ОБЗОР «ВТОРОЙ РАЗ» (1966)
"Второй раз" ("Секунды", "Вторичные", "Вторые").
Члены тайной организации, фигурирующей под названием «Компания», предлагают главному герою Артуру Гамильтону покончить с обыденной и скучной жизнью и начать новую, подвергнувшись хирургической операции...
Герой фильма - пожилой бизнесмен, жизнь которого скучна и он, не находя точки опоры, лишь плывет по течению. После звонка своего, как он считал, покойного друга, герой посещает странную организацию, где ему предлагают переродиться. А это значит потерять все прежние связи, обязанности и получить шанс прожить свою жизнь так, как он всегда мечтал...
Существует одна тайная организация, которая предоставляет сильным мира сего шанс в прямом смысле этого слова начать новую жизнь. Для этого агентам организации требуется просто найти нужного человека по запросу клиента, после чего разум клиента с помощью особой методики пересаживается в это новое тело. Бизнес этот конечно же нелегален, но очень прибылен, ибо кто же откажется от возможности фактически обрести бессмертие..?
КАННСКИЙ КФ, 1966
Номинация: «Золотая пальмовая ветвь» (Джон Франкенхаймер).
ОСКАР, 1967
Номинация: Лучшая работа оператора (ч/б фильмы) (Джеймс Вонг Хау).
ПРЕМИЯ «БЭМБИ», 1967
Номинация: Лучший актер (3-е место) (Рок Хадсон).
Сценарий Льюиса Джона Карлино (1932-2020 https://en.wikipedia.org/wiki/Lewis_John_Carlino) основан на одноименном романе (1963 https://www.goodreads.com/book/show/877326.Seconds) Дэвида Эли (https://sf-encyclopedia.com/entry/ely_david).
Съемочный период: 14 июня - август 1965.
Бюджет: $2,000,500.
Место съемок: Нью-Йорк, Скарсдейл (Нью-Йорк); Малибу, Лос-Анджелес (Калифорния).
Сцены в доме героини Салом Дженс (https://en.wikipedia.org/wiki/Salome_Jens) снимали в особняке Джона Франкенхаймера (1930-2002 https://en.wikipedia.org/wiki/John_Frankenheimer) в Малибу.
Транспортные средства, показанные в картине - http://imcdb.org/movie_60955-Seconds.html.
Для эпизода с операцией снимали реальную ринопластику (хирургическая операция коррекции носа). После того как оператору Джеймсу Вонгу Хау (1899-1976 https://en.wikipedia.org/wiki/James_Wong_Howe) от увиденного стало плохо, досъемку производил сам режиссер.
По словам Франкенхаймера, идею задействовать двух актеров в ролях Артура Гамильтона и Тони Уилсона предложил Рок Хадсон (1925-1985 https://en.wikipedia.org/wiki/Rock_Hudson), так как в роли первого он будет смотреться неубедительно. Режиссер согласился и впоследствии не жалел об этом.
Хадсон был почти на 13 см выше Джона Рэндольфа (https://en.wikipedia.org/wiki/John_Randolph_(actor)). На экране это не заметно, благодаря выбору угла, с которого производилась съемка того или иного актера. Перед началом съемок Хадсон и Рэндольф много общались и проводили время вместе, что позволило Хадсону перенять некоторые манеры Рэндольфа.
Кадры фильма: https://www.blu-ray.com/Seconds/33857/#Screenshots, https://www.cinemagia.ro/filme/seconds-21120/imagini/, https://www.moviestillsdb.com/movies/seconds-i60955; кадры с актерами/персонажами - https://filmdope.com/Statics/F00016000/FilmCredit16807.html; откровенные кадры - http://ancensored.com/movies/Seconds.
Музыкальные композиции / песни, которые звучат в картине: «That Old Black Magic» (1942) [Harold Arlen, Johnny Mercer]; «Love Is Just around the Corner» (1934) [Lewis E. Gensler, Leo Robin].
Информация об альбомах с саундтреком: https://www.soundtrack.net/movie/seconds/, https://www.soundtrackcollector.com/catalog/soundtrackdetail.php?movieid=20716.
