на главную

МАЛЬЧИК С ВЕЛОСИПЕДОМ (2011)
GAMIN AU VELO, LE

МАЛЬЧИК С ВЕЛОСИПЕДОМ (2011)
#20475

Рейтинг КП Рейтинг IMDb
  

ИНФОРМАЦИЯ О ФИЛЬМЕ

ПРИМЕЧАНИЯ
 
Жанр: Драма
Продолжит.: 87 мин.
Производство: Бельгия | Франция | Италия
Режиссер: Jean-Pierre Dardenne, Luc Dardenne
Продюсер: Jean-Pierre Dardenne, Luc Dardenne, Denis Freyd
Сценарий: Jean-Pierre Dardenne, Luc Dardenne
Оператор: Alain Marcoen
Студия: Les Films du Fleuve, Archipel 35, Lucky Red, France 2 Cinema, Radio Television Belge Francophone (RTBF), Belgacom TV
 

В РОЛЯХ

ПАРАМЕТРЫ ВИДЕОФАЙЛА
 
Thomas Doret ... Cyril Catoul
Cecile De France ... Samantha
Jeremie Renier ... Guy Catoul
Fabrizio Rongione ... Le libraire
Egon Di Mateo ... Wes
Olivier Gourmet ... Le patron du bar
Batiste Sornin ... Educateur 1
Samuel De Rijk ... Educateur 2
Carl Jadot ... L'instituteur
Claudy Delfosse ... L'homme gare de bus
Jean-Michel Balthazar ... Le voisin Val Polet
Frederic Dussenne ... Le concierge
Myriem Akeddiou ... L'assistante medicale
Sandra Raco ... L'educatrice
Hicham Slaoui ... Le directeur

ПАРАМЕТРЫ частей: 1 размер: 2520 mb
носитель: HDD2
видео: 1280x688 AVC (MKV) 3330 kbps 24 fps
аудио: AC3 256 kbps
язык: Ru, Fr
субтитры: Ru, En
 

ОБЗОР «МАЛЬЧИК С ВЕЛОСИПЕДОМ» (2011)

ОПИСАНИЕ ПРЕМИИ ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ СЮЖЕТ РЕЦЕНЗИИ ОТЗЫВЫ

Сирилу почти 12, и у него есть мечта: разыскать отца, который временно оставил его в детском приюте. Случайно он встречает Саманту, хозяйку небольшой парикмахерской, которая соглашается оставлять его у себя по выходным. Но Сирил отказывается признавать любовь, которую Саманта к нему чувствует, любовь, в которой он отчаянно нуждается, чтобы усмирить свою ярость...

Двенадцатилетний Сирил (Тома Доре) живет одной мыслью: найти своего отца (Жереми Ренье), сдавшего его в приют. Мальчик убегает из детского дома, чтобы разыскать пропавшего папу. Его ловят, возвращают в приют, но он снова убегает, и тут происходит чудо... Случайно Сирил знакомится с Самантой (Сесиль Де Франс), хозяйкой салона причесок, которая соглашается брать его к себе на выходные. Сирил не замечает любви Саманты, любви, в которой так нуждается...

ПРЕМИИ И НАГРАДЫ

ЗОЛОТОЙ ГЛОБУС, 2012
Номинация: Лучший фильм на иностранном языке (Бельгия).
СЕЗАР, 2012
Номинация: Лучший зарубежный фильм (Жан-Пьер Дарденн, Люк Дарденн).
КАННСКИЙ КИНОФЕСТИВАЛЬ, 2011
Победитель: Большой приз жюри (Жан-Пьер Дарденн, Люк Дарденн).
Номинация: Золотая пальмовая ветвь (Жан-Пьер Дарденн, Люк Дарденн).
ЕВРОПЕЙСКАЯ КИНОАКАДЕМИЯ, 2011
Победитель: Лучший сценарий (Жан-Пьер Дарденн, Люк Дарденн).
Номинации: Лучший фильм (Жан-Пьер Дарденн, Дэнис Фрейд, Люк Дарденн, Андреа Оккипинти), Лучшая женская роль (Сесиль Де Франс), Лучший режиссер (Жан-Пьер Дарденн, Люк Дарденн).
НЕЗАВИСИМЫЙ ДУХ, 2012
Номинация: Лучший международный фильм (Жан-Пьер Дарденн, Люк Дарденн).
МКФ В ВАЛЬЯДОЛИДЕ, 2011
Победитель: Почетное упоминание (Тома Доре).
КФ В ЛОНДОНЕ, 2011
Номинация: Лучший фильм (Жан-Пьер Дарденн, Люк Дарденн).
ВСЕГО 7 НАГРАД И 13 НОМИНАЦИЙ.

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ

На написание сценария братьям Дарденн потребовалось около года.
Съемки картины заняли 55 дней. Это было связано с возрастом главного героя и достаточно жесткими во Франции ограничениями по работе с несовершеннолетними.
Роль в фильме стала дебютной для Тома Доре. На нее пробовались несколько сот мальчиков, причем на первом этапе прослушиваний он был только пятым по списку претендентом.
Это первый фильм братьев Дарденн, который снимался в разгар лета. Из-за этого освещение в нем выглядит несколько необычно по сравнению с их предыдущими режиссерскими работами.
В первоначальной версии сценария Саманта была врачом.
Для Сесиль де Франс "Мальчик с велосипедом" стал шансом впервые за долгое время поработать на родине.
Также, как и в предыдущем фильме братьев Дарденн, «Молчание Лорны», в «Мальчике» звучит музыка Бетховена.
Хотя режиссеры не отошли от гиперреалистической манеры своих ранних работ, для этого фильма характерна более яркая эстетика.
Премьера: 15 мая 2011 года.
Дарденны ранее дважды завоевывали "Золотую ветвь" Каннского кинофестиваля (за «Розетту» и «Дитя»).
Пресс-релиз - http://arthouse.ru/doc/GAMINVEL-PR.doc.
Официальные сайты и странички фильма - http://legaminauvelo-lefilm.com/; http://diaphana.fr/film/le-gamin-au-velo; http://bitters.co.jp/jitensha/; http://mozinet.hu/index.nof?o=0&nyelvid=1&k1=105&k2=139.
Картина входит в список "Лучшие фильмы сайта Rotten Tomatoes".
Владислав Шувалов. "Братья Дарденн как вирус варварского реализма" - http://cinematheque.ru/post/139662.
Братья Дарденн в Википедии - http://ru.wikipedia.org/wiki/Братья_Дарденн.
Сесиль де Франс / Ccile de France (род. 17 июля 1975, Намюр) - бельгийско-французская актриса. Подробнее в Википедии - http://ru.wikipedia.org/wiki/Де_Франс,_Сесиль.

Вы говорили, что фильм основан на реальной истории брошенного японского мальчика. Чем она вас зацепила? Жан-Пьер: История нас так поразила, что мы ее постоянно обсуждали друг с другом. Но у нас никак не получалось сделать из нее что-то больше, чем просто историю про брошенного ребенка. Только когда в сценарии появилась Саманта (хозяйка парикмахерской, которая берет ребенка на воспитание - Interview), мы стали думать, как бы можно было спасти героя. В жизни этот японский мальчик кончил плохо - он оказался в тюрьме. Тома Доре прекрасно справился с ролью Сириля, хотя до этого никогда не играл. Как вам работалось с человеком без актерского опыта? Люк: Было несложно. Когда работаешь с непрофессионалом, тем более ребенком, режиссерская работа сводится к минимуму. Это больше похоже на цирк с бесконечными тренировками - побежал, упал, прыгнул, залез на дерево и так далее. Потом мы начали ему давать небольшие куски диалога. Просто нужно было найти талантливого мальчишку, иначе бы ничего не вышло. Потом подключились другие актеры, и это придало ему уверенности. Вы всегда снимаете фильмы в Бельгии. Почему? Люк: Убийца всегда возвращается на место преступления, чтобы спросить себя: «Что я наделал?» - и испытать удовольствие от того, что никто не может ответить на этот вопрос. И если ты продолжаешь туда возвращаться раз за разом, кто-то может подумать: «Ага, это убийца». Жан-Пьер: Да, так что нам бы уже пора покинуть место убийства… Но, понимаете, слишком много причин остаться: мы здесь выросли, с этим местом нас связывают первые переживания. И вам никогда не хотелось снять фильм в какой-нибудь экзотической стране? Жан-Пьер: Это плохо для кино. Нет, фильм может быть фантастическим, он может быть снят в красивом месте. Но нужно быть осторожным. Люк: Верно, пейзаж может задавить твой фильм. Вы упомянули, что хэппи-энд в фильме - результат того, что вы постарели. Считаете, что вы сняли более жизнерадостный фильм, чем обычно? Люк: Я не думаю, что мы снимали фильмы с мрачными концовками. Наши персонажи так или иначе всегда спасаются. Просто в этом фильме это более очевидно, чем в предыдущих. Трагические развязки не всегда обязательны. А как вы строите свою работу вместе? Жан-Пьер: Ну, мы работаем над одним фильмом, от этого никуда не деться. Мы долго разговариваем, пока не понимаем: «Ага, вот оно». Чем-то это напоминает джазовую импровизацию. Вы начинали с документальных фильмов. Не хотите к ним вернуться? Жан-Пьер: Определенно, нет. Я предпочитаю придумывать истории. (interviewrussia.ru; полный материал на сайте американского "Interview" - http://interviewmagazine.com/film/jean-pierre-luc-dardenne-the-kid-with-a-bike/)

