах, то есть в плане его физической жизни, в плане его чувств, а также в плане его мечтаний, его воспоминаний, воображения, предчувствий, рассказать об этом так, чтобы из хаотического, противоречивого, путаного общего возникало бы человеческое существо во всей своей сложности". Во время съемок режиссер прикреплял на видоискатель камеры записку самому себе с надписью: «Помни! Ты снимаешь комедию!». Рабочим названием картины было "La Bella Confusione", «Прекрасный хаос». Изобразительно-монтажные эксперименты Феллини в фильме «8 1/2» стали крупнейшеим открытием в киноязыке нового времени. Общепринятым методом экранного совмещения «реальных» событий с элементами внутреннего мира человека (воспоминаниями, сновидениями, желаниями) до сих пор являлось использование всевозможных стилистических эффектов, подчеркивающих этот контраст: наплывы, съемки через создающие эффект тумана светофильтры, искаженные пропорции и прочие. «Картинка» сама за себя говорила зрителю, где есть реальность, а где фантазия. У Феллини же эти два мира никак не выделяемы ни драматургически, ни с помощью каких-либо условных экранных приемов. Эта техника, получившая в киноведении название «поток сознания», была предсказана Сергеем Эйзенштейном в начале 1930 и частично разработана Ингмаром Бергманом в фильме «Земляничная поляна» (Smultronstallet, 1957) (а впоследствии доведена им же до логического итога в картине «Персона» (Persona, 1966)). Разнообразие возможностей применения техники потока сознания в кино продемонстрировало, что киноязык по своей широте и гибкости не уступает языку словесному: до тех пор такими способностями в показе внутреннего мира человека обладала только литература. Тематически картина посвящена режиссеру, который, как сформулировал сам Феллини, «задумал поставить фильм, а какой - позабыл», и эта внутренняя сумятица и опустошенность главного героя как раз и дает повод проникнуть в душу современного человека и раскрыть, помимо проблем психологии творчества, состояние его сознания и подсознания. («Кругосвет»)

Величайший триумф Московского кинофестиваля едва не стал величайшим его провалом. В 1963 году главный приз III Международного московского инофестиваля достался картине Федерико Феллини "8 1/2". Мало кто знает, что в качестве основного конкурента феллиниевского шедевра от Советского Союза был выставлен фильм режиссера Виктора Комиссаржевского "Знакомьтесь, Балуев!" - история о прокладке газопровода через непроходимые болота. После этого опыта 50-летний дебютант Комиссаржевский благоразумно решил больше не пробовать свои силы в кино. Его картина могла бы безвозвратно затеряться в архивной пыли, но по необъяснимым причинам выбор нового министра кинематографии пал именно на нее: "Балуев" открыл московский фестиваль 63-го года. 8 июля 1963 года газета "Вечерняя Москва" писала: "Флаги третьего международного фестиваля в Москве, открывшегося фильмом "Знакомьтесь, Балуев!", взвились под аккомпанемент радостного гимна советскому человеку, воспитанному и взращенному партией Ленина". Советская пропаганда набирала обороты, но даже инерции идеологической машины не хватило, чтобы сокрушить здравый смысл. Вскоре и партийным чиновникам стало ясно, что о "Балуеве" лучше забыть, как о страшном сне. Главный приз достался Феллини. Такое решение приняло жюри под председательством режиссера Григория Чухрая. Интервью у создателя "Баллады о солдате" и "Чистого неба" взял Алекесей Медведев. - Вы были председателем жюри на фестивале 1963 года. Каким был фестиваль в то время, каков был его статус? - Это был международный фестиваль очень высокого класса. После войны авторитет Советского Союза был чрезвычайно высок. В это время начался бум изучения русского языка во всем мире. Где бы ни появлялись русские, всегда на них смотрели с большим уважением. Это был третий фестиваль - у нас уже был кое-какой опыт в вопросах организации. Так получилось, что меня назначили председателем жюри Московского фестиваля, поскольку мои картины знали на Западе. На этот фестиваль приехали звезды первой величины - потом уже такого не было. Был весь цвет мирового кинематографа: Джина Лолобриджида, Элизабет Тэйлор, Ив Монтан и Симона Синьоре, Жан Марэ, Сатъяджит Рэй, классик неореализма Джузеппе де Сантис, Стэнли Крамер, Федерико Феллини - представлять этих людей нет необходимости. Феллини привез с собой фильм "8 1/2", оказав этим большую честь нашему фестивалю. - Какие