на главную

СЛУГА (1963)
SERVANT, THE

СЛУГА (1963)
#20059

Рейтинг КП Рейтинг IMDb
  

ИНФОРМАЦИЯ О ФИЛЬМЕ

ПРИМЕЧАНИЯ
 
Жанр: Драма
Продолжит.: 116 мин.
Производство: Великобритания
Режиссер: Joseph Losey
Продюсер: Joseph Losey, Norman Priggen
Сценарий: Harold Pinter, Robin Maugham
Оператор: Douglas Slocombe
Композитор: John Dankworth
Студия: Elstree Distributors, Springbok Productions
 

В РОЛЯХ

ПАРАМЕТРЫ ВИДЕОФАЙЛА
 
Dirk Bogarde ... Barrett
Sarah Miles ... Vera
Wendy Craig ... Susan
James Fox ... Tony
Catherine Lacey ... Lady Mounset
Richard Vernon ... Lord Mounset
Ann Firbank ... Society Woman
Doris Knox ... Older Woman
Patrick Magee ... Bishop
Jill Melford ... Younger Woman
Alun Owen ... Curate
Harold Pinter ... Society Man
Derek Tansley ... Head Waiter
Brian Phelan ... Man in Pub
Hazel Terry ... Woman in Bedroom
Philippa Hare ... Girl in Bedroom
Dorothy Bromiley ... Girl in Phone Box
Alison Seebohm ... Girl in Pub
Chris Williams ... Cashier in Coffee Bar
Gerry Duggan ... Waiter
John Dankworth ... Jazz Band Leader
Davy Graham ... Guitarist
Harriet Devine ... Girl
Colette Martin ... Girl
Joanna Wake ... Girl
Bruce Wells ... Sidewalk Painter

ПАРАМЕТРЫ частей: 1 размер: 3753 mb
носитель: HDD2
видео: 1184x720 AVC (MKV) 4084 kbps 23.976 fps
аудио: AC3 192 kbps
язык: Ru, En
субтитры: Ru, En
 

ОБЗОР «СЛУГА» (1963)

ОПИСАНИЕ ПРЕМИИ ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ СЮЖЕТ РЕЦЕНЗИИ ОТЗЫВЫ

У молодого и успешного Тони новый двухэтажный особняк. Он заводит себе слугу... Постепенно слуга подчиняет себе хозяина и очень искусно...

Молодой аристократ по имени Тони (Джеймс Фокс) нанимает Хьюго Барретта (Дирк Богард) - опытного слугу с отличными рекомендациями, в чьи обязанности входит приготовление пищи, руководство ремонтом, а затем и поддержание чистоты и порядка в его просторном лондонском доме. Хьюго не вызывает никаких нареканий - и только Сьюзан (Уэнди Крэйг), невеста хозяина, испытывает к Барретту резкую неприязнь. Ситуация осложняется после того, как слуга обращается к Тони с просьбой разрешить пожить в доме своей сестре Вере (Сара Майлз). (Евгений Нефедов)

С социальной несправедливостью на индивидуальном уровне можно бороться двумя способами: стараться изменить общество вообще, показывая ему пример, или прокладывать себе путь за счет других, стремясь занять место более удачливых. Выбрав второй путь, слуга перенимает худшие черты хозяев-аристократов, их алчность, мелочность, ограниченность. Поэтому неслучайно, что вскоре хозяин и слуга переходят к общению на равных, а к концу фильма и вовсе меняются ролями.

ПРЕМИИ И НАГРАДЫ

ВЕНЕЦИАНСКИЙ КИНОФЕСТИВАЛЬ, 1963
Номинация: Золотой лев (Джозеф Лоузи).
БРИТАНСКАЯ АКАДЕМИЯ, 1964
Победитель: Лучший британский актер (Дирк Богард), Лучшая работа британского оператора (ч/б фильмы) (Дуглас Слоком), Самый многообещающий новичок в главных ролях (Джеймс Фокс).
Номинации: Лучший фильм, Лучший британский фильм, Лучшая британская актриса (Сара Майлз), Лучший британский сценарий (Гарольд Пинтер), Самый многообещающий новичок в главных ролях (Венди Крэйг).
ИТАЛЬЯНСКИЙ СИНДИКАТ КИНОЖУРНАЛИСТОВ, 1966
Победитель: Лучший иностранный режиссер (Джозеф Лоузи).
ОБЪЕДИНЕНИЕ КИНОКРИТИКОВ НЬЮ-ЙОРКА, 1964
Победитель: Лучший сценарий (Гарольд Пинтер).
САНТ ЖОРДИ, 1968
Победитель: Лучшая актерская игра в иностранном фильме (Дирк Богард).
ГИЛЬДИЯ СЦЕНАРИСТОВ ВЕЛИКОБРИТАНИИ, 1964
Победитель: Лучший британский драматический сценарий (Гарольд Пинтер).
БРИТАНСКОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ КИНООПЕРАТОРОВ, 1963
Победитель: Главный приз (Дуглас Слоком).
ОБЪЕДИНЕНИЕ КИНОКРИТИКОВ НЬЮ-ЙОРКА, 1964
Победитель: Лучший сценарий (Гарольд Пинтер), Лучший актер (2-е место) (Дирк Богард), Лучший режиссер (3-е место) (Джозеф Лоузи).