- Название фильма - "Мальчик с велосипедом" - имеет какое-то отношение к "Похитителям велосипедов" Де Сики? Люк: Нет, мы не думали о "Похитителях велосипедов", когда писали сценарий и придумывали название. Но естественно, наш итальянский продюсер сразу обратил на это внимание, начал смеяться: "Bicicletta, bicicletta". Понятно, что у нас в фильме тоже рассказывается об отношениях отца и сына. Но у Де Сики похищают два велосипеда, а у нас похищают, продают и возвращают один и тот же. - В этом фильме можно увидеть некие отсылки к предыдущим. Например, когда появляется персонаж Жереми Ренье, который играет отца, сразу вспоминаешь его героя из картины "Дитя", который продавал ребенка. Жан-Пьер: Я думаю, все наши фильмы примерно об одном и том же - о спасении. О том, как один человек может быть спасен другими людьми. Главный герой "Мальчика с велосипедом" покинут отцом и ищет в других мужчинах его подобие. И он должен принять любовь Саманты, принять ее желание спасти его. Она каким-то образом чувствует его потребность в спасении, когда он обнимает ее, совершенно незнакомую женщину, при первой случайной встрече. Чувствует эту потребность и отвечает на нее. И нет никаких других психологических обоснований ее поступков. Мне кажется, мы впервые за все время работы в кино рассказали историю любви. - В этом фильме, как, например, и в картине "Дитя", ваши герои манипулируют пачкой денег. Почему это настолько важно для вас? Люк: Для Сирила деньги - возможность надежды. Он приносит украденные деньги отцу - как дар, как средство, позволяющее вернуть его любовь. Чтобы снова почувствовать себя нужным, почувствовать себя существующим. Мальчик дважды говорит отцу: "Верь мне. Верь мне". Но видит совершенно не ту реакцию, которой ожидал. - В этом фильме вы решили сделать все еще проще и еще действеннее... Люк: Да, мы совершенно осознанно стремились к максимальной простоте. Мальчик обнимает женщину, и она начинает о нем заботиться - все, так просто, ничего больше за этим нет. И все персонажи - кроме Сирила - предельно просты. Саманта похожа на сказочную фею, которая явилась, чтобы творить добро. Тот парень, драгдилер - он Серый волк, который прячется в лесу и ест детей. Важно еще, что в фильме очень простая география. Действие происходит в треугольнике между заправкой, лесом и квартирами героев. На заправке происходят разные встречи, которые меняют ход истории. - Простота не отменяет глубины. Финал картины, с одной стороны, оптимистический, с другой - в нем есть что-то тревожное. Люк: Мы не хотели, чтобы финал отдалял нас от реальности. Было бы глупо, если бы в конце мальчик, которого мы считаем мертвым, пришел в себя и все герои упали бы в объятия друг друга. В этой почти сказочной истории мы хотели оставить пространство для правды. В финале один из персонажей говорит своему сыну: "Если мальчик умер, расскажем полиции то-то и то-то". Страшная вещь - они еще не выяснили, что случилось, а он уже заставляет своего сына врать. Хэппи-энд в этом фильме - для его героя, но не для нас. Мы же остаемся наедине с реальностью. Жан-Пьер: С самого начала, когда мы еще не знали, куда приведет нас эта история, мы хотели, чтобы Саманта вышла из всех испытаний победителем. Не хотелось тратить полтора года жизни на фильм, в котором у нее ничего бы не получилось. Дело не в иллюзиях. Мы правда верим в то, что кинематографисты творят собственную реальность. И в то, что при помощи своих фильмов мы можем показать, как можно преодолевать препятствия в реальной жизни. - С кинематографической точки зрения фильм сделан тоже очень просто. Многие сцены сняты одним планом. Жан-Пьер: Мы не планировали снимать так специально, решение пришло во время репетиций. Мы поняли, что эта история требует, чтобы за ней следили в режиме реального времени - за сюжетом, ситуациями и намерениями персонажей. Такова наша судьба. - Все ваши фильмы так или иначе говорят о семье, об отношениях внутри семьи. Какими были ваши родители? Жан-Пьер: Я очень благодарен нашим родителям за то, что они не вбивали нам голову идею социального успеха любой ценой. Никогда. Люк: В юности у нас было много противоречий, мы бунтовали. Но дом был открытый, всегда полно друзей. Отец работал на заводе, мать - домохозяйка. Нас было четверо детей. Одна наша сестра работает в театре, делает декорации. Вторая - медсестра в одном из парижских госпиталей. Мы часто ссорились, но чтобы растянуть наше детство на всю жизнь, мы с братом до сих пор работаем вместе. (Мария Кувшинова, OpenSpace.Ru)

Ленты братьев-режиссеров ("Дитя", "Молчание Лорны", "Розетта", "Сын") почти никогда не остаются без наград на крупнейших кинофестивалях и в Европейской киноакадемии. Эта работа удостоилась, в частности, Гран-при в Каннах. В "Мальчике с велосипедом" рассказана история трудного ребенка, которого родной отец сдал в интернат. Обозленный на окружающий мир, мальчишка попадает в дурную компанию и наверняка оказался бы потерян для общества, если б не добрая женщина, взявшая его на поруки. В роли бескорыстной опекунши малолетнего хулигана снялась актриса Сесиль де Франс. Наш зритель мог видеть ее в таких фильмах, как "Певец" с Жераром Депардье, "Потустороннее" с Мэттом Дэймоном, а также "Испанка", "Секрет", "Враг общества номер один", "Места в партере" и других. В фильме у Дарденнов Сесиль де Франс ощутила себя доброй феей. О работе над "Мальчиком с велосипедом" актриса рассказала нашему корреспонденту. - Для вас было сюрпризом приглашение братьев Дарденн? - Да, я была очень удивлена и польщена одновременно. Это честь - сниматься у двукратных обладателей Каннской «Золотой пальмы», но я не предполагала, что они обратятся ко мне теперь, когда я получила некоторую известность. Я ведь знаю, что они предпочитают непримелькавшиеся, новые лица. Думала, что мой поезд ушел. - С какими чувствами вы читали сценарий «Мальчика с велосипедом»? - Я, конечно, хорошо знаю работы этих режиссеров. Их сценарии всегда очень близки к готовой картине. Так что, читая, легко себе представить, каким будет фильм. И я быстро осознала, что мой персонаж - не главный. За главным героем у Дарденнов камера обычно следует все время, и мы вместе с камерой. Здесь главный - мальчик Сирил. - Вам было легко наладить отношения с юным партнером, сыгравшим Сирила, - с Тома Доре? - Я не воспринимала его как ребенка. В моих глазах это был вполне взрослый молодой человек. Он больше времени, нежели я, провел с братьями Дарденнами, готовясь к съемкам. И в его руках была власть непрофессионала: никогда прежде не снимавшийся актер, он как чистый лист для режиссеров. А мне требовалось забыть весь предыдущий опыт и проникнуться внутренними ощущениями персонажа. - Но эмоционально фильм довольно закрытый. И о вашей героине мы узнаем не так-то много… - Мне представляется, что наша история - современная сказка, а моя героиня - добрая фея. Когда вы читаете сказку, вы ж не всегда в курсе, откуда фея взялась и как дела в ее семье… А что касается эмоций, то актерская игра здесь и правда довольно сдержанная. Потому что рассказанная история и без того сильная, слишком выразительный перформанс был бы наигрышем. - Вы для себя как-то объяснили мотивацию вашей героини, почему она берется заботиться о чужом ребенке? - Нет, говорю же - это сказка. И я во всем доверилась режиссерам. Они сказали: ты не должна думать о характере. Мы тебя выбрали за светлую, оптимистичную внешность, за то, что ты не выглядишь, как мировая скорбь, и не надо искать психологических обоснований. Это мне подходило, я во многом человек инстинкта. И могу оценить метод, где актерская физика важнее интеллекта. Сказали: не думай о мотивации, - о'кей, не буду. У меня в театральной школе был замечательный педагог, он говорил примерно то же самое: иди на сцену и будь естественной. - То есть вы согласны быть лишь послушным инструментом в руках режиссера? - Когда работаешь с выдающимися постановщиками, такова актерская миссия: абстрагироваться от себя, соответствовать их замыслу, вести себя как солдат. Возможно, в армейской службе не так уж много удовольствия, но у нас одна цель - сделать все, что прикажут, чтобы рассказать историю. - И никакой импровизации? - Нет, что вы, лишнего слова не вставишь. У Дарденнов истории выглядят на экране живо и жизненно, но при этом в самом процессе работы нет ничего от документального кино. - Незадолго до братьев Дарденн вы снялись у Клинта Иствуда: у этих режиссеров, должно быть, совершенно разные методы работы? - Это точно! У Дарденнов все детали схвачены, продуманы до мелочей, все под контролем. Много дублей, весь день ты плотно занят. А у Клинта много свободы, один дубль, и он не вникает в такие детали, как, допустим, костюм персонажа, - этим занимаются специальные люди. В фильме Иствуда было цунами - мы сняли его за один день на Гавайях. Дарденны, наверное, работали бы над этим месяц (улыбается). - А как вам показался Голливуд, красные дорожки, гламур? - Признаюсь, это не моя тема. Для меня пройтись по красной дорожке - это как часть игры. Хотя я и бываю тронута приемом публики. - Благодаря работе над «Мальчиком с велосипедом» вы вернулись на родину, в Бельгию… - Да я не то чтобы совсем уехала, я то и дело возвращаюсь, мне важно чувствовать национальную идентичность. Работа над этим фильмом стала хорошим багажом для актерской карьеры, и в то же время он снят так, как я люблю. Думаю, мне вообще везет. Снимаюсь у хороших режиссеров, играю характеры, с которыми отчасти могу себя идентифицировать. Ведь нужно видеть себя в персонаже, если хочешь, чтобы фильм получился. А зритель в то же время должен видеть не актрису Сесиль де Франс, а героиню. Я ведь не себя демонстрирую. (Екатерина Чен, "Эксперт")

