на главную

ВПУСТИ МЕНЯ (2008)
LAT DEN RATTE KOMMA IN

ВПУСТИ МЕНЯ (2008)
#20504

Рейтинг КП Рейтинг IMDb
  

ИНФОРМАЦИЯ О ФИЛЬМЕ

ПРИМЕЧАНИЯ
 
Жанр: Драма
Продолжит.: 115 мин.
Производство: Швеция
Режиссер: Tomas Alfredson
Продюсер: Carl Molinder, John Nordling
Сценарий: John Ajvide Lindqvist
Оператор: Hoyte Van Hoytema
Композитор: Johan Soderqvist
Студия: EFTI

ПРИМЕЧАНИЯчетыре звуковые дорожки: 1-я - проф. закадровый многоголосый перевод (R5); 2-я - проф. закадровый многоголосый (Киномания); 3-я - авторский (Ю. Немахов); 4-я - оригинальная (Se) + рус. субтитры в 2-х вариантах и англ.
 

В РОЛЯХ

ПАРАМЕТРЫ ВИДЕОФАЙЛА
 
Kare Hedebrant ... Oskar
Lina Leandersson ... Eli
Per Ragnar ... Hakan
Henrik Dahl ... Erik
Karin Bergquist ... Yvonne
Peter Carlberg ... Lacke
Ika Nord ... Virginia
Mikael Rahm ... Jocke
Karl-Robert Lindgren ... Gosta
Anders T. Peedu ... Morgan
Pale Olofsson ... Larry
Cayetano Ruiz ... Magister Avila
Patrik Rydmark ... Conny
Johan Somnes ... Andreas
Mikael Erhardsson ... Martin
Rasmus Luthander ... Jimmy
Soren Kallstigen ... Janne - Eriks kompis
Malin Cederblad ... Sjukhusreceptionist
Berndt Ostman ... Virginias sjukskoterska
Kajsa Linderholm ... Lararinnan
Adam Stone ... Polis i klassen
Ingemar Raukola ... Vaktmastaren
Kent Rishaug ... Kioskagaren
Linus Hanner ... Pojke som dodas
Tom Ljungman ... Ung man 1
Fredrik Ramel ... Ung man 2
Christoffer Bohlin ... Matte - upphangd pojke
Julia Nilsson ... Tonarstjej 1
Elin Almen ... Tonarstjej 2
Susanne Ruben ... Eli aldrad
Libby Brien ... Virginia / Teacher
Robin De Lano ... Eli

ПАРАМЕТРЫ частей: 1 размер: 4557 mb
носитель: HDD2
видео: 1280x546 AVC (MKV) 3500 kbps 23.976 fps
аудио: AC3-5.1 512 kbps
язык: Ru, Se
субтитры: Ru, En
 

ОБЗОР «ВПУСТИ МЕНЯ» (2008)

ОПИСАНИЕ ПРЕМИИ ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ СЮЖЕТ РЕЦЕНЗИИ ОТЗЫВЫ

История о мальчике, живущем в пригороде Стокгольма и обижаемом сверстниками. Он заводит дружбу с девочкой по имени Эли, которая оказывается вампиром...

Середина зимы в заснеженном и ничем не примечательном шведском пригороде. Оскар, мечтающая о кровавой мести жертва школьных забияк, знакомится вечером во дворе со странной девочкой Эли, которая поселилась здесь недавно, и от которой странно пахнет. В окрестностях, между тем, находят обескровленные трупы шведских граждан...

Мальчик, унижаемый своими сверстниками, каждую ночь описывает планы мести в своем дневнике, в красках обрисовывая мучительную смерть своих обидчиков. Однажды ночью он знакомится с соседкой - 12-летней девочкой, в теле которой навечно заключен вампир. Они быстро находят общий язык, но между их порывами есть одно существенное различие: он только мечтает о расправе, а ей требуются реальные жертвы…

Этот шведский вампирский триллер про мальчика, которого все обижали, и о девочке, которая так и не поцеловала мальчика до крови... в общем, он особенный, что было отмечено кучей фестивальных призов. Он медленный, социальный, очень печальный. В нем есть первая любовь двенадцатилетних, и ненависть, которой нет конца. Первобытный ужас, который поселяется в бетонных коробках новостроек и обыденный ужас средней общеобразовательной школы. Фильм может показаться кому-то скучноватым, но того, кто не досмотрит его до конца, можно только искренне пожалеть. Потому что любовь побеждает. (Семен Кваша)

1982 год. Двенадцатилетний Оскар (Каре Хедебрант) живет в Блакебери, пригороде Стокгольма. Днем он подвергается насмешкам и терпеливо сносит унизительные пинки и затрещины от одноклассников, зато ночью - мечтает о мести. Воспитываемый матерью без отца, Оскар в красках воображает изобретательные и безжалостные убийства обидчиков. Еще он тренируется метать ножи на заднем дворе. Но однажды поздно вечером Оскар знакомится с соседкой-ровесницей по имени Эли (Лина Леандерссон). Она его новая соседка. Дети мгновенно становятся друзьями, и новая знакомая учит Оскара храбрости, а Оскар пробуждает в ней жажду любви. Только Эли, увы, этого недостаточно - ее мучает жажда крови. В буквальном смысле...

ПРЕМИИ И НАГРАДЫ

БРИТАНСКАЯ АКАДЕМИЯ, 2010
Номинация: Лучший фильм не на английском языке (Карл Молиндер, Джон Нордлинг, Томас Альфредсон).
ЕВРОПЕЙСКАЯ КИНОАКАДЕМИЯ, 2009
Номинации: Лучший фильм, Лучший композитор (Йохан Седерквист), Приз зрительских симпатий (Томас Альфредсон).
АКАДЕМИЯ ФАНТАСТИКИ, ФЭНТЕЗИ И ФИЛЬМОВ УЖАСОВ, 2009
Победитель: Лучший международный фильм.
Номинации: Лучший молодой актер / актриса (Лина Леандерссон), Лучший сценарий (Юн Айвиде Линдквист).
ГОЙЯ, 2010
Номинация: Лучший европейский фильм (Томас Альфредсон).
БОДИЛ, 2009
Победитель: Лучший неамериканский фильм (Томас Альфредсон).
ЗОЛОТОЙ ЖУК, 2009
Победитель: Лучший режиссер (Томас Альфредсон), Лучший сценарий (Юн Айвиде Линдквист), Лучшая операторская работа (Хойте Ван Хойтема), Лучшее достижение (работа художника) (Ева Норен), Лучшее достижение (работа со звуком) (Per Sundstrom, Jonas Jansson, Patrik Stromdahl).
Номинации: Лучший фильм (Джон Нордлинг, Карл Молиндер), Лучший актер второго плана (Пер Рагнар).
ПРЕМИЯ БРИТАНСКОГО НЕЗАВИСИМОГО КИНО, 2009
Победитель: Лучший иностранный фильм.
ПРЕМИЯ ХЛОТРУДИС, 2009
Победитель: Лучший адаптированный сценарий (Юн Айвиде Линдквист), Лучшая операторская работа (Хойте Ван Хойтема).
Номинации: Лучший фильм, Лучший режиссер (Томас Альфредсон), Лучшая актриса (Лина Леандерссон).
НАЦИОНАЛЬНЫЙ СОВЕТ КИНОКРИТИКОВ США, 2008
Победитель: Лучшая пятерка иностранных фильмов.
МКФ В ЭДИНБУРГЕ, 2008
Победитель: Приз критиков «Rotten Tomatoes» (Томас Альфредсон).
МКФ ФИЛЬМОВ ФЭНТЕЗИ В БРЮССЕЛЕ, 2009
Победитель: Приз «Золотой ворон» в международном конкурсе (Томас Альфредсон).
КФ «ФАНТ-АЗИЯ», 2008
Победитель: Лучший европейский / американский фильм (Томас Альфредсон), Приз жюри лучшему режиссеру (Томас Альфредсон), Приз жюри за лучший фильм (Томас Альфредсон), Приз жюри за лучшую работу оператора (Хойте Ван Хойтема).
КФ В ЖЕРАРМЕРЕ, 2009
Победитель: Гран-при за лучший фильм (Томас Альфредсон), Приз критиков (Томас Альфредсон).
МКФ В ГЕТЕБОРГЕ, 2008
Победитель: Приз «Nordic Film» за лучший фильм (Томас Альфредсон), Приз «Nordic Vision» за лучшую работу оператора (Хойте Ван Хойтема).
КАТАЛОНСКИЙ МКФ В СИТЖЕСЕ, 2008
Победитель: Золотой гран-при за европейский фильм фэнтези (Томас Альфредсон).
Номинация: Лучший фильм (Томас Альфредсон).
ФЕСТИВАЛЬ ФАНТАСТИЧЕСКОГО КИНО В АМСТЕРДАМЕ, 2009
Победитель: Приз «Черный тюльпан» (Томас Альфредсон), Приз «Серебряный визг» (Томас Альфредсон).
КИНОПРЕМИЯ ГАУДИ, 2010
Победитель: Лучший европейский фильм (Томас Альфредсон).
КИНОПРЕМИЯ ЖУРНАЛА «EMPIRE», 2010
Победитель: Лучший фильм ужасов.
ВУДСТОКСКИЙ КФ, 2008
Победитель: Приз зрительских симпатий за лучший художественный фильм (Томас Альфредсон).
КФ ТРАЙБЕКА, 2008
Победитель: Лучший художественный фильм (За успешную трансформацию вампирского фильма в действительно оригинальную, трогательную и удивительно человечную историю о дружбе и одиночестве) (Томас Альфредсон).
ОБЪЕДИНЕНИЕ КИНОКРИТИКОВ АВСТРАЛИИ, 2010
Победитель: Лучший фильм на иностранном языке (Томас Альфредсон).
ОБЪЕДИНЕНИЕ КИНОКРИТИКОВ ЛОНДОНА, 2010
Победитель: Лучший фильм года на иностранном языке.
АССОЦИАЦИИ КИНОКРИТИКОВ ЧИКАГО, 2008
Победитель: Лучший фильм на иностранном языке (Швеция), Приз самому многообещающему режиссеру (Томас Альфредсон).
Номинация: Приз самой многообещающей актрисе (Лина Леандерссон).
ОНЛАЙН СООБЩЕСТВО КИНОКРИТИКОВ, 2009
Победитель: Лучший фильм на иностранном языке, Лучший адаптированый сценарий (Юн Айвиде Линдквист), Приз за режиссерский прорыв (Томас Альфредсон), Приз за актерский прорыв (Лина Леандерссон).
Номинация: Приз за актерский прорыв (Каре Хедебрант).
ВСЕГО 73 НАГРАДЫ И 52 НОМИНАЦИИ.