Текст фильма - https://cinematext.ru/movie/vtorye-seconds-1966/.
Премьера: 16 мая 1966 (Каннский кинофестиваль); 2 октября 1966 (США).
Слоганы: «Not for weak sisters! May not even be for strong stomachs!»; «What Are Seconds?... The Answer May Be Too Terrifying For Words!»; «Who are Seconds? The answer is almost too terrifying for words. From the bold, bizarre best-seller. The story of a man who buys for himself a totally new life. A man who lives the age-old dream - If only I could live my life all over again».
В прокатной версии были вырезаны кадры с обнаженной натурой на «празднике Бахуса».
Фильм провалился в прокате.
Обзор изданий картины: http://www.dvdbeaver.com/film4/blu-ray_reviews_59/seconds_blu-ray.htm, https://www.blu-ray.com/Seconds/33857/#Releases.
О фильме на Allmovie - https://www.allmovie.com/movie/v109252.
«Второй раз» в каталоге Американского института киноискусства - https://catalog.afi.com/Catalog/moviedetails/22848.
О картине на сайте Criterion Collection - https://www.criterion.com/films/28428-seconds.
В 2015 году лента внесена в Национальный реестр фильмов США.
«Второй раз» в престижных списках: «100 самых недооцененных фильмов» по версии Beyond the Canon (69-е место); «The 1001 Movies You Must See Before You Die» (449-е место); «500 лучших фильмов ужасов» по мнению пользователей сайта IMDb.
На Rotten Tomatoes у фильма рейтинг 79% на основе 61 рецензии (https://www.rottentomatoes.com/m/seconds).
На Metacritic «Второй раз» получил 71 балл из 100 на основе рецензий 17 критиков (https://www.metacritic.com/movie/seconds/).
Рецензии: https://www.mrqe.com/movie_reviews/seconds-m100012767, https://www.imdb.com/title/tt0062952/criticreviews/.
Картина спародирована в комедии «Я, Эрл и умирающая девушка» (2015 https://www.imdb.com/title/tt2582496/).
60-летний американский банкир, устав от монотонности жизни, соглашается подписать контракт с компанией, которая - благодаря, в том числе, пластической хирургии - предоставит ему новую молодость, новую личность, новую судьбу. Эксперимент проходит очень неудачно, и героя убивают те самые люди, что омолодили его. (Жак Лурселль)
Штаты. Пригородная скука обрабатывается самым оригинальным образом в этом гибриде научно-фантастического опуса, триллера, саспенса и параболы на некоторые аспекты жизни американского среднего класса. Мужчина средних лет потерял контакт со своей женой. Его единственная дочь вышла замуж и ушла. Даже работа, единственная вещь, удерживающая его в мире живых, кажется, опостылела. И тут раздается странный телефонный звонок от предположительно умершего друга, приглашающего его в странное место. Он оказывается в таинственном, огромном предприятии, хирургической корпорации с некоторыми беспокоящими деталями в виде комнаты, полной безжизненных людей. Ему сообщают, что хирургическим путем его снова могут сделать молодым и он сможет начать новую жизнь. Он решается и после операции и приходит в себя в виде Рока Хадсона. В этом есть некоторые интригующие аспекты для жаждущих юности и желающих начать новую жизнь. Многие об этом думают хотя бы про себя. Но тема Фауста здесь едва ли затрагивается, а старый галстук на герое, когда он выходит из здания, тоже о чем-то говорит. Фильм, снятый по роману Дэвида Эли, не получился триллером, научно-фантастическим фильмом или философской притчей, но кое-что в нем есть. Снята лента в черно-белом изображении. (Иванов М.)