[...] С тем и приходишь к бельгийцам Дарденнам и их «Мальчику с велосипедом», ожидая чего-то качественно однородного, художественно целого. Отчасти не обманываешься. Фильм про 12-летнего мальчишку, которого папа сдал в сиротский приют, пообещав забрать через месяц, продолжает выскребывать из человеческой души то темное, что там ютится в количествах гораздо больших, чем себе представляешь. На очень простом поведенческом сценарии, грубовато подстроив туда подростковую потребность в сильной фигуре отца, с не менее грубыми, выбивающими тебя из действия музыкальными вставками, братья-режиссеры конструируют фильм, который держит в напряжении. Они повсюду развешивают «ружья», но не каждое выстреливает. Что и удивляет, и радует - благодушием, Дарденнам обычно не свойственным. (Виталий Нуриев)

Уже по первым конкурсным фильмам стало ясно, что фокус в этом году наведен на детей, причем весьма нежного возраста. Чемпионы по срыванию "Золотых пальмовых ветвей" братья-бельгийцы Жан-Пьер и Люк Дарденны представили фильм "Мальчик на велосипеде". С некоторой долей условности можно представить, что вынесенный в заглавие мальчик - тот самый, которого младенцем мы видели шесть лет назад в фильме "Дитя": тогда его едва не продали привыкшие к легким деньгам непутевые родители. На сей раз папаша - в исполнении того же Джереми Ренье - просто-напросто сдает мальчишку в интернат, отказываясь встречаться с ним даже по выходным. Его усыновляет сердобольная парикмахерша, но фрустрированный мальчик тут же попадает под влияние обаятельного бандита, видя в нем суррогатного отца, оказывается втянутым в преступление и едва не погибает. Явно не относясь к лучшим картинам Дарденнов, греша и неточностью деталей, и сентиментальностью, "Мальчик на велосипеде" тем не менее заставляет напряженно смотреть себя, потому что трудно не посочувствовать обездоленному, сбитому с пути ребенку, потому что вспоминаются "Похитители велосипедов" и старый добрый неореалистический гуманизм. Дарденны, начиная с награжденной в Канне "Розетты", стоят у истоков европейского "нового реализма", но и он на глазах становится историей. [...] (Андрей Плахов)

На последнем кинофестивале в Каннах братья Дарденн шли нога в ногу с другим постоянным фаворитом этого киносмотра, «турецким Антониони» Джейланом, и в итоге разделили с ним Гран При. «Мальчик с велосипедом», действительно, идеальное кино из фестивальной обоймы: с четко выраженным социальным месседжем и при этом не слишком пессимистичное. Дарденны вообще умудряются снимать фильмы про неблагополучных героев и острые проблемы европейского общества без чернушных перегибов «социалки», но по сравнению с их прошлыми работами «Мальчик с велосипедом» выглядит почти что сказкой про Золушку. 12-летнего Сирила бросает отец, прихватив с собой его любимый велик - кажется, единственную вещь на свете, к которой этот парень по-настоящему был привязан. Волей случая в его судьбу вмешивается добрая фея - душевная парикмахерша с неудачливой личной жизнью; вопреки упорному сопротивлению героя они вместе, через невзгоды, идут к хеппи-энду. (Ольга Страховская)

Братья Дарденны опять превзошли себя в сложности поставленной задачи и простоте ее исполнения - в общем, они опять сняли хороший фильм. «Мальчик на велосипеде» разделил Гран-при прошлого Каннского фестиваля - кажется, просто потому, что две «Пальмы» у братьев уже есть. Двенадцатилетний Сирил сбегает из сиротского приюта. Он хочет найти своего отца, который давно его бросил. Сорванца пытаются вернуть обратно, но на сторону мальчика вдруг становится незнакомка из местной парикмахерской: она просит не наказывать его и соглашается присматривать за ним на выходных. Все фильмы братьев так или иначе о внутреннем сопротивлении, которое всегда амбивалентно и существует вне морали. Можно сопротивляться злу внутри себя, как это делает Лорна из «Молчания Лорны». А можно - добродетели, как это делает Розетта из «Розетты». Братьев интересует сам момент этого сопротивления, всякий раз обеспечивающий переход в новое состояние и позволяющий человеку увидеть себя со стороны. Опять же, не так важно, что человек делает - помогает ближнему или проходит мимо: в обоих случаях он увидит свое истинное лицо. И никакой судья уже не нужен, чтобы в этот миг все про себя понять и самому вынести себе приговор. Эти режиссеры появились аккурат в момент кризиса постмодернизма, который камня на камне не оставил от человека - как понятия, образа, символа. В 1999-м их рваная, неистовая, снятая на одном дыхании «Розетта» получила каннскую «Пальму», обойдя новые творения Линча, Гринуэя, Альмодовара и других «игроков в бисер». То был фильм обо всем ужасном, что есть в каждом из нас, снятый без иронии, но и без осуждения. После всех надежд на гуманистичный конец света, который наконец-то покончит с человечеством, Дарденны едва ли не последние, кто без всякого снисхождения дает нам (и себе тоже) еще один шанс. (Евгений Гусятинский)

Эмоциональная драма братьев Дарденн повествует о буйном и неуправляемом подростке, который пытается найти своего непутевого отца с помощью велика, криминала и почти святой подруги. В соответствии с названием новый фильм братьев Дарденн повествует о парне - буйном 11-летнем Сириле (Тома Доре) - и его велосипеде, за который мальчишка держится так же отчаянно, как хромой за костыль. Асоциальность и дурное поведение Сирила вполне объяснимы - фильм начинается с того, что невозмутимый отец сдает его в детдом. Но когда парикмахерша Саманта (Сесиль де Франс) соглашается забирать его на выходные, кажется, что и в этой насупленной жизни намечается просвет. После этого обманчиво документальный по манере фильм оборачивается ульем страстей, грозящих спасению героя из ада соцопеки. Его велосипед крадут, причем не один раз. Местный прохиндей тащит героя на криминал. Благие намерения Саманты и вовсе пробуждают в нем самое худшее. Как и остальные фильмы Дарденнов, «Парень с велосипедом» работает и как пристальная социалка, и как религиозная метафора. Сирил столь убежден в своем мученичестве, что порой выглядит тут малолетним Христом без намека на веру и цель. В непоколебимом терпении Саманты чувствуется святость. Когда же за кадром вдруг вступают отрывки из «Императора» Бетховена, то они ощущаются знаками присутствия высшей силы. Неудивительно, что, когда Сирил приходит-таки к неброскому катарсису, тот бьет с силой божественного откровения. (Кит Улич)

Победитель Гран-при жюри на Каннском фестивале 2011 года, драма о мальчике, о его поисках отца, о его встрече с женщиной, и любви, в которой он отчаянно нуждается. Молодой Тома Доре, великолепный в своей первой роли, опираясь на одаренных режиссеров, обеспечивает по-настоящему поразительное выступление. Получив известие, что его отец ушел, Кирилл просто отказывается верить, и сбегает, чтобы его найти. Он бежит, он пойман, он скован, он делает вид, что успокоился, и как только он вводит взрослых в заблуждение, он сбегает снова. Его ловят, свидетелем этого становится симпатичная молодая женщина, парикмахер (Сесил Де Франс). Она находит отца мальчика, выкупает проданный им велосипед, привозит мальчику. Кирилл смело просит ее, пожить в ее доме. Она соглашается принимать его по выходным. А когда ее молодой человек ставит ее перед выбором - он или я, выбирает мальчика. Отец вновь отказывается от мальчика. Мальчик ввязывается в дурную компанию, она платит за него штраф. И это только начало его неприятностей… Менее чем за 90 минут, братья Дарденны создали кинематографическое чудо, в котором ничего не происходит, а все, что происходит имеет какой-либо смысл. Именно с помощью кинематографического минимализма они достигают максимальной эффективности с точки зрения выявления подлинной эмоциональной реакции зрителей. В их картинах случаются ужасные, катастрофические события, но они изображены с прямотой, а это почти равнозначно отказу в угоду публике. «Мальчик с велосипедом» настойчиво повторяет стиль братьев Дарденнов, в котором реализм сочетается с некоторой непонятной нереальностью. Фильм о любви и милосердие, о добре и обнаружение добра. (inoekino.ru)