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ

По одноименному роману (1948) Робина Моэма.
Во время съемок Джозеф Лоузи угодил в больницу. Режиссерское кресло занял Дирк Богард и отснял ряд эпизодов, руководствуясь инструкциями, которые выдавал Лоузи с больничной койки по телефону. Когда Лоузи вернулся на съемочную площадку и просмотрел материал, он не переснял ни одного эпизода.
Место съемок: Лондон (Челси, Чизик, Найтсбридж, Сент-Панкрас); Шеппертон (к/ст. Шеппертон).
Транспортные средства, показанные в картине - http://imcdb.org/movie.php?id=57490.
Бюджет: GBP 135,000.
Кадры фильма - http://www.blu-ray.com/movies/The-Servant-Blu-ray/66527/#Screenshots.
Премьера: сентябрь 1963 (Венецианский кинофестиваль).
Слоган - «A Terrifyingly Beautiful Motion Picture!».
На Rotten Tomatoes у фильма рейтинг 88% на основе 26 рецензий (http://rottentomatoes.com/).
На Metacritic фильм получил 93 балла из 100 на основе рецензий 8 критиков (http://www.metacritic.com/movie/the-servant).
Картина входит в престижные списки: «The 1001 Movies You Must See Before You Die»; «They Shoot Pictures, Don't They?»; «1000 лучших фильмов» по версии кинокритиков Нью-Йорк Таймс (рецензия - http://nytimes.com/movie/review?res=9A02E3D81230E033A25754C1A9659C946591D6CF); «100 лучших фильмов» по версии Британского института кино; «Лучшие фильмы» по мнению кинокритика Сергея Кудрявцева; «Рекомендации ВГИКа» и другие.
Рецензии: http://www.mrqe.com/movie_reviews/the-servant-m100023429; http://www.imdb.com/title/tt0057490/externalreviews; https://criticsroundup.com/film/the-servant/.
Джозеф Лоузи / Joseph Losey (14 января 1909, Ла-Кросс, США - 22 июня 1984, Лондон) - американский и британский режиссер театра и кино. Выходец из богатой семьи. Учился в Германии вместе с Бертольдом Брехтом, затем вернулся в США, где работал на Бродвее и в Голливуде. В 1951 году стал жертвой маккартистской "охоты на ведьм": был обвинен в связях с коммунистами и включен в «Черный список» Голливуда. После этого Лоузи решил уехать в добровольное изгнание в Великобританию. Первое время даже в Великобритании Лоузи был вынужден работать под псевдонимом Виктор Хенбери (фильм «Спящий тигр», 1954) и Джозеф Уолтон («Близкий незнакомец», 1956), так как актеры опасались, что после работы в фильмах Лоузи у них тоже могут возникнуть проблемы в Голливуде. В 1960-е работал вместе с драматургом Гарольдом Пинтером. Все наиболее успешные картины Лоузи сняты в сотрудничестве с ним, в том числе «Слуга» (1963), «Несчастный случай» (1967) и «Посредник» (1971). Все эти фильмы были отмечены международными наградами, включая «Золотую пальмовую ветвь» Каннского кинофестиваля за «Посредника». Последней крупной постановкой Лоузи был «Дон Жуан» (1979), экранизация оперы Моцарта. Стр. на сайте IMDb - http://imdb.com/name/nm0521334/.
Ричард Комбз. «Двойная игра Джозефа Лоузи» - http://cinematheque.ru/post/138872.
Андрей Плахов. «В поисках утраченной идентичности» - http://seance.ru/blog/portret-blog/joseph-losey/.
Робин Моэм / Robin Maugham (17 мая 1916 - 13 марта 1981) - британский писатель, драматург и путешественник. Подробнее (англ.) - http://en.wikipedia.org/wiki/Robin_Maugham.
Гарольд Пинтер / Harold Pinte (10 октября 1930, Лондон - 24 декабря 2008, там же) - английский драматург, поэт, режиссер, актер, общественный деятель; лауреат Нобелевской премии по литературе 2005 года. Один из самых влиятельных британских драматургов своего времени. Подробнее - http://ru.wikipedia.org/wiki/Гарольд_Пинтер.
Дирк Богард / Dirk Bogarde (28 марта 1921, Лондон - 8 мая 1999, там же) - британский киноактер. Родился в семье нидерландского художника и шотландской актрисы. Богард начинал рабочим сцены и декоратором. В 1937 году он учился в Королевском колледже искусств, где среди его педагогов был Генри Мур. С 1941 по 1946 годы служил в армии и принимал участие в военных действиях Второй мировой войны в Европе и на Дальнем Востоке. После войны Богард работал во многих лондонских театрах и на телевидении. Начиная с 1950 года Богард много снимается в кино. В течение десяти лет с 1955 года Дирк Богард признавался самым известным английским актером, однако мировая слава приходит к нему после 1963 года благодаря ролям в картинах таких мастеров, как Джозефа Лоузи, Лукино Висконти и Лилиана Кавани. Его актерским триумфом стали роли в фильмах «Слуга», «Смерть в Венеции» и «Ночной портье». В 1977 году Богард выпустил книгу своих мемуаров под названием «A Postillon Struck by Lightning». Стр. на сайте IMDb - http://imdb.com/name/nm0001958/. Официальный сайт - http://dirkbogarde.co.uk/.
Сара Майлз / Sarah Miles (род. 31 декабря 1941, Ингейтстоун) - английская актриса театра и кино. Подробнее в Википедии - http://ru.wikipedia.org/wiki/Сара_Майлз.
Джеймс Фокс / James Fox (род. 19 мая 1939, Лондон) - британский актер. Сыграл более 100 ролей в кино и на телевидении. Лауреат премии BAFTA 1964 года за лучший дебют, номинант на премию Золотой глобус (1966 год, Лучший актерский дебют в мужской роли). Подробнее - http://ru.wikipedia.org/wiki/Фокс,_Джеймс.