Джона Франкенхаймера можно назвать флагманом целого поколения американских режиссеров, чья основная часть творчества приходится на 60-е годы. (Ральф Нельсон, Роберт Маллиган, Франклин Дж. Шаффнер и пр.). Большинство из них много работали на телевидении. К ним также можно отнести Алана Дж. Пакулу, хотя он и появился несколько позже. Всех их объединяло стремление порвать с традиционными голливудскими жанрами, к которым они обращались крайне редко, и совершить революцию в американском кинематографе (или, по крайней мере, улучшить его), вдохнув в него ясность сознания и ум и выбирая наиболее многозначные сюжеты. Каждый снял один или несколько удачных фильмов. И все же карьера каждого оставляет впечатление обидной незавершенности. Их общий и частный вклад в искусство оказался гораздо ниже уровня их амбиций. Во «Втором разе», - своем лучшем фильме, Франкенхаймер хочет разоблачить бесцельность и тщетность американской мечты (поиск материального успеха и вечной молодости). В действительности фильм оригинален не столько темой, сколько формой и визуальным рядом. Эта современная фантастическая сказка ценна главным образом тем, что заставляет нас вторгнуться на территорию страха, пустоты, клаустрофобии. Для этого использует очень броские приемы (очень короткие или очень крупные планы, необычные объективы), однако их эффективность неоспорима. Актерская игра замечательна, особенно это относится к Року Хадсону, - актеру, которого часто недооценивают, хотя с ним работали великие режиссеры (Уолш, Энтони Манн, Сирк, Хоукс). Кроме того, этот фильм - один из последних шедевров черно-белого кино, и в этой связи отметим восхитительную работу Джеймса Вонга Хау. Назовем у Франкенхаймера еще два замечательных фильма, - этюды о жизни на Ближнем Востоке и в американской глубинке: «Все рушится» (1962 https://www.imdb.com/title/tt0055738/) по превосходному сценарию Уильяма Инджа и «Шелкопряд» (1969 https://www.imdb.com/title/tt0064397/). (Жак Лурселль. «Авторская энциклопедия фильмов», 1992)
Отличный фильм! Когда смотришь, временами создается ощущение, что это происходит с тобой. Очень достоверно показаны события с точки зрения главного героя. Авторы фильма прослеживают его жизни шаг за шагом. Повествование размеренно, но при этом держит в напряжении лучше любого экшна. При этом непонятно, куда все идет. Финал предугадывается только в последние 5 минут, и он нетрадиционен для современного американского кино. Как, собственно, и весь фильм. Сейчас такого не снимают... К слову, сцена праздника Бахуса, впервые включенная в ДВД-версию, стоит несколько особняком, и вполне могла быть сокращена вдвое. (GreifeR)
Последний фильм из неофициальной «параноидальной» трилогии Джона Франкенхаймера. То, что только обозначалось в «Маньчжурском кандидате» и «Семи днях в мае», теперь развертывается перед нами в самом ярком свете. Середина 60-х - в США время расцвета научной фантастики. Филипп Дик, Роберт Шекли, Роберт Хайнлайн в своих романах рассматривали в большей степени формы контроля над обществом, отвечали на вопросы об эволюции теории прав человека... Франкенхаймер играет именно в их системе координат. Он не предполагает, а утверждает: глобальный заговор существует. Есть организация, которая без проблем может вам сделать за считанные часы место в обществе - дипломы самых престижных вузов, карьера, подтверждения профессиональности. Опытные руководители даже знают о ваших пожеланиях - когда Вы были под действием сильнодействующих препаратов они узнали у Вас какой профессией Вы хотите заниматься на самом деле. Мы можем Вам помочь сделать новую жизнь. А что будет, если мы захотим отказаться - Вам просто покажут пленку, в котором будет изображен один из Ваших кошмаров (на самом деле, все ведь было наяву)... В этом фильме блистает Рок Хадсон. На мой взгляд - это лучшая роль в его карьере. Думаю, что он больше заслуживал приза Каннского фестиваля, нежели Пер Оскарссон. Нет ничего удивительного, что фильм Франкенхаймера не выиграл Каннский фестиваль и не получил даже ни одной номинации на Оскар. Безупречно сделанный фильм выглядел настолько передовым, что его лучше было не заметить, чем объяснять всем почему его наградили... (cyberlaw)