"Мальчик с велосипедом", удостоенный гран-при Каннского фестиваля,- первый фильм братьев Дарденн, снятый летом. Пустяк вроде бы. Но когда речь идет о режиссерах, изумительно постоянных в своих эстетических и этических предпочтениях, режиссерах, для которых время человеческой жизни - зима или в лучшем случае неприветливая осень, пустяк приобретает метафизическое измерение. Или дает повод для споров: "Мальчик" - это фильм Дарденнов или не совсем? То есть, конечно, сняли его они, но, как в известном анекдоте, бывают поддельные елочные игрушки, которые ровным счетом ничем от настоящих не отличаются - но только радости детишкам не доставляют никакой. И бывают режиссеры, которые в какой-то момент начинают имитировать самих себя. В данном случае речь идет, конечно, о дефиците не радости, а страдания. Камера Дарденнов, неотступно преследовавшая героев их прежних фильмов, все время напоминала: мир холоден и жесток; есть высшая мораль, воспоминание о которой способно шевельнуться в душе даже совсем пропащих, но вряд ли это поможет сделать мир лучше; каждый за себя, а Бог против всех. На первый взгляд страданий братья и на сей раз отмерили по полной. Двенадцатилетнего Сирила (Тома Дюре) отец-одиночка (Жереми Ренье) сдал в приют, его любимый велосипед продал, а при встрече просто послал сына куда подальше. Сирил долго и упорно стучится головой о стену (в прямом и переносном смысле слова), царапает себе лицо, катается по полу и тыкает ножницами в святую парикмахершу Саманту (Сесиль де Франс), готовую заменить ему и мать, и отца. Связывается с бесовски обаятельным дилером Весом (Эгон Ди Матео), грабит по его наводке торговца газетами, охаживая и его, и его сына по голове бейсбольной битой. Сам чуть не погибает. И вдруг - именно что вдруг - становится резко положительным. Что не так? А ведь что-то, безусловно, не так. То, что Дарденны впервые сняли звезду? Но Сесиль де Франс играет, точнее говоря, существует на экране точно так же, как все обычные актеры Дарденнов. Пожалуй, главное "не так" - это музыка, для которой в мире Дарденнов раньше просто не было места: они слишком доверяли изображению и, похоже, вслед за Бунюэлем считали драматургическое использование музыки нечестным приемом. Теперь же она "нечестно" звучит в патетические моменты, словно указывая зрителям надлежащее эмоциональное состояние. Мировая киноаудитория узнала Дарденнов благодаря "Обещанию" (1996), но к тому времени братский стаж уже насчитывал двадцать лет "активистского" документального кино, снятого в рабочих пригородах и посвященного забастовкам или, скажем, движению Сопротивления. Переход к инсценировке уже был, если исходить из координат кино прямого действия 1970-х, уступкой "буржуазному вкусу". К социальной непримиримости братьев добавилась непримиримость метафизическая. Однако в равной степени раскаленные социальность и метафизика могут уживаться друг с другом успешно, но недолго, как в фильмах Роберто Росселлини рубежа 1940-х и 1950-х годов. Наверное, с Дарденнами произошло то же, что часто происходит с радикальными социальными реалистами, например с британцами Кеном Лоучем и Майком Ли. Они устали. Захотели наконец-то хеппи-энда. Хотя, возможно, полагают, что у них получился не хеппи-энд, а катарсис. Имеют право. Но в мире, который они десятилетиями истово творили на экране, счастливые концы невозможны по определению. (Михаил Трофименков)

Сирил сжимает в руках телефонную трубку, голос человека рядом терпеливо и все же настойчиво требует ее положить, мальчик просит о еще одной попытке, снова пробует дозвониться своему отцу, номер больше не обслуживается, аппарат вырывают у Сирила из рук, он кусает воспитателя, проползает под столом и выбегает из приюта. На улице светит яркое солнце, он бежит по зеленому газону, перелезает через ограду, за ним пускаются в погоню. Подросток карабкается на дерево, его хватают, он тщетно силится вырваться, за кадром звучит торжественная классическая музыка. Уже в этом прологе - трех планах, разделенных двумя монтажными склейками - бросаются в глаза нетипичные для братьев Дарденн приемы. Когда-то они сказали, что «рисовать надо не кистью, а щеткой» - так точнее выходит передавать шершавую материю бытия. Логично, что и их истории всегда разыгрывались ненастной осенью, когда дул пронизывающий ветер, а леденящая вода морозила случайно окунавшихся в нее героев. На смену пасмурной хмури в «Мальчике с велосипедом» пришли яркие краски непривычно ласкового лета. Кроме того в том изводе реализма, который вошел в моду после каннского триумфа «Розетты», не могло найтись места закадровой музыке - тем более возвышенной классике. Здесь же звучит адажио из пятого фортепианного концерта Бетховена, точнее предельно короткие фрагменты из него. Эту музыку Бетховен писал во время оккупации Вены Наполеоном, композитора переполнял страх, а он сочинял духоподъемные произведения о вере в человека - а это, вообще говоря, магистральная тема братьев Дарденн. Концерты Бетховена до сих пор присутствовали в их фильмах опосредованно - вдохновляясь ими, режиссеры писали сценарии. В «Мальчике с велосипедом» музыка звучит не для нас, а для главного героя - она раздается в самые беспросветные для него моменты. Сначала в прологе, потом, когда от подростка впервые отказывается найденный отец, еще раз после провала еще одной попытки вернуться к нему, и последний - в финале. Эта музыка словно напоминает герою о существовании чего-то большего - того, что придает ему сил жить дальше, энергично крутить педали своего велосипеда. Лаконичные отрывки задают структуру, разделяя фильм на несколько актов. Мальчик яростно ищет отца, а волею случая встречает незнакомую женщину - добрую парикмахершу Саманту (Сесиль де Франс), она вернет пропавший велосипед, начнет брать Сирила к себе на выходные и поможет с поисками папы. Подросток не сразу оценит благородный жест и променяет ее кротость на решимость отца символического - главаря банды похитителей велосипедов, тот толкнет Сирила на преступление. Это ограбление, а значит, в дело вступает неизменный двигатель дарденновских сюжетов - пачка денег. Бельгийцы никогда не впадали в дидактичный морализм при виде купюр, потому и напряженную сцену нападения на бензоколонке разбавляют трагикомической деталью: мальчик стоит наготове с бейсбольной битой в ожидании своей жертвы, а на соседней стене висит издевательское рекламное объявление: сумма с несколькими нулями и надпись «Бинго!». Вот и вся сюжетная линия, извечная мнимая простота Дарденнов. Ясная - как струящийся в кадре солнечный свет - структура картины намеренно схематична и выстроена с геометрической точностью. Герои бродят по кругу из нескольких локаций (бензоколонка, дом парикмахерши, укрытие хулиганов), то и дело в них возвращаясь - привычная тесноватая география пригорода Серен, в котором происходило действие «Розетты». Первостепенный мотив фильма - кризис веры. Утрата веры в изначально данное, кажущееся незыблемым (отец) и обретение новой веры в другого человека и его неравнодушие. Все твердят мальчику, что отец его бросил, но он раз за разом требует вещественных подтверждений предательства - как те дети, которые прослышали о Боге и требовательно просят того дать хоть какой-нибудь пустячный знак, способный подтвердить его существование. Сирил не поверит, что отец сменил сим-карту, пока не наберет номер самостоятельно; не осознает, что тот съехал, пока консьерж не отопрет ему пустую квартиру; не допустит мысли, что тот мог избавиться от велосипеда, пока собственными глазами не увидит объявление о продаже. Он будет демонстрировать, что способен принести пользу (помогая отцу мешать соусы на кухне, где тот работает; одна из лучших сцен фильма), попробует наглядно доказать, что чего-то да стоит - принеся украденные деньги. В чисто ремесленном мастерстве рассказывать истории, удерживать внимание зрителя - Дарденнам нет равных в сегодняшнем кинематографе - неважно, фестивальном или коммерческом. В каждом их фильме есть эпизод, где герои, отвлекшись от основного повествования, играют друг с другом, дурачатся, завоевывают внимание не словом, но сугубо физическим действием, показывают фокусы. Розетту ее коллега развлекает показом гимнастических упражнений, плотник из «Сына» потешает убийцу умением определять расстояния с точностью до сантиметра, а в «Мальчике...» зазвавший героя в гости хулиган в шутку имитирует боевые приемы из компьютерной игры. Эти сцены в совершенстве передают суть творческого метода самих режиссеров. Парадоксальным образом они под стать своим героям оказываются гениальными иллюзионистами в первозданном понимании этого слова. Иллюзионизм подразумевает эскапизм, бег от реальности. Дарденны же увлекают нас не выдумкой, а изображением неприкрашенной повседневности; они владеют исключительным даром завораживать одним фактом смены картинок - словно мы оказались теми простодушными зрителями начала века, которым еще только предстоит впервые увидеть прибытие поезда на вокзал Ла-Сьота. Если говорить о визуальном таланте, то опять же: пусть Дарденны и извлекают образы из грубой реальности, счищая все лишнее, но именно им принадлежит один из самых гипнотических и напряженных кадров прошлого года - эта расплывающаяся клякса крови на плече у Сесиль де Франс после удара ножницами. При всем нежном отношении к фильму его не хочется называть великим, последний на сегодня безоговорочный шедевр бельгийцев - это «Дитя», принесшее им вторую «Золотую пальмовую ветвь». «Мальчик с велосипедом» же совершенен так, как были совершенны второстепенные картины классиков неореализма - может, они и не влияли на историю кинематографа, но служили важным дополнением к предшествовавшим им творениям. С режиссерами того времени роднит Дарденнов и старомодная - казалось бы навсегда ушедшая - идеалистическая убежденность, что кино способно менять мир. Именно потому Дарденны, возможно, единственные продолжатели подлинной гуманистической традиции, а не того равнодушного морализма, который принято продавать под ярлыком гуманизма. В своем дневнике (http://kinoart.ru/2008/n7-article18.html#1) в 1991 году начинающий режиссер Люк Дарденн цитирует знаменитый девиз Пауля Целана «Не вижу разницы между рукопожатием и стихотворением» и мечтательно пишет: «Как бы мне хотелось, чтобы мы тоже смогли сделать такой фильм-рукопожатие». Эта запись служит ключом ко всему творчеству Дарденнов; наилучшим же образом реализовать свое устремление двадцатилетней давности им удалось именно в «Мальчике с велосипедом». Ведь рукопожатие - простейший акт солидарности, а памятником людской солидарности и является этот фильм. А еще рукопожатие - это минимальная единица человеческого прикосновения. От фильма к фильму Дарденны последовательно доказывали, что главное - не бояться, уметь протягивать руку самому и принимать ее от другого. К горьким хэппи-эндам каждой из их картин персонажи приходили с этим знанием, постижение которого им давалось нелегко. Дарденны могли рассказывать какие угодно жесткие истории, но всегда были верны одному фундаментальному принципу - оставаться пристрастными по отношению к своим героям, не стоять в стороне, не держать дистанции. В кажущемся закономерным следующем шаге - «Мальчике с велосипедом» - они не просто идут на нарушение своих негласных правил, но словно наделяют персонажей этим инстинктивным знанием, сделавшим возможной их встречу. Когда-то лишившаяся очередной работы Розетта вцепилась в мешок муки, стискивала его и отказывалась отпускать. С той же отчаянной решимостью смыкает объятия Сирил, натолкнувшись на незнакомую женщину. Та только и способна прохрипеть - не сжимай так сильно; будто бы он мог ослабить хватку. «Мальчик на велосипеде» - вслед за «Молчанием Лорны» - доводит до максимума принцип безостановочного движения, он на нем основан, это фильм-спринт. Велосипед не просто напоминает о прошлом и нехватке семьи, но приносит своему владельцу единственно возможную устойчивость - равновесие в движении - ведь подросток обретает его только в тот момент, когда почва совсем начинает уходить у него из-под ног (в финале его ловко выбивают метким пинком, но это уже не страшно - Сирилу удалось найти новую точку опоры). Вот он и движется - носитель мощнейшего импульса, который находит себя в беге и направленной на самого же себя агрессии. На пути у него встает одно и то же препятствие: вечно закрытые двери, в которые он ломится - охраняемая консьержем дверь подъезда, дверь покинутой квартиры, дверь нового жилища отца, запертая дверь на улицу в доме парикмахерши... Сказочное допущение Дарденнов, суть даримой ими надежды, заключается в том, что однажды найдется открытая дверь, а за ней живой человек, в которого на всей скорости и влетит их мальчик. Двери больше не закрываются, прислоняться разрешено. (Борис Нелепо)

