на главную

ТЕМНЫЕ ВРЕМЕНА (2017)
DARKEST HOUR

ТЕМНЫЕ ВРЕМЕНА (2017)
#30695

Рейтинг КП Рейтинг IMDb
  

ИНФОРМАЦИЯ О ФИЛЬМЕ

ПРИМЕЧАНИЯ
 
Жанр: Драма Историческая
Продолжит.: 125 мин.
Производство: Великобритания | США
Режиссер: Joe Wright
Продюсер: Tim Bevan, Eric Fellner, Lisa Bruce, Anthony McCarten, Douglas Urbanski
Сценарий: Anthony McCarten
Оператор: Bruno Delbonnel
Композитор: Dario Marianelli
Студия: Focus Features, Perfect World Pictures, Working Title

ПРИМЕЧАНИЯдве звуковые дорожки: 1-я - дубляж (Пифагор / Universal); 2-я - оригинальная (En) + рус. субтитры форсированные, полные в двух вариантах (Leonid55 и Focs) и англ.
 

В РОЛЯХ

ПАРАМЕТРЫ ВИДЕОФАЙЛА
 
Gary Oldman ... Winston Churchill
Kristin Scott Thomas ... Clemmie
Lily James ... Elizabeth Layton
Stephen Dillane ... Viscount Halifax
Ronald Pickup ... Neville Chamberlain
Samuel West ... Sir Anthony Eden
Ben Mendelsohn ... King George VI
Richard Lumsden ... General Ismay
Malcolm Storry ... General Ironside
Nicholas Jones ... Sir John Simon
David Schofield ... Clement Atlee
Hilton McRae ... Arthur Greenwood
Benjamin Whitrow ... Sir Samuel Hoare
Joe Armstrong ... John Evans
Adrian Rawlins ... Air Chief Marshall Dowding
David Bamber ... Admiral Ramsay
Paul Leonard ... Admiral Dudley Pound
Eric MacLennan ... Tom Leonard
Philip Martin Brown ... Sawyers
Demetri Goritsas ... Cabinet Secretary Bridges
Jordan Waller ... Randolph Churchill
Alex Clatworthy ... Diana Churchill
Mary Antony ... Mary Churchill
Bethany Muir ... Sarah Churchill
Anna Burnett ... Pamela Churchill
Jeremy Child ... Lord Stanhope
Brian Pettifer ... Lord Kingsley Wood
Michael Gould ... Lord Londonderry
Paul Riddell ... House of Commons Speaker
Robin Pearce ... Ernle Hastings
Michael Bott ... Equerry
Oliver Broche ... Reynaud
Mario Hacquard ... Daladier
Pip Torrens ... BBC Producer
Edmund Wiseman ... Actor
Hannah Steele ... Abigail Walker
Nia Gwynne ... Alice Simpson
Ade Haastrup ... Marcus Peters
James Eeles ... Maurice Baker
Flora Nicholson ... Jessie Sutton
Bronte Carmichael ... Young Girl on Tube
Roisin O'Neill ... Agnes Dillon
John Locke ... Oliver Wilson
Jo Neary ... Margaret Jerome
Richard Glover ... Brigadier Nicholson
Tom Ashley ... Ramsay Staffer
Joshua Higgott ... Reporter
Imogen King ... Teenage Girl at Tube Map
Miles Gallant ... Naval Map-Room Officer
Faye Marsay ... Sybil
John Atterbury ... Sir Alexander Cadogan
James Harkness ... AD Nicholl (Secretary #1)
Joshua James ... W D Wilkinson (Secretary #2)
Charley Palmer Rothwell ... Christopher Wilson (Photographer)
Patsy Ferran ... Maid
Sarah Flind ... Cook
Steffan Donnelly ... Back Bencher
Kieran Buckeridge ... Cecil Beaton
David Strathairn ... President Roosevelt (voice)

ПАРАМЕТРЫ частей: 1 размер: 4935 mb
носитель: HDD3
видео: 1280x692 AVC (MKV) 4244 kbps 23.976 fps
аудио: AC3-5.1 640 kbps
язык: Ru, En
субтитры: Ru, Ru (forc), En
 

ОБЗОР «ТЕМНЫЕ ВРЕМЕНА» (2017)

ОПИСАНИЕ ПРЕМИИ ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ СЮЖЕТ РЕЦЕНЗИИ ОТЗЫВЫ

Уинстон Черчилль назначен премьер-министром Великобритании в те времена, когда кажется, что с Германией невозможно справиться - и остается только договариваться. Однако Черчилль намерен дать бой.

Фильм посвящен героическому моменту британской истории - отказу Черчилля от переговоров с Гитлером в мае 1940-го и эвакуации армии из осады в Дюнкерке.

История о первом и решающем шаге Уинстона Черчилля на посту премьер-министра Великобритании. Успехи нацистской армии взбудоражили британское сообщество, но вопреки давлению и страху других политиков Черчилль отказывается идти на соглашение с Гитлером.

В центре сюжета - эпизод из политической биографии Уинстона Черчилля (Гари Олдман). После майского политического кризиса 1940 года, вызванного успехом немецкой военной операции «Везерюбунг» по захвату Дании и Норвегии, Черчилля назначили премьер-министром Великобритании. Некоторые члены его кабинета предложили вступить в переговоры с Гитлером и подчиниться Третьему Рейху, но Черчилль решил продолжать военные действия. В первый месяц на новой должности он принимает важные решения по Дюнкеркской операции, в ходе которой с французского побережья было эвакуировано более 300 тысяч союзников.