Copy of a copy. 'В наши дни быть свободным - значит иметь возможность производить что угодно, иметь что угодно, потреблять что угодно и трансформироваться во что угодно'. - Жан Бодрийяр, 'Пароли. От фрагмента к фрагменту'. Точеный анализ конспирологического триллера 'Seconds' голливудского постановщика Джона Франкенхаймера указывает, что картина отражает модель современного мира симулякров точнее некуда. Здесь бодрийяровская система вещей доводится до абсолюта, когда материальной 'вещью' становится собственно сам человек. Артур Гамильтон - архетипичный приверженец американской мечты, человек, чьи желания были противоестественны и привиты ему внешним миром и капиталистической идеологией - решается на гарантированное ему за лаве физическое перерождение. Но парни из агенства, ювелирно пересадившие тлеющему благосостоятельному старику свежую плоть с покойника, создают самый настоящий симулякр - материальную оболочку с искусственной биографией, за которой прячется немощный отверженец разочаровавшийся в идеалах, навязанных ему обществом потребления. Трансформировавшись в модного художника-модерниста Тони Уилсона, Гамильтон оказывается среди таких же опустошенных манекенов и сознает, что пал жертвой консьюмеризма. Инсценировано все - от смерти старика до типа случайно встреченной на берегу женщины, которая тащит Тони на гедонистическую винную оргию. В поисках ностальгического созерцания Гамильтон не может ни за что уцепиться, сознавая эфемерность своих желаний и потребностей. Он не оставляет после себя ничего, кроме уничтоженной материальной составляющей. Без идеологического базиса и социального статуса Гамильтон/Уилсон - аморфный биоматериал, коим и служит в беспощадно-кафкианском антиголливудском бэд-энде, нагло порвавшем американцам шаблон. Франкенхаймер сделал идеологически правильное кино. Но в эпоху глобализации в связи с техническим апгрейдом, вся эта материальная шелуха, которой обрастает человек, медленно переползает на мониторы и интерактивные табло и становится бесплотной информацией в чистом виде. И этот замечательный опередивший свое время философский сайнс-фикшн, ныне очень зря позабытый-позаброшенный, спокойно дает фору нынешним, блеклым и лишенным эрекции блокбастерам. (MINDWARP)
Не секонд-хенд. Как долго живут фильмы? В зависимости от контекста. С подачи Славоя Жижека, который в своем новом «Киногиде извращенца» прошелся по двум десяткам значимых и не очень фильмов мирового кино, выискивая в них идеологическую подоплеку, я обнаружил, как минимум, одно белое пятно в своем образовании. Это был фильм 1966-го года «Вторые», который я, как выяснилось, не видел. Добившись высокого уровня материального благосостояния, банкир Артур Гамильтон потерял что-то очень важное. Пожалуй, даже самое главное - смысл жизни и счастье, с которым нам так хочется отождествлять самих себя. От этого он начал испытывать все возрастающую тоску, одиночество, отчуждение, в том числе и от собственной супруги, а также депрессию и экзистенциальный страх. Воспользовавшись его положением, некая «прогрессивная», но при этом тайная организация сделала Гамильтону предложение, от которого не советовала отказываться. В буквальном смысле ему предложили прожить другую жизнь. Артур не без колебаний согласился, и после операционного вмешательства превратился в художника и вдобавок красавчика Тони Уилсона. Однако довольно скоро он разочаровывался и в своем новом беззаботном существовании... В обширном творческом наследии Джона Франкенхаймера, чья фильмография насчитывает более сорока только режиссерских работ, Seconds (иногда у нас переводят как «Секунды», но речь здесь идет именно о товаре второго сорта) не относятся к главным достижениям. Нельзя сказать, что все остальные работы Франкенхаймера были исключительно шедеврами, как и то, что данный фильм получился слабым. Но, по крайней мере, спустя 47 лет после премьеры эта выразительная экспрессионистская антиутопия не выглядит таким уж откровением и, по моим представлениям, остается в тени других своих лент-ровесников. Рассуждая