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ

Картина поставлена по одноименному роману шведского писателя Юна Айвиде Линдквиста, впервые опубликованном на родине в 2004 году. В Швеции роман издавался дважды: первый раз в оригинальном варианте и второй раз - в сокращенном под названием «Vampyren i Blackeberg» (Вампир в Блакебери).
О романе «Впусти меня» - https://ru.wikipedia.org/wiki/Впусти_меня_(роман).
Права на экранизацию романа были приобретены продюсером кинокомпании «EFTI» Джоном Нордлингом еще в конце 2004 года. Для начала он связался с издательством Линдквиста «Ордфронт», но там его поставили в лист ожидания под 48-м номером и тогда Нордлинг позвонил писателю лично. Линдквисту понравилось, что у Нордлинга видение о том, какой фильм он хочет снять, совпадало с его собственным, а так же то, что он хочет экранизировать роман не ради денег.
Режиссер познакомился с романом благодаря своему другу. Сюжет романа ему очень понравился, так как напомнил о детских годах. Линдквист одобрил кандидатуру Альфредсона на пост режиссера, так как был знаком с его предыдущими работами, и к тому же обнаружил, что они с Альфредсоном "весьма хорошо понимают друг друга".
Название книги и фильма отсылает к носящей схожее название известной песне британского певца Стивена Патрика Морисси «Let the Right One Slip In» (Позволь правильному проскользнуть внутрь, не ошибись с тем, кто проскользьнет внутрь), а также в какой-то мере к бытующему в фольклоре поверью, по которому вампир может проникнуть в чужой дом, только будучи так или иначе приглашенным хозяином.
Русское название «Впусти меня» является переводом английского варианта «Let me in», хотя оригинальное шведское название «Lat den ratte komma in» дословно на русский должно переводиться примерно как «Впусти того, кого следует».
Некоторые сюжетные линии книги были завуалированы или вообще убраны в силу своей жесткости. Это было также сделано для того, чтобы полностью сфокусировать внимание зрителей на отношениях Оскара и Эли. Например, полностью был исключен друг Оскара Томми, сюжетная линия которого в романе осталась вообще незавершенной. Убраны биографии Вирджинии и Лакке, изменен мотив того, почему Йонни подговаривает старшего брата утопить Оскара в бассейне, количество человек, которые становятся жертвами Хокана или Эли, также сокращено. В романе Хокан был педофилом и его отношения с Эли также имели соответствующую тематику, однако Альфредсон решил убрать эту часть сюжета, так как считал, что фильм не может иметь дело с такой серьезной темой, как педофилия, с учетом того, что в центре сюжета были показаны отношения двух детей.
Ключевым пассажем фильма является то, что будет с вампиром, если он переступит порог без приглашения. Томас Альфредсон первоначально не хотел снимать сцену, в которой кожа Эли начинает кровоточить, потому что Оскар не разрешил ей войти. Но Линдквист настоял на съемках этого эпизода. Работая над сценой, Альфредсон понял, что музыка и прочие звуковые эффекты могут сделать ее очень "американизированной". Получившийся в конечном итоге видеоряд впоследствии был нахвален многими критиками, а Питер Брэдшоу из «Guardian» назвал данный момент "гемофилией отказа".
В романе Эли является мальчиком Элиасом, кастрированным много лет назад вампиром-садистом. В фильме половая принадлежность Эли представлена очень двусмысленно: есть лишь краткий кадр, показывающий, что у Эли ниже пояса вместо половых органов проходит шрам (точно такое же было и в романе), однако его происхождение, как и причины становления Эли вампиром, не раскрываются. Между тем, роль Эли исполняет девочка Лина Леандерссон, хотя в то же время у Эли сохранен низкий андрогинный голос (Леандерссон была переозвучена актрисой Элиф Сейлан). Между тем, в сцене, где Оскар предлагает Эли стать его подругой, она отвечает ему, что она не девочка. Сюжет фильма, в отличие от романа, в целом подразумевает, что Эли вообще не имеет никакой половой принадлежности.
Согласно интервью с Альфредсоном, в фильме первоначально были задуманы сцены-воспоминания, показывающие, как Эли стала вампиром, но в конечном счете эти сцены так и не снимались и были убраны из сценария.
В целом Линдквист был доволен адаптацией. Когда Альфредсон показал ему 8-минутный ролик, Линдквист сказал, что это чертовски красиво. Впоследствии он описал фильм, как "шедевр".
В течение года по всей Швеции шел открытый кастинг на роли в экранизации. Каре Хедебрант получил роль Оскара после одного прослушивания, которое состоялось в его же школе. Лина Леандерссон откликнулась на объявление в Интернете и после трех прослушиваний была утверждена на роль Эли.
Томас Альфредсон описывал кастинг как самую сложную часть съемочного процесса. Больше всего опасений у него вызывало то, что те зрители, которые читали роман, могли не воспринять Оскара и Эли такими, как их собирались изобразить в фильме. По замыслу Альфредсона Оскар и Эли должны были быть «зеркальными отображениями друг друга», в которых "Эли имела все то, чего не было у Оскара".
В дальнейшем режиссер остался доволен Хедебрантом и Леандерссон, которых он часто называл "чрезвычайно умными", "невероятно мудрыми" и "беспрецедентно фантастическими".
Хотя в романе была описана четкая география места действия, в послесловии Линдквист пишет, что намеренно по сюжету занизил температуру ноябрьской погоды. Зима в Стокгольме на самом деле не такая снежная, как показана в фильме, и поэтому большая часть съемок прошла не в Блакебери, а в расположенном на севере Швеции городе Лулео, где можно было заснять суровый зимний антураж.
В самом Блакебери было снято мало сцен, в основном это были кадры, в которых показана станция метро. Одной из полных сцен, снятых в Блакебери, была сцена, где Эли нападает на Виржинию (можно увидеть, что в кадрах напрочь отсутствует снег).
Сцена, где Эли нападает в туннеле на Йоке, была снята в соседнем городе Рокста, так как реальный туннель Блакебери оказался слишком высоким для заданного формата изображения.
Сцена, в которой Эли ползет по стене больницы, снималась в Будене, где в роли стены больницы была заснята стена городской ратуши.
Конструкция (jungle gym) на детской площадке, на которой разворачивается множество сцен с Оскаром и Эли, была построена специально для фильма. Ее дизайн был разработан так, чтобы полностью уместиться на общем плане широкоформатного кадра, так как реальные jungle gym очень часто вытянуты в высоту, а не в ширину.
Фильм снимался на одну единственную камеру «Arri» 535B, которая если передвигалась, то только по рельсам. Никакая система «Стедикам» при съемках не была задействована.
Эпизод, где Оскар объясняет Эли азбуку Морзе, снимался в павильоне и поэтому состоит сплошь из кадров с крупными планами лиц.
Транспортные средства, показанные в картине - http://imcdb.org/movie.php?id=1139797.
Бюджет: $4,000,000.
Премьера: 26 января 2008 (МКФ в Гетеборге).
Слоган: «Eli is 12 years old. She's been 12 for over 200 years and, she just moved in next door».
Картина собрала большое количество призов и стала громким событием не только в мире фантастического и жанрового кино: многие авторитетные критики включили ее в десятку лучших фильмов года.
Состоявшийся в марте 2009 года американский релиз фильма на DVD и Blu-Ray вызвал целую волну негодования у его поклонников. Как оказалось, субтитры из кинопроката были заменены на более упрощенную версию, которую многие посчитали совершенно неприемлемой и способной полностью испортить весь просмотр. После многочисленных жалоб дистрибьютор согласился переиздать фильм с оригинальными субтитрами, заявив, однако, что уже выпущенные диски не будут подлежать обмену.
Задолго до выхода картины в американский прокат, независимая студия «Hammer Films» на фестивале Трайбека в апреле 2008 года приобрела права на англоязычный ремейк.
Томасу Альфредсону, режиссеру оригинальной ленты, предложили снять и американскую версию, но он отказался, и тогда постановщиком стал американский режисссер Мэтт Ривз. В 2010 году фильм «Впусти меня. Сага» («Let Me In») вышел в прокат.
Официальная стр. фильма - http://www.magnetreleasing.com/lettherightonein/.
На Metacritic «Впусти меня» получил 82 балла из 100 на основе рецензий 30 критиков (http://www.metacritic.com/movie/let-the-right-one-in).
На Rotten Tomatoes у фильма рейтинг 98% на основе 183 рецензий (https://www.rottentomatoes.com/m/let_the_right_one_in/).
Картина входит во многие престижные списки: «The 1001 Movies You Must See Before You Die»; «100 величайших фильмов XXI века» по результатам опроса BBC; «501 Must See Movies»; «301 лучший фильм» по версии журнала Empire (2014); «100 лучших фильмов ужасов» по мнению деятелей жанра (Time Out); «105 лучших фильмов мирового кино» (снятых не на английском языке) по версии журнала Empire; «100 лучших фильмов ужасов» по версии сайта Best-Horror-Movies (Horror Freak News); «Лучшие фильмы 21-го века» по версии сайта They Shoot Pictures, Don't They?; «Лучшие из культовых фильмов» по версии издания A.V. Club; «Лучшие фильмы» по версии сайта Rotten Tomatoes; «500 лучших фильмов ужасов» по мнению пользователей сайта IMDb и другие.
Рецензии: http://www.mrqe.com/movie_reviews/lat-den-ratte-komma-in-m100070064; http://www.imdb.com/title/tt1139797/externalreviews; https://criticsroundup.com/film/let-the-right-one-in/.
Томас Альфредсон / Tomas Alfredson (род. 1 апреля 1965, Лидинге) - шведский режиссер, лауреат премии BAFTA (2012). Наиболее известен по фильмам «Впусти меня» и «Шпион, выйди вон!».
Томас (урожденный Ханс Кристиан Томас Альфредсон) родился в семье известного шведского комика Ханса Альфредсона и его жены Эльзы. Карьера Альфредсона началась с киностудии «AB Svensk Filmindustri», где он работал ассистентом режиссера. В 1995 году Альфредсон снимает свой первый шведскоязычный фильм - «Берт: Последняя девственница», не пользующийся большой популярностью. После прочтения романа «Впусти меня», написанного в 2004 году, Альфредсон решает экранизировать данный бестселлер. Фильм сразу же становится хитом. Закончив работу над «Впусти меня», Альфредсон выразил желание экранизировать детектив британского писателя Джона Ле Карре «Шпион, выйди вон!». Режиссер приступил к работе в июле 2009 года, пригласив на главные роли таких знаменитых актеров, как Гэри Олдмен и Колин Ферт. Фильм вышел в мировой прокат 16 сентября 2011 года. Томас Альфредсон был женат на директоре-администраторе Шведского института кино Сисси Эльвин. У них есть двое детей - сын Ларс и дочь Керстин. В настоящее время Альфредсон проживает в Стокгольме. Стр. на IMDb - http://imdb.com/name/nm0019247/.
Юн Айвиде Линдквист / John Ajvide Lindqvist (род. 2 декабря 1968, Стокгольм) - шведский писатель, автор произведений в жанре ужасов. Вырос в стокгольмском пригороде Блакеберг (Blackeberg). Его дебютный роман о вампирах «Впусти меня» был издан в 2004 году и пользовался большим успехом в Швеции. Роман о воскресших мертвецах «Блаженны мертвые» (Hanteringen av ododa) издан в 2005 году. В 2006 году выпустил третью книгу «Бумажные стены» (Pappersvaggar) - сборник рассказов в жанре ужасов. Его книги были изданы издательством «Ордфронт» и переведены на многие языки, включая английский, немецкий, итальянский, норвежский, датский, польский, нидерландский и русский языки. До того как стать писателем, Линдквист работал в течение двенадцати лет фокусником и артистом в жанре стендап комеди. Помимо беллетристики он также написал сценарий для шведского телевизионного сериала «Kommissionen», большую часть материала к телесериалу «Reuter & Skoog» и сценарий для будущей экранизации своего романа «Впусти меня». Кинокомпания «Tre Vanner» купила права на создание телесериала и кинофильма. После окончания работы над сборником рассказов «Звездочка» (Lilla stjarna), и произведением «Человеческая гавань» (Manniskohamn), в 2010 году Линдквист вернулся к продолжению своего первого романа «Впусти меня» и написал короткое продолжение к нему под названием «Пусть старые мечты умирают» (Lat de gamla drommarna do), которое было издано в 2011. (В России рассказ известен только благодаря фанатским переводам и под названием «Впусти меня: Окончание»).
Лина Леандерссон / Lina Leandersson (род. 27 сентября 1995, Фалун) - шведская актриса. Детство провела с матерью, отчимом и двумя младшими сестрами. Она училась в школе исполнительского искусства в Стокгольме. Лина дебютировала в кино 2008 году с ролью в фильме «Впусти меня», за который была удостоена множества номинаций и кинопремий. Стр. на IMDb - http://imdb.com/name/nm2968351/.