ПРЕМИИ И НАГРАДЫ

ОСКАР, 2018
Победитель: Лучшая мужская роль (Гари Олдман), Лучший грим и прически (Казухиро Цудзи, Дэвид Малиновски, Люси Сиббик).
Номинации: Лучший фильм (Тим Беван, Эрик Феллнер, Лиза Брюс, Энтони МакКартен, Дуглас Урбански), Лучшая работа оператора (Брюно Дельбоннель), Лучшая работа художника-постановщика (Сара Гринвуд, Кэти Спенсер), Лучшие костюмы (Жаклин Дюрран).
БРИТАНСКАЯ АКАДЕМИЯ, 2018
Победитель: Лучшая мужская роль (Гари Олдман), Лучший грим/прически (Дэвид Малиновски, Ивана Приморак, Люси Сиббик, Казухиро Цудзи).
Номинации: Лучший фильм (Тим Беван, Лиза Брюс, Эрик Феллнер, Энтони МакКартен, Дуглас Урбански), Лучший британский фильм (Джо Райт, Тим Беван, Лиза Брюс, Эрик Феллнер, Энтони МакКартен, Дуглас Урбански), Лучшая женская роль второго плана (Кристин Скотт Томас), Лучшая работа оператора (Брюно Дельбоннель), Лучший саундтрек (Дарио Марианелли), Лучшая работа художника-постановщика (Сара Гринвуд, Кэти Спенсер), Лучшие костюмы (Жаклин Дюрран).
ЗОЛОТОЙ ГЛОБУС, 2018
Победитель: Лучшая мужская роль (драма) (Гари Олдман).
ЕВРОПЕЙСКАЯ КИНОАКАДЕМИЯ, 2018
Номинация: Приз зрительских симпатий (Джо Райт).
АВСТРАЛИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ КИНО И ТЕЛЕВИДЕНИЯ, 2018
Победитель: Лучшая мужская роль (Гари Олдман).
Номинация: Лучшая мужская роль второго плана (Бен Мендельсон).
ИРЛАНДСКАЯ АКАДЕМИЯ КИНО И ТЕЛЕВИДЕНИЯ, 2018
Номинация: Лучший актер (Гари Олдман).
МКФ В ПАЛМ-СПРИНГС, 2018
Победитель: Премия «Пустынная пальма» за лучшую мужскую роль (Гари Олдман).
МКФ В САНТА-БАРБАРЕ, 2018
Победитель: Премия «Современный мастер» (Гари Олдман).
МКФ «КАПРИ, ГОЛЛИВУД», 2017
Победитель: Лучший монтаж (Валерио Бонелли), Лучшая музыка (Дарио Марианелли).
ПРЕМИЯ «СПУТНИК», 2017
Победитель: Лучший киноактер (Гари Олдман).
Номинации: Лучшая работа оператора (Брюно Дельбоннель), Лучший монтаж (Валерио Бонелли), Лучшая музыка (Дарио Марианелли), Лучший звук.
ПРЕМИЯ «ЗОЛОТОЙ ДЕРБИ», 2018
Победитель: Лучший грим/прически (Казухиро Цудзи, Дэвид Малиновски, Люси Сиббик).
Номинация: Лучший актер в главной роли (Гари Олдман).
КИНОПРЕМИЯ ГОЛЛИВУДА, 2017
Победитель: Лучший режиссер (Джо Райт), Лучшие костюмы (Жаклин Дюрран).
ПРЕМИЯ «GOLDEN SCHMOES», 2017
Номинация: Лучший актер (Гари Олдман).
КИНОПРЕМИЯ ЖУРНАЛА «EMPIRE», 2018
Номинации: Лучший британский фильм, Лучший актер (Гари Олдман).
КИНОПРЕМИЯ ГАЗЕТЫ «EVENING STANDARD», 2018
Номинация: Лучший актер (Гари Олдман).
МЕЖДУНАРОДНАЯ ПРЕМИЯ ОНЛАЙН-КИНОТЕАТРОВ (INOCA), 2018
Победитель: Лучший грим и прически.
ГИЛЬДИЯ КИНОАКТЕРОВ США, 2018
Победитель: Лучшая мужская роль (Гари Олдман).
ОБЩЕСТВО КИНООПЕРАТОРОВ США, 2018
Номинация: Лучшая работа оператора (театральные релизы) (Брюно Дельбоннель).
БРИТАНСКОЕ ОБЩЕСТВО КИНООПЕРАТОРОВ, 2018
Победитель: Лучшая работа оператора (художественные фильмы) (Дес Вилан).
ОБЩЕСТВО ОНЛАЙН-КИНОКРИТИКОВ, 2017
Победитель: Лучший актер (Гари Олдман).
ОБЩЕСТВО КИНОКРИТИКОВ ЛОНДОНА, 2018
Номинации: Лучший актер (Гари Олдман), Лучший британский/ирландский актер (Гари Олдман).
ВСЕГО 52 НАГРАДЫ И 76 НОМИНАЦИЙ (на 12.03.2019).