Философско-психологическая драма. Эта выдающаяся лента, принесшая мировую славу режиссеру Джозефу Лоузи и актеру Дерку Богарду, явилась первой частью своеобразной трилогии (потом последовали «Несчастный случай» и «Посредник») о деградации высшего сословия людей, которые находятся по происхождению или положению выше остальных на социальной лестнице. Кстати, этот мотив тонко и виртуозно был разработан постановщиком при содействии замечательного английского драматурга Гарольда Пинтера не только на уровне сюжета - Хьюго, слуга богатого молодого человека по имени Тони, постепенно подавляет его волю, подчиняет себе и меняется с Тони местами, в итоге сам превратившись в «хозяина». Лоузи ненавязчиво подчеркивает смену взаимоотношений героев также при помощи вертикальных композиций кадра, обыгрывания образа лестницы в доме, ведущей на второй этаж (ирония ситуации заключается как раз в том, что Хьюго отведена комната наверху). Нельзя сказать, что история «восхождения», удачной карьеры человека из низшего слоя общества оригинальна и нова. Напротив, режиссер и драматург сознательно ориентируются на неизбежные ассоциации, начиная с романов Уильяма Теккерея и Генри Филдинга, а кончая произведениями «кинематографа рассерженных», например, «Место наверху» (в нашем прокате - «Путь в высшее общество») Джека Клейтона. Тем неожиданнее предложенная ими трактовка, которую блистательно воплотил Богард в характере главного героя, слуги Хьюго. Его мало заботят материальный успех, внешнее процветание, благополучие в обществе, но неуклонно привлекает имеющая философско-психологический смысл роль хозяина, который способен доминировать, диктовать, принуждать. А Тони, «господин по рождению», давно утратил силу да и желание быть наверху (причем и в сексуальном плане), осуществлять свою власть над другими людьми. Он уже внутренне готов поделиться ею, даже сбросить это бремя со своих плеч, поэтому, нанимая предприимчивого слугу, втайне надеется на его претензии реализовать собственные амбиции. Впрочем, достоинством фильма является как раз то, что авторы, проникая в подлинные бездны человеческого подсознания, сферу интимного и потаенного, не грешат бесцеремонностью, неделикатностью и однозначностью мотивировок. Вроде бы обнаженная, распахнутая до дна душа остается неуловимо загадочной, неясно прочитываемой, окончательно неисчерпываемой. Гипотетичность наряду с психоаналитичностью, не противореча друг друга, составляют обаяние замысла Джозефа Лоузи и Гарольда Пинтера, сказавшись и на стиле картины. Она построена на столкновении света и мрака в классическом черно-белом изображении (оператор Даглас Слоком заслуженно получил премию Британской киноакадемии) и в то же время сохраняет некую размытость, неопределенность их смыслового значения. Слуга-хозяин, добрый-злой, божественное-дьявольское… Все дает примеры диалектического единства противоположностей. И оба героя «Слуги» оказываются не соперниками, а словно двойниками, причем один является не горизонтальным (вправо-влево), но вертикальным (верх-низ) зеркальным отражением другого. А в «Несчастном случае» те же авторы и вновь при участии Дерка Богарда обратятся уже к теме «горизонтального раздвоения»: два профессора Оксфордского университета «обмениваются» юной студенткой-возлюбленной, подобно тому, как в «Слуге» одна девушка претендовала на роль любовницы обоих персонажей. В философском кинематографе Лоузи проблема «двойничества» затем будет занимать одно из главных мест, особенно явно - в лентах «Тайная церемония» и «Месье Клейн», а опосредованно - почти во всех, включая и «Убийство Троцкого». (Сергей Кудрявцев)

У молодого и успешного Тони (Фокс) новый двухэтажный особняк. Для полноты картины осталось только завести мужскую прислугу (Богард). Этюд на тему социопатологий - слуга подчиняет себе хозяина - не должен был блистать психологическими нюансами, скорее - донести тезис. Драматург Гарольд Пинтер создал сценарную конструкцию пугающей симметрии: взаимозамена Тони и слуги происходит с наглядностью опыта с сообщающимися сосудами. Режиссер Лоузи, однако, не хотел свести фильм к отстраненному комментарию - в союзники себе он взял меланхолическую эстрадную песню «All Gone» с сомнамбулическим ритмом и сладко-хриплым женским вокалом. Первый раз она звучит с пластинки, которую Тони слушает, лежа на меховом манто у камина с невестой: светловолосый, веснушчатый, ладно сложенный мужчина с точеной женщиной в аккуратных объятиях, ясные глаза блестят слезами вслед песне. По ходу фильма «All Gone» возникнет несколько раз, всякий раз в ней будет прибавляться соло еще одного инструмента, пока в конце переусложненная аранжировка не станет напоминать ушераздирающий бардак. Под этот звуковой ад обколотый Тони в обнимку с двумя посудомойками выйдет навстречу напившейся с горя невесте. Лоузи показал традицию как гармонию - и напугал, разрушив, как лишние инструменты разрушили лад песни. Фильм - предостережение имущим об аморальности и паразитизме обслуживающего персонала выполнен искусно и, увы, пригодится еще не одному поколению. (Алексей Васильев)