советские картины были представлены в конкурсной программе? - С моей точки зрения, они были предельно плохими. В это время у нас сменился министр кинематографии - на это место пришел Алексей Владимирович Романов. Раньше он был посредственным журналистом, очень кондовым. Им решили заменить прежних министров-вольнодумцев. А он вольно не думал, он вообще никак не думал. Он в кинематографе понимал так же, как я в китайском языке. С нашей стороны Романов выставил на фестиваль картину "Знакомьтесь, Балуев!". Это была очень знаменательная картина. Я могу рассказать вам только начало, и вы сразу поймете, что это было такое. Речь в фильме шла о прокладке газопровода, а Балуев был начальником этого дела. Вот он уезжает в командировку. Жена собирает ему чемодан и спрашивает: "Скажи, ты мне когда-нибудь изменял?" Он говорит: "Да, три раза. Один раз с монтажницей, другой - со студенткой и третий - с кандидатом наук". Она расплывается в улыбке: "Значит, все это была я?" И он начинает ее целовать - сперва в губы, потом ниже, в грудь, потом камера останавливается, а он опускается все ниже, ниже, ниже. Наконец она говорит: "Не целуй мои туфли - они грязные". Очень романтическая сцена. - Как объяснить появление подобного фильма? Он снимался специально под фестиваль? - Нет, у нас так не было. У нас какие фильмы начальство считало хорошими, те и выставлялись на фестиваль. А у начальства был вкус такой же, как у Алексея Владимировича Романова - то есть никакого. Так вот, заместителем моим был назначен очень хороший советский критик Караганов. Посмотрев "Знакомьтесь, Балуев!", он сказал нашему министру кинематографии: "Этот фильм не получит никакой премии". "А что же нам делать? - заволновался Романов. - Мы должны обязательно получить приз". Ведь работа министра кинематографии оценивалась по количеству премий. Тогда Караганов посоветовал ему выбрать еще один советский фильм, и он выбрал "Порожний рейс". - Как реагировали зарубежные члены жюри на советские картины? - После показа "Порожнего рейса" ко мне прибежала переводчица Маша Марецкая, дочка нашей знаменитой актрисы Марецкой, и сказала, что итальянский критик Серджо Амедеи учинил большой скандал. Я прибежал в комнату жюри и слышу: "Дайте мне сейчас же билет, я уезжаю к чертовой матери с вашего фестиваля". "А что случилось?" "Вот вы показали "Порожний рейс". А я так чту советский кинематограф! И что же, я должен писать о нем правду? Лучше я ничего писать не буду, но и участвовать в вашей бодяге отказываюсь". Я говорю: "Серджо, тебе что, не нравится этот фильм?" Он в ответ: "Не нравится! А тебе нравится?" "Мне тоже не нравится". "Ах, вот оно что! - обрадовался Амедеи. - Тогда я остаюсь!" - Было ли давление на жюри со стороны советского руководства? - Во время фестиваля меня вызвали в ЦК и спросили: "Кому дашь главный приз?" Я говорю: "Федерико Феллини". "Что?!!" "Да, это лучший фильм на нынешнем фестивале". "А ты знаешь, что Никита Сергеевич уснул на этом фильме?!" Я говорю: "Никита Сергеевич - политический деятель, у него много работы, он утомился - вот и уснул. Но это не значит, что фильм плохой. Он все равно получит главную премию". "Тогда положишь партбилет на стол!" А я уже не раз клал партийный билет, и каждый раз мне его возвращали: Со мной беседовал некий Снастин - участник войны, но небольшой эрудит в искусстве. - Как же в итоге было принято решение о присуждении главной премии Феллини? - Приезжаем мы на заседание жюри. Товарищ Романов знал, что мы будем обсуждать "8 1/2" и устроил нам такой подарок: он собрал всех членов жюри из социалистических стран (а состав жюри делился поровну) и сказал им, что если они проголосуют за "8 1/2", то будут иметь большие неприятности у себя дома, так как он уже переговорил с министрами культуры их республик. И большинство членов жюри из социалистического лагеря выступили против фильма. Потом поднялся Жан Марэ, бывший членом жюри, и сказал: "Я буду голосовать за "8 1/2", потому что это лучший фильм фестиваля. Тут выступил югослав и заявил: "А это педерастический фильм!" Почему он так решил, объяснять он не стал и вряд ли бы смог. Вслед за ним выступил американский режиссер Стэнли Крамер: "Я не думаю, что "8 1/2" - лучший фильм Феллини, но на этом фестивале лучшего фильма нет, поэтому я буду голосовать за него. Я мужчина, каждый день бреюсь и каждый день смотрю на себя в зеркало. Так вот, чтобы мне не было неприятно смотреть в зеркало, я