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ

Готовясь к съемкам, Гари Олдман (https://en.wikipedia.org/wiki/Gary_Oldman) около года изучал документальные и мемуарные материалы посвященные Уинстону Черчиллю (1874-1965 https://en.wikipedia.org/wiki/Winston_Churchill).
Олдман: "Если бы не Уинстон, наш мир мог быть совсем другим. Черчилль сыграл очень важную роль в борьбе с нацистами. Воплотить его образ в кино - прекрасный подарок для любого актера".
Действие фильма происходит в мае 1940, - первом месяце пребывания Черчилля на посту премьер-министра Соединенного Королевства.
Картина посвящена памяти Джона Херта (1940-2017 https://en.wikipedia.org/wiki/John_Hurt), который изначально был приглашен на роль Невилла Чемберлена (1869-1940 https://en.wikipedia.org/wiki/Neville_Chamberlain), но из-за проблем со здоровьем не смог сниматься. Херт скончался от рака (как и Чемберлен), когда еще шла работа над фильмом.
Съемки начались 13 ноября 2016 и проходили в Англии: Манчестер; Лондон; Уэнтворт, Донкастер (Южный Йоркшир); Севенокс, форт Амхерст, Чатем (Кент); Байсестер (Оксфордшир); Ливесден [студия] (Хартфордшир).
Большая часть съемок проходила в Манчестерской ратуше (https://en.wikipedia.org/wiki/Manchester_Town_Hall) и библиотеке Джона Райландса (https://en.wikipedia.org/wiki/John_Rylands_Library) в Манчестере.
В мае 1940 Черчиллю было 65 лет, а Олдману во время съемок - 58.
Олдман: "Я просидел в кресле гримера более 200 часов. Это было очень тяжело. Раньше я с таким не сталкивался. Мне приходилось надевать на себя примерно половину собственного тела. Мне обматывали руки и ноги. Конечно, Черчилль - величайший британец всех времен, но его роль стала самой сложной для меня".
Фото, видео: как Гари Олдман превратился в Уинстона Черчилля - https://rg.ru/2018/01/17/foto-video-kak-geri-oldman-prevratilsia-v-uinstona-cherchillia.html.
Олдман выкурил во время съемок более 400 сигар (стоимостью около $20,000).
Последняя роль Бенжамина Уитроу (1937-2017 https://en.wikipedia.org/wiki/Benjamin_Whitrow), который умер через несколько недель после премьеры.
Президента Рузвельта в телефонном разговоре с Черчиллем озвучивал американский актер Дэвид Стрэтэйрн.
В вагоне лондонского метрополитена Черчилль цитирует стихотворение Томаса Бабингтона Маколея (1800-1859 https://en.wikipedia.org/wiki/Thomas_Babington_Macaulay) «Гораций» из книги «Песни Древнего Рима» (1842): "Тогда сказал Гораций, Отважный Страж Ворот: 'К любому из живущих Смерть все равно придет. Но смерти нет почетней Той, что принять готов, За славных пращуров своих, За храм своих Богов'".
Продюсеры так и не смогли найти довоенный вагон метро. В съемках был задействован, «состаренный» декораторами, вагон 1959 года (https://commons.wikimedia.org/wiki/File:London_Underground_1959_stock_2044.jpg) из музея железнодорожного транспорта «Мангаппс» (http://www.mangapps.co.uk/).
Автомобили, показанные в картине - http://imcdb.org/movie.php?id=4555426.
Оружие в фильме - http://www.imfdb.org/wiki/Darkest_Hour_(2017).
Бюджет: $30,000,000.
Саундтрек: 1. Prelude; 2. Where Is Winston?; 3. Full English; 4. A Telegram From the Palace; 5. One of Them; 6. Winston and George; 7. First Speech to the Commons; 8. The War Rooms; 9. From the Air; 10. I Wouldn't Trust Him With My Bicycle; 11. Radio Broadcast; 12. History Is Listening; 13. An Ultimatum; 14. Dynamo; 15. We Must Prepare For Imminent Invasion; 16. The Words Won't Come; 17. Just Before the Dawn; 18. District Line, East, One Stop; 19. We Shall Fight.
Информация об альбомах с оригинальным саундтреком: http://www.soundtrackcollector.com/catalog/soundtrackdetail.php?movieid=113512; https://www.soundtrack.net/movie/darkest-hour/.
Картину снимали цифровыми камерами Arri Alexa Mini и Arri Alexa SXT Plus (https://www.arri.com/en/camera-systems/cameras) с объективами Cooke S4 (https://www.cookeoptics.com/l/s4i.html) и Angenieux Optimo (https://www.angenieux.com/collections/).
Кадры фильма: https://www.moviestillsdb.com/movies/darkest-hour-i4555426; https://www.blu-ray.com/Darkest-Hour/735895/#Screenshots; https://outnow.ch/Movies/2017/DarkestHour/Bilder/; http://moviescreenshots.blogspot.com/2018/06/darkest-hour-2017-part-1.html, http://moviescreenshots.blogspot.com/2018/06/darkest-hour-2017-part-2.html, http://moviescreenshots.blogspot.com/2018/06/darkest-hour-2017-part-3.html, http://moviescreenshots.blogspot.com/2018/06/darkest-hour-2017-part-4.html.
Цитаты - https://citaty.info/film/temnye-vremena-darkest-hour.
Ошибки: 1) Уинстон Черчилль действительно «ходил в народ» и беседуя с жителями Лондона узнавал их думы и чаяния. Однако нет никаких подтверждений, что подобное происходило в метро. 2) Элизабет Лейтон (1917-2007 https://en.wikipedia.org/wiki/Elizabeth_Nel) только в мае 1941 стала секретарем премьер-министра. 3) Черчилль впервые показал знак «V» (https://en.wikipedia.org/wiki/V_sign) в 1941 году. 4) Черчилль прилетает во Францию на самолете Douglas C-47, но первый полет этого военно-транспортного самолета состоялся 23 декабря 1941.
Ошибки в фильме (видео) - https://youtu.be/kX4Y2tx-byk.