Темная, но гипнотически всепоглощающая аллегория власти, эксплуатации и возвышенной сексуальности в классовом обществе. Британский сценарист Гарольд Пинтер и покинувший Родину американский режиссер Джозеф Лоузи (он сбежал от антикоммунистических охотников на ведьм в США) смешали несоизмеримые чувства для того, чтобы рассказать историю пьющего слуги-кокни (Дирк Богард), который поменялся местами со своим хозяином (Джеймс Фокс), примером классического аристократа. Хотя репутация фильма среди критиков в последнее время упала, первоначально он был воспринят как важнейший, прорывный и открывающий нечто совершенно новое, что было отмечено Британскими академическими наградами за лучшую мужскую роль (Богард), самому многообещающему новичку (Фокс) и за лучшую операторскую работу, Дугласу Слокому, чей потрясающий послужной список насчитывает более 70 фильмов, включая крупнейшие работы Александра МакКендрика, Романа Полянского, Стивена Спилберга, Джона Хьюстона и Кена Расселла. Адаптация Пинтером романа Робина Моэма использует его обычную стратегию (например разорванный диалог, многозначительное молчание, раздутые дискуссии о надоедливых тривиальностях), но в ней не хватает задиристого юмора его лучших работ для театра. (Пинтер сам появляется на экране в крохотной роли человека высшего общества.) Проработав в крупнейших картинах все 1960-е годы, Фокс пережил религиозное обращение в 1973 году и ушел из кино на несколько лет. Он младший брат Эдварда Фокса, с которым его часто путают. Я очень люблю картины Лоузи и советую их посмотреть, но мое мнение может быть личным. (М. Иванов)

В армии его называли «железным Барреттом»: он умел навести порядок. Качество, едва ли не важнейшее для слуги - по крайней мере, для английского. И у Тони, которому срочно требовался слуга в новый дом, не возникло никаких сомнений: Барретт ему не просто подходит, он - настоящее сокровище, идеал. Он проявил отменный вкус при отделке и обстановке дома, приготовленная им еда всегда вкусна и питательна, в комнатах царит идеальный порядок, все мелочи учтены. Он пунктуален, но не возводит строгий распорядок дня в догму, и если Тони вдруг понадобится (или захочется) поспать подольше или вернуться домой попозже, Барретт проявит исключительную предупредительность ко всем подобным - право же, вполне простительным - отклонениям. Порой Барретт тактично высказывает свое мнение о том или ином элементе интерьера (скажем, о вазе с цветами - «если мне будет позволено заметить, они слишком яркие, сэр»), и в большинстве случаев оказывается прав. Правда, его почему-то сразу невзлюбила невеста Тони, Сьюзен, - ну да не беда, просто она еще не смогла оценить всех его достоинств. И потом, не ссориться же с невестой из-за слуги… Что в финале? Год спустя в центральном холле дома, сумеречном и озаряемом странными, словно нервическими бликами света, пирует и веселится Барретт с любовницей, случайными друзьями и девицами весьма сомнительного свойства. Тони здесь же; обессиленный, обескровленный и безвольный, он апатично наблюдает за происходящим. Здесь и Сьюзен: она по-прежнему ненавидит Барретта, но в какой-то момент и она оказывается не в силах долее противиться своеобразному обаянию его всепобеждающей, как выясняется, личности… Правда, после минутного затмения она все же приходит в себя и на прощание, у самой входной двери, отвешивает пощечину глумливому прощелыгетриумфатору. И тогда внезапно из-под ухмылки железного Барретта проступает его истинное лицо: мерзкий, склизкий, маленький гаденыш. Очень похожий на своего далекого, эдемского сородича… Но видение длится лишь долю секунды. Барретт победил, Сьюзен уходит, и уходит ни с чем. В холле, где остается лежать Тони, медленно гаснет свет. Сценарий будущего нобелевского лауреата Гарольда Пинтера был превосходен, режиссура будущего каннского лауреата Джозефа Лоузи - выше всяких похвал. И все же главным достоинством - да что там, главным источником смыслов в «Слуге» стала игра Дирка Богарда, известного к тому времени лишь по дешевым медицинским комедиям да еще по недавней главной роли в «Жертве», одном из первых киноисследований гомосексуальной тематики. Натренированная поточным рутинным комикованием мимика Богарда к моменту создания «Слуги» превратилась в идеально отлаженный инструмент, и в роли Барретта она была явлена с бенефисной роскошью. Его лицо, как и положено вышколенному английскому слуге, непроницаемо и вроде бы неподвижно, но в то же время оставляет ощущение какой-то странной, текучей, неуловимой субстанции: словно случайная рябь постоянно пробегает по поверхности стоячей воды, подернутой ряской, прелью и гнильцой. Какие чудища могут копошиться под этой мнимо-гладкой поверхностью? Лишь в одном эпизоде - в сцене игры в прятки - эти чудища предстают перед зрителем в полный свой рост. Бегающие из стороны в сторону глазки, как у гигантского тритона, выслеживающего жертву. Подергивающиеся брови, чуткие к малейшему стороннему шороху уголки губ. И скороговорка впроброс, которая медленно сводит с ума Тони, затаившегося в таком ненадежном, таком шатком укрытии - бледнеющего, дрожащего, обливающегося потом от того нечеловеческого ужаса, что неумолимо подступает все ближе и ближе… Если просмотреть этот эпизод кадрик за кадриком, среди них, без преувеличения, не найдется и двух одинаковых - Богард сменяет мимические состояния с той же скоростью, с какой пленка пролетает через проектор. Чтобы показать суть переворота, произошедшего в доме благополу чного и благодушного Тони, Пинтеру не было нужды выдумывать хитроумные драматургические узлы и закруты, а Лоузи - прибегать к многозна чительным метафорам или эффектному ассоциативному монтажу. Историю о человеке и рептилии, вползшей к нему в жилье и постепенно захватившей весь дом, многажды рассказывали раньше и будут рассказывать впредь. Но вряд ли когда-либо она была или будет явлена столь же убедительно, как в первых же кадрах фильма, где появившийся на пороге Богард в безупречного покроя костюме стряхивает с лацкана пылинку и произносит: «Я по объявлению, сэр. О найме слуги». И в ожидании смотрит на своего будущего хозяина - спокойно, бесстрастно. Только уголок губы чуть заметно дергается. (Алексей Гусев)