вам всем желаю больших успехов. До свидания. Я в этом фестивале и в этом жюри никогда не участвовал". И ушел. Вслед за ним выступил индийский режиссер Сатъяджит Рэй: "Я своего фильма никогда не привезу на московский фестиваль, потому что если он окажется лучше других, скажут, что он непонятен народу". А именно такой тезис выдвинул Караганов - поневоле, конечно, потому что человек он умный. Рэй тоже ушел, а вместе с ним - почти половина членов жюри. Я объявил перерыв на час, просил всех все равно прийти, а сам пошел к министру, который меня уже ждал. Прихожу к нему в номер, в гостиницу "Россия" и говорю: "Такие вот дела, большинство членов жюри покинуло фестиваль в знак несогласия с нападками на "8 1/2" "Ну и пусть они уходят, а мы все равно дадим нашему фильму!" Я попытался его вразумить: "Наш фильм не получит даже самой захудалой премии. Это очень плохой фильм" (В итоге "Порожний рейс" был удостоен второй премии ММКФ. - "Время МН"). "Вы так считаете?" "Да, я так считаю". "А кто вам дал право так считать?" Я говорю: "Просто моя профессия. Я ведь все-таки немножко снимаю кино и что-то в этом понимаю. А у вас какая профессия?" Он замолчал. Тут пришел искусствовед в штатском и сказал, что на московском телеграфе лежит пачка телеграмм о скандале на фестивале. Романов заволновался и стал звонить на дачи - советоваться с начальством. А начальство не подходило к телефону; дежурные говорят: "Он занят. Он отдыхает". Я посмотрел на часы и сказал: "Оставайтесь с Карагановым, а я пошел свои дела делать". Когда я шел в комнату жюри, ко мне подошла Симона Синьоре, моя добрая знакомая: "Гриша! Что такое? Говорят, "8 1/2" не дадут премию?!" Я успокоил ее. Смотрю на часы, через несколько минут пора начинать. Страны народной демократии в полном сборе, а иностранцев еще нет. Уходя на перерыв, я попросил мексиканца составить предложение, чтобы Феллини получил главную премию за вклад в мировое кино - в том числе и за "8 1/2", но не только за этот фильм. Ровно в десять появляется улыбающийся Стэнли Крамер, за ним - Жан Марэ: Все пришли. Что мне понравилось: мы тоже иногда протестовали, уходили с каких-то мероприятий, но когда возвращались, то с видом оскорбленного целомудрия. А они смеются, улыбаются, говорят, что за это предложение с удовольствием проголосуют. Проголосовали за пять минут. Прибегает Караганов, кричит: "Мы с Романовым составили предложение!" Я отвечаю: "У нас было свое предложение, решение уже принято". Дальше мы очень быстро распределили основные призы, и все остались довольны. - Как отреагировало партийное начальство на решение жюри? - Когда я вручал премию Федерико Феллини, он показал всем приз и сказал: "У меня 270 международных премий, но эта - самая дорогая для меня, потому что я получил ее в социалистической стране, в Советском Союзе". Я подумал: "Ну вот, теперь у наших политиков есть материал для пропагандистской компании". Но ничего подобного. Поскольку после вручения премий со мной начальство не разговаривало, чиновники проходили мимо меня, как мимо столба, даже не здороваясь, я решил: "Какого черта я буду здесь мозолить глаза!" - и уехал на Украину к родителям. Уже там я прочитал, что после фестиваля Романов собрал на пресс-конференцию журналистов, которые еще не успели разъехаться, и сказал: "Мы дали премию Федерико Феллини, но мы с ней не согласны, потому что это пессимистический фильм". По условиям фестиваля, мы должны были купить фильм, получивший первую премию, но так и не купили. - Вас не наказали за строптивость? - Через две недели я вернулся от родителей, пришел - по другим делам - к Романову. Он сказал: "Ну, ты и хлюст! Нагадил, а сам уехал, а меня вызывали на ковер в ЦК". "И что ж там было на ковре?" "Все требовали исключить тебя из партии". "А почему не исключили?" "Никита Сергеевич за тебя заступился, сказал, что Чухрай - хороший парень, только не обстрелянный". Для меня это было смешно - я на войне получил четыре ранения. - Что дальше случилось с Московским фестивалем? - Для нас третий фестиваль был самым почетным - его посетили первые лица мирового кино, а для нашего начальства это был провал. После этого Московский фестиваль пришел в упадок. Председатели жюри поневоле стали давать премии "на троих", чтобы никого не обидеть, и мировая общественность утратила всякий интерес к нашему фестивалю. К нам стали приезжать второстепенные люди, о которых никто не слыхал, да и по лицам было видно, что это не звезды. Продолжал бывать у нас разве что Стэнли Крамер. Как-то он предложил мне снимать совместный фильм об обороне Сталинграда - он знал, что я был ее участником. Но мне было неудобно с американцами снимать этот фильм, и я сказал, что уже заключил договор с директором Мосфильма Суриным, хотя никакого договора не было. Кстати, так мне и не дали снять фильм о Сталинграде. Приезжал еще де Сантис - он был большим моим другом и другом моей жены. Но того, что было в 1963 году, не повторялось уже никогда. ("Время MN")