СЮЖЕТ

Мальчик двенадцати лет, живущий в пригороде Стокгольма Блакебери в 1982 году, не пользуется популярностью среди сверстников: его обижают и дразнят. Оскар не отвечает обидчикам и терпеливо сносит все издевательства, не жалуясь ни матери, ни отцу, которые живут раздельно. Мать Оскара - строгая женщина, отец же выпивает. Однако Оскар любит отца, и ему весело с ним. Жизнь Оскара меняется, когда он встречает странную девочку, которая зимой ходит в совершенно легкой одежде и не мерзнет. К тому же ей «примерно 12 лет» по ее собственным словам. Она не знает, сколько ей точно, и даже не знает, когда у нее день рождения. Эли не простая девочка, для жизни ей нужна кровь, и эту кровь добывает для нее ее «отец» Хокан, мужчина, с которым она живет. Но тот уже стар и последнее время все реже приносит девочке «еду». Именно поэтому Эли достаточно сложно сдержаться, чтобы не напасть на Оскара, но из каких-то соображений она удерживается. Общение Эли и Оскара продолжается. Девочка помогает Оскару найти в себе силы ответить на издевательства, которым он подвергается в школе, Оскар же хоть и нелегко, но принимает то, что Эли - вампир. Это раскрывается, когда «отец» Эли, которого застали на месте преступления, облив себя кислотой, оказывается в больнице. Эли явно нужен новый помощник. Оскар, который считает Эли своим единственным другом, продолжает с ней дружить и даже помогает ей спастись, когда ее чуть было не убивают. Чтобы не быть раскрытой, девочке приходится уехать. Оскар же остается в городе и продолжает ходить в школу, но за все приходится платить. Мальчик, который издевался над главным героем, попросил своего брата отомстить за то, что Оскар разбил ему ухо. Но Эли появляется как раз вовремя, чтобы помочь своему другу, и с того момента Оскар становится спутником вампира. (ru.wikipedia.org)

ПУБЛИКАЦИИ
Вампирское кино, единственное в своем роде. Гипнотизирующий эффект (Newsweek)
В удивительном фильме Томаса Альфредсона Оскар - и Малыш из сказки про Карлсона, и Кай из "Снежной королевы". Одинокий подросток с ледяной крошкой в глазу, который отчаянно нуждается в любви и защите. Эли порвет за него на куски (буквально) и сама будет сочиться кровью, пока он не скажет: "Входи". Ей ведь тоже нужен друг. Теперь она лучше пахнет. И фильм Томаса Альфредсона уже не отпустит: полюбите его, он ведь совсем как Эли. (Олег Зинцов, "Ведомости")
Прочувственная режиссура и шикарная операторская работа дополняются трогательной игрой молодых актеров, для которых "Впусти меня" стал громким дебютом, редкими, но очень меткими спецэффектами, сделавшими бы честь любому навороченному "ужастику" родом из Голливуда, и очень точно подобранной под видеоряд музыкой. В итоге получился нетривиальный фильм о нашей жизни, доказывающий, что выходов из окружающей тебя невыносимой тяжести бытия может быть совсем немного: и один из них - яркие чувства, заставляющие преодолеть собственные страхи и комплексы. (Кирилл Волошин, "Аргументы и факты")
Вызвавший большой резонанс и уже получивший некоторое количество призов фильм по роману Джона Айвиде Линдквиста (он же сам и написал сценарий) понравился очень многим достойным людям, но для обязательного просмотра рекомендовать его, пожалуй, не стоит. Все-таки с болезненностью и депрессией здесь, пожалуй, переборщили. ("Время новостей")
В отличие от своего недавнего предшественника, американского блокбастера "Сумерки", во "Впусти меня" все реалистично (и от этого жутко): зимний Стокгольм, в котором световой день длится максимум 4 часа (и жить в котором вампиру легче, чем живому человеку), издевки одноклассников. Да и главная героиня, несмотря на хрупкий облик, промышляет самыми что ни на есть настоящими человеческими убийствами. Поэтому категория у этого фильма "Ужасы", а не "Готическая мелодрама". (Елена Рыкова, Rb.ru)
Скандинавский кинематограф никогда особо не любил жанровые фильмы о вампирах, в отличие от других своих европейских соседей. Наверное, просто из-за того, что в этой культурной традиции почти совсем нет мифов и сказок, связанных с бессмертными любителями человеческой крови. Зато детское кино здесь всегда отличалось высоким уровнем понимания материала. Идея соединить первое со вторым показалась режиссеру Альфредсону и сценаристу Линдквисту вполне убедительной и в результате мы имеем дело с прекрасным примером синтеза - авторским вампирским кино, которое может смотреть зритель любого возраста. Взрослые найдут здесь все то, за что они любят европейское киноискусство, а дети легко смогут идентифицировать себя с героями этой на первый взгляд совсем недетской экзистенциальной драмы. (Артем Ушан, Интерфакс)
И, хотя вампиры в фильме далеко не самое главное, именно это определение остается наиболее подходящим: назвать "Впусти меня" драмой, триллером или хоррором - значит неизбежно дезинформировать аудиторию и ложно упростить сущность картины. Ведь это кино - одновременно и драма про отчуждение, и готическая сказка про пьющих кровь убийц, и немножко ужастик, и романтическая история любви. (Дарья Гаврилова, Страна.ру)
Самое удивительное в этом фильме, что он, используя похожую на унизительно подростковые "Сумерки" фабулу, выворачивает ее ровно наизнанку. В американском варианте вампиры - это конкретные кровососы, а любовь девочки-тинейджера к хладному красавцу - довольно лобовая метафора полового созревания. У шведов, при прочих равных, получается натуральная сказка, замаскированная под суровый и местами весьма кровавый реализм. Даже имена героев - Оскар и Эли - выглядят очень по-сказочному. Ну а какая это сказка, догадаться несложно, потому что лучшую историю о дружбе одинокого мальчика с обаятельным представителем нечистой силы придумали именно на этой северной земле больше полувека назад. Она называлась "Малыш и Карлсон". (Ярослав Забалуев, Gazeta.ru)
Это не просто триллер. Это взрослое серьезное кино, где скрывается чье-то терпеливое одиночество. (Алена Иванова, "Акадо")
И когда лишь на мгновение, в самом конце, авторы позволяют себе выйти за рамки этого тщательно смоделированного "безумного" стиля, превратив всю выстроенную комбинацию в карнавальный гиньоль, мы понимаем, что все два часа нам загадывали культурологическую шараду, распутывать нити которой можно еще долго. (Игорь Камиров, Ytro.ru)
Нехарактерное для шведского кино упражнение в хоррор-эстетике, более того, обещающее стать одним из самых пугающих фильмов зимы. Интригует уже первая сцена, где некто сцеживает кровь с подвешенного вниз головой тела, и отвлекает его только мешающаяся под ногами собачка. Как и в недавнем блокбастере "Сумерки", здесь действуют подростки-вампиры, однако кино лишено романтического пафоса, что лишь добавляет ему правдоподобия. ("Ваш досуг")
"Впусти меня" смотрится прежде всего не как хоррор, а как тонкий и точный фильм взросления. Не по себе становится лишь в тот момент, когда задаешься вопросом: а что, если юные зрители увидят в этой картине руководство к действию? Так или иначе этот шведский фильм в чем-то не менее необычный, чем прошлогодний шедевр другого шведа, Роя Андерссона, "Ты, живущий". Только тот был о конце света, а этот о начале: два юных вампира - чем не Адам с Евой? (Антон Долин, "Ведомости. Пятница")
Фильм снят в очень интересной форме, такого исполнения вспомнить сложно. Весь фильм снят как параболический график. Вот мы видим как по обычному заснеженному полю идет совсем обычный мужик, а потом резко меняется контраст, да так, что сердце уходит в пятки. Такая манера фильма держит в напряжении с первой минуты по последнюю, ты с каждым новым кадром ждешь чего-то нового, ты сопереживаешь героям и хочешь узнать их судьбу. Отдельного внимания заслуживает звуковое сопровождение картины, музыка заставляет кровь стынуть в жилах, пробирает до костей не хуже пронизывающего северного ветра. (KiNews.ru)
Филигранная постановка сцен, и захватывающий сценарий, и бесконечно красивая музыка Йохана Седерквиста, придающая фильму еще больший эмоциональный окрас, это и грамотная работа оператора, который проявляет и широкий кругозор, и невероятное внимание к деталям, придающим каждой, даже самой маленькой сцене небывалый заряд индивидуальности. Это и столь многогранная игра актерского дуэта Лины Леандерссон и Каре Хедебранта. Это и многое другое делает фильм одной из лучших картин года, если не всех времен. (Ljamka, LiveInternet.ru)

Даже хорошо, что в отечественный кинопрокат фильм вышел уже после того, как ниспал ажиотаж по поводу правильной во всех отношениях, то есть стопроцентно голливудской, подростковой вампирской истории с томным названием «Сумерки» /2008/. Тем проще ощутить разительный контраст между этими двумя произведениями, которые, казалось бы, должны иметь немало общего уже на том основании, что оба основаны на литературных произведениях1 и созвучны не только в жанрово-тематическом плане, но и - из-за стремления авторов сотворить подлинный шедевр романтизма2 в наш далеко не романтичный (а какой-то постмодернистский) век. Насколько искусственной выглядит одноэтажная Америка у Кэтрин Хардуик, настолько аутентичным слепком с суровой северной натуры видятся окрестности шведской столицы у Томаса Альфредсона, особо не церемонящегося в воссоздании быта блакебергских школьников, коим уготована участь родителей: добродушных пьяниц и бездельников. Насколько фальшивыми казались чувства, зародившиеся в сердцах Беллы и Каллена, настолько неподдельна радость и боль любви, изумительно переданная юными дарованиями Коре Хедебрантом и Линой Леандерссон. Сцена, когда Оскар по-детски жестоко проверяет Эли - и та, презрев табу, наведывается к нему в гости без приглашения, рискуя поплатиться жизнью, заставляет стыть в жилах кровь! Здесь, по-видимому, и проходит граница между ремесленником и истинным художником. Помнится, югославский режиссер Душан Макавеев, сам выдающийся бунтарь, выразительно писал о важности для кинематографа разрушения стереотипов и общественных условностей - и Томас Альфредсон, который теперь точно получит международное признание3, действительно идет по лезвию ножа так, что захватывает дух. Обращаясь подобно коллеге и соотечественнику Лукасу Мудиссону к запретной и скандальной истории, в данном случае - отягощенной натуралистичными подробностями расправ над жертвами4 и привкусом педофилии, он искренне призывает показать Любовь. Вместе с тем скандинавская, отдающая стужей симфония ночи создана наперекор немецким (отвратительный Носферату) и англосакским (элегантный граф Дракула) романтическим традициям. Вурдалак может принять обличие маленькой девочки, хотя и снедаемой необоримой жаждой крови, и действительно опасной для окружающих, но - глубоко несчастной и беззащитной в душе. Заглавный мотив, навеянный красивой песней Моррисси, насквозь пронизывает историю Оскара и Эли, делая эту печальную, а то и вовсе безотрадную повесть чуть более радостной. 1 - Правда, Юн Айвиде Линдквист, адаптировавший для экрана собственную книгу, не так известен, как Стефени Мейер. 2 - В том самом, исконном значении термина, взывающем к наследию Шелли и Байрона. 3 - На Родине-то этого сорокатрехлетнего уроженца Лидинге давно знали по ряду кино- и телефильмов, а также сериалов. 4 - Вершина - бойня, устроенная Эли в помощь Оскару в школьном бассейне. (Евгений Нефедов)