Признание пришло к Джозефу Лоузи достаточно поздно, в возрасте пятидесяти четырех лет, когда он уже являлся опытным, сформировавшимся художником - и даже получил скандальную известность в родных США, которые вынужденно покинул в годы «маккартизма», после внесения своего имени в «черный список». Причем «Слуга» вовсе не вызвал фурор на престижном кинофестивале в Венеции, где тогда одарили «Золотым львом» злободневную итальянскую картину «Руки над городом» и, кстати, наградили призом англичанина Альберта Финни за роль Тома Джонса. Но уже Британская киноакадемия отчасти восстановила справедливость, отдав предпочтение Дерку Богарду и - в качестве самого многообещающего новичка1 - Джеймсу Фоксу, а также отметив уникальные заслуги оператора Дугласа Слокомба. Другое дело, что утонченная, погруженная в рефлексию и… загадочная экранизация одноименного произведения современного английского писателя Робина Моэма (кстати, племянника У. Сомерсета Моэма), изданного в 1948-м году, все равно не могла составить достойной конкуренции искрометной и беспечной адаптации классического филдинговского романа. Невольное соперничество работ Тони Ричардсона и Лоузи видится в высшей степени знаменательным. Оба выдающихся режиссера откликнулись на исчерпанность мотивов и выразительных средств кинематографа «рассерженных молодых людей», прозвучавшего остро и тревожно, отдавшись беспокойным эхом далеко за пределами Соединенного Королевства. Но если Ричардсон допустил известный компромисс, выразившийся в сочетании сатирической направленности фильма с уклоном в легкомысленность, в косвенном оправдании философии гедонизма, которой неотвратимо проникался стихийный социально-политический протест юных бунтарей, то его старший коллега нашел более оригинальный поворот в теме. «Слуга», безусловно, продолжает отстаивать благородный пафос упомянутого течения, лишь переводя внимание с внешних проявлений недовольства существующим положением вещей и бурных, но все равно - локальных бытовых конфликтов в частную, интимную, психологическую (подчас на грани психопатологии!) сферу, уходя вглубь. Парадокс заключается в том, что именно такое жесткое самоограничение придало поведанной истории универсальность. Здесь нельзя не воздать должного прославленному драматургу Харолду Пинтеру, тонкому знатоку человеческой души и приверженцу необычных художественных решений, придающих вполне реалистичным ситуациям абсурдно-сюрреалистическое звучание. К слову, его можно лицезреть в знаковом обличии светского человека (в титрах - «society man») в небольшом эпизоде в ресторане, где, кроме того, предстают в строгом облачении духовных лиц Патрик Мэджи2 и Алан Оуэн, соответственно актер и сценарист, с которыми Джозеф сотрудничал на криминальной драме «Преступник» /1960/. В первой половине повествования не возникает и тени сомнения в том, что Барретт являет собой тип того идеального, стопроцентно английского слуги, джентльмена из джентльменов, которого воспел П.Г. Вудхауз (и образ которого позже блистательно воплотит Стивен Фрай), а придирки Сьюзан кажутся лишь капризами избалованной женщины. Однако уже жесткая, неожиданно грубая реакция Хьюго на назойливость девушек, ожидавших, пока он освободит телефонную будку, вносит смятение, приоткрывая завесу тайны над истинными мотивами показного терпения и безупречной выдержки. И к тому моменту, когда у Тони, шокированного поведением образцового слуги, переворачиваются - не меньше! - представления о человеке и самом обществе, зрителя можно считать вполне подготовленным к неприятным сюрпризам… Но все равно остается загадкой из загадок, что же произошло в краткий промежуток времени между слезным покаянием Барретта с унизительными мольбами дать второй шанс, снова приняв на работу, и следующим разом, когда мы видим их в доме - и когда слуга, забыв о былой уравновешенности, выплескивает на хозяина массу мелочных претензий, тот же лишь лениво парирует. Дальнейшее психологическое даже не подчинение, а порабощение Тони, чуть ли не в глаза называемого «крысой» и необратимо морально разлагающегося, кажется уже неизбежным. То есть для авторов очевидно, что ныне, в укрепляющихся условиях послевоенного «общества потребления» (в терминах правых идеологов - «государства всеобщего благоденствия») с сопутствующим разрушением привычных законов взаимодействия классов восхождение в высший свет становится все более легким и… изощренным - вплоть до символического обмена невестами. Жульен Сорель и Растиньяк могли только мечтать о столь же быстрой и безоговорочной победе! Более того, отдельные остроумные детали позволяли изначально подозревать неизбежность такого исхода: вспомним композицию кадра в прологе, когда фигура Хьюго, формально проходящего у Тони собеседование, как бы «нависает» над потенциальным работодателем… Да и устремлениям молодого аристократа реализовать проект всей жизни, организовав постройку в джунглях Бразилии целых городов, вряд ли было суждено осуществиться. Вот только из самого указания на подобный общественный феномен, оцениваемый людьми (в зависимости от убеждений) как прогрессивный или деструктивный, отнюдь не следует претензий кинематографистов на понимание их, этих процессов, внутренних механизмов. Напротив, фильм оставляет впечатление непостижимой глубины, многозначности, намеренной недоговоренности. Чужая душа, как известно, потемки, и символом истинной, подспудной, протекающей беззвучно и незримо борьбы становится образ зеркала, висящего в гостиной не строго вертикально, а под углом, нещадно искажая перспективу3. А пресловутая спиральная лестница, традиционно олицетворявшая иерархическую структуру западного общества, лишается сакрального смысла, служа местом шумной игры с мячом. Нет слуги без хозяина, но и хозяин рождается лишь с появлением the servant, человека-слуги, самим языком приравниваемого к вещи - шкафу для посуды и столового белья… Финал не имеет ничего общего с голливудским «хэппи-эндом»: чему радоваться, если все осталось по-прежнему - за исключением того, что верх и низ поменялись местами? В двух последующих совместных работах Лоузи и Пинтер постараются развить тему, расширив социальный контекст (переместившись в среду университетских интеллектуалов в «Несчастном случае» /1967/) и - в «Посреднике» /1970/ - обратившись в прошлое, к истокам мучительных процессов. 1 - Актер действительно значится в титрах с характеристикой «introducing» (‘впервые на экране’), хотя дебютировал еще в 1950-м. 2 - Если точнее, то ему досталась роль епископа, а немного раньше Барретт сообщает, что получил в армии прозвище «епископ», потому что «был хорошим учеником». 3 - В дополнение к бесчисленным глубинным мизансценам, которым бы мог позавидовать и Уильям Уайлер, режиссер использует дисгармоничные, режущие слух музыкальные пассажи композитора Джона Дэнкуорта. (Евгений Нефедов)