Сириль, трепетный 12-летний мальчик из социального центра для детей из трудных семей, разыскивает отца, который его бросил, и велосипед, который был подарен ему беспутным папашей. А находит Саманту, парикмахершу, которая начинает забирать ребенка к себе на выходные. Уживаться с обиженным на весь мир мальчишкой совсем не легко, особенно если учесть, что свои виды на него имеют местные хулиганы. Братьев Дарденн давно и привычно называют певцами бельгийского рабочего класса. Их кино угрюмо, реалистично, по-хорошему буднично, но в каждом своем фильме они дают зрителю возможность выдохнуть. В каждом из них тягостное, душное предчувствие грозы вознаграждается сперва молнией и громом, а затем разливающейся в атмосфере свежестью озона. "Мальчик с велосипедом" ничем особым вроде бы не отличается. Также нагнетается сиюминутное давление повседневности, также случается событие, разрывающее ткань будней, также следует катарсис. Но кажется, что братья ступили на новый уровень. Им уже не нужно заигрывать с социально острым материалом для того, чтобы привлечь внимание к своим героям: и брошенный отцом мальчик, и его приемная "мама" ведут совершенно обыденную ничем не выдающуюся среднеевропейскую жизнь. Они не дают своим героям сверх меры: только то, что те в действительности могут снести. Первые час размеренных поисков отца, попыток ужиться с чужим ребенком, обычных испытаний вроде хулиганов, которые крадут, обещает всего лишь крепкую драму вроде тех, что снимает, например, Кен Лоуч. Зритель успокоен, но финал фильма неожиданно переводит сюжет в плоскость символическую, в режим разговора о вечных проблемах и ценностях: о любви, о мести, об ответственности, о прощении. Будь каждое из этих слов произнесено прямо, оно бы не значило ровным счетом ничего, было бы общим местом. Но Дарденны, заставляя следить за злоключениями не слишком симпатичного мальчишки (блестящая работа Тома Доре) и его случайной знакомой Саманты, за тем, как они едят бутерброды, едут в машине, ходят в магазин, плетут сеть, в которую зритель попадает словно муха. Бельгийцы говорят о простых вещах, изобретают велосипед, но делают это так, что дух захватывает. Их героям невозможно не верить. Они реальны. А значит и высокие вопросы, которые ставит фильм, тоже обретают какую-то повседневную простоту, необходимую осязаемость и плотность. (Василий Степанов, "Empire")

Удивительное дело - бельгийские режиссеры братья Дарденн, прославившиеся жесткими квазидокументальными картинами «Розетта», «Дитя» (оба фильма - лауреаты Канна), «Молчание Лорны» (приз Канна за лучший сценарий), вдруг сняли не физиологический очерк о неустроенности человека в современном мире. Правда, третьей «Золотой пальмы» им за «Мальчика с велосипедом» не дали, но присудили Гран-при жюри. Фильм близок по духу голливудским сказкам про то, что все будет хорошо. Впрочем, и раньше их картины очень напрашивались на ремейк в пафосно-сентиментальных традициях «фабрики грез». Конечно, братья верны социальной тематике, узнаваемым реалиям, непричесанной жизни в кадре. Но в то же время почти монохромная палитра «демисезона» предыдущих фильмов в «Мальчике с велосипедом» сменилась яркими сочными красками лета. Фабула усложнилась, появился юмор. Да и камера постоянного оператора Дарденнов (Ален Маркоен) не просто неотрывно следит за главным героем, как свидетель обвинения, - она поэтизирует его летящую поездку на велике по городу так, будто это и есть главное событие картины. Мальчик с велосипедом - 11-летний Сирил (Тома Доре), сирота при живом отце. В биографии отца (Жереми Ренье, который когда-то в одном из ранних фильмов Дарденнов - «Обещание» - сыграл мальчика с мопедом) явно был оставшийся где-то за кадром дурной период, и ему надо начинать с нуля. Мать, видимо, исчезла из жизни обоих очень давно. Поэтому Сирил отправляется в интернат, а его любимый велосипед продан соседу. Приключения современного Оливера Твиста просты и понятны: Сирил хочет понравиться отцу, чтобы тот его взял к себе. Только для этого он сбегает из интерната и вляпывается в истории: одной из первых становится битва за велосипед, во время которой он сталкивается с Самантой (Сесиль де Франс). Саманта в этой истории ангел и фея. Персонаж для Дарденнов крайне неожиданный. Ну какое может быть дело до чужого подростка молодой парикмахерше? У нее есть бойфренд - с ним бы разобраться. Однако Саманта сначала выкупает велосипед Сирила, а потом берет его самого к себе в дом, чтобы заботиться, хотя парень он угрюмый и колючий, не склонный кого бы то ни было слушаться. Она даже теряет из-за Сирила бойфренда. Сами авторы говорят о ней: «Добро загадочнее зла, потому что зло всегда мотивировано, а добро нет. Мы впервые придумали персонажа, руководствующегося интересами другого человека, а не собственным эгоизмом». Тем не менее Сирил не оставляет своих попыток приглянуться отцу. Парень он бойкий, не какой-нибудь хлюпик - может и подраться. Если отцу не на что его содержать, то он решает подзаработать. Местный бандит втягивает его в криминальную историю. Однако пачка денег, добытая ужасным способом, не может купить любовь. За любовь надо заплатить жизнью - примерно это говорят Дарденны, когда устраивают финальное испытание и для героя, и для зрителей. Кажется, впервые режиссеры не объективные наблюдатели сюжета человеческой жизни, в котором они морализаторски холодно расставляют акценты. Они явно болеют за Сирила - подарили ему фею и делают все, чтобы он стал достойным ее. Возможно, братский дуэт понял, что использование одного приема, одной манеры ведет к потере публики. Они тоже захотели любви. Конечно, их упрекнули за это упертые критики, готовые загнать весь кинематограф в рамки фестивального гетто. Но «Мальчик с велосипедом» слишком очевидно пересек его границу и мчится к людям. (Ирина Любарская)

Когда Розетта в ранней картине Дарденнов металась в своем рвении выжить, это зрелище заставляло переживать и тайно надеяться, что фильм/мир братьев вдруг просочится сквозь хрупкую сетку экрана и засосет в себя всех своих свидетелей. Когда Лорна в предыдущем фильме Дарденнов выскочила из машины и начала бежать в лес, наоборот, хотелось надеться, что хотя бы она выбежит из этого же фильма/мира, открыв своим маневром портал в иное измерение. Дарденны предпочли не следовать за ней, а остаться на истоптанной земле извечных мудростей и социального декора. Дарденны продолжают снимать кино так, что каждая их новая работа выглядит следующей серией предыдущих. Жереми Ренье в «Ребенке» - такой же отец, как и в «Мальчике», а у мальчика, похоже, те же гены, что и у Розетты или Франсиса из «Сына». Братья сделали хороший, нежный и умный фильм с проверенными актерами и ситуациями, лишь слегка сгладив фактуру, хоть вибрация изображения и наглая слепота первооткрывателей и были их сильными сторонами. Теперь же их конфронтации выглядят хоть и бодро, но отчужденно, как драки рыбок в аквариуме. А единственным визуальным приветом памяти, не считая велосипеда парня Сирила, является лишь его красная футболка. Люк Дарденн говорит, что это их давняя затея - сделать фильм о том, как женщина без очевидных мотивов вырывает мальчика из круга насилия. Мальчик, отлично сыгранный Тома Доре, живет в приюте, от него отказывается его отец, но находится женщина, героиня Сесиль де Франс, готовая ухаживать за ним. Мальчик воспринимает мир непосредственно и вражески. И долгое время выглядит жертвой традиций взрослого мира, в котором не принято выходить за забор или кататься на качели без надзирателя, но всегда нужно говорить «до свиданья», кланяться и извиняться. Мальчик мечется между иллюзорной свободы жизни с отцом и нигилистической крутизной дружбы со знакомым хулиганом, но оказывается бескорыстно нужным только героине Сесиль де Франс. Побеждает вера в хороших людей и не-насильственность. Фильм демонстрирует окончательность поворота братьев от эстетики к этике, за которой, как известно из Кьеркегора, остается только религия. Солидная моральная составляющая доминировала у братьев и ранее, но в сочетании с более традиционными и объективными формами повествования она звучит едва ли не языком власти. Подобная форма оказывается полем очень тонких различий и манипуляций. Понятно, что братья - гуманисты, что они за мир и терпение, но не понятно, почему хулиган-искуситель мальчика или даже персонаж Ренье выглядят скорее плохими героями, чем несчастными. И это, похоже, даже не «новая повествовательность», а академический анахронизм. (Олександр Телюк)