Премьера: 1 сентября 2017 (Кинофестиваль в Теллуриде); начало проката: 22 ноября 2017 (США), 12 января 2018 (Великобритания).
Слоганы: «Никогда не сдавайся»; «Never, never, never surrender»; «Never give up. Never give in»; «A man with the heart of a nation»; «It takes the power of leadership to unite a nation»; «He wasn't their first choice, but he became their last hope»; «With the world at war, one man took a stand that changed history».
Сравнение сюжета и персонажей картины с реальными героями и фактами на сайте History vs. Hollywood (англ.) - http://www.historyvshollywood.com/reelfaces/darkest-hour/.
"Многие согласятся, что Олдман - один из лучших актеров нашего поколения. Его роль в фильме запомнится зрителям на многие десятилетия. Особенно учитывая бесконечное количество интерпретаций персонажа Черчилля за последнее время" - Грегори Элвуд («The Playlist»).
Трейлеры: англ. https://youtu.be/eFFj2gS9UWs, https://youtu.be/JQAYFbcgf60; рус. https://youtu.be/o5Rk12sYj7s, https://youtu.be/erANHXEDAuU.
Официальные стр. фильма: http://www.focusfeatures.com/darkesthour/; http://www.universalpictures.co.uk/micro/darkest-hour; https://www.universalpictures.at/diedunkelstestunde; https://www.facebook.com/darkesthourfilm/; https://www.facebook.com/DarkestHourUK/; https://twitter.com/darkesthour; https://www.instagram.com/darkesthour.
«Темные времена» на Allmovie - https://www.allmovie.com/movie/v666931.
На Rotten Tomatoes у фильма рейтинг 84% на основе 285 рецензий (https://www.rottentomatoes.com/m/darkest_hour_2017).
На Metacritic «Темные времена» получили 75 баллов из 100 на основе рецензий 50 критиков (http://www.metacritic.com/movie/darkest-hour).
Картина входит в список «Лучшие фильмы» по версии сайта Rotten Tomatoes.
Рецензии: https://www.mrqe.com/movie_reviews/darkest-hour-m100121512; https://www.imdb.com/title/tt4555426/externalreviews.
Фильм дублирован на студии «Пифагор» в 2017 году. Режиссер: Ярослава Турылева; переводчик: Ольга Клюшникова. Роли дублировали: Алексей Колган (Гари Олдман - Уинстон Черчилль); Любовь Германова (Кристин Скотт Томас - Клементина Черчилль); Данил Щебланов (Бен Мендельсон - король Георг VI); Лина Иванова (Лили Джеймс - Элизабет Лейтон); Игорь Ясулович (Рональд Пикап - Невилл Чемберлен); Иван Агапов (Стивен Диллэйн - лорд Галифакс); Тимофей Спивак (Николас Джонс - сэр Джон Саймон); Алексей Мясников (Сэмюэл Уэст - сэр Энтони Иден); Олег Форостенко (Дэвид Скофилд - Клемент Эттли); Василий Дахненко (Ричард Ламсден - генерал Гастингс Исмей); Владимир Антоник (Малкольм Сторри - фельдмаршал Айронсайд); Петр Тобилевич (Бенжамин Уитроу - сэр Сэмюэль Хор); Сергей Смирнов (Джо Армстронг - Джон Эванс); Вадим Медведев (Эдриан Роулинз - главный маршал авиации Даудинг); Денис Беспалый (Дэвид Бамбер - адмирал Рамсей); Алексей Войтюк (Пол Леонард - адмирал Дадли Паунд); Алексей Иващенко (Дэвид Стрэтэйрн (озвучивание) - президент Рузвельт); Андрей Казанцев (Филип Мартин Браун - Сойерс); Екатерина Виноградова (Мэри Энтони - Мэри Черчилль); Дмитрий Полонский (Брайан Петтифер - лорд Кингсли Вуд); Владимир Левашев (Майкл Гулд - лорд Лондондерри); Юрий Меншагин (Пол Ридделл - Спикер Палаты общин); Павел Емельянов (Оливер Брош - Рейно); Анатолий Пашнин (Пип Торренс - продюсер BBC); Ирина Киреева (Ханна Стил - Эбигейл Уолкер); Олег Новиков (Аде Хаструп - Маркус Питерс); Илья Хвостиков (Джеймс Илс - Морис Бэйкер); Екатерина Виноградова (Флора Николсон - Джесси Саттон); Анатолий Пашнин (Джон Лок - Оливер Уилсон); Константин Карасик (Ричард Гловер - бригадир Николсон); Илья Исаев (Джон Аттербери - сэр Александр Кадоган); Элиза Мартиросова (Анжелика Джоан - француженка); Олег Новиков (Эндрю Рид - маркиз Хартингтон).
До Олдмана роль Черчилля исполняли: Майкл Гэмбон в телефильме «Секрет Черчилля» (2016), Джон Литгоу в сериале «Корона» (2016), Тимоти Сполл в фильме «Король говорит!» (2010), Брендан Глисон в телефильме «Навстречу шторму» (2009), Роберт Харди в мини-сериале «Уинстон Черчилль: Дикие годы» (1981) и телефильме «Черчилль: 100 дней, которые спасли Британию» (2015), Дэвид Райалл в фильмах «Берти и Элизабет» (2002), «Одна война на двоих» (2002) и французском сериале «Великий Шарль» (2006).
«В главной роли: Гари Олдман». Каким был путь Олдмана к «Оскару»? Во-первых, достаточно долгим. Во-вторых, он был полон ярких, запоминающихся ролей - от бессмертного кровопийцы в «Дракуле» до убийцы президента Кеннеди в «Выстрелах в Далласе», от басиста Sex Pistols в «Сиде и Нэнси» до Людвига ван Бетховена в «Бессмертной возлюбленной», от психопата в «Леоне» до социопата в «Пятом элементе». И это, не говоря о фильмах, кадры из которых могут по-новому открыть, казалось бы, хорошо всем знакомого исполнителя - https://youtu.be/kVN7wv9jVcI.
Фотографии У. Черчилля - http://old-picture.ru/news/uinston_cherchill/2012-12-28-299.
Картины У. Черчилля: https://artuk.org/discover/artworks/search/actor:churchill-winston-spencer-18741965; http://www.museumsyndicate.com/artist.php?artist=667.
Афоризмы У. Черчилля - http://aforismo.ru/authors/309/.
Сергей Минаев. «Слово сэра. Как остроумие Уинстона Черчилля влияло на мировую политику» - https://www.kommersant.ru/doc/3511763.