Я сейчас не буду вам петь дифирамбы игре актеров, операторской работе, прекрасной музыке и прочему и прочему. В этом фильме все это присутствует и все это гениально. Без всех этих составляющих фильм не был бы таким великолепным. Но все это присутствует на том же уровне в сотнях других фильмов. Почему же тогда самый гениальный? Потому что фильм "8 1/2" действительно стирает грань между зрителем, съемочной группой и самим фильмом. Если мы начнем разбираться, о чем этот фильм, то заметим, что он о режиссере, который должен снять фильм, в котором режиссер должен снять фильм. И именно этот фильм мы и смотрим. Замкнутый круг! В какой-то момент ты перестаешь понимать, за чем же все таки ты наблюдаешь. Смотришь ли ты фильм или смотришь, как кто-то хочет снять фильм или смотришь на процесс съемки фильма. Это кино в кино о кино. Это произведение искусства о том, как человек хочет создать произведение искусства и не знает как, и в процессе поиска его и создает самим этим поиском. И все это одновременно. Затем ты начинаешь задумываться, а какую роль ты сам выполняешь во всем этом действе? И понимаешь, что самую непосредственную. Ты не просто подсматриваешь из-за угла. Нет, ты оказываешь влияние на творца, который мучается в творческом кризисе на экране и на того автора, что за кадром. Ты не знаешь, как ты это делаешь, но явно делаешь. Это трудно объяснить словами, это что-то метафизическое. Но ты понимаешь, что без тебя все это было бы абсолютно бессмысленно. Иногда я начинаю задумываться: а как же автор продумал все то, что наворотил? И я этого не понимаю. Я вижу, что у меня не то что замысел, но даже готовый результат не укладывается в голове! Я не понимаю, как он это сделал. Это за пределами моего понимания. А Феллини удалось придумать все это и представить, как это должно будет выглядеть на экране! Объяснить это съемочной группе и создать это чудо. Второго такого фильма не существует и никогда не появится. Именно в этом превосходство фильма. Именно это заставляет меня считать его самым гениальным в мире фильмом. (xodorovsky)

Прошло много времени до того, как был снят «Восемь с половиной», я имею ввиду прошло много времени от той точки, когда зародился обсуждаемый во всех плоскостях на этом сайте кинематограф. Неверняка каждый независимый режиссер когда-нибудь задумывается о своих жизненных поисках, своих скитаниях на творческом и жизненном путях, своей судьбе, о том, что он из себя представляет. И лучший способ донести до зрителей свою сущность, свои мысли, свои переживания - снять фильм о самом себе. Мне представляется, как же тяжело выразить себя через свое же собственное творчество, а ведь это прошли все режиссеры классики, которые-то и снимали только ради себя, так сказать, занимались искусством под названием кино. Так же как художники рисуют автопортрет, так и режиссер творит, пытаясь заставить сопереживать зрителя за судьбу главного героя, которым является он сам. Федерико Феллини - великий режиссер, прикрипление к нему статуса классика слишком заштампованно и стереотипно, поскольку его фильмы остаются актуальными до сих пор, среди таких его работ и «8 1/2». Марчелло Мастроянни, чья работа в фильме стала непревзойденным шедевром, играл самого Феллини его тоску, беспокойство, сомнения, постоянные поиски правды и ужас обыденности, «его ощущение кризиса жизни, пустой мишуры балагана и магию творческих преображений». Восемь и одна-вторая очень сюрреалистичен, таким образом Феллини хотел передать состояние своего внутренного мира с его соблазнами и интригами, в котором происходят борьба мастера с самим собой. Наиболее яркими представителями сюрреализма в кинематографе считаются Луис Бунюэль, Ян Шванкмайер и Дэвид Линч. Все творчество итальянского режиссера я бы не отнес к этому направлению, но это полотно я могу сюда отнести, думаю, те, кто смотрел этот фильм и знакомы с фильмографией вышеназванных