Новая социальная зарисовка бельгийцев Жан-Пьера и Люка Дарденнов "Мальчик с велосипедом", выполненная в жанре фильма-сказки, фигурировала, как и почти все дарденновские фильмы, в конкурсе Каннского кинофестиваля в качестве дежурного блюда и была удостоена гран-при жюри. Если бы регламент требовал для этого приза сопроводительной формулировки, там наверняка присутствовала бы какая-нибудь "лелеющая душу гуманность" и прочие трогательные слова, отражающие тот факт, что "Мальчик с велосипедом" - самый добрый, уютный и просветленный фильм Дарденнов. Первоначально у "Мальчика" было рабочее название: "Освободите меня!", неожиданно экспрессивное для флегматичных братьев, склонных к медитативной созерцательности - они вообще не любят, когда люди суетятся на экране и совершают резкие движения, зато могут несколько минут с неподдельным интересом наблюдать, как человек вдумчиво поедает яйцо вкрутую. По сравнению с большинством дарденновских героев, 12-летний персонаж Тома Доре, воспитанник интерната, который ищет замену отказавшемуся от него отцу (Жереми Ренье),- самый динамичный, порывистый и шустрый. Для начала он убегает из интерната, будучи не в силах смириться с тем, что отец не хочет его видеть, переехал в неизвестном направлении и, главное, продал велосипед сына вместе со своим мотоциклом. В своей любви к двухколесному транспорту братья Дарденн проявляют такое же редкостное постоянство, как, скажем, Алексей Балабанов, в каждый фильм вставляющий трамвай. В обращении с велосипедами и мопедами Дарденны изрядно поднаторели и извлекают из них максимум драматургического потенциала. В сущности, не будь у их очередного мальчика велосипеда, к которому он привязан больше всего на свете (даже отец не всегда может конкурировать с педальным другом, тем более что и не стремится к этому), было бы довольно трудно строить какие-то предположения о его эмоциональном мире. Каннская пресса неоднократно сравнивала сказочного полусироту, которого играет Тома Доре, с Пиноккио, и сравнение это представляется тем более оправданным, что при всей своей резвости бедный брошенный ребенок, который вроде бы много бегает, мечется, рвется и бросается к людям, внутренне остается каким-то деревянненьким (хотя, возможно, это и лучше, чем если бы мальчик бил на жалость в мелодраматическом ключе). Вместо папы Карло у бельгийского Пиноккио обнаруживается приемная "мама", добросердечная парикмахерша (Сесиль де Франс). Дарденны, обычно использующие неизвестных актеров, пригласили на эту роль звезду и как бы подчеркнули, что никакая это на самом деле не парикмахерша, а самая что ни на есть добрая волшебница. Случайно встретив героя в поликлинике, она проникается к нему сочувствием и совершает несколько чудес: возвращает ребенку велосипед (причем не какой-нибудь, а тот самый, по которому он страдает), устраивает встречу с отцом (но вернуть его любовь никакая фея не в силах), ну и в дальнейшем проявляет себя практически как святая. Парикмахерша, которая берет мальчика на поруки и разрешает ему приходить к ней по выходным, героически терпит все выходки проблемного подростка, который в своих упорных поисках отца попадает в плохую компанию и нарушает уголовный кодекс. Некоторое время за этой непоколебимой добротой наблюдаешь не то чтобы с интересом, но с затаенным подозрением: не может же быть, что все так безмятежно кончится, и мальчик, отчаявшись найти мужскую замену отцу, все-таки согласится на хорошую женщину и перестанет искушать судьбу. Сами Дарденны тоже искушают зрителя возможностью трагического финала и стараются держать его на грани ужаса, намекая, что нечто непоправимое может вот-вот произойти. Авторы даже пытаются сохранить верность своей фирменной манере заканчивать фильм "вдруг", обрывая финальную сцену как бы посередине и оставляя некую возможность пофантазировать насчет альтернативного развития событий. Но в случае с древесно-стружечным "Мальчиком" ставка на недосказанность и внезапность не срабатывает, и никакая проколотая шина или погнутая рама не помешает этому хорошо смазанному гуманистическому велосипеду вырулить к такому ровненькому хеппи-энду, какой и многих голливудских добряков заставит зардеться от смущения. (Лидия Маслова)

Обладатель большого приза жюри Каннского кинофестиваля - серьезная награда, с которой стоит считаться. Два брата Жан-Пьер Дарденн и Люк Дарденн сняли картину "Парень с велосипедом" о двенадцатилетнем парне, который был отдан в детский дом его отцом, который не смог воспитывать его в одиночку. Ожидаемая трагическая история с первых же кадров превращается в историю о блажном хулигане Сириле (Тома Доре), вечно создающего проблемы для себя и окружающих. Я еще раз сделаю акцент на том, что ему двенадцать лет. Не пять, не семь и даже не десять. В двенадцать лет у человека начинает формироваться что-то наподобие мозга, но видимо не у всех. При любом действии, которое не нравится Сирилю, он начинает орать, визжать, биться головой о стенку, царапать себе лицо, а чаще всего убегать или уезжать на его велосипеде куда глаза глядят. Да, понять причины такого поведения можно, ведь парень остался без отца, который просто-напросто отказался от него, только вместо благодарности его приемной матери, которая по доброте душевной согласилась взять уже взрослого ребенка, он трепет ей нервы, начинает общаться с хулиганами, что впоследствии ведет к преступлению. Сириль избивает мужчину и забирает у него деньги. Никакого оправдания и жалости к нему нет и не может быть. Он привык к тому, что с ним цацкаются и бегают вокруг него, будто он пуп земли. И удивительно, что все внимание сосредоточенно именно на нем, а не на его приемной матери Саманте (Сесиль Де Франс). Именно к ней возникает жалость из-за неблагодарности таких "велосипедистов" и невероятное восхищение. Женщина за тридцать, которая согласилась взять этого маленького бунтаря к себе, подарив ему свою любовь и заботу. Она даже пожертвовала личной жизнью из-за него, только никакой ответной благодарности она не получила. Возможно европейского зрителя такая "тяжелая" судьба ребенка зацепит и заставит пустить слезу, но российского зрителя вряд ли, учитывая то, в каких условиях содержатся наши детские дома…Впрочем, это уже разговор не о фильме. Актерская игра здесь ушла на второй план, уступив место исключительно повествованию и множеству событий, которые происходили с героями. Говорят, что дети не умеют играть плохо, но после просмотра "Парня с велосипедом" и игры Доре я, пожалуй, пересмотрю свое мнение на этот счет. (Максим Малюков)

Братья Дарденн сняли очередной фильм про людей, не отягощенных высшим образованием. Как крупные специалисты в этой области («Розетта», «Дитя») они продолжают рассказывать простые истории про простой народ. Фильм не развлекательный (за развлечениями - это вообще не к Дарденнам), но и загонять «Мальчика» в рамки унылой социально драмы - тоже не справедливо. Сириль (Тома Доре) живет в социальном центре, хочет вернуть свой велосипед и папу. Саманта (Сесиль де Франс) по неясным зрителю и ей самой мотивам заинтересовывается судьбой мальчика, пригоняет ему велосипед и помогает узнать место жительства папы. Папа - Жереми Ренье - который в прошлом фильме Дарденнов пытался торгануть младенцем, на этот раз понимает, что Сириль не младенец, и денег за него, скорее всего не предложат. Главная героиня очень простая: у нее искусственный загар, леопардовые кофточки и какой-то невнятный, но постоянный мужик. На кухне у нее «скромненько, но чистенько», работает парикмахершей, о смысле жизни явно не думает. Большинство ее побудительных мотивов невразумительны, и при этом у нее все время такое выражение лица, как будто она вообще не очень понимает: что и зачем делает. Мотивация характера отсутствует, никаких психологических объяснений авторами не предлагается: делает, и все. Мальчик Сириль (на русском это Кирилл) очень упрямый, и не то чтобы туповатый, но как-то подзастрявший в этой своей целеустремленности. Прибрать к рукам такого Кирилла - поступок достаточно сентиментальный и богоугодный, при этом Саманта ни в коей мере не выглядит матерью Терезой. Если и говорить о каком-то положительном образе, то это скорее добрая фея, которая прилетает к Сирилу на своем синем «Рено». Она готова обеспечить мальчику мобильную связь, трехразовое питание и защиту от темных сил, представленных в данном случае уличным бандитом и торговцем наркотикам. Очень такое линейное противопоставление: леопардовые кофточки против спортивного костюма. «Мальчик с велосипедом» снят в стиле типичного для братьев съемочного минимализма. Кино получилось очень прозрачное, все действие происходит солнечным летом, и отсюда те тепло, и свет, создающие в фильме особенное, прозрачное ощущение. Простота сюжета и мнимая незатейливость съемки дополняются красноречивыми деталями. Музыкальные акценты: когда напряженные моменты подчеркиваются неожиданным, но очень церковно-католическим «тадамс». Акценты фонетические: даже моего плохого французского хватило для того, чтобы оценить специфику речи героев. Фильм с субтитрами и смотреть его надо только так: даже не зная языка, все равно обращаешь внимание на то, как они там все между собой по пролетарски отрывисто фыркают и бурчат. «Дьявол в деталях»: на папу в переднике и с поварешкой можно смотреть бесконечно: вся эта подробная детализация создает ощущение абсолютного присутствия. Как Набоков мог на 20 страниц описать процесс мытья посуды, так Дарденны могут не торопясь и с видимым удовольствием знакомить зрителя с приготовлением замороженной жареной картошки из пакета. И не зря их за это заваливают пальмовыми ветвями: они это заслужили. (Ольга Егорова)