ИНТЕРВЬЮ С ГАРИ ОЛДМАНОМ
- Гари, для большинства главных ролей в Голливуде актерам необходимо качаться и приходить в форму. Здесь же все наоборот: вам надо было набрать вес, проредить волосы, пить и курить весь день... Можете рассказать немного об этой физической трансформации?
- Да, надел на себя кучу подушек, обклеил лицо латексом, взял стакан с виски, закурил сигару - самый типичный день в Голливуде. Во всем виноват, конечно, Джо Райт. Ну, кому придет в голову брать меня на роль Черчилля, на которого я не похож ни капли? Очень рискованное решение. Хорошо хоть, что у нас в распоряжении оказался великий гример Казухиро Цудзи, который целиком создал мой образ. Но даже он предупредил нас, что будет очень трудно. Джо, впрочем, отмахивался и ставил ему в пример грим Джонни Ноксвила в фильме «Несносный дед».
- Где-то в СМИ писали, что вы провели 200 часов в кресле гримера в течение только съемочного периода. Это правда?
- Я не считал, но похоже на то, да. Самое ужасное, что в это время нельзя ничего делать. Разве что музыку слушать. Но сидеть надо абсолютно неподвижно. Края этих лицевых накладок очень хрупкие, как бумажные платки. Нельзя разговаривать в это время, нельзя шевелить ни одной мышцей лица. Так что остается просто расслабить шейные позвонки, превратиться в куклу в руках гримеров и отключить мозг на несколько часов.
- Удивительный грим, конечно. Вас можно узнать только по глазам, да и то не во всех ракурсах.
- Вообще я вам сейчас скажу кое-что по секрету. Новость дня: это был не я! Это был какой-то другой хороший актер, а я теперь за него собираю себе все лавры.
- Вот это был бы номер. Жаль, что это неправда.
- Да, жаль. Ну, ничего, я тогда не постесняюсь забрать лавры себе.
- Ну, грим-то ладно, но неужели вам на протяжении всех съемок пришлось таскать на себе накладки на теле?
- Да, жирокостюм. Проводя день за днем на съемочной площадке и питаясь чем попало, все равно набираешь вес, хочешь ты этого или нет. Но когда ты постоянно ходишь с накладками по всему телу, точно знаешь, что можешь что-нибудь жевать, и никто даже не заметит появляющийся на боках жирок. Удобно же!
- К слову о лаврах. Что вы думаете по поводу всего этого шума, связанного с наградами? Вам вот чуть ли не «Оскар» дают, и номинации почти все самые важные у вас уже в кармане [интервью состоялось еще до того, как Гари получил «Золотой глобус»].
- Я был бы рад куда больше, если бы работа Джо и сам фильм были вознаграждены. Номинация на «Золотой глобус» очень приятна, пусть они и игнорировали меня до этого 30 лет. Но мне все же не очень по душе, когда говорят, что вот Олдман сыграл хорошо, и ни слова про сам фильм. Это возмутительно, потому что кино-то на самом деле отличное, и все, кто в нем задействован, заслуживают самых почетных наград.
- Когда вас номинировали на «Оскар» за роль в «Шпион, выйди вон!», вы в интервью как-то сказали, что если вдруг вам дадут награду, то вы пошлете за ней какого-нибудь североамериканского индейца. В этом году у вас будет отличный шанс.
- Это я шутил. Марлон Брандо из меня никакой [в 1973 году тот отказался от «Оскара» за «Крестного отца», послав вместо себя на церемонию девушку из племени апачей]. Кажется, придется лично ходить и собирать все награды, которые мне готовы выдать в этом году. Вообще это все для меня крайне удивительно, я совсем не привык к такому вниманию в отношении кинопризов. Немного сюрреалистично ощущать себя в центре всей этой шумихи, особенно когда тебя признают твои коллеги, гильдия и киноакадемия. Я в кино уже не один десяток лет, сыграл много разнообразных персонажей, но мне совсем не стыдно получить формальное признание именно за эту роль. Не стыдно считать ее венцом карьеры.
- Вам же и раньше предлагали роль Черчилля. Кажется, даже не раз. Почему вы наконец согласились?
- Трижды предлагали в разные годы. У меня до недавних пор совсем не получалось смотреть в зеркало и видеть в себе Черчилля. Если бы мне предложили роль Чемберлена, то тут было бы о чем подумать. Скинуть пару-тройку килограммов, нарастить усы - и готово. Но Черчилль? И почему именно мне его с такой настойчивостью предлагают сыграть на протяжении такого количества времени? В этот раз все было куда интереснее, когда я узнал, что режиссером будет Джо. Да и интонация фильма мне пришлась по душе. В тех предыдущих трех сценариях не было юмора, они были мрачнее и серьезнее. А ведь сам-то Черчилль при этом был очень остроумным, любил шутить. Итак, сценарий, Джо, а также возможность снова объединиться с моим приятелем, продюсером Эриком Феллнером из Working Title - тут сошлись все звезды, теперь можно было и Черчилля сыграть.
- И как, понравилось?
- Играть Черчилля? Еще как. Его до этого часто представляли таким хмурым и сварливым стариком, который шаркает туда-сюда в своих тапках с сигарой и стаканом виски и орет на всех вокруг. Тот Черчилль, которого я узнал, причем не только из сценария, но и из просмотренного документального материала, был совсем другим. Он был человеком с огромной энергией, маниакальным задором, блеском в глазах и озорной улыбкой. Он выглядел как большой, розовощекий, круглый и непослушный школьник. Он думал со скоростью 500 миль в час, и никто не мог за ним угнаться. В течение одного дня у него могло быть 100 идей, из которых 99 были ужасными, но одна - точно гениальной. Представьте себе, насколько лучше был бы мир, если бы у каждого из нас было по одной гениальной идее в день. А потом все это оборачивалось тяжелыми депрессиями, когда его глаза тускнели, а энергия улетучивалась. Но это все потому, что в своих маниакальных фазах он буквально горел, а постоянно гореть невозможно.
- У вас, наверное, не выходило из головы, что это легендарная личность, оказавшая заметное влияние на ход мировой истории. Должно быть, в такой ситуации особенно сложно показывать его с человеческой стороны?
- Надо просто забыть о том, что это легендарная личность. Забыть об ответственности, о масштабе и сосредоточиться на деталях, на конкретной истории. Детали как раз помогают освободиться от этой великой ответственности. Знаете, мы готовились к съемкам пять-шесть месяцев. Полгода занял один только процесс разработки грима - его нам представляли в разных вариантах. Начали с такого толстого слоя накладок на лице, что под ними, по заверению Джо, не было видно никаких эмоций. Затем мы обсуждали остальные аспекты поведения Черчилля. Например, его дыхание. Он курил много сигар и пил виски, поэтому у него дыхание было очень специфическое. Я был в Лос-Анджелесе, а Джо был в Лондоне, и я ему присылал голосовые сообщения на телефон, в которых я зачитывал черчиллевские речи. Потом мы разрабатывали его походку. Он ходил динамично, с целью, с напором. Это был долгий процесс выстраивания образа. К тому моменту, когда мы добрались до репетиций, персонаж уже был более или менее сформирован. Так что дальше мы просто сосредоточились на проработке каждой отдельной сцены.
- Было что-то такое в вашем персонаже, что оставалось с вами даже после того, как режиссер говорил команду «снято»? Или все просто: сняли костюм, грим - и вы снова старый, добрый Гари?
- Если что со мной и оставалось долгое время - и, кажется, присутствует до сих пор, - так это отравление никотином. Я вообще по сигарам не очень, а тут приходилось дымить постоянно. Иногда даже надо было по-настоящему затягиваться, потому что на крупных планах сразу видно, когда ты просто набрал дыма в рот, а дальше не пустил. Но даже если затягиваться не надо было, то все равно это был ад для всех, а не только для меня - проводить целые съемочные дни в прокуренных павильонах.
- Вы в свое время сыграли немало отрицательных персонажей. Каково это теперь играть Черчилля - человека, который просто воплощает в себе образ положительного героя?
- В последнее время я избегаю ролей злодеев. Да и в начале карьеры они все были такими, знаете, не совсем плохими, просто израненными. Я не считаю Сида Вишеса злодеем. И даже Ли Харви Освальда и Дракулу таковыми не считаю, уже не говоря о Бетховене и Сириусе Блэке. Да, я пару раз играл бандитов и психопатов. Но это потому, что за мной закрепилось такое амплуа после фильмов Люка Бессона. Все начали думать: «Ага, вот нам нужен злодей, желательно англичанин. Кого позвать? Гари Олдмана, конечно!» Кстати, Кристофер Нолан хотел, чтобы я играл Пугало в его «Бэтмене». И мой менеджер Даг Урбански предложил: «А как насчет Джима Гордона?» И после этого разговора я принял решение не соглашаться больше на роли злодеев, а то уже совсем неприлично. Главное было убедить Криса, чтобы он увидел во мне Гордона, иначе меня просто не было бы в том проекте. Еще одного злодея моя фильмография не выдержала бы. Кстати, помимо этого, меня также часто задействовали в разных байопиках. Это еще один бич. У меня не было такого плана. Просто возникают интересные предложения, я за них берусь, а потом из этого выстраивается занимательный паттерн.
- Ну, вы же сами выбираете, значит, вам интересны эти персонажи?
- Я выбираю из того, что мне буквально приходит в почту. Просто часто приходит именно вот такое. Опять же во всем прошу винить Бессона. Но справедливости ради нужно заметить, я бы никогда не смог без него снять свою режиссерскую работу «Не глотать». Я везде пороги обивал, в каждую дверь стучал в Англии, но все как один говорили, что это карьерный суицид: «Этот Олдман - сумасшедший, не давайте ему денег». Я не мог поднять ни копейки. И только Бессон - он даже сценарий не стал читать и сказал (смешно изображает французский акцент): «Да не вопрос, сделаем, Гари!» Мы тогда сидели с ним в ресторане, и он написал условия контракта на бумажной салфетке. Так что, когда он предложил мне сняться в «Пятом элементе», я понял, что пришло время отдавать долги. Тогда я, правда, даже не знал, что мне придется носить на голове резиновую фиговину. А то много раз подумал бы! Это-то он на салфетке не прописал. Хотя надо было на обороте посмотреть - там наверняка были примечания мелким шрифтом. (Заира Озова, «КиноПоиск»)