Новая вампирская классика, фильм про первую и последнюю любовь. Затравленный одноклассниками 12-летний Оскар (Хедебрант) стоит у темного окна с ножом в руке и шепчется со своим отражением, когда к заснеженной пятиэтажке напротив подъезжает такси, в нем - бедно одетый дяденька со странной сумкой (Рагнар) и кудрявая девочка (Леандерссон). У девочки, кроме прочего, оказывается феноменальный слух: она услышит Оскара, и все его мечты осуществятся. Отчасти «Чучело» с вампирами, отчасти готический вариант «Малыша и Карлсона», подоспевший с опозданием почти на 40 лет темный близнец «Шведской истории любви» Роя Андерссона (у Андерссона было лето, а тут зима, но остальное один в один - квадратно-гнездовой стокгольмский пригород, влюбленные дети, маразмирующие взрослые, даже 70-е с Брежневым в пыльном телевизоре), «Впусти меня» целиком склеен из мечтательных проездов камерой по прямой, прогулок сквозь снег и трепета белесых ресниц на сверхкрупных планах, наполнен фантомами тактильных ощущений вроде стынущих на морозе рук или снега, набившегося за воротник, и большую часть времени совсем не пытается быть фильмом ужасов. Не в большей по крайне мере степени, чем любой правильный фильм про детство или честный - о любви, которая, сколько бы ей ни придумывалось красивых метафор, на самом деле как раз крошка-вампир на подоконнике, просящий его впустить. Про то, как страшно быть ребенком, снимали режиссеры посерьезней шведа Альфредсона, но ни Ролан Быков, ни Гиллиам, ни Бергман не формулировали так прозрачно мысль, звучащую здесь в финале (наверное, самом страшном из счастливых и точно самом счастливом из страшных - по крайней мере в истории вампирского жанра): счастье - это не когда тебя понимают, а когда в извечном детском «один против всех» у тебя появляется союзник, умеющий отрывать людям головы. (Роман Волобуев)

Вампирский хоррор "Впусти меня", получивший награду как "лучший европейский фантастический фильм года", оказался вовсе не хоррором, а поэмой о вечности. На фамильном древе вампирского рода место под "Впусти меня" едва ли размечено. Этот фильм про отношения мальчика Оскара и вампирши Эли своего рода внебрачный ребенок, унаследовавший от прародителей клыки и кое-какие занимательные навыки, но уже накрепко избавившийся от эксцентричной потребности спать в гробах. Он давно сбежал из родной Трансильвании и, помотавшись по свету, оказался в холодной Швеции, посреди унылых бетонных коробок, удушливого быта и вкрадчивой тишины. С другой стороны, если вспоминать "Сумерки", "True Blood" и прочих представителей "новой волны" кино про кровопийц, вписавших вампиров в повседневную реальность и подтесавших им зубы (в ряды которых скоро вольется "Жажда" создателя "Олдбоя" Пак Чхан-ука), - то и с ними рядом "Впусти меня" смотрится диковатым и загадочным. Отчужденность эту можно понять: кровопийце уже довольно давно и, что самое неприятное, навсегда, двенадцать. Оскару тоже двенадцать. Шанс однажды вырасти у него есть, однако это не делает его менее несчастным: разведенные родители едва обращают на мальчика внимание, в школе над ним издеваются и он все время один. Сливаясь белокурой головой с белесым пейзажем, он шатается по двору, размахивая ножом и воображая, как однажды отомстит обидчикам. Он пришел откуда-то из вансентовской трилогии о смерти - только с еще более жестоким, чем у героев Ван Сэнта равнодушием к равнодушному миру. Все начинает меняться, когда по соседству поселяется юная Эли. Она бледна как смерть, ходит по снегу босиком, странно пахнет и убеждает мальчика, что с ней дружить не стоит. Оскара это не останавливает. Так называемый отец Эли заклеивает окна в и без того сумрачной квартире. Оскара это не смущает. В тихой округе начинают находить обескровленные трупы. Оскар не боится. Однажды он спросит Эли, согласна ли она стать его подружкой. Эли ответит на это, что она не девочка. Но разве может такой пустяк остановить человека, который впервые за всю жизнь отыскал кого-то еще более одинокого, чем он сам. Тогда она объяснит, что вампир и что "должна остаться, чтобы умереть, или уйти, чтобы жить". Но Оскар не отступит, и вместе они найдут выход. Возвращаясь, к жанровым определениям, "Впусти меня" - не хоррор, это поэма, где черная кровь и белый снег складываются в слово "вечность". И как новоявленные "экзистенциальные хорроры" ищут ответа на вопрос о том, на что пойдет человек ради того чтобы выжить, фильм Томаса Альфредсона пытается понять, на что пойдет человек, чтобы спастись от одиночества, которое кажется особенно бездонным, когда тебе двенадцать лет. Конфликт между Оскаром и его неприятелями разрешится ровно так, как этого можно было ждать, уже только изучив синопсис - эта медленная, тягучая лента вообще кажется чрезвычайно простой и немногословной. Однако на самом деле составлена из недосказанностей и полунамеков. Не читавшим роман Джона Айвиде Линдквиста, по которому поставлен фильм, остается только гадать: кем приходится героине ее компаньон, откуда эти шрамы и, главное, спасает Эли Оскара или губит его на самом деле? В сущности, "Впусти меня" дает лишь один наглядный ответ: на вопрос о том, что же случается с вампиром, если он входит в дом без спроса. (Елена Тихонова)

Казалось бы, что нового можно рассказать на такую избитую тему, как «вампиризм». Уже было немало экспериментов и вариаций. Гении сменяли друг друга, чтобы довести старую, как мир, историю до абсурда (вплоть до того, что вампиры могут жить при свете дня, хотя это и идет в разрез с законом жанра). Ан нет. Мертвая вечность жива и все так же свежа, как и в новеллах Джозефа Шеридана Ле Фаню. Кстати, о Ле Фаню. Что-то я не припомню стоящей экранизации его новеллы «Кармиллы». Помимо этого замечательного автора, не хватает также экранизаций и «Вампира» Полидори. Так что нас еще ждет впереди возвращение к этим и другим образцам готической литературы, мало известным широкому читателю. Как, впрочем, и к самой теме «вампиризма». Мы с вами хорошо помним, с чего все начиналось. Сначала появился Макс Шрек в культовой картине Мурнау «Носферату, симфония ужаса». Затем зрителей стал пугать Бела Лугоши в образе самого графа Дракулы с легкой руки Тода Браунинга. И пошло-поехало. Теперь только ленивый не обращается к этим кровососам. Среди особо гениальных «ленивых» можно отметить Романа Поланского, Фрэнсиса Форда Копполу, Пола Морисси, Тони Скотта, Джона Карпентера, Нила Джордана, Роберта Родригеса и Квентина Тарантино. Были и просто хорошие работы вроде дилогии «Ночь страха» или «Метаморфоз», а также псевдо-хорроры наподобие «Метки вампира» все того же Браунинга. История киновампиризма насчитывает не одну тысячу картин. И очень трудно не скопировать чьи-то идеи и находки. Совсем недавно зрителей пригласили посмотреть на романтическую историю в «Сумерках». Особенно эта картина понравилась молодежи, потому что подростки увидели в персонажах самих себя: одиноких, непонятых и влюбленных. Что же касается более взрослого поколения, то, разумеется, фильм был воспринят прохладно и с иронией. Новую картину «Впусти меня», также повествующую о подростках, тем не менее, не стоит сравнивать с «Сумерками». Томас Альфредсон пошел дальше развития любовных взаимоотношений между человеком и вампиром. Ему удалось привнести в затасканный сюжет не только новизну, но и иной угол зрения. Мы видим историю с нескольких точек наблюдения. С одной стороны - это двенадцатилетний Оскар (героя явно не случайно зовут также, как главного героя «Жестяного барабана»). С другой - вампирша Эли, застрявшая в подростковом возрасте. Но, помимо них, мы видим, как реагируют на события и другие персонажи вроде пожилого помощника Эли или новоявленного охотника на вампиров, который хочет отомстить за свою погибшую возлюбленную. Каждый персонаж предстает перед нами со своим взглядом и реакцией на происходящее, а не просто еще одной жертвой голодного существа, чего мы уже насмотрелись в американских поделках. Режиссер решил отказаться и от непосредственного показа страшного. Все ужасное камера фиксирует на общем и среднем плане, что лишь играет на руку фильму - усиливает впечатление кошмара, словно он происходит за стенами наших домов. Страх перед тем, что это может случиться в повседневной жизни, - отличительная черта мастеров ужасов, и уже за это можно полюбить Альфредсона. Альфредсон сумел развить и, главное, объяснить некоторые правила, созданные за многовековую историю вампиров. Например, в фильме находит объяснение знаменитая просьба упыря - «Впусти меня». По сюжету Оскар отказывается произнести заветные слова, но, тем не менее, Эли входит к нему. Правда, какой ценой! Что же касается одиночества, о котором так все упорно говорят в связи с этой картиной, то, по-моему, «Впусти меня» все-таки не о нем. И не о любви. Смысл в цикличности истории, ее повторении. Ведь пожилой помощник тоже когда-то был маленьким пацаном. Он отдал свою жизнь ради того, чтобы жила Эли. То же самое произойдет и с Оскаром, когда он также потеряет сноровку и силы. А сколько было таких же, как он, до него? Речь, разумеется, о самопожертвовании - одном из ключевых понятий христианства и любви. Конечно, поначалу маленький мальчик будет это делать ради себя. Потом - для нее. А затем это превратится в религию. Кажется, лет пятнадцать назад в «Интервью с вампиром» было что-то сказано вскользь на эту тему. Но тогда это прозвучало лишь как одна из мыслей. У Альфредсона вампиризм уже не просто культурное явление, а отдельная религия со своим культом и богом. И поклоняются вновь, как и в «Коде да Винчи», женщине. Правда, Эли так и не стала ею, но от этого ее суть не меняется. Женщина-ребенок все также повелевает миром, как и взрослые представительницы так называемого «слабого» пола. Напоследок, хочется совсем чуть-чуть сказать об актерах. Пожалуй, самой большой удачей стала Эли в исполнении Лины Леандерссон. Уверен, что ее будущее в кинематографе уже определено. Коре Хедебранта, безусловно, тоже ждет немалый успех, но в его случае роковую роль может сыграть собственный типаж. Но не будем пытаться провидеть или уходить в дальнейшие дебри размышлений, а подождем, что скажет наш отечественный зритель об этом необычном фильме… (Макс Милиан)