Шедевр мирового кино и, может быть, лучший фильм покинувшего в годы маккартизма Голливуд американского режиссера Джозефа Лоузи, в 60-е ставшего классиком английского и европейского кинематографа. "Слуга" - жесткая и холодная драма европейского шестидесятничества, со всей очевидностью (но лишь для нескольких десятков истинных мыслителей и вдумчивых художников той эпохи) отобразившего духовный и культурный распад оправившейся от Второй мировой войны и отныне благополучной, но выхолощенной Европы. Во многом, на мой взгляд, это европейское шестидесятничество ХХ века повторило путь и образ шестидесятничества российского, имевшего место столетием раньше. Оттого и крупнейший его представитель, Достоевский, чудится нам едва ли не в каждом из серьезных текстов лучших представителей европейской культуры середины недавно истекшего века. В рассматриваемом фильме тоже угадываются "Записки из подполья" русского классика. Но ничуть не меньше и "Село Степанчиково". В основе последнего, как многие, должно быть, помнят, лежит пьеса Мольера "Тартюф". Все эти источники, однако, вовсе не составляют содержания глубого оригинальной картины, но лишь обогащают ее. Содержание таково: в дом молодого английского аристократа является на службу столь же молодой, но значительно более сильный характером и, как выясняется по мере развития сюжета, жестокий человек. Угождая всем порокам слабовольного хозяина, слуга постепенно становится для него человеком незаменимым, а потом и вообще единственным, отваживает от дома его порядочную, но, в сущности, недалекую и не слишком решительную невесту, и в конце концов, с помощью наркотиков, алкоголя и дешевых проститук превратив аристократа в бессознательное животное, меняется с ним социальным положением. То бишь доводит до логического завершения дело Тартюфа и Фомы Опискина. Весьма изящно идею фильма сформулировал француз Клод Бейли в своей "компакт-энциклопедии" "Кино: фильмы, ставшие событиями" (СПб., 1998. С. 314): "...в мире, обреченном на гибель, слуга становится хозяином, хозяин - слугой". Значительно более подробно и едва ли не исчерпывающе написал и о "Слуге", и о его режиссере, и об актере Дерке Богарде, гениально сыгравшем в фильме главную роль, киновед Владимир Утилов ("Первый век кино". М.: Локид, 1996. С. 133 - 134, 274 - 275, 419 - 420), поэтому, не мудрствуя лукаво, приведем из его статей несколько цитат. "Лоузи, - сообщает критик, - была особенно близка тема пьесы (Р. Моэма, по которой снят фильм. - В.Р.) - человеческая пассивность и моральный распад будто бы цветущей цивилизации Запада. Пинтер (сценарист ленты. - В.Р.), в свою очередь, прославился умением показать драму личности, противостоящей лицемерию общества, его многочисленным табу и правилам игры... Сохранив верность стилистике американского "черного" фильма и своей страсти к выявлению запрятанных во фрейдистском подполье человеческого "я" пороков, Лоузи превращает историю "Слуги" в своеобразную притчу об обществе, разделенном на хозяев и рабов и обреченном на вырождение: унижение и лакейство растлевают личность, оборачиваются жаждой социального реванша, мечтой о насильственном обмене социальными ролями. В атмосфере потерявшей былое величие Британии, где верность привычным ритуалам социального бытия казалась лучшим способом сохранить незыблемым фасад прежнего уклада жизни... взрыв угрожает изнутри, и именно в этом урок и мораль странной истории дворецкого Баррета и его господина. Временами атмосфера еле сдерживаемой ненависти, реплики персонажей, холодная джазовая мелодия и даже отдельные кадры заставляют вспомнить американское кино начала 50-х и особенно "Трамвай "Желание" Э. Казана. В безукоризненно вышколенном, почтительном и одновременно властном лакее Дерка Богарда кипит та же плебейская ненависть к культуре, к жизни господ и к духовности, что запоминается в Стенли Марлона Брандо и делает этот образ пророческим предупреждением о близком приходе новых хозяев жизни... Как и в фильме Казана, в "Слуге" культура, дух обречены, торжествует темное подполье человека..." Эта тема - тема обреченности европейской культуры, или, согласно В. Утилову, "краха европейской цивилизации и рожденного этим выброса затаенных инстинктов и распада личности", - со времени "Слуги" стала главной в творчестве крупнейшего актера 60-х - 70-х Дерка Богарда. Ее он разовьет и воплотит в шедеврах Л. Висконти и Р.В. Фассбиндера. Этой же теме посвящены и дальнейшие лучшие работы Дж. Лоузи ("Несчастный случай", "Посредник" и др.). "В те годы, - продолжает В. Утилов, - Лоузи был одним из немногих, кто не стремится к фотографической достоверности, а свободно использует язык монтажно-пластической образности. Монтаж, свет, ракурс и движение камеры раскрывают авторское видение и позицию Лоузи, который избегает голливудской дидактичности и, следуя Брехту, стремится "отойти" от персонажа, предоставить публике самостоятельно оценивать события и анализировать их смысл... Режиссер утверждал, что социальный протест в его картинах связан не столько с проявлением общественного абсурда, сколько с конформизмом отдельной личности, готовой терпеть любое зло во имя иллюзорных идеалов или просто предрассудков и потому обреченной на моральную деградацию. Ее-то Лоузи и рисует с холодной, отчаянной силой". И в этом плане англо-американский классик не был (и не остается) одинок. Достаточно вспомнить хотя бы "Конформиста" Бертолуччи, позднейших "Слугу" Вадима Абдрашитова (кажется, неприкрыто продолжающего на отечественном материале именно картину Лоузи), да и совсем недавнее "завещание" Стэнли Кубрика - фильм "С широко закрытыми глазами", чтобы легко выстроить эту тематическую линию в мировом кино. А коли линия продолжается, значит, продолжается и "распад империи", что, впрочем, понятно и само по себе, стоит лишь просмотреть пару сотен коммерческих лент или перелистать с десяток постмодернистких бестселлеров уровня Сорокина или Стивена Кинга - без разницы. Так что, несмотря на предупреждения и пророчества всех этих печальных чудаков типа Достоевского, Висконти и Лоузи, в целом, господа, уверенно и благополучно продолжаем двигаться вниз по течению, да и "куда ж <еще> нам плыть"? (Виктор Распопин)