Как Гари Олдману удалось стать похожим на Уинстона Черчилля?.. Фильм «Темные времена» получил как от Британской, так и от Американской киноакадемий по две награды: за лучшую мужскую роль и за лучший грим - и это тот случай, когда одно без другого невозможно. Гари Олдман изначально понимал, что вжиться в образ Уинстона Черчилля ему поможет только Казухиро Цудзи - и пока оба они празднуют победу, мы вспоминаем, как им работалось вместе над этой картиной. "Меня давно интересовала личность Черчилля, я искренне убежден в том, что он был одним из величайших политиков в истории человечества. Несмотря на это, я не видел себя в этой роли. Если честно, много лет назад мне уже предлагали сыграть Черчилля, но я отказался. И дело тут вовсе не в психологической или интеллектуальной сложности, а в банальной физической комплекции. Правда же, посмотрите на меня и на Черчилля"... Олдман тщательно работал над голосом Черчилля, прослушав множество его речей и выверив все нюансы - от акцента до диалекта, выстраивал его образ при помощи аксессуаров («Неотъемлемыми деталями его образа были сигара, часы, кольцо, очки и, конечно же, шляпы - он был большим любителем шляп»), читал написанные им и написанные о нем книги, изучал связанные с легендарным премьер-министром документы: «Мне хотелось добиться полного сходства - и психологического, и интеллектуального». "Более 50 лет у власти. 50 изданных книг - он получил Нобелевскую премию в области литературы. Принял участие в четырех войнах. Написал 500 картин, включая 16, которые выставлены в Королевской академии. Трудно себе представить, каким был бы наш мир, если бы не этот великий человек. Другого такого нет, не было и, наверное, не будет". Но при этом артист прекрасно понимал, что Гари Олдман и Уинстон Черчилль внешне совершенно не похожи: «Мне нужно было почувствовать себя им на физиологическом уровне, понять, как он двигался. Кроме того, я должен был видеть его в зеркале. Если не его самого, то хотя бы его волю к победе. Я решил, что единственный, кто мне сможет в этом помочь, - Казухиро Цудзи. В своем творчестве он способен тягаться с Пикассо». Казухиро Цудзи: "Гари сказал мне: «Я буду сниматься в этом фильме, только если ты мне в этом поможешь». Я пытался отнекиваться, но отказать Гари был не в силах. В отличие от многих, он понимает и ценит труд художников, занимающихся пластичным гримом. [...] Честно признаться, меня немного пугала перспектива сделать похожими двух всемирно известных, но совершенно не похожих друг на друга людей. Труднее всего было соблюсти пропорции, поскольку размер и форма головы у них были разные. У Гари овальный череп, а у Черчилля было приплюснутое, округлое лицо. Глаза Гари посажены близко друг к другу, у Черчилля - наоборот. Мне пришлось учитывать множество подобных факторов. [...] Впрочем, в работе гримера есть свои тонкости. Если актер вкладывает в свою роль душу, ничто не сможет помешать ему стать персонажем". В общей сложности, основываясь на фотографиях и кинохронике, Цудзи разрабатывал маску Черчилля полгода: снятие мерок (слепок с головы артиста и слепок со всего его тела), лепка, примерка, изменение, добавление, вырезание и снова примерка (всего таких примерок было пять). Параллельно этому дорабатывался сценарий и вовсю шел подготовительный период по прочим направлениям. Силиконовая маска накладывалась на лицо Олдмана так, чтобы грим максимально точно улавливал мимику актера. Именно поэтому вылепленному герою оставили лоб и губы исполнителя: иначе достоверность уже бы пострадала. Кроме того, Цудзи создал для Олдмана пенопластовый костюм, который и создавал иллюзию грузности, и заставлял артиста соответствующе двигаться. Гари требовалось полчаса, чтобы в этот костюм забраться; весил весь комплект чуть ли не половину собственного веса Олдмана. Всего же грим - от и до - накладывали три с половиной часа, снимали в конце смены - еще два; занимались всем этим Дэвид Малиновски и Люси Сиббик, также получившие золотые статуэтки. После наложения грима начинался процесс его окрашивания: подобрав цвет и текстуру, гримеры делали кожу однородной, наносили родинки, рисовали на лице сотни тончайших капилляров. Дэвид Малиновски: "Мы пытались сделать персонажа предельно реалистичным. Нам не хотелось, чтобы зрители разглядели грим на лице актера. Цифровая камера передает намного больше деталей, поэтому для нас не существовало незначительных мелочей. Мы стремились сделать лицо как можно более живым, каким бы крупным планом оно ни снималось". Гари Олдман: "В конечном итоге эта роль стала самой сложной в моей актерской карьере - и все же самой благодарной. Я не мог дождаться очередного съемочного дня, чтобы снова превратиться в Уинстона. Каждый день, приходя на площадку, я думал: 'Как же мне повезло получить эту роль!'" (Максим Марков, «Настоящее кино»)