Шумиха по поводу выхода в прокат ленты Томаса Альфредсона чем-то неуловимо напоминает умилительную реакцию на фильм «Что ни день, то неприятности», которым француженка Клер Дени эффектно эпатировала публику в 2002 году. Помнится, тогда рядом с кинотеатром «35мм» висел огромный постер с окровавленной красавицей Беатрис Даль. Изумленные и испуганные плакатом московские пенсионеры брезгливо обходили опороченную садистским изображением площадь, явно выражая свое недовольство. А молодые ценители авторского кино выстраивались в длиннющую очередь, дабы рассмотреть, что именно скрывают эти манящие багрово-красные тона. И рассмотрели, повсеместно удивляясь тому, что под маской каннибальского хоррора притаилась удивительной красоты история, в которой плоть и кровь - не банальные человеческие субстанции, а извращенные, но запоминающиеся метафоры. Также и сейчас, в эпоху бессмысленной моды на заостренные клыки и обильное кровопускание (а прошедший год был крайне активен в этой сфере, судя по растущей популяции фанклубов «Настоящей крови» и «Сумерек»), особенно приятно, что скромный шведский опус про вампиров оказался неоспоримым, без пяти минут классическим шедевром. Как будет выглядеть рядовой зритель после просмотра картины, обманчиво настроившись на очередной гламурный ужастик, посмотреть весьма любопытно. Впрочем, можно с абсолютной уверенностью сказать, что разочарованных не найдется. «Впусти меня» - не фильм даже, если абстрагироваться от привычной формы кино. Это тончайшая, осмысленно эстетская и в какой-то степени божественная поэзия. Трогательность рассказанного стиха обостряет тактильность каждого кадра: будь-то скользящее движение когтя маленькой вампирши по нежной коже своего возлюбленного, или ощутимое зрителями тепло, возникающее от соприкосновения двух бледных рук, между которыми непреодолимая преграда в виде оконной рамы. Картину очень важно прочувствовать, чтобы уяснить для себя простейшую и, в общем-то, довольно очевидную мысль. Шведский режиссер Альфредсон, как и Клер Дени, обладает редчайшим талантом, который в мировом кинематографе практически предан забвению - он отчетливо понимает значение пластики в кино. Традиционная эстетика ни в одном кадре не превалирует у него над содержанием; в качестве первоосновы проливается не просто кровь, а кровь как символ рождения трепетных чувств. Изящество картины рождается даже не из сценария как такового, оно прячется где-то между монтажными склейками в изрядно говорящих за себя кадрах - там, где снег контрастно перемешивается с кровью, школа - с персональным адом, детство - с взрослыми проблемами, извечное одиночество - со злобой, а первая любовь - со смертью. Легкость рифмы этой печально-меланхоличной, образцово открыточной и слегка безумной элегии обуславливается и юным возрастом героев. Возрастом, когда сочетание слов «кровь» и «любовь» не обращается в невыносимую пошлость, несмотря на всю тривиальность подобных потенциально смертельных близостей. Среди этого щемящего мракобесия, мудрым и талантливым авторам хватило мужества на самый жизнеутверждающий, непередаваемо красивый и, справедливейший из всех возможных концовок, финал. Страшно даже представить, как подобный аттракцион невиданной щедрости будет выглядеть в покадровом парафразе, который вверен «кловерфильдовцу» Мэтту Ривзу. В данном случае необходимо действительно расценить название шведской картины как настойчивую просьбу и впустить ее себе в сердце. В награду за доверие, она обязательно поделится со зрителем оздоравливающей кровью и навсегда изменит его предвзятое отношение к жанровому кино. Ведь как оказалось, оно не умерло вовсе. Все это время оно отсыпалось в обитом черным бархатом, деревянном гробу, остерегаясь воображаемого осинового кола. (Анатолий Ющенко)

Интерьерный (!) шведский (!!) хоррор про девочку-вампира, проблемы переходного возраста и настоящую дружбу. По унылому пригороду Стокгольма 80-х тихо, словно наложив в штаны, бродит 12-летний блондин Оскар с большими умными глазами. Вечная жертва - хохочущих над его замкнутостью одноклассников, развода родителей, одиночества в конце концов - он гневно тычет ножичком в дерево, мечтая отомстить жестокому миру. Но будь осторожен в том, чего просишь: после очередного удара по сосенке откуда-то из-за левого плеча появляется мрачная девочка Эли и предлагает дружить. Во время этой трогательной сцены в окрестном лесу подвешивает за ноги какого-то подростка сорокалетний дядя, с которым Эли только что въехала в квартиру по соседству с Оскаром. Текущая из перерезанной шеи кровь буднично собирается в полиэтиленовую канистру. С замогильным цветом кожи Эли, ее нелюбовью к дневному свету и неспособностью зайти в помещение, пока ее туда не пригласят (см. название) все проясняется довольно быстро. «Мне двенадцать. Но двенадцать мне уже давно», - и в детских глазах на секунду мелькает бездна. «Будешь моей подружкой?» - не моргая, отвечает Оскар. Она научит его давать сдачи и порвет в клочья школьных обидчиков. Обычная чистая любовь, буквально «на разрыв аорты». Обмороженный мир «Впусти меня» пугает не вампирами (хотя пару раз Эли все же отправляется на охоту, раздраженно, словно пошла выносить завонявший мусор) а той же обреченностью скандинавского быта, из которой питается Рой Андерссон или Аки Каурисмяки. Жуть клубится в каждом углу: в выхолощенном «скандинавском дизайне» квартир, где живут, а надо бы - вешаться, в тихом, но яростном домашнем алкоголизме, дежурной фразе мамы «Будешь смотреть шоу?», в вечных сугробах и Брежневе на телеэкране. Страшно. Но самый ужас начнется тогда, когда он, трясущийся сейчас в электричке с чемоданом бесценного груза, повзрослеет. (Денис Рузаев)

В российском прокате редкое явление - вампирская драма режиссера Томаса Альфредсона «Впусти меня». Сценарий к фильму написал Юн Айвиде Лидсквит, автор одноименного бестселлера 2004 года. «Впусти меня», сага о двух одиноко блуждающих детских душах, - изысканный пример скандинавского жанрового кино, ставшего обладателем немалого количества международных наград. В заштатном шведском городке, на заснеженной улице, в неказистом доме живет самая обычная шведская семья, которая состоит из самого заурядного папы, самой невыразительной мамы и «Малыша»… Одинокому, беззащитному двенадцатилетнему мальчику Оскару (Коре Хедебрант) все время достается от более сильных одноклассников. Он горячо мечтает о друге, и вот в его жизни появляется «Карлсон»… В соседний дом вместе со своим отцом переезжает Эли (Лина Леандерсон), ровесница Оскара, которая умеет летать и выходит на улицу только по ночам. Она - вампир, безжалостно убивающий местных жителей. Это не страшит Оскара, и он впускает Эли в свое хрупкое детское сердце. Истории о первой любви всегда трогательны и наивны, однако вряд ли эти определения применимы к фильму «Впусти меня». В первую очередь, из-за специфической вампирской сюжетной линии и связанной с ней особенной чувственностью. В недавно вышедшей на отечественные экраны картине «Сумерки» (пригламуренной вариации на тему взаимоотношений обычного человека и вампира) весьма убедительно было передано ощущение болезненно-невыразимой подростковой страсти. Тем временем Томасу Альфредсону и его команде удалось справиться с еще более сложной задачей. кадр из фильма "Впусти меня"Они показали целую гамму холодно-трагических оттенков запретной детской любви, детально и тонко прорисовали каждую чувственную завитушку, заставляя зрителей, скорее, содрогаться, нежели сопереживать. Так родилась мина замедленного действия - психологический триллер с элементами любовной драмы под названием «Впусти меня». Художественная ценность картины состоит в том, что ни один кадр не выбивается из общей стилистики, не противоречит заданному темпу и настроению, будь то изображение быта, детских шалостей, злодеяний вампира или сильных душевных переживаний героев. Режиссура напоминает кропотливое складывание из ледяных фигурок слова «вечность», - занятие, казалось бы, неблагодарное, но невероятно красивое. Том Альфредсон не только сумел подчинить себе каждый уголок, каждый изгиб воображаемых ледышек, но и согрел их теплом своей веры в лучшее. Они не растаяли - а только заискрились в лучах неожиданно счастливого финала. (Мария Мухина)

Массовая публика подобно вампиру, теряющему самообладание перед видом и запахом крови, не может сопротивляться скандальным темам и скабрезным попыткам. Ужас, остается едва ли не единственным живым и теплым чувством, с помощью которого можно завладеть вниманием зрителя. Эскалация цинизма и брутальной изощренности во всех СМИ привела к популярности экранных образов, рождаемых скрещиванием зверства и невинности, погружением детства в колодец мрака. Крупные фигуры кинобизнеса - Майкл Бэй в США, Ренат Давлетьяров в России почти одновременно легитимизировали детей как проводников тьмы в своих хоррорах - Нерожденный /2009/ и Юленька /2009/. По сравнению с ними изысканно снятая вампирская притча шведа Томаса Альфредсона Впусти меня!, казалось, была обречена на прозябание в резервации строгих поклонников жанра. Но вдруг неожиданно для всех она стала популярной, не переставая вербовать все новых и новых сторонников в свои ряды, главным образом, посредством распространения в Интернете. Со скоростью вируса, который завладевает жертвой, укушенной вампиром, пиратская известность картины завладела вниманием российских блоггеров за несколько месяцев до начала официального проката. На первый взгляд, кажется, что фильм только выиграл бы, обойдись он без упырей. Сюжет про малолетних кровопийц идет как бы вторым номером, на первом плане - тема репрессированного детства, в котором болезненные факторы взросления усиливаются сценами унижения достоинства. Белобрысый 12-летний мальчик, выбранный одноклассниками в качестве объекта насмешек и издевательств, разыгрывает сцены с ножом в руках, "тренируясь" на растущем во дворе дереве, и воображая себе, как он будет расправляться со своими обидчиками. Подростковые темы всегда были выигрышными в скандинавском кино, принося создателям длинные бонусы - достаточно вспомнить дебютные работы известных шведских режиссеров: Роя Андерссона (Шведская история любви /1970/) и Лукаса Мудиссона (Покажи мне любовь /1998/). О Томасе Альфредсоне, плотно работавшем на телевидении и снявшем несколько полнометражных "невидимок", тоже стало известно только после экранизации отроческой драмы Юна Айвиде Линдквиста "Впусти меня!". …Мальчик Оскар знакомится с Эли, девочкой приблизительно его же возраста, соседкой по лестничной клетке, невесть откуда переехавшей (вдвоем с отцом) в сонный стогольмский пригород Блакеберг 1982 года. Окна в их квартире занавешены, а девочка выходит гулять только по ночам… Ночи в шведском гротеске представляют собой аутистическую реальность, над которой предлагается то ли смеяться, то ли плакать - не сразу поймешь. Погребенный под снегом игрушечный город, пустынные унылые улицы которого нетронуты человеческими следами, гробовая тишина, медлительность редких силуэтов, одинокие фонари; тоскливое ощущение полярной зимы или марсианского пейзажа, лишенного солнечного азарта и земных радостей. В ледяном городке Альфредсон эксплуатирует обычную лирическую схему - о взаимной привязанности двух отвергнутых миром подростков, которые в свою очередь отвечают миру тем же. Момент созревания, как правило, предлагается искусством на примере первой памятной боли или первого морального вызова. Альфредсон по недомыслию, безответственности (или третьей причине) обходит шаблоны нравственного развития стороной. Терроризируемого одноклассниками Оскара вампирша Эли учит постоять за себя, а именно: на жестокость отвечать утроенной жестокостью. Месть порождает новое насилие, и так до бесконечности. Побеждает тот, чья темная сторона окажется сильнее. Покровителем и защитником хилого ребенка выступает нежить в детском обличье - его врагам несдобровать. Из жизненного тупика, залитого чужой кровью, герой бежит прочь, но со своим "ангелом-хранителем" он не расстается. Фильм раздваивает зрителя, как вампир, в котором сопротивляются две сущности. Содержательная сторона картины возмущает почти каждым эпизодом - недоделанностью, драматургической приторможенностью, смехотворной моторикой героев, экзальтированными бытовыми сценами, легкомысленной смычкой соседних монтажных кусков. Но с другой стороны, ты сам, проявляя ненасытную ("вампирскую") природу киномана, презрев логику и стройность повествования, подпадаешь под чары изобразительного обаяния фильма, впитывая исковерканную и шитую белыми нитками, но все-таки игровую реальность, экранную ткань Томаса Альфредсона. Режиссер, будучи глухим к моральным и нарративным аспектам, проявляет удивительную чуткость к образным решениям. Через полфильма становится понятным, что про "кризис подросткового периода" автору рассказывать практически нечего. Отношения прочищены от рефлексивной остроты. Сюжет держится не на чувствах и настроении, а на механических движениях, доведенных до неодушевленного автоматизма. Конфликты притянуты за уши, выстроены на раздражающей сервильности и тотальном равнодушии всех ко всем. Метаморфозы пубертатного сознания возможно оценивать только через призму весьма условных и придуманных конструкций. Здесь вышеупомянутое умение автора (создавать яркие жанровые сцены) окончательно переключает фильм в регистр вампирского ужастика, чем спасает картину, избегающую моральных выводов и проваливающуюся в тартарары при попытке более щепетильной интерпретации. С нравственных позиций фильм, продолжая линию Страны приливов или опусов Гильермо Дель Торо, может быть подвергнут безжалостной критике. Внешний мир Альфредсона лишен социальных связей, морального наполнения и представлен в качестве "мертвой зоны", жители которой годятся только на роли потенциальных жертв упырей. Галерея фильма, состоящая из преподавателей, соседей, родителей, одноклассников, ничтожна (если не сказать, подчеркнуто дебильна) и достойна холодной ненависти. Неудивительно, что дети, выращенные миром "живых мертвецов", избавленные от сострадания и равнодушные к боли ближнего, перво-наперво обрушивают свой меч на головы взрослых. А спустя 25 лет малолетки с интеллектом флоры и инстинктом фауны пойдут еще дальше - они будут рукоплескать вполне вампирскому кредо: всем умереть - самому остаться. (Владислав Шувалов)