о недолгожительстве фильмов, я нахожу, что главным камнем преткновения, не позволяющим им выдержать испытание временем, является «запечатленное время», которое, в отличие от литературного текста, визуально и не дает разгуляться фантазии зрителя. Будучи прикованным к устаревшей картинке, он находит в ней либо мало, либо совсем ничего общего с тем миром, который его окружает в данный момент. А это существенно мешает отождествлению с персонажами, а значит, слабо способствует погружению в кинематографическую стихию. Почему же тогда иногда получается так, что критики/киноведы называют шедеврами те работы, в отношении которых обычный зритель делает кислую мину. Просто они, будучи людьми более насмотренными, и, как результат, более искушенными, в соответствии с уровнем компетенции и профессионализма способны видеть еще и контекст. Чаще всего именно он определяет значимость того или иного фильма, а не уровень эмоционального подключения, которым как правило руководствуются зрители. Если у новых фильмов контекст просматривается с трудом - с ними, как со старыми вещами: прежде чем выбросить, надо чтобы они, как следует, отлежались на чердаке или в подвале, - то с классикой, вне зависимости от того смотришь ты кино в первый раз или пересматриваешь, все время помещаешь ее в контекст. Одни картины с годами окончательно дряхлеют, но некоторые неожиданно набирают силу и свежесть. Эти, иногда необъяснимые, иерархические перемещения с течением лет могут, если не перевернуть вверх ногами табель о рангах, то, по меньшей мере, внести в нее серьезные коррективы. Так что же Seconds? Несмотря на вечно-актуальную тему, Франкенхаймер, как мне показалось, слишком заметно игнорировал психологию, без чего стремительное желание Тони Уилсона вернуться к прежней жизни выглядит каким-то слишком скоропалительным, подрывая доверие, а следом и интерес к фильму в целом. Но зато по ходу просмотра у меня одна за другой всплывали ассоциации с другими фильмами 1966-го года. То с «Чужим лицом», оперативно снятым в год выхода одноименного романа Кобо Абэ, то с «Персоной» Бергмана, то с экранизацией Рэя Бредбери «451 градус по Фаренгейту», то с репрессированным советской цензурой на целых 5 лет «Андреем Рублевым». Во всяком случае, языческий праздник Ивана Купала, увиденный Тарковским, невольно перекликается с праздником вина, превращенным Франкенхаймером в разнузданную оргаистическую мистерию. Как не трудно заметить, Seconds встраивается в очень даже впечатляющий контекст. А поскольку все эти фильмы снимались в один год, трудно заподозрить постановщика в сбыте секонд-хенда: похожие идеи именно что носились в воздухе, будоража сознание режиссеров на разных континентах. Полагаю, что некую роль в идейной направленности Seconds сыграла и опубликованная на Западе в 1964-м году книга Кришнамурти «Подумайте об этом», где ниспровергаются убеждения о том, что спасения можно достичь деньгами и успехом, так как погоня за ними приводит лишь к увеличению страданий. Сейчас, как и тогда, многие непременно хотят быть кем-то, но парадоксальным образом такая установка плодит все новых и новых посредственностей. Артур Гамильтон понял это лишь после того, как стал Тони Уилсоном. (Малов-кино)
Реквием по Американской мечте, версия 2.0. Картина 'Seconds (Вторичные)' - несомненно, одна из лучших работ Джона Франкенхаймера, при этом прохладно встреченная зрителями и критикой и практически полузабытая. Виною тому не только новаторская стилистика и непривычно жестокий финал, а тема картины. Режиссер покусился на самое святое - Американскую Мечту, самую лучшую и правильную мечту, которую только может мечтать житель планеты Земля... Банкир Артур Гамильтон (Джон Рэндольф) - человек, которому нечего больше хотеть. Его Американская Мечта сбылась на 103,97%. Высокий пост, солидный счет, особняк в престижном районе, огромное лакированное корыто семейного авто, взрослая дочь, упорхнувшая из отеческого гнезда, и жена, с которой его не связывает уже ничего, даже постель. Жизнь скользит по накатанным рельсам, впереди спокойная обеспеченная и предсказуемая старость. Супружеская любовь вся вышла, да и была ли? Друзей нет. Был когда-то Чарли, с которым на пару в студенческие годы выигрывали теннисные турниры и клялись в вечной дружбе. Но и Чарли умер не так давно. Или все-таки нет?! Странный ночной звонок, незнакомый голос, уверяющий, что это он, Чарли! Бред сумасшедшего? Дурацкий розыгрыш? Но таких подробностей никто, кроме Чарли, знать не мог... 