режиссеров со мной согласятся. Так же хотелось бы отметить, что это самое чувство некой сюрреалистичности, нереальности, хаотичности происходящего увеличивает музыкальное сопровождение картины. Божественный Нино Рота… Этот композитор всегда знает, что от него необходимо, на что нужно акцентировать внимание зрителя и всегда, с помощью своего таланта, поддерживает атмосферность в визуальном ряде своим аудио рядом, в данном случае, подчеркивается депресивность и безысходность всего творящегося вокруг главного героя. Блестящая работа! Резюмируя все вышеобозначенное я хотел бы заверить, что этот фильм вы не должны пропускать, если вам выпадет шанс с ним ознакомится. Постяжение тайн кинематографа - это тяжелой, кропотливый труд, но если вы найдете то, что искали, то получите свою долю сатисфакции, лично я свою уже получил, и не раз, а еще столько впереди… целая жизнь. (SaW)

Мне всегда было страшно говорить и писать о Феллини. Страшно, потому что сам толком не понимал происходящее внутри меня, потому что не знал, что испытывают другие, потому что не догадывался, как отреагировал бы сам режиссер. Но сейчас я решился, пересмотрев первую картину, познакомившую меня с Федерико Феллини - человеком, чье имя говорит гораздо больше, чем все восхищенные возгласы, - «8 с половиной». Мне сложно уместить то колоссальное впечатление в несколько обыденных фраз, которое я получил от «8 с половиной». Здесь сюрреализм (до боли ассоциирующийся с ранним Линчем) сливается с простотой, тонкость человеческой мысли - с действенностью примитивности, откровенность - с вымыслом… К этому фильму нереально подобрать форму для выражений. К самой идее картины невозможно разыскать визуальную огранку. Но Феллини - легенда мирового кинематографа, - сумел воплотить и свои мысли, маленькие искорки, пронизывающие сознание, и чувства, букеты душераздирающих порывов, и идеи, гениальные зачатки будущих шедевров, в самом полном объеме. -Мне здесь не нравится. Это место далеко от реальности. -А я его просто обожаю… Наверное, что-то подобное ответил бы Феллини какому-нибудь удачливому варвару, сумевшему забраться в голову к режиссеру, признанному классиком еще при жизни. Понимая нереальность ситуации, Федерико отплатил созданием фильма, возможно, о себе самом, позволив каждому увидеть мир глазами своеобразного бога. И если случайный дикарь не получил бы ничего от увиденного, то зритель приобрел фантастическую возможность «пощупать» Феллини изнутри. И Федерико не оскорбился, даже наоборот, расставил удобные кресла, позвал аккомпанировать блистательного Нино Рота и пригласил прекрасных женщин - все для милого зрителя. И за это мы обязаны благодарить легенду. Я недаром написал, что «8 с половиной» - «возможно, о себе самом». Не уверен, что это подлинный Феллини и его мир. Если его Гвидо, в исполнении умопомрачительного Марчелло Мастроянни, - великий эгоист, то Федерико - «великий лжец». И только этот лжец умеет врать с виртуозностью дирижера симфонического оркестра. Лгать о себе с той долей правды и самоиронии, чтобы заставить зрителя сопереживать и понимать - вот Феллини в его лучшем проявлении. «Снимать фильмы из серии ярких эпизодов - возможно, это прекрасно для их правдивого реализма. Интересно только то, что этим пытаются сказать авторы?» - наверное, этот вопрос когда-то себе задал Федерико Феллини. Данными словами я обратился и к себе. И мне показалось, что в «новой иллюзии, новой лжи» режиссер, который всегда показывал больше, чем позволяли правила, при всей необычности «8 с половиной» оправдал самые простые каноны. Вот они: замешательство, поиск, раскаяние, замешанные на любви и самопожертвовании, - разве не древнейшие устои? Режиссер сначала пустил Гвидо по незаезженной дорожке эгоиста-неумехи, не видящего в себе наглости для решения проблем, а после вернул его на «путь истинный» с ярким осмыслением. Феллини не простил рамки, выраженные церковью, но помиловал правила, заложенные не государством или религией, а скорее внутренним древним чувством, сродним табу. В «8 с половиной» Федерико выразил и себя и свои ощущения, добавив особенную шершавость, способствующую размышлению зрителя. Я много думал о работах неповторимого Федерико Феллини, но так и не пришел к чему-то совершенному и оконченному. Единственное, что понял точно: «8 с половиной» - фильм вне времени, вне политики, вне критики и вне оценок… (Влюбленный в кино)

comments powered by Disqus