12-летний Оскар (Хедебрант) живет в унылом блочном городишке, и он сыт беспросветным одиночеством по горло. У Оскара нет друзей, злобные одноклассники избрали его в качестве объекта насмешек и издевательств, разведенным родителям, по большому счету, нет до него дела, и «от ярости и муки» он репетирует желанную месть с собственным отражением, сжимая в кулачке рукоять ножа. Но все изменится, когда в соседнюю квартиру вселится темноволосая девочка Эли (Леандерссон), которой тоже 12 лет. Она не боится холода, ведет себя необычно и, похоже, еще более одинока, чем Оскар. С кем же еще подружиться, как не с ней? Правда, и Оскару, и Эли придется заплатить за эту дружбу дорогой ценой, но оставить все как есть - невыносимо и, похоже, уже невозможно. Картину шведа Томаса Альфредсона проще всего зачислить в ряд расплодившихся в последнее время метафор трудностей взросления - вся эта безобидная чертовщина с прочей магией при этом формально остается в рамках попкорнового кино. Однако «Впусти меня» даже не пытается развлекать (ни в качестве хоррора, ни как нравоучительная басенка), являя собой адекватную иллюстрацию северного темперамента - тягучее и временами тягостное зрелище, изредка взрывающееся эпизодами нешуточного драматического накала. Достаточно изъять из драматургии фильма вампирскую составляющую, чтобы получить на выходе этакое шведское подобие «Чучела», а заодно, отмахнувшись от рифмы «кровь-любовь», как от назойливой мухи, разглядеть приветы Альфредсона своим выдающимся предшественникам-соотечественникам (Андерссону, например), далеким от вампирской мифологии. «Впусти меня» вполне понятен как фильм о том, настолько трагично детское одиночество, вмещающее в себе отчаяние, непонимание, нарастающую злобу и от безнадежности угасающее с каждым днем желание активно противостоять жестокому миру - повзрослеть тихо и покорно оказывается проще. «Впусти меня» понятен и как фильм о первой любви - чувстве прекрасном и опасном одновременно. Но куда важнее ответить на вопрос, что бы было, если бы Эли так и осталась для Оскара просто странной соседкой. Ответ прост и в картине он наличествует в виде безрадостного фона: тоскливого заснеженного городка из бетонных коробок и черных окон, взрослые обитатели которого, люди спокойные и устроенные, развлекаются тем, что травят анекдоты да судачат о политике в местной забегаловке - граждане с пустотой в глазах, которые избавились от детства, вытеснив его на задворки памяти, как кошмарный сон, и продолжили влачить существование на спасительном автопилоте, так и не осмелившись впустить в свою жизнь чувства, требующие определенной отдачи и отваги. «Впусти меня» отчасти еще и горестный взгляд на страну, которой тошно от собственного благополучия - во всяком случае, если принять во внимание тот факт, что Швеция десятилетиями занимала первое место в Европе по количеству самоубийств. Может, обойтись без нехитро замаскированной социальщины и можно было, однако для Альфредсона это, видимо, момент принципиальный. Как бы там ни было, Альфредсон, не изобретя нового подхода и всего лишь ловко склеив многократно растиражированные приемы и сюжетные ходы, умудрился снять доходчивое, осязаемое и пугающе красивое кино о возможности (предоставляющейся едва ли не единственный раз в жизни) преодолеть страх, который, как известно, съедает душу. Не ему первому, конечно, это удалось, но примеров, когда пересказ всем давно известной истории вызывает, тем не менее, неподдельный интерес, не так уж и много. (Дмитрий Молчанов)

Холодное окно, мальчик со светлыми волосами смотрит вдаль. Кажется, что он о чем-то задумался. Ему есть о чем задуматься. Оскар - один из тех детей, которых не любят в школе, над которыми издеваются. Он не может ответить, не хочет пожаловаться, он лишь собирает вырезки про убийства. Пока Оскар собирает вырезки, старый мужчина в парке собирает кровь. У него есть чемодан, где лежит канистра, воронка, нож. В общем говоря, все, что нужно, чтобы лишить человека крови. Он нашел хороший способ: подвесить человека вверх ногами и разрезать горло. Кровь течет быстро и собирается легко. Однако, последнее время очень не везет: то собака заметит, то еще что-то случается. Хорошо хоть, пока удается вовремя убежать. Но кровь собирается не просто так. Не из художественного интереса и не из чувства садомазохизма. Дома ждет голодная дочка. Хотя не слишком понятно, дочка ли это. А дочке хочется не только кушать, но еще и развлечься. Или она просто хладнокровно рассчитывает, что случится дальше? Девочка примерно двенадцати лет, не знающая сколько ей точно лет, не представляющая когда у нее день рождения, никогда не получавшая подарков на этот праздник появляется в жизни Оскара абсолютно случайно. Она селится неподалеку. И знакомится с мальчиком. Поражает его. Она может делать то, над чем мальчик бьется долгое время. Казалось бы, простой кубик Рубика, который девочка видит впервые. Но собирает за вечер. Оскару это не удается. Дружба, любовь или холодный расчет, не известно что движет маленькой вампиркой, которой уже не один десяток лет. А может быть счет идет на века? Сколько таких мальчиков она уже повидала? Мы часто видим человека, который следует за вампиром. Который убивает для вампира. Который помогает вампиру. Возможно, стоило бы взять осиновый кол, но нет. Этот человек сначала убивает, а потом сам же умирает, отдав свою кровь вампиру. Именно такая судьба ждала того самого человека, который собирал кровь для девочки. Был ли он отцом этого ребенка? Скорее всего нет. Иначе он бы точно знал, сколько ей лет. Иначе не смотрел бы так на нового друга девочки. Иначе не стал бы таким рассеянным. Он попался, когда хотел убить одного из детей в школе. Он не рассчитал, что парня ждали товарищи, поэтому попался. Из каких соображений он изуродовал свое лицо кислотой не совсем ясно, однако он сделал это. И мы видим кадры, последствия этого действия. Ему было нечего терять, он отдал свою кровь девочке-вампирке. А девочка, Эли, не задумавшись, забрала ее и пошла окутывать своими чарами очередную жертву. Но на этот раз это был еще совсем юный мальчик. Мальчик, который смотрит больше не на то, как правильно собирать кубик, а на девочку. И ведь там есть на что посмотреть. Она красива. У нее черные волосы, приятного цвета кожа и красивые глаза. Они перестукиваются через стенку. Оскар нашел в книге азбуку Морзе и переписал значки. Почему этот юный мальчик достаточно легко принимает сущность своей подруги? Возможно, он просто считает, что больше друзей у него нет и никогда не будет. Впрочем, это на самом деле так. Оскар слишком зациклен на себе и своем несчастье, чтобы хоть как-то ответить задирам и слишком неуверен в себе и озлоблен, чтобы заводить дружбу с кем-то. А вампирка сама пошла на контакт. Возможно, для того, чтобы найти очередного «отца» в будущем, а возможно, чтобы завести какие-то теплые отношения. Что, впрочем, для нее, хладнокровной, представить сложно. Ей не нужно тепло. Она даже зимой не мерзнет в летней одежде. Однако, Оскар видит в этом.. наверное, любовь? Кадры, когда Эли ночью забирается к нему в постель и осторожно проводит ногтем по руке. Что это: ласка или понимание, что мальчик в ее руках? Или какой-то зов? В фильме двойное дно. С одной стороны, это лирика. Фильм о любви мальчика и девочки-вампирки. С другой стороны, это расчет. Фильм о том, как вампиры находят себе слуг. Стоит ли его смотреть? Наверное, стоит. Если, конечно, вы не слишком впечатлительны. Автор не поскупился на сцены убийства и на трупы. Но все же, романтика, засыпанная холодным, скандинавским снегом, спокойствие, созданное морозами осторожные шаги вампира… Ни один труп не в состоянии разрушить этой атмосферы хрупкости, доверия и расчета… (iterviam.ru)

Оригинальный гибрид авторского шведского кино и вампирской тематики, который заставил меня понять, что такое настоящий вурдалак. Во многих вампирских романах есть понятие человека-слуги, который следует за вампиром, помогает ему днем, когда вампир беззащитен, но почему это происходит, никогда не ясно. Чаще всего это объясняется похотью, очарованием, зависимостью, но этого недостаточно, чтобы разъяснить, почему вместо того, чтобы раскрыть гроб и воткнуть монстру кол в грудь, человек-слуга натягивает на этот гроб черный бархат. После "Впусти меня" все становится понятно. Мальчик с белесыми бровями считает упыря единственным другом. Наверное, как и старик, которого мы видим вначале фильма и который буднично, просто, словно шайку выплеснуть, потрошит подвешенного к дереву человека ради изнемогающего от жажды крови существа. И к одному, и ко второму приходил маленький жалкий вурдалак, упырь, которому нужно позволить войти, чтобы он выпил из тебя всю кровь, и которому из-за его болезненной жалостности всегда позволяют. Во "Впусти меня" есть жуткий момент, когда ребенок-кровопийца забирается к главному герою в постель и ласково проводит когтем по руке. Жалость является проводником зла, понятие "добра" полностью искажается. История такова: в северном меланхоличном городе, где рано темнеет, а люди развлекаются на кухнях, выпивая и рассказывая старые анекдоты, живет бледный мальчик со светлыми волосами. Его дразнят в школе, а он не может ответить, выходя во двор и втыкая нож в дерево. Но в соседнем доме селится со своим отцом странная тощая девчонка, которая не мерзнет в мороз и странно себя ведет. Два изгоя, кажется, становятся друзьями, вот только Эли - не девчонка. Да и не человек вовсе. "Впусти меня" имеет сходство со штриховой линией - то неторопливо ведется отрезок, на котором происходят вполне объяснимые и даже простые события, почти тарковщина, а потом! вдруг! провал, тычок острием в глаз, причем психологический, что необычно. В фильме совершенно гениальные моменты в тех местах, где Андерсон от комплекса великих шведских режиссеров и медитации над снегом вдруг переходит к паучьим, неистовым движениям Эли. Вот мы видим занесенную снегом тропинку, вялый северный пейзаж, бредущего скучного мужика, а потом - раз! - и словно ножом по сердцу. Особые способности Эли показываются нечасто, но как раз это делает каждое проявление таким острым. Контраст между сонно-медитативной манерой, недоделанной драмой затравленного школьника - и проникновением чужака в созданный для принципиально других историй мир восхитителен. Он искупает мелодраматическую музыку, которая убеждает меня в том, что режиссер думал, что снимает страшноватую мелодраму. Искупает периодические штампы истории про трудные школьные времена в духе "Класса", которую следовало бы урезать. Неожиданно получилось гораздо круче, чем эта банальщина, - получилось открыть большую тайну. В тот момент, когда бесполый вампиреныш и белобрысый мальчик подъезжают к слову конец, через надсадно звенящую романтическую музыку недвусмысленно просвечивает рождение нового человека-слуги, чья судьба вскоре повторит судьбу старика со сгоревшим лицом. Взрослое, серьезное, изобретательное и неожиданное кино. Ну и... без спойлера не обойдешься, но кадр в бассейне шикарный.И сцена после него. Шикарнаяшикарнаяшикарная. Да и в целом хочется брать отдельные моменты из фильма - и обсуждать их, давно меня так не вставляло. Хочу так снимать. (Мор, ekranka.ru)