Фильм американца Джозефа Лоузи, сбежавшего в Британию во время маккартистской "охоты на ведьм", представляет собой социальную драму, перевертыш вроде "Принца и нищего", - вот только перемена мест случается не по воле случая или внезапному порыву, а тянется мучительно медленно. Эта перемена рассчитана и неизбежна, как старость. Думаю, многие мечтают о слуге. Чтобы был чувак (или чувиха), который приносил бы тебе выпивку, следил за порядком в доме, выполнял мелкие, но раздражающие тебя лично обязанности, учтиво называл тебя "сэр", словом, всячески угодничал. Замечательный английский актер Дирк Богард играет такого слугу. Слуга Барретт приходит в пустой, требующий ремонта дом, где дрыхнет в кресле аристократ Тони, напившийся за обедом пивом. Тони купил этот дом, и ему нужен слуга. Барретт - профессиональный слуга и готов прислуживать. Невеста Тони (женщина из высшего света) не считает, что ее жениху нужен слуга. Но Тони, потомственный аристократ, считает иначе. Более того, он привязывается к Барретту, несмотря на то, что Барретт зачастую косячит. Ну, а мы, зрители, из проходных сцен делаем вывод, что Барретт сам по себе человечишко с гнильцой. Но мы пока не понимаем, каков его злой умысел. Добросердечный, наивный Тони верит, что слуга - это человек лояльный до беспредела. Когда в доме появляется "сестра" Барретта Вера, под видом горничной, и соблазняет Тони, тот считает это в порядке вещей - как особое право господина. Может показаться, что Тони прекрасно устроился! Однако, на свою беду, Тони влюбляется в Веру. Помните сериал про "Дживса и Вустера"? Или, может, читали? "Я не позволю, чтобы слуга помыкал своим хозяином", - сказал как-то Вустер Дживсу. В фильме Лоузи происходит то, что Вустер называл "помыканием". Но Вустер не представлял, до каких "забавных игр" это может дойти. Если прежде Тони катился вниз по отлогой стороне горы, ударяясь о камни и замедляя падение о траву, то во второй половины фильма действие ускоряется; психологическая драма превращается в гротеск: Тони докатился до края горы и началось его свободное падения в бездну деградации. В отличной ретро-драме Джеймса Айвори "На исходе дня" был показан закат аристкоратии. Вымрет аристократия - и вымрут лакеи, сохраняющие преданность до последнего вздоха. Но фильм Лоузи, снятый тридцатью годами ранее, саркастично показывает не тихое угасание лакейства, а революционные порывы "последнего лакея", его упорное стремление сделаться господином над господином. От тайной ироничности умнейшего и человечного Дживса Барретт отличается глубокой непорядочностью. Во второй половине фильма опустившийся, но целеустремленный Барретт в открытую унижает Тони, который не только опустился, но и растерял свои цели (этим фильм напоминает, кстати, "ХХ век" Бертолуччи, в котором распад аристократии выражается в первую очередь в слабохарактерности). Барретт мастерски превращает хозяин из человека в животное на протяжении довольно длительного срока. Однако, эгоист Барретт, презирающий всех, даже когда становится сам господином, остается недочеловеком. И в этом его трагедия. (Владимир Гордеев, ekranka.ru)