Достойное дополнение к «Дюнкерку» Кристофера Нолана, историческая драма Джо Райта рассказывает, что делал Уинстон Черчилль в 1940 году, когда нацистские войска захватывали Францию и громили британский экспедиционный корпус на материке. Премьер-министра сыграл Гари Олдман, и его яркое и убедительное перевоплощение удостоилось самых лестных похвал. (Борис Иванов, «Фильм.ру»)

Посмотрел "Darkest Hour" - очень все правильно так с точки зрения драматургии, основательно и нескучно, несмотря на академичную тему, но не знаю, насколько все это работало бы без Гари Олдмана. Вот уж действительно актерская работа на "Оскар" - возможно, не лучшая в его карьере (плюющегося актера из "Друзей" он не переплюнет все равно!), но определенно достойная награды. Еще очень впечатлил Бен Мендельсон в роли короля - один из тех актеров, которые были со мной рядом всю жизнь, но я каким-то образом ухитрился практически нигде его не заметить ("Сирены", "Вертикальный предел" - где он там, не помню). (Борис Хохлов)

О чем все это. Уинстон Черчилль (Гари Олдман) становится премьер-министром Британии, тогда как для Европы наступают темные времена. В тяжелый для родины час он решает не договариваться с Германией, а продолжать войну до победного конца. Достойная работа режиссера Джо Райта о судьбоносном выборе, повлиявшем на ход Второй мировой. Зачем смотреть. Гари Олдман уже получил за эту роль «Золотой глобус», и с этим фактом сложно поспорить. Филигранная работа большого актера - основной стержень, вокруг которого строится действие. «Темные времена» - крепко скроенный фильм для тех, кто, вдохновившись недавним «Дюнкерком» Кристофера Нолана, желает узнать несколько больше: что именно стояло за данной операцией. Британская политика, задрапированная темными шторами - название фильма напрямую отражено не только по сути, но и визуальными приемами, - концентрируется вокруг фигуры премьер-министра, который, несмотря на довольно склочный характер, перед принятием важнейшего решения способен снизойти и до мнения простого человека. Почему можно не смотреть. Кино, как говорится, не для всех. Несмотря на историческую достоверность, за исключением нескольких нюансов, «Темные времена» не представляют интереса для массового зрителя. Слишком специфическая тема для масс, в лучшем случае, знающих о том, что Черчилль любил выпить, и не желающих знать о политике ничего большего. (Борис Гришин, «Кино Mail.ru»)

Палата общин гудит и требует отстранения Чемберлена с поста премьер-министра Великобритании. В разгар постоянного наступления Германии на Европу действовать нужно быстро. Уинстон Черчилль (Гари Олдман) не появляется на заседаниях, чтобы не показаться желающим занять новый пост, но на его кандидатуре в итоге сходится несколько решающих голосов. Пожилой и неповоротливый, он надиктовывает письма нервной новенькой стенографистке (Лили Джеймс), выпивает крепкое на завтрак и кашляет от сигар: меньше всего он похож на человека, перед которым скоро будет трепетать половина мира. Не совсем уверенный в себе король Георг назначает с Черчиллем обязательные еженедельные встречи. За спиной у нового премьера есть не известное большинству оружие - его внимательная, сильная и рассудительная жена (Кристин Скотт Томас), с которой они давно воюют заодно. Байопик Черчилля режиссера «Искупления» и «Анны Карениной» Джо Райта издалека кажется одним из самых многообещающих фильмов года: человек, выигравший Вторую мировую для своей страны и написавший об этом мемуары в несколько томов, наконец получает новое воплощение. К Гари Олдману нет никаких претензий - максимально не похожий на Черчилля, он оборачивает его речь и тело в малозначительные звуки и движения, на что способны только великие актеры: невидимые усилия Олдмана оживляют легенду. Учтивый, остроумный, прямолинейный, но не простоватый, его Черчилль собран в той же тональности, в какой Тимоти Сполл в фильме Майка Ли слепил образ другого легендарного британца - Уильяма Тернера. Маленькие кряхтения, неуклюжие повороты, пристальные взгляды невыразительных глаз. Правда, на похвалах Гари Олдману хочется остановиться. Захватывающая история восхождения к власти в исполнении Райта выглядит в плохом смысле книжной, выхолощенной, лишенной какого бы то ни было авторского пересказа: диалоги здесь довольно беззубы, второстепенные герои выглядят статистами, а прописанный в сценарии Черчилль - не самый захватывающий компаньон для целого фильма. Вряд ли байопик политика нужен тем, кто прогулял школьные уроки истории, да и книжка афоризмов Черчилля удивит обычного зрителя куда больше, чем мельтешения в парламенте, королевском дворце и на Даунинг-стрит. (Алиса Таежная, «The Village»)

Портрет политика в интерьере. Первый Лорд Адмиралтейства Уинстон Черчилль принимает душ, надевает розовый домашний халат, ест завтрак и начинает диктовать своей машинистке (Лили Джеймс) очередное обращение. От этих каждодневных ритуалов его отвлекут сначала сообщение по радио о войне с Германией, а потом телеграмма из дворца - о том, что он стал новым премьер-министром Великобритании. В этот темный час, когда немецкие войска берут Бельгию и Францию и зажимают все британские части на побережье у Дюнкерка (в прошлом году про данный эпизод войны уже сняли фильм), Черчилль должен принять важнейшие решения о том, как поступить его родине, и для его проведения удержать кресло премьера. Уинстон Черчилль - противоречивый политик, блестящий оратор и человек со сложным характером - является одним из самых популярных у кинематографистов исторических деятелей, о котором сняты десятки фильмов и сериалов (в числе прочих британского премьера играли Виктор Станицын, Альберт Финни, Тимоти Сполл и Брендан Глисон). В ленте британца Райта ("Искупление", "Гордость и предубеждение", "Анна Каренина") Черчилль показан не только за принятием стратегических решений в кабинетах парламента и во дворце, но и в домашнем интерьере: вот он идет в душ, вот шлепает босыми ногами по полу, вот из клозета отвечает политическим противникам. Но критичность ситуации такой взгляд не умаляет: это действительно самый темный час для мира, империи и его лично (в оригинале фильм так и называется - The darkest hour, за которым, как гласит пословица, наступает рассвет), где бы он ни застал героя. "Темные времена" - это байопик Черчилля и великолепная игра Олдмана (за которую он уже получил "Золотой глобус" и имеет все шансы выиграть "Оскар"), практически неузнаваемого в роли обрюзгшего, рыхлого эксцентричного премьера, - главное достоинство фильма. Но Черчилль в ленте не просто политик - он воплощение и дух Британской империи, во всех смыслах представитель ее народа (что полнее всего отражает выдуманный эпизод в метро). И "Темные времена", оду этой британскости, интереснее всего рассматривать как бытописание жизни королевства (вот как у них, оказывается, работает парламент, какие отношения между монархом и премьером, как заваривают чай и т.д.) - явление столь же культурологическое, сколь и собственно кинематографическое. (Катя Загвоздкина, «Интерфакс»)