Двенадцатилетний Сирил живет в детском доме, мечтая оттуда сбежать. Прежде всего для того, чтобы вернуть свой велосипед, - а потом, чтобы сесть на него и догнать отца, ушедшего по неизвестным причинам в неизвестном направлении. Все попытки мальчика добиться справедливости будут обречены на провал: чудес в мире не бывает. Однако возникнет и повод усомниться в этой истине, когда на пути трудного подростка встретится вполне заурядная парикмахерша Саманта, решившая приютить Сирила. Нет сомнений: попади такой сценарий в руки любого среднестатистического европейского режиссера, штурмующего фестивали, - получилась бы образцовая пошлятина. Каждому ребенку нужны родители, как трудно отогреть одинокое сердце, Волга впадает в Каспийское море, а фильмы на подобные темы, даже самые бездарные, обречены на общественное внимание. Но все не так, когда речь заходит о братьях Дарденн. Да, их «Мальчик на велосипеде» участвовал в каннском конкурсе и завоевал Гран-при (вторую по значимости награду); бельгийские братья вообще - неизменные участники Канн, лауреаты актерских («Сын», 2002) и сценарных («Молчание Лорны», 2008) призов, а также двух «Золотых пальм» («Розетта», 1999; «Дитя», 2005). Тем не менее существуют они не в тренде и на волне, а скорее вопреки. Когда кинематограф сходил с ума по изощренному постмодернизму, эти скромняги из индустриального Льежа снимали малобюджетные социальные драмы с непрофессиональными актерами, идя в параллель с датской «Догмой» - только обходясь без эпатажа и манифестов. Когда в моду вошел натурализм и документальный реализм, скупые и сдержанные ленты Дарденн вдруг оказались притчами, черпающими материал в обыденной реальности, но выходящими далеко за ее пределы. И в подоплеке грубоватых переживаний героев - бельгийских люмпенов, пролетариев и маргиналов - неожиданно обнаружились Кафка и Достоевский. «Мальчик на велосипеде» - картина простая и свежая. Внутренняя пружина Сирила не позволяет ему оставаться на месте - он постоянно крутит педали, двигаясь вперед и отказываясь признать очевидное вроде бы поражение. И точно так же несется вперед фильм, обходясь без возможных сентиментальных штампов или многозначительных нравоучений. Герой движим основными инстинктами, и стихийное, крайне болезненное пробуждение в нем представлений о добре и зле происходит органично и почти незаметно, будто без вмешательства авторов. Умение поставить искушенного взрослого зрителя (хотя «Мальчика на велосипеде» будет полезно показать любому подростку) в положение ребенка, удивив его самыми предсказуемыми поворотами интриги, - искусство, которым Дарденн овладели в совершенстве. С ним связано и умение братьев-соавторов работать с актерами, создавать их; подтверждение тому - Жереми Ренье, начинавший когда-то в дарденновском «Обещании», а теперь сыгравший отца такого же мальчика, каким был он сам пятнадцать лет назад. Сесиль де Франс, из двух десятков ролей которой, наверное, самой выдающейся была работа в ужастике «Кровавая жатва», в «Мальчике на велосипеде» внезапно оказалась выдающейся актрисой, тонкой и точной в нюансах. Что же до исполнившего роль Сирила дебютанта Тома Доре, то его естественная энергетика - тот каркас, на котором держится воздушная конструкция фильма. Принято считать, что велосипед - механизм настолько совершенный, что улучшить его невозможно. Но и этот трюизм в случае с Дарденн хочется поставить под сомнение. В каждой своей картине они занимаются именно этим - изобретают велосипед: не страшась впасть в банальность, повторяют призывы к будничному милосердию - и не допускают при этом ни одной фальшивой ноты. (Антон Долин)

Получившая Гран-при Каннского фестиваля картина «Мальчик с велосипедом» - самая гуманистическая в фильмографии братьев Дарденн. А их гуманизм высшей пробы, без сентиментальности и без фальши. Сирилу (Тома Доре) 11 лет, он с месяц как живет в детском центре и при любой возможности пытается сбежать. Не потому, что в детском центре плохо (по отечественным меркам он вообще больше похож на пионерский лагерь), а потому что дома у Сирила остались отец и велосипед. Отец Сирила никогда бы не бросил. А тем более ни за что не продал бы его велосипед. Упрямство, с которым мальчик пытается сначала вернуться домой (к запертой двери в пустую квартиру), а потом разыскать отца, больше всего, как ни ужасно, похоже на поведение собаки Хатико, которая девять лет ждала на железнодорожной станции умершего хозяина. Или любой другой брошенной собаки. Однажды, прячась от разыскивающих его воспитателей в травмпункте, Сирил вцепляется в парикмахершу в леопардовой кофточке (Сесиль де Франс), парикмахерша не сопротивляется, и выходит, что это надолго. Авторы «Молчания Лорны» и «Розетты», любимые режиссеры Каннского фестиваля бельгийцы Жан-Пьер и Люк Дарденны сняли картину про безусловную любовь, в ответ на которую отец угощает сына персиковым соком из банки и ласково выгоняет навсегда. Про доброту, которая сидит в очереди в травмпункт, а еще у нее по-крестьянски загорелые плечи, теплое дыхание и столько любви, что как-нибудь хватит на одного брошенного ребенка. При этом «Мальчик с велосипедом» - не рождественская история про сиротку, не «доброе кино» про то, как важно поздравить маму с 8 Марта. Фильм Дарденнов очень аскетичный, даже строгий, но именно из этой сдержанности рождается сочувствие, способность к сопереживанию, благодаря которой такие, как парикмахерша Саманта, не отводят глаза, увидев чужое горе. Кажется, что «Мальчик с велосипедом» сделан очень просто. История легко делится на три акта: поиск отца, криминальная линия, второй шанс. В фильме нет трудных для толкования образов, сложных сюжетных конструкций, метафорических нагромождений, все очень легко. Постоянный оператор Дарденнов Ален Маркоен снимает так, что про его камеру забываешь. Хотя на самом деле операторская работа в картине редкая: Саманта довольно быстро становится похожа на ангела, а планы беззащитного рыжеватого затылка Сирила напоминают о Джин Сиберг в годаровском «На последнем дыхании». В финальной части «Мальчик с велосипедом» удивительно сближается с другой картиной про трудного ребенка, только шотландского, - с «Отморозками» Питера Муллана. «Отморозки» были про предопределенность, про невозможность человека сломать предвзятое к себе отношение и, даже если ты очень молод, начать все заново. Урок, который преподают братья Дарденн, - это урок прощения и, если угодно, милосердия. Вслед за своей героиней, которая вместо того, чтобы пилить периодически невыносимого, трудного чужого ребенка, просто ерошит ему волосы, Дарденны предельно наглядно показывают, что бывает, когда милосердия не хватает. А потом дают и героям, и нам еще один шанс. (Леля Смолина)

Стоит отвести от 12-летнего Сирила (Тома Доре) взгляд, как парень норовит рвануть в окно или через ограду. Если загнать его в угол - вцепится зубами в руку. С маниакальной настойчивостью он пытается дозвониться и добраться до сдавшего его в приют отца (Жереми Ренье - обреченный на смерть наркоман из дарденновской «Жизни Лорны»). Бесполезно твердить, что тот уехал и не сообщил новый адрес: у папы остался велосипед, и не мог же он так обойтись с сыном. Конечно же, мог. Когда во время очередной погони Сирил схватится за подвернувшуюся руку, та не оттолкнет, вернет мальчику велосипед, а самого обладателя двухколесного друга попытается вернуть в жизнь за пределами детдома. Сострадательная рука, конечно же, будет женской (Сесиль де Франс). Ознакомившись с синопсисом, можно вообразить европейскую социально-психологическую драму про успех или крах попытки усыновления трудного подростка. Но это фильм братьев Дарденн, а они снимают нечто совершенно иное. Бельгийские режиссеры стали героями европейского кинематографа в 1999-м году, когда их «Розетта» получила главный приз Каннского кинофестиваля. Героиня того фильма отчаянно пыталась найти работу, но кино выходило не про проблемы общества, а про патологическую энергию жизни, пробивающуюся сквозь нагромождение удушающих обстоятельств. Герой новой ленты Дарденнов - сгусток энергии, устремленной к ускользающей цели. Когда не бежит и не крутит колеса, нервический мальчик превращается в готовую развернуться пружину. При кажущейся аутичности, Сирил проявляет способности следователя, который раз за разом готов обходить препятствия, использовать малейшую зацепку, выжидать шанс ускользнуть из-под присмотра и, когда тот представится, идти напролом. Впрочем «идти» слово неподходящее: герой находится в состоянии постоянной гонки - то ли пытается догнать мир, из которого выброшен, то ли убежать от демонов, но те, разумеется, внутри, от таких не укатить ни на каком велосипеде. Может возникнуть соблазн толковать архетипическую ситуацию сына, оставленного отцом, в психологическом или даже теологическом ключе, но это равно тупиковые пути. Дарденны избегают как напускной многозначительности философствования, так и конъюнктурной критики пороков буржуазного общества. Фильмы бельгийцев роднятся с картинами соседа Брюно Дюмона - француза из приграничной и показательно депрессивной Фландрии. Когда в 1999-м Дарденны увезли из Канна «Пальмовую ветвь» за «Розетту», «Человечность» Дюмона получила Гран-при жюри и две актерские награды. Выросшие на провинциальной обочине герои Дюмона и Дарденнов не представители классов, но живые организмы, в существование которых вглядываются новые реалисты. В равно далеком от социальной критики и символизма творчестве этих авторов сквозь будни бедных людей сквозит метафизика. И именно к ним применим ставший штампом вывод про быт, оборачивающийся бытием во вспышках насилия и личных катастрофах. Пятнадцать лет назад в дебютной «Жизни Иисуса» Дюмона молодой люмпен Фредди гонял на мотоцикле, падал, бился головой и в припадках, но раз за разом вставал. Помешанный на своем велосипеде Сирил (в чьей жизни падений также хватает) в будущем вполне мог бы подрасти, пересесть на его мотоцикл и гнать дальше. Не к какой-либо цели, а потому, что состояние покоя таким мальчикам не дано. (Владимир Лященко)