Скандинавы - странные европейцы, особые. Возможно, это от зимнего образа жизни - размеренного и неторопливого. От снежных, лениво движущихся мыслей, от сонного удивления, неспособного вовремя воскликнуть "Ах!" От того, что действительность их так сурова, что любой комфорт на ее фоне выглядит как нелепый инородный нарост. Тем уютнее в фильме выглядят пушистые заснеженные улицы под светом ночных фонарей, и до странности мирно выглядит пожилой мужчина, подвесивший в вечернем парке одинокого путника к дереву за ноги и сцеживающий его кровь в канистру. А ведь это, по меньшей мере, странный поступок: перерезать человеку горло в освещенном парке, где гуляют люди, и вот какие-то девушки зовут неподалеку своего белого пуделя. В этом поступке мне видится отчаянье бессилия. Старик добывает кровь для двенадцатилетней девочки Эли, что живет с ним в квартире. Трудно было поверить, что это - история о вампире, потому что классические упыри ведут себя иначе: нагло, нахраписто, независимо, изобретательно. А Эли - обычный беспомощный ребенок, по какой-то ужасной причине вынужденный питаться кровью. И кровь эта достается девочке теперь все реже - уж слишком утомлен и немощен стал ее взрослый друг, и все чаще приходит он домой с пустой канистрой. В соседней квартире живет белобрысый тихий Оскар с мамой. Оскару бывает весело только с отцом, но отец живет в другом месте, и видеться с ним часто невозможно. В школе Оскара обижают, но он молчит и терпит, и только в своей комнате, в одиночестве представляет, как мстит обидчикам. Несмотря на то, что по натуре Оскар совершенно позитивен, этот лелеемый внутри комок ненависти, окутанный терпением, вскоре расцветет, разбуженный … сочувствием. Во дворе Оскар знакомится со странной девочкой, которая в мороз ходит босиком, справляется за вечер с кубиком Рубика и не может есть человеческую еду. В одну из встреч Эли стоило огромного труда не напасть на мирно сидящего рядом Оскара, однако она сдержалась, терпя страшный голод и бурчание пустого живота. Почему? Разве для вампира его голод не превыше всего? Старый друг Эли, которого до сих пор удобно было считать ее отцом, был схвачен в школьной раздевалке, где пытался разделать очередного барашка. С лицом, обезображенным кислотой, он был доставлен в городскую больницу, куда вскоре пришла Эли. И в тот момент, когда ее босые ножки вступили на больничный пол, оставив на нем мокрые следы, мне вдруг открылось ее прошлое и будущее. Сделалось очевидным, откуда взялся этот старик и кем для Эли впоследствии станет Оскар. И это знание оказалось пронзительно грустным. В фильме был момент, когда казалось - все пропало, убили очарование. Эли не удается "доесть" женщину, и женщина оказывается заражена. Укусы на шее, ожог от луча солнца, проникшего сквозь жалюзи, подступающий голод, паника домашних котов - все это обрыдло и обычно является началом финала. Вариантов вырисовывалось всего два: "Эпидемия" и "Девочка находит маму". Оказалось, эту авторскую прививку следовало просто перетерпеть, чтобы снова убедиться в оригинальности взгляда. Взрослый человек, уже оставивший позади годы проб, ошибок и самопрограммирования, выработавший себе собственный, аутентичный набор инстинктов, не сможет стать иным существом. Для того, чтобы принять себя другим, требуется лабильность детского сознания, определенная незрелость. Поэтому, едва осознав реальность и инакость своего нового существа, женщина самоликвидируется. Это свежо, этот исход всегда лежал на поверхности, но эксплуататоры вампирской темы неизменно его игнорировали. Теперь - то главное, что я узнала. Здесь - особенно в сцене, где Эли с Оскаром разговаривают в постели, постоянно и остро чувствуется тяжесть, странность, забавная нелепость отношений хищника и жертвы с точки зрения самого хищника. Все звуковое оснащение Эли показывает ее родство с тигром-людоедом: она так же умеет замирать до полного беззвучия, и нежно, по-котеночьи, тарахтит во сне. Как любая кошка, она умеет играть с едой, но не умеет абстрагировать ее съедобность, поэтому все время вынуждена бороться с собой - даже очень сильно любя. Но в их отношениях Оскар выглядит не рождественским поросенком в кружевах, а, скорее, маленьким буйволом, который никогда не поймет пищевых пристрастий тигра, но умеет добывать то, что тигру нравится. Высказанные мною, эти мысли делаются ложь, потому что грубая бедность выражений не имеет ничего общего с бессловным ощущением. Я не представляю, как передать содержание некоторых сцен, поэтому прошу вас фильм посмотреть: каким-нибудь тихим, безлюдным зимним вечером, когда фонари бесполезно освещают пустые заснеженные улицы, и в голову обязательно приходит мысль о том, что где-то, среди этой пустоты, скрывается чье-то терпеливое одиночество. (Юлия Ульяновская, ekranka.ru)

Только в 2006 году на экраны вышел первый шведский "полноценный" фильм про вампиров - "30 дней до рассвета". Это не кажется удивительным. Скандинавия никогда не была средой обитания этих мифических кровопийц. Видно, там для них слишком холодно, и земля - стылая и бесприютная. Режиссер-постановщик "30 дней до рассвета" мало того, что учился во ВГИКе, так еще и по сюжету его картины вампиры проникают в Швецию из Украины, в составе шведского батальона СС. "Черная комедия" Андерса Банке получилась не слишком удачной, но почин был сделан. В начале 2008 года на экранах появляется еще один шведский фильм о вампирах, снятый Томасом Альфредсоном по сценарию Джона Айвиде Линдквиста, - и становится совершенно очевидно, странам, давным-давно впустившим вампиров из своего народного фольклора в "массовое искусство", теперь придется основательно потесниться. Придется подвинуться Британии, Германии, России, и только Штатам никуда двигаться не придется - изворотливый Голливуд уже готовит римейк фильма "Впусти меня", сразу ставшего культовым. Если описать сюжет (дальше будет спойлер), то он таков: в маленьком городке появляется маньяк, который убивает людей, а потом зачем-то подвешивает их за ноги и сцеживает кровь. Один из главных героев фильма - 12-летний мальчик-аутист Оскар. Что примечательно, юный актер, выбранный на эту роль, внешне очень похож на одного из персонажей гасвансентовского "Слона" - был там такой белобрысый парень, старше нашего героя на несколько лет. Примечательно также, что "Впусти меня" и "Слон" сделаны в одинаковой манере - холодной, отстраненной; личность режиссера буквально растворяется за "обыденностью" событий. Мальчик-изгой, которого обижают одноклассники, знакомится с новой соседкой - какой-то странной девочкой, и между ними завязывается дружба, которая перерастает в нечто большое. Оскару кажется, что это любовь. Так ему будет казаться даже тогда, когда он поймет, что девочка - самый настоящий вампир. Когда "отец" попадается с поличным, он обливает себя кислотой, чтобы его не соотнесли с девочкой. Девочка лишается кормильца, но ненадолго. Соблазнив Оскара, продемонстрировав ему искренность своих чувств - она, как кажется Оскару, даже способна на самопожертвование - она приобретает нового кормильца. Понятно, что девочка - вовсе не девочка. Ей много лет, а ее "отец" когда-то был таким же Оскаром. Несколько лет назад я прочел в новостях, что в Японии бьют рекорды продаж книги, написанные школьниками. Теперь, посмотрев "Впусти меня", я убедился, что мы стоим на пороге нового мира. Точнее говоря, на пороге нашего мира стоит другой - "детский мир" - и просит: "впусти меня". Более, чем 200 лет стало уделяться внимание женскому образованию, роль женщины в обществе значительно возросла. В то время дети читали то же, что и женщины. Детская библиотека была по сути женской библиотекой. Но в то же время стала модной философия Жан-Жака Руссо. А Руссо, в частности, утверждал, что у каждого человека должно быть детство. И вот какая получается забавная штука: женщины выдвинулись в авангард, а дети остались в детстве. Стала появляться "специальная" детская литература, "специальное" детское кино. Пост-индустриальное общество становится все более инфантилизированным (естественно, это касается только развитых стран). Например, комедия "Сводные братья" тому прекрасный пример. Но дети, даже находясь под давлением инфантилизированного общества, ощущают себя взрослыми. Мне фильм Альфредсона кажется скучноватым, вялым, по-скандинавски "отмороженным", но я абсолютно уверен, что если бы смотрел этот фильм в детстве, он бы меня потряс. Прежде всего отношением к ребенку, этому маленькому большому человеку, который взывает к уважению. Режиссер и сценарист уловили "фишку", которая стала залогом успеха. Это был, конечно, смелый шаг, но они сделали реально детский фильм про вампиров. "Подлинные" вампиры, как они есть в искусстве, с легкой руки Брэма Стокера доселе являлись прерогативой сугубо взрослого мира, потому что сюжет Брэма Стокера завязан на сексе, насилии, многочисленных грехах, пороках и грязи, то есть, всего того, от чего изо всех стараются оградить детский мир. Альфредсон устраняет искусственные границы между взрослым миром и детским (и делает это довольно тонко - его фильм не имеет ничего общего с взрослыми педофилическими эксплотейшнами Ларри Кларка). Но кое-что не дожал. Тот же Дракула Брэма Стокера - трагический аутсайдер. Все, кто окружают его, наделяются ореолом исключительности, это уже незаурядные люди. Аутист и, по сути, маргинал Оскар становится точно таким же исключительным человеком, удостоенным сомнительной, впрочем, чести любить другого маргинала - вампира. Но в финале образу Оскара чего-то не хватает для того, чтобы он стал подлинно романтическим (как, например, Коля Герасимов - пример, разумеется, не самый удачный, но других пока нет). Если бы режиссеру удалось сделать и это, фильм был бы, наверное, гениален. (Владимир Гордеев, ekranka.ru)