Первый раз посмотрела несколько лет назад и вот недавно пересмотрела еще раз. Думала, что на этот раз фильм меня уже не захватит, ведь все основные сюжетные ходы уже известны, но нет, захватил, да еще как! Прямо таки до костей пробрал! Сюжет в двух словах таков: молодой и тщеславный аристократ в исполнении совсем юного Джеймса Фокса нанимает дворецкого с безупречными манерами, чтобы тот вел все домашнее хозяйство. Но юноша еще не знает, что за человек его дворецкий на самом деле и что за игру он ведет… Прежде всего, хочу сказать, что этот фильм не состоялся, если бы не потрясающая работа оператора. Теперь понятно, что некоторые кадры, которые сейчас встречаются повсеместно в мировом кино и даже стали штампами, были настоящими ноу-хау Слокома. Например, когда он показывает беседующих главных героев через отражение в зеркале. Или когда герой Фокса видит надвигающуюся на него огромную и зловещую тень Богарда, который в этот момент находится на верхней площадке лестницы. Немаловажную роль здесь играет и музыка (простите за случайный каламбур). Тревожная, временами манящая и щемительно-прекрасная. И, наконец, актерище, которому хочется сказать отдельное мерси. Это Дирк Богард. Великолепный, демонический Актер с большой буквы. Именно благодаря его сдержанной, но проникновенной игре так невероятно нагнетается саспенс. Нынешнее поколение актеров, которых мы нередко видим в злодейских ролях, на мой взгляд, лишь бледное отражение гения Богарда. Из современных актеров схожего амплуа с ним может сравниться лишь Кевин Спейси в лучших своих работах. Сделайте себе одолжение, посмотрите этот фильм. (misslidell)

Потрясающая философско-психологическая драма. Просто гениально сыграл Дирк Богард "железного" Барретта! Деградация, нравственный распад личности, общества - эта тема многих режиссеров, а также произведений нашего классика, мною очень любимого, Достоевского. Но, каждый раз, после просмотра этой картины, еще долго не могу прийти в себя. "Порочность - это мешок, с которым человек родится". Исполняя все отменно (слуга-идеал), угождая всем порокам слабовольного хозяина, слуга становится просто единственным и незаменимым человеком для хозяина, превращает аристократа практически в бессознательное животное, беспомощного раба, и меняется с ним местами. Очень сильная сцена игры в прятки, где Барретт предстает перед нами ужасным хищником, выслеживающий напуганную жертву. (Ксюша)

Часы в гостиной пробили полночь, на кухне монотонно отбивает свою дробь вода из недозакрытого крана, по комнате разлилась плачущая музыка, и только зеркала отражают действительность такой, какая она есть - в доме поселился порок… Молодой неискушенный аристократ купил этот дом, который давно забыл, что такое ремонт. Новоиспеченный хозяин решил нанять дворецкого, которому он перепоручит все заботы по дому, до единого. До единого. Только он не предполагал, что до такой степени. Все произошло слишком быстро - то ли в силу своей неопытности, то ли слабохарактерности, то ли и того и другого - слишком быстро он покатился по наклонной, время от времени, спотыкаясь о шипы и камни, не успев заметить, как уже летит прямо в пропасть, и полет этот будет длиться вечность. Как жаль, что не прислушивался к предостережениям невесты - посланницы белых сил, что так была настроена против нового лакея. Ах, как жаль, что оказалось слишком поздно… На затемненном экране, под гнетущий аккомпанемент стремительно разворачивается драма поглощения воли и порабощения личности, на первый взгляд, свободного и твердо стоящего на ногах человека, превращение его из господина в слугу. Зритель не успевает уловить момент, когда подброшенная в воздух монетка переворачивается и, приземлившись, демонстрирует оборотную свою сторону, подобно героям в фильме. Тони, хозяин дома, кажется себе абсолютно состоявшимся человеком, сильным, волевым, держащим мир под контролем - свой, по крайней мере. С одной его стороны - Сьюзан, невеста, прелестная дама. С другой - Хьюго Барретт - дворецкий, которому он доверил не только обязанности по дому, но и доверился сам целиком без остатка. Две противоборствующие стороны. Но беда никогда не приходит одна. С бедой под названием «прислуга» явилось дьявольское искушение под названием «Вера». Теперь все зависит от воли, характера и силы Тони, к какому же берегу он решит в итоге причалить? Как жаль, что воли, характера и силы у него не оказалось… и не сказать, что он безропотен, нет, он ропщет, он сопротивляется всеми силами, пытается сбежать, но дьявольская воля слишком сильно сжала его в тиски и тащит на дно - и вот уже слуга господствует над господином и помыкает хозяином, как рабом, держит в руках всю его существо. Да и слуга ли он, и был ли им когда-нибудь? После первого просмотра фильм производит неоднозначное впечатление и оказывает весьма сильное психологическое воздействие. Темные зеркала, предостерегающее тиканье часов, насмешливое капание воды и дьявольская улыбка за каждым кадром - все это нацелено работает на нагнетание атмосферы. Актеры же, во главе с несравненным Богардом, безупречно играя роли, умело играют на натянутых нервах, заставляя примерить каждую шкуру на себя. Изумительная психологическая драма личности с глубоким подтекстом. Посмотреть фильм стоит каждому, равнодушным он не оставит никого! (tsiko)

comments powered by Disqus