'Старина, я не только не мертв, я гораздо живее, чем был последние 25 лет жизни! И ты можешь стать таким же. Есть Фирма, которая дает своим клиентам вторую жизнь. Приходи завтра по адресу, который тебе утром дал человек на вокзале. Назовешься Уилсоном...' Улица Лафайет, 34. Прачечная. Ошибка или прикрытие? 'Они переехали.' По новому адресу оказывается... мясокомбинат, но, как ни странно, мистера Уилсона здесь ждут. Обязательный белый халат и каска, брезгливый проход между висящими на крюках коровьими тушами... Последнюю часть пути приходится проделать в мясном фургоне1 с надписью 'Честный Арни - торговля подержанными коровами'. (Зловещая ирония этой надписи становится ясна только в самом конце.) Услуги Фирмы весьма специфические. Ничего сверхъестественного - ни переселения душ, ни пересадки мозга, все в рамках физических законов (хотя и за рамками уголовных), но стоит представить всю логистику этого дела, как явственно чувствуется запах серы... Клиенту организуют скоропостижную смерть (похоронят специально подготовленный труп) и полное изменение внешности. На свет появляется новая личность с подлинными документами, биографией и положением в обществе, готовая наслаждаться новой жизнью... Заманчивое предложение подкрепляется шантажом. У того, кто узнал о Фирме, нет пути назад. Впереди месяцы болезненных операций и изнурительных тренировок (вторая молодость не дается даром), новое лицо (чертовски привлекательное - бабы на таких западают с первого взгляда!) Новый голос и даже новые отпечатки пальцев! Наконец, новая карьера, отвечающая истинному призванию клиента, которое из него выведывают под гипнозом. Свершилось! Артур Гамильтон трагически погиб. Вместо него на свет появился преуспевающий художник Тони Уилсон (Рок Хадсон), обласканный критиками, имеющий картины в музеях и персональные выставки. Вместо сумрачного Нью-Йорка Уилсон живет в лучезарном Малибу. У него прекрасная студия и лакей Джон, готовый ненавязчиво ввести хозяина в курс новой жизни. И все это при внешности Рока Хадсона. Какой мужчина не мечтал бы об этом?! Как говорится, поосторожнее с мечтами, они могут сбыться. Художник Уилсон совсем не выглядит счастливым. Целыми днями сумрачно слоняется по пляжу и неловко водит кистью по холсту. Ему преподнесли на блюдечке чужую жизнь, но он не прожил ее и остался при своем прежнем опыте, ненужном и неприменимом в новой жизни. Знаменитый художник не умеет рисовать, а за внешностью плейбоя скрывается одинокий, нелюдимый, никому не доверяющий интроверт, привыкший и предпочитающий иметь дело не с людьми, а бумагами и цифрами. В этом и состоит дьявольский подвох, который преподносит своим клиентам Фирма: она не делает нищих богачами и не возносит ничтожеств на пик могущества. Ее клиенты - люди и без того состоятельные и состоявшиеся. Фирма не дает им новую жизнь - просто меняет их местами, как фишки на доске, при этом каждый остается при своем. Под новой внешностью скрываются стареющие внутренности, а под новенькой, с иголочки личностью - груз старых воспоминаний, грехов, ошибок и страхов, которые приходится таскать с собою повсюду. ...Однако, у нашего угрюмца, кажется, появился шанс: на пляже он познакомился с таинственной женщиной по имени Нора (Салом Дженс) - не первой молодости, но еще очень привлекательной. Судя по некоторым намекам, тоже из 'бывших'. Поначалу настороженный Тони постепенно оттаивает. Нора везет его на ежегодный праздник вина, на котором хиппи предаются возлияниям и устраивают настоящую вакханалию: в огромный деревянный чан насыпают виноград, обнаженные женщины и мужчины топчут его под всеобщее радостное скандирование. В этом чане бродит шипучее вино сексуальной революции, которое кружит голову поколению хиппи. К концу века оно