Последние пару лет европейское кино все чаще и чаще приводит меня в ужас. Я понимаю тенденции, они очевидны: европейские режиссеры, стараясь не терять национальной самобытности и киноразмеренности, присущей старому свету, отчаянно синтезируют развлекательное, жанровое кино с классикой, и даже авангардом. Но этот кино-сон кино-разума зачастую порождает таких чудовищ, что волосы на голове начинают подниматься, и, главное, ты никак не можешь понять: то ли это настолько плохо, то ли настолько хорошо. Более того - ты даже не можешь ответить себе на вопрос - это мне фильм так охуенно понравился, или так охуенно не понравился? (Никакой середины тут быть не может). Новое шведское картино "Впусти того, кого надо" (я бы перевел так) анонсировалось, как фильм о трудностях детства, о подротсковой жестокости, о столкновении детского и взрослого миров - но я никак не мог ожидать от него того, что я увидел: спойлер со спойлером, в котором спойлер спойлерил бы спойлер, а главной интригой станет: спойлернет ли спойлер спойлера или не спойлернет? Картина началась, как обычный среднестатистический европейский фильм начала двадцать первого века: мальчик у оконного стекла, бытовые сцены, личная драма, и так далее. Но уже минуте на пятнадцатой нас ждет сцена, которая просто вбивает в мозг гвоздь. Безо всяких объяснений сюжетные линии начинают ветвиться, усложняться, но, главное - стори-лайн, легенда фильма, так и остается непонятным до самого конца. Самым ярким в фильме является вот это смешение европейского, даже артхаусного дискурса, с совершенно голливудскими сценарными элементами и сюжетными ходами. Тут можно долго рассуждать об удачности или неудачности находок, но бесспорным для меня остается одно: именно за таким кино будушее. Не за таким конкретно - я не провидец, мне сложно сказать, что мы все будем смотреть через десять лет - но именно в подобном синтезе и психически нездоровом поиске и рождается нечто новое. Именно из этого соображения я делаю вывод, что мне фильм все же понравился. (Дмитрий Савочкин, ekranka.ru)

Два одиночества в одной коробке. Одиночество - какое страшное слово, только вдумайтесь, представьте на мгновение… Вы - мальчик 12 лет, белокурый, хрупкий, живущий с матерью, которой до вас нет дела, каждый день терпящий унижения в школе и вынашивающий в своей крошечной напуганной душе план маленькой мести, прекрасно понимая, что вы никогда не посмеете привести его в исполнение. Не потому, что вы трус, просто потому что это не правильно, потому что жестокость - не выход. Но, боже мой, как же вам страшно одиноко в этом странном мире! А может быть вы маленькая девочка - с волнистыми черными волосами, гуляющая босиком по снегу. Вас мучает тайна, страшная и черная, как ночь, вас мучает голод, вечный и жгучий. Вы просто хотите жить. А еще вы хотите капельку понимания и чуточку любви. Разве это так много? Странное кино. Можно много говорить о красоте отдельных сцен, об идеально подобранном музыкально-звуковом сопровождении, а порой и полном отсутствии его, об актерских способностях заглавной парочки - но все это просто слова, передающие порой чисто техническую составляющую фильма. Мне же хочется сказать о том настроении, которое рождает данная картина, о ее воздействии непосредственно на чувства, на эмоции, на что-то находящееся глубоко внутри меня. Перед вами нетривиальная история о вампирах, любви, самопожертвовании. Невольно тут же вспоминаешь недавние «Сумерки», только это не из той оперы. Совсем. Не надо путать и тем более не стоит вешать ярлыки, говоря, что лучше. Это все равно что сравнивать пугающую реальность с безумно-красивой сказкой. Да-да, именно «реальность» - вот чем подкупает картина «Впусти меня», тут же заставляя усомниться в подлинности хваленого нолановского реализма. Этот фильм не стремится вам понравиться. Порой он достаточно жесток, иногда - неожиданно откровенен. Прост, быть может даже примитивен - как и сама жизнь, если подумать. Героями картины движут самые обычные инстинкты - голод, самосохранение, страх. Их проблемы - по сути понятны каждому. Все чаще современный кинематограф затрагивает тему взаимоотношения между школьниками, вернее ту ее ситуацию, когда одноклассники делятся на мучителей и жертв. Конечно, все это не спроста, бесполезно закрывать глаза на эту проблему, от этого она никуда не денется. Что еще хуже - так это тотальное непонимание со стороны родителей, тем более, если они к тому же в разводе. Вот это реально, жизненно, и даже, увы, банально. Вот это страшно. То жуткое чувство одиночества, которое вынуждены испытывать дети. Это действительно кошмар и ужас, именно это, а отнюдь не девочка с окровавленным лицом, как может показаться на первый взгляд. Девочка. Мы так и не узнаем сколько ей лет и как она стала такой. Да и важно ли теперь это. Дети не должны страдать. Образ ребенка-вампира - вещь достаточно редкая. И если Клаудия в исполнении маленькой Кирстен Данст («Интервью с вампиром») пугала своей расчетливой холодностью и неким недетским цинизмом, то Эли вызывает настолько противоречивые чувства, что становится не по себе. Маленький монстр, не иначе. Но взгляните в ее глаза! В чем ее вина? Мистика как-то не спеша, плавно, осторожно вплетается в сюжетную канву, так что зритель и не замечает ирреальности происходящего. Подумаешь, новой соседкой одинокого мальчика Оскара становится немного странная девочка Эли. Их трогательная дружба-любовь, неумелые попытки понять друг друга, разговоры, обещания, ее желание быть с ним и страх перед тем, что она не сможет сдержаться…Дети сыграли просто блестяще, не переигрывая, но и не слоняясь в кадре деревянными истуканами. Странное кино. Не глупое, по-своему красивое, местами весьма кровавое, а порой удивительно трогательное. Европейское. Присоединяюсь к мнению о том, что грядущий американский ремейк вряд ли уместен, ибо в фильме на данный момент был найден тот самый баланс между красотой и уродством нашей реальности. Один неверный шаг и холодное очарование исчезнет. Позвольте же ему коснуться и вашего сердца. Впустите его. (Macabre)

Одиночество крови. Для жанра "horror" в 21 веке настали странные времена… Судите сами: американские слэшеры ("Крик в общаге", "Мой кровавый Валентин") и удачные киносериалы ("Пила", "Пункт назначения") стали слишком неповоротливы и предсказуемы; японская волна ("Звонок", "Проклятие", "Темная вода") схлынула также внезапно, как и появилась; попытки отечественного кинематографа в этом жанре сложно воспринимать всерьез ("С. С. Д", "Мертвые дочери")… А главное зрителя стало до невозможности сложно удивить и еще сложнее напугать, он смеется на "Антихристе" Фон Триера, всерьез переживает за субтильных вампиров из "Сумерек", но совершенно не морщится при виде кровавых реалистичных убийств… При всем обилии насилия, атмосфера и саспенс отныне редкий гости в кино. И как на этом фоне смотрится вампирский триллер из Швеции? Свежо, неожиданно и захватывающе. Зима, малоэтажки, мальчик играет в совсем недетскую игру во дворе… Девочка мягко не по-человечески левитирует на снег… Это начало странной, но настоящей дружбы… У него проблемы в школе, ее беда гораздо страшнее… Но общее одно - оба по-настоящему безмерно одиноки… Это очень цельный, собранный и органичный фильм. Все детали складываются воедино и образуют страшно красивое полотно о дружбе и одиночестве. С одной стороны все просто и жизненно - у героя не складываются отношения со сверстниками, более того - они избрали его предметом своих злых шуток… Родители естественно могли бы помочь, но они разведены и слишком заняты собой… Вечное детское "один против всех"… Эта проблема не раз поднималась в кинематографе, достаточно вспомнить хоть отечественное "Чучело"… С другой стороны - здесь же полноценная вампирская история, вписанная в современные реалии, где мифы смешаны с логичной необходимостью выживания, а само существование вампиров продумано и организованно. Причем снято все это без каких либо компромиссов… В итоге фильм натурально завораживает, хотя он скорее мрачный, чем страшный. Несмотря на то, что финал предсказуем, а само повествование не щедро на события - атмосфера просто потрясающая. Ночь, снег, дыхание на морозе, хруст снега под ногами, кровь… НЕординарный фильм, настоящий сюрприз. P.S. В лучшем мире именно такие фильмы про вампиров пользовались бы популярностью. (PLUSH)

В последние годы тема вампиров в мировом кинематографе снова становится популярной. Из последнего, что приходит на ум: средней паршивости триллер Дэвида Слэйда «30 дней ночи», темный боевик с романтическим уклоном Патрика Татопулоса «Другой мир: Восстание ликанов» и неадекватно (по предварительным данным) популярные «Сумерки» Катрин Хардвик, которые мне еще только предстоит посмотреть. На днях я пополнил этот список мало кому известным фильмом «Впусти меня», в титрах которого Вы не найдете ни одного известного имени, так как все люди, причастные к созданию этой ленты, носят шведские фамилии. Оскару 12 лет. Он просто мальчик, который растет без отца, над которым издеваются в школе, который каждый вечер достает нож и мечтает о мести. Однажды, в его мире одиночества появляется девочка Эли. Они с отцом ведут уединенный образ жизни. Причина тому - жажда крови, которую ничем другим не унять. Поэтому каждую ночь родитель выходит за новой жертвой, чтобы принести домой очередную порцию живительной влаги. Вот только Оскара это все нисколько не пугает, ведь Эли, даже будучи вампиром, наполняет его жизнь смыслом. Между детьми разгорается чувство, которое уже через несколько лет можно будет назвать любовью. А пока жизнь не сильно балет детей. Отца девочки арестовывают, и ей приходится самой искать себе пропитание. Оскар наконец-то осмеливается ответить своим обидчикам, за что оказывается затянутым в занятную игру в бассейне с интересным названием «задержи дыхание на 3 минуты, и я тебя отпущу». Но, не смотря на все перипетии, герои остаются вместе, просто днем по разные стороны темной коробки. И только особый стук напомнит Эли, что она в этом мире не одна... Это истинно европейский фильм, как по содержанию, так и по подаче материала. В некотором роде, «Впусти меня» можно назвать артхаусом, так как на широкого зрителя он явно не рассчитан, но для ценителей подобного кино вполне может стать на полку шедевров мирового кинематографа. Почему? Все очень просто. Фильм не бросается спецэффектами, не пугает резкими звуками и вообще не старается понравиться зрителю. Он просто ведет свое неспешное повествование о двух одиночествах, которым суждено было встретиться и полюбить друг друга. Они вместе познают мир и друг друга, ищут спасения и находят его. Каре Хедебрант и Лина Леандерссон. Как и у любого другого ребенка, который рано начинает свою карьеру в кино, у этой парочки есть все перспективы стать знаменитыми не только в своей родной Швеции, но и далеко за ее пределами. Их игра в данной ленте естественна настолько, насколько это вообще может быть. Наверное, то, что это их первый опыт в кино, сыграло, в этот раз, на руку создателям картины. Еще впечатлил Пер Рагнар, которому выпала роль отца главной героини. Очень сильный типаж. Человек, который добровольно идет на убийства, просто, чтобы утолить голод своей дочери, которая порой обращается с ним, как с ничтожеством. А моменты, когда, попав в западню, отец принимает решение вылить на себя кислоту, чтобы обезображенное лицо скрыло его личность и злые люди не добрались до его чада, или когда в больнице практически умирая, он подставляет шею, чтобы Эли хотя бы этот вечер была сыта. Мурашки по коже, словами не описать, это нужно видеть. Из остальных составляющих все также на достойном уровне: трогательный сценарий, профессиональная работа режиссера и оператора, музыкальное сопровождение, которое вполне может дать фору многим оскаровским номинантам. Резюме. Люблю фильмы, после которых хочется думать, обсуждать. «Впусти меня» как раз из этой категории. Многие фразы и диалоги просто впиваются в мозг и некоторое время не отпускают, окровавленное личико юного вампира не вселяет страх, но вызывает грусть. Фильм ни капли не зрелищный. Да и триллер с ужасами в нем искать бесполезно. Это добротная драма с минимумом мистики. Вот этой правдоподобностью картина и берет. А потом не отпускает. Долгое время... Фильм о бесконечном одиночестве. Будет интересен любителям жанра (чтобы посмотреть на вампиров с новой стороны), ценителям неторопливых драм и европейского артхауса P.S. В Интернете уже активно обсуждаются слухи о возможном римейке данной картины в Голливуде. На мой взгляд, «Впусти меня» нуждается лишь в более широком прокате, так как снять настолько печальное и тонкое кино в Америке просто не получится. (Слава)

comments powered by Disqus