11-летний Сириль (Доре) живет в детском доме, куда его определил не слишком ответственный отец (Ренье). Во время неудачного побега в город мальчик цепляется (в буквальном смысле) за первую попавшуюся женщину (Де Франс), которая оказывается парикмахершей и практически святой - выкупает его любимый велосипед, проданный слабовольным родителем, потом начинает забирать Сириля к себе на выходные, пытается оградить от тлетворного влияния улицы и даже бросает бойфренда, у которого быстро кончается терпение. Бойфренда, чего уж там, понять в этой неореалистической сказке проще всех (хотя эпизоды с ним - из самых неудачных) - ребенок сносно воспитан, но довольно невыносим. Это, в разной степени, относится ко всем дарденновским протагонистам, но влезть в шкуру бродяжки или наркомана все же проще, чем всерьез, вне гуманитарного контекста, начать переживать за насупленного недоросля. Тем более что Дарденны, в отличие от Трюффо, к примеру, не пытаются проецировать на ребенка сознание взрослого и вообще не склонны наделять его какими-либо чертами, кроме символической любви к велосипеду и интереса к игровым приставкам. Эта фирменная аскетичность придает нервной по рисунку истории необходимую ясность и строгость, но в то же время бельгийцы ближе, чем обычно, оказываются к чистому морализаторству, сентиментальной абстракции - притом что все взрослые в фильме тоже написаны довольно грубыми мазками и единственный сомневающийся персонаж появляется за пять минут до финала. «Мальчик» виртуозно построен на постоянном движении, он теплее, светлее и попросту дружелюбнее к зрителю, чем предыдущие работы Дарденнов, - но в нем то и дело перестает пульсировать нерв; меньше всего хочется, чтобы творческая задача братьев съежилась до высококлассных социальных роликов. (Станислав Зельвенский)

В фильме нет ни благодушия, ни сентиментальности. "Судьба обездоленного ребенка" - штамп, совершенно в данном случае не подходящий. Речь не о ребенке. Скорее об обществе, в котором живут родители, прогоняющие своих детей словами "Ты мне не нужен", асоциальные выходцы из приюта, молодые женщины, реализовавшиеся в карьере, но не в семейной жизни. Убогое, в общем, общество, несмотря на свое внешнее благополучие. Судить о художественной ценности фильма сложно - на мой взгляд, это от начала и до конца документальное кино: по стилистике, психологической точности типов и полному отсутствию каких-то художественных прискрас. Музыкальное сопровождение великолепно, но минимально, что, видимо, отвечает авторскому замыслу. А фильм смотреть стоит - хотя бы затем, чтобы беспристрастно увидеть себя со стороны. (Светлана Ковалева, Самара)

Яркий пример того, как можно снимать действительно нужное кино вне мэйнстрима безо всяких артхаузных перегибов. Соцреализм без необходимости выворачивать наизнанку типовые многоэтажки, впадать в холодные тона пугающих картинок, ну и так далее по всему, что давно уже не работает в гипер-реалистичных "модных" фильмах. И при том место действия - благополучная Европа, главные герои - типичные средние европейцы (никакого иммиграционного подтекста), и никакого лоска, блеска и нарочитых красивостей. Все просто, и все абсолютно реально. И все это выглядит так, что действие с легкостью можно представить в любом уголке мира, хоть у нас в глубинке, хоть в Санта-Барбаре. Потому что речь идет о непременных ценностях, о главном чувстве, о самых искренних человеческих отношениях, которые лучше всего проявляются сквозь открытый детский взгляд. Кстати, и почти документальная камера отлично работает на это - изображение смотрится легко, краски правдоподобны, и весь фильм меня не покидало чувство присутствия в кадре. Кино у меня как-то пересеклось по сюжетно-смысловой линии с недавно посмотренным отечественным фильмом двадцатилетней давности "СЭР - свобода это рай". Там тоже паренек примерно того же возраста с тем же упорством прорывается к отцу, который также забыл знать о сыне. После встречи с отцом события в фильмах развиваются абсолютно по-разному, но смысл, по-моему, остается тем же. Конечно, фильм Дарденнов не ограничивается темой отношения сына к отцу и отца к сыну, и даже больше не об этом. Параллельно возникает необъяснимое чувство простого сострадания и понимания к парнишке со стороны незнакомой женщины, которой на первой взгляд в этой истории ничего и не нужно. Но вскоре обнаруживается то общее, что есть и у маленького Сирила и уже не у юной Саманты: чувства, которым жизненно необходимо выразиться в живом человеке. У мальчика это проявляется в самоотверженном поиске отца или какого-нибудь "старшего брата" в лице молодого перспективного бандита. У главной героини эта потребность выражена спокойнее (что подчеркивает зрелость и силу этого чувства) : просто поделиться чистой любовью с тем, кто в этом действительно нуждается. И делать это с огромным терпением и верой в человека внутри дикого мальчонки. Мне понравилось, что фильм не давит никакими нравственными установками, что он не затягивает в сложные сюжетные переплетения, что он прост и понятен каждому, и при этом задает непростой разговор. Это как говорить о сложных чувствах с каким-нибудь простым старичком или же с обычным ребенком. Смотрели этот фильм с десятилетним сыном - в этом кино не увидел никаких ограничений по такому возрасту. Так что начиная лет с 8-9, по-моему, можно смело и с детьми смотреть - уверен, такие фильмы хорошо запоминаются детям и помогут им понять, что значит быть человеком. (koleso_kolesiko Kolesnikov)

Если вы знакомы с теми, кто собирается усыновить уже взрослого ребенка, посоветуйте им посмотреть самый оптимистичный фильм братьев Дарденн «Парень с велосипедом». В совершенно незамысловатой истории почти 12-летний Сирил отчаянно стремится найти отца, отдавшего его в приют вроде как месяц и затем куда-то переехавшего. Камера повсюду сопровождает почти не расстающегося с велосипедом паренька, то с интересом наблюдая за его поисками в баре или на бензозаправке, то фиксируя самые тонкие мотивы и переживания мальчика в диалогах с другими героями. Характеры всего 4-5 основных персонажей блестяще раскрываются создателями картины исключительно в их связи с судьбой Сирила. Упрямство ребенка, готового лезть в окно ради своей цели, продиктовано его невероятной верой в правильность мира, где если отец - то обязательно добрый и заботливый, а если друг - то помогать нужно совершенно бескорыстно. Эти качества словно пробным камнем проникают в душу других героев. Зритель замечает, что Саманта, будто спонтанно решающая брать Сирила к себе домой на выходные, самоотверженно борется за судьбу ребенка. Привлеченная то ли отчаянием мальчика, то ли искренностью его чувств, она с осторожным упорством подходит к его воспитанию. Эта же искренность Сирила в итоге приводит в ярость его нового «друга», а отца мальчика заставляет чувствовать себя очень неуютно. Жереми Ренье, сыгравший непутевого родителя, недалеко ушел здесь от своего образа Бруно в картине «Дитя», который с выгодой для себя пытался избавиться от ненужного бремени. Удивительно, как только одними поступками своих героев - без специально нагнетаемой атмосферы или зрелищных моментов - братья Дарденн способны удержать зрителей у экрана до самых последних кадров. А дорожный шум и учащенное дыхание парня, крутящего педали, лучше любого музыкального фона рассказывают о стремлении к какой-то очень настоящей и важной цели. (Dimitriy01)

Жизни не требуются спец эффекты чтоб продемонстрировать свои серьезные намерения. Не потребовались спецэффекты и братьям Дарденн, чтоб покатать зрителя на эмоциональных качелях. Ни раз и ни два придется облегченно вздохнуть, а потом снова замереть в тревожном ожидании наблюдая за судьбой мальчика с велосипедом. Уже в начале фильма случается страшное:отец в лицо сыну говорит: «Не приходи сюда никогда!» И как с этим жить мальчику?Особой чертой, привлекающей меня в фильмах братьев Дарденн, является умение продемонстрировать трогательность и эмоциональный накал момента. Это есть даже в их маленьком эпизоде Во мраке, входящем в сборник У каждого свое кино. Это есть и в этой картине. Мальчик, который осознает, окончательно что он отцу не нужен и дело тут не в деньгах, такой потерянный и несчастный… А мальчик (Томас Доре) просто поразительный, отчаянно нуждающийся в любви родителя, или хоть кого-то отдаленно напоминающего родителя, очень смелый и решительный мальчик, искренний, не добивающийся ничего кроме присутствия родного человека рядом. И как же радуешься когда рядом с ним оказывается заинтересовавшаяся его судьбой и полюбившая его женщина. И облегченно вздыхаешь когда она не сдается, когда всех трудностях принимает сторону ребенка, понимая как, хотя каждый раз кажется что вот вот и она подумает:зачем мне это надо? Но братья не были бы собой, если бы позволили зрителю надеть розовые очки. Мальчика и его новую приемную маму, выдержавших испытание ожидаемыми трудностями: столкновением с заведомо негативными людьми, ждет испытание столкновением с так называемыми положительными персонажами. И как всегда в жизни бывает, еще не известно что страшнее... (ginger-ti)

comments powered by Disqus