безнадежно скиснет в уксус харассмента и педофилии, но для тех, кто радостно кувыркается в чане, все еще впереди. Однако, 30-летний плейбой Тони смотрит на этот свальный грех взглядом 50-летнего бухгалтера Артура. Лишь когда с него насильно срывают одежду и затаскивают в чан, наступает момент просветления - заливаясь истерическим смехом, Тони кувыркается в виноградной жиже! Но нет... прорыва не произошло, наступает отрезвление, и паранойя возвращается... Постепенно перед Тони Уилсоном открывается неприглядная изнанка его новой жизни. Назад пути нет - он хочет попробовать еще раз, не понимая, что вторая попытка обречена так же, как и первая. Ни новое имя, ни новое лицо не сделают его свободным и счастливым, ведь он заперт в своей внутренней тюрьме, а где от нее ключ - Бог весть... Тем не менее, он требует второго шанса. На такие сделки Фирма идет крайне неохотно. Единственный шанс Тони на вторую попытку - это найти для Фирмы нового клиента, как Чарли когда-то нашел его самого. Круговорот подержанных коров должен продолжаться... Франкенхаймер снял 'Вторичных' на пике своего режиссерского могущества, используя весь арсенал отточенных изобразительных средств. Контрастная черно-белая кинематография, динамичная камера, резкий монтаж, неожиданные ракурсы, игра с оптическими искажениями и новой по тем временам широкоугольной оптикой, специально построенные декорации, создающие сюрреалистическую перспективу. В сочетании с отличной игрой актеров, прежде всего 'двуглавого монстра' Рэндольфа/Хадсона это создает ощущение паранойи, которая буквально налипает на зрителя. По просмотре становится понятно, откуда ноги растут у аронофского 'Пи' и 'Реквиема по мечте'. Даже ненавистная мне качающаяся камера используется со вкусом и по делу - когда она следует за пьяным героем на вечеринке, возникает реальное ощущение, будто сам 'накатил'... Смотреть рекомендую в паре с японской картиной того же года 'Tanin no kao (Чужое лицо)'.
1 - Это были реальный мясокомбинат и реальный фургон, а сам 'Честный Арни' сыграл в эпизоде. (alex-virt)
Корпорация монстров. «Не думай о секундах свысока, наступит время - сам поймешь, наверное...» У каждого человека есть мечта. Счастливчик тот, у кого она становится частью жизни, освещая дорогу как путеводная звезда. Не станет новым откровением мысль о том, что люди порой начинают сомневаться в некогда заветной цели. Тогда мечту прячут где-то на задворках памяти, в потайном кармашке души. С течением времени она меркнет, исчезает, заглушаясь некими бытовыми хлопотами. Человек устроен так, что достигая успеха в одном, он ощущает дефицит в другом. То, что не осуществилось, гложет его, вновь становясь смыслом существования. У сильных мира сего, обладающих властью, положением и богатством, нет-нет да и возникает желание сбежать от нескончаемых котировок валют, статистических расчетов или депозитных процентов. Можно, конечно, подыскать подходящее хобби. Но что делать тем, кому хочется враз бросить все: изменить внешность, взять другое имя, исчезнуть для всех, начав совершенно новую жизнь? Вот и герой нашего повествования Артур Гамильтон - успешный банкир в возрасте - изнывает от скуки. Жизнь в браке уже давно нельзя назвать семейной идиллией: жена отдалилась, а дочь после замужества практически не навещает родителей. От прежних увлечений остались разве что спортивные трофеи на комоде да пожелтевшие фотографии в альбоме. Лишь рисунки в гараже напоминают о том, что Артур некогда мечтал стать живописцем. Странный и тревожный звонок помогает открыть глаза: шанс начать все заново есть. Гамильтон навсегда исчезнет, возродившись с новым именем, новым лицом, - успешный, молодой, знаменитый и самое главное - свободный. Придти к осознанию того, что же на самом деле происходит с персонажем фильма «Вторые», не так-то просто: режиссер Джон Франкенхаймер основательно нагнетает атмосферу «зашифрованными мистическими ассоциациями и непроясненными загадками». Главный персонаж все больше становится похож на профессора Фауста. Тревожная музыка, играющая на нервах, словно смычком по оголенным проводам, сопровождает визуальный ряд, полный эффектных ракурсов, собранных воедино монтажной свистопляской. Порой кажется, что режиссер работает уж как-то нервно: множество склеек, быстрый разгон, мгновенное торможение. Но затем непроизвольно срабатывает эффект присутствия, мастерски задействованный Франкенхаймером. Съемка, позволяющая нам словно наблюдать сквозь дверной глазок, подтверждает подозрение о том, что по ту сторону экрана сейчас захлопнется мефистофелевская ловушка. Одна только сцена с погружением в сон главного героя после дозы некоего наркотического средства, может развить паранойю. Кажется, что лицо банкира снято со всех возможных ракурсов, быстро перетасованных в произвольном порядке. Мир «второго шанса» состоит из обсуждения будущей легенды, подбора профессии, любимых занятий. Все фиксируют скрытые камеры, упрятанные в обивку микрофоны, и Артур - это одновременно и клиент, и жертва. Вопрос лишь в том, будет ли клиент прав или будет мертв. Но вскоре ход ленты начинает носить более спокойный характер. После дикой по натуралистичности сцены пластической операции, позволяющей зрителю ощутить себя ассистентом хирурга, подающим скальпель и зашивающим раны, наступают прогулки у моря по песчаному берегу в компании очаровательной блондинки. Яркий свет бестеневых ламп над головами людей в белых масках, хладнокровно рассекающих ушные и носовые хрящи, сменяется общими планами набережных и демонстрацией полотен в мастерской художника. Фильм-перевертыш с некой политической подоплекой, в угоду времени раскрывающий существование могущественных тайных корпораций, отпускает в свободное плавание суденышко, заселенное теориями заговоров и нечестными играми больших политиков и бизнесменов. Теперь перед нами скорее драма простого человека, вырвавшегося из плена забот, но не испытывающего полного счастья от всей этой красоты по-американски. Сложно сказать, хотел ли проговорить что-то режиссер об индивидуальности каждого человека или показать, куда приводят мечты, но зерна сомнений он роняет в землю обильно и с размахом: мы, сидя у экранов, невольно задумываемся о правильности выбора героя. Можно ли убежать от самого себя? Поначалу фантасмагория, приключившаяся с Артуром, интригует. Ведь план, очень схожий с тем, который некогда задумал Том Рипли, работники корпорации привели в исполнение идеально. Артур, по сути, стал пустым сосудом, наполняемым «по ситуации». Из стареющего неброского человечка в сереньком костюме он превратился в пышущего здоровьем красавца-живописца, пользующимся популярностью в обществе. Франкенхаймер верен себе: темп фильма вскоре вновь меняется, вовлекая героя в дикую оргию на празднике вина. Ручные камеры словно отданы в руки упивающимся вином и счастьем хиппи: мужчины и женщины беззастенчиво сбрасывают одежды и прыгают в большую бадью с виноградом, приплясывая и обливая друг друга соком, брызжущем из спелых ягод. Кружась и подскакивая, оптика в бликах заката запечатлевает счастливое лицо героя, перемазанное виноградным жмыхом, груди истерически смеющихся женщин, спутанные волосы, обильно политые молодым вином. Дикие пляски напоминают античную вакханалию. Тем внезапней «похмелье», поджидающее зрителя за углом рассказываемой истории. Лента пропускает зрителя полтора часа кряду сквозь параноидальные тиски бездушной машины по перерождению банкиров в плейбоев и наоборот. Финальный аккорд все же возвращает нас на грешную землю: прозрение будет столь внезапным и шокирующим, что фильму и по сей день удается сохранять одну из самых непредсказуемых концовок в истории кино. И даже если финал, воплощающий собой экзистенциальный ужас, покажется закономерным, он все равно вызовет массу вопросов. Что же нам нашептывает режиссер? То ли он хочет вынести приговор тоталитаризму, то ли декларирует истину «ищи самого себя». И речь даже не о том, принадлежит ли человек обществу и в результате этого не имеет право решать за самого себя. Речь, скорее, о том, что нужно встать и выйти из ряда вон, а получится или нет - решать тебе, не взваливая это на плечи еще кого-то. Но не забывай, что где-то в темноте тебя будет поджидать коварный Мефистофель. (SUBIC)