Май 1940 года. Нацистская армия находится в шаге от вторжения в Бельгию и Голландию, и в британском парламенте небезосновательно полагают, что Туманный Альбион - на очереди. Действующий премьер-министр слишком слаб, чтобы противостоять Гитлеру, его потенциальный преемник тоже не спешит взять на себя ответственность, так что единственной кандидатурой, более или менее устраивающей и лейбористов, и правящих консерваторов, оказывается Уинстон Черчилль (загримированный до неузнаваемости Гари Олдман). Сложно поверить, что всего несколько лет назад золотым стандартом голливудского байопика считалась богато иллюстрированная драма в стилистике «жизнь замечательных людей»: родился, учился, женился, болел, преодолел, ну и так далее. Где-то после выхода спилберговского «Линкольна» до многих кинематографистов внезапно дошло, что отдельно взятый важный эпизод из той или иной биографии может быть гораздо интереснее ее подробного пересказа, при котором разница между революционером и рок-звездой сводится к статистической погрешности. Понятно, что не у всех героев байопиков такие - достойные двухчасового хронометража - эпизоды есть, а уж исторические фигуры масштаба Черчилля - больше, чем жизнь, - и вовсе наперечет. Только за последние месяцы его играл Брайан Кокс, за его роль награждали Джона Литгоу, а его могучая тень стояла над душой еще двух или трех картин, включая лучший фильм года. И, в общем, именно в паре с «Дюнкерком» «Темные времена» смотреть разумнее всего - то, что Кристофер Нолан оставил за скобками, здесь проговаривается во весь голос. Голос этот принадлежит великому Гари Олдману, и если в техническом смысле он тут дает, с позволения сказать, Тома Харди (то есть хрюкает, сопит и бормочет что-то нечленораздельное), то в драматическом - забирается на уровень главных работ Мерил Стрип и Дэниела Дей-Льюиса. Бог с ним, с «Оскаром» (который Олдману практически гарантирован) и безо всяких наград ясно, что через пять лет о «Темных временах» будут так же вспоминать, как сейчас о «Железной леди» или том же «Линкольне», фильме, где Гари Олдман был Уинстоном Черчиллем. Умудряющийся напрочь перекрыть кислород даже таким большим артистам, как Кристин Скотт Томас и Бен Мендельсон, Олдман - первая, вторая и предпоследняя причина смотреть фильм (последней пусть будут проделавшие титанический труд гримеры). И хотя весь его сюжет умещается в несколько недель и пару помещений, а весь экшн происходит на карте, это одна из самых захватывающих военных драм этого и любого другого года - и если это не свидетельство актерской мощи Олдмана, то эвакуация Дюнкерка - рядовой эпизод мировой истории. 8/10. (Сергей Степанов, «ELLE»)

От скинхеда до премьер-министра: 60 лет Гари Олдману. 12,5 лучших ролей прославленного английского артиста. В начале марта восторжествовала справедливость: не нуждающийся в особом представлении актер Гари Олдман, сыгравший более восьми десятков ролей, наконец получил «Оскар» - за роль Уинстона Черчилля в байопике «Темные времена». Олдмана номинировали, конечно, не так часто, как Ди Каприо (всего раз - за «Шпион, выйди вон»), но почти сорок лет лицедейства не могли остаться и без этой золотой статуэтки. Сегодня же актер празднует 60-летие, и мы решили вспомнить его самые запоминающиеся перфомансы. Гари Леонард Олдман родился в Лондоне в семье домохозяйки и сварщика-алкоголика, который бросил семью, когда сыну было семь лет. Не удивительно, что ролевую модель будущий обладатель «Оскара» и прочих наград нашел в искусстве - его заворожил Малькольм Макдауэлл в картинах «Если...» и «Бешеная луна». Олдман решил, что хочет так же, окончил театральную школу, девять лет посвятил молодежному театру в Гринвиче, а затем перебрался в кино, где его карьера сразу начала прирастать интересными и яркими ролями. Во многом Олдману везло и с режиссерами: на заре карьеры он поработал с Майком Ли, Стивеном Фрирзом и Николасом Роугом, а затем вписал свое имя в зал славы кинематографических злодеев, благодаря ролям в двух самых известных картинах Люка Бессона, «Дракуле» Копполы и «Ганнибале» Ридли Скотта. Сюда же можно добавить роль коммуниста-террориста Ивана Коршунова в двойнике «Крепкого орешка» - «Самолете президента» Вольфганга Петерсона. С середины 2000-х Олдман перешел в разряд мастеровитых артистов, которые способны придать достаточный магнетизм ролям второго плана: комиссар Гордон в нолановской трилогии про Бэтмена, растрепанный Сириус Блэк в бесконечной «поттериане», а затем целый ворох незапоминающихся фильмов в диапазоне от «Красной шапочки» до «Войны». Но и в этот период, который впору называть артистической пенсией, Гари Олдман умудрился сыграть несколько выдающихся ролей, в том числе две, номинированные на «Оскар». На лучших его встречах со зрителем стоит остановиться подробнее. [...] Символично, что роль, принесшая-таки Гари Олдману «Оскар», - это Уинстон Черчилль, для физиогномического сходства с которым артиста гримировали до неузнаваемости, чтобы он снова, как в «Ганнибале», пустил в ход главное оружие - глаза и голос. Не факт, что лучшая, но максимально подходящая для торжественного случая роль, - переиграв кучу хулиганов, творческих личностей, криминалитетов и эффектных персонажей второго плана, Олдман дорос до премьер-министра в байопике Джо Райта, за что и удостоился всех мыслимых наград. Таким образом, его фильмография напоминает немного политическую карьеру: от скинхеда до премьера-министра. [...] (Алексей Филиппов. Читать полностью - https://www.kino-teatr.ru/blog/y2018/3-21/1074/)

Был месяц май, или Черчилль спускается в метро. Расхваленный критиками «Дюнкерк» на поверку оказался пафосным пособием по истории Великобритании. Но все-таки мы не зря его посмотрели! Ведь тем, кто благодаря этой картине узнал подробности Дюнкеркской операции, будет гораздо интереснее смотреть новую биографическую драму Джо Райта «Темные времена». Нужно как-то начинать. Итак, юная машинистка Элизабет Лейтон (Лили Джеймс) становится секретарем Первого лорда Адмиралтейства Уинстона Черчилля (Гари Олдман). И в первый же рабочий день получает взбучку - военно-морской министр явно не в духе. И неудивительно - на дворе начало мая 1940 года, в Европе бушует война, Гитлер проглатывает державы как сосиски, британская армия разгромлена, а в Лондоне правительственный кризис. Уходящий в отставку премьер-министр Чемберлен (Рональд Пикап) видит преемником соратника по консервативной партии лорда Галифакса (Стивен Диллэйн), но тот не готов противостоять лейбористам, требующим перемен. Чтобы разрешить кризис, король Георг VI (Бен Мендельсон) с неохотой назначает премьером Черчилля, который не разделяет идей Чемберлена и Галифакса, настаивающих на мирных переговорах с Гитлером. Несмотря на отсутствие уважения со стороны депутатов, Черчилль понимает, что нужно как-то начинать. Новоиспеченному премьеру предстоит придумать, как спасти английских солдат, гибнущих под Дюнкерком, завоевать симпатии короля и парламента, а главное - сделать выбор: склониться перед Гитлером или сражаться и верить в победу... Не перебивайте Гари Олдмана! В картине мастерски выверены дозы исторической правды и художественного вымысла. Ну да, вряд ли реальный Черчилль спускался в метро - но он действительно мог объявиться на улицах Лондона, чтобы спросить мнение простых людей. Восхищает мощный сценарий с убойными репликами («Не перебивайте меня, когда я перебиваю вас!»). А главное - фильм не о том, что войну выиграли Черчилль с Рузвельтом: эпизод телефонного разговора с президентом США напоминает, что и он тоже подписал сделку с Гитлером. А вот этот толстый и сварливый старикан взял да и повернул колесо фортуны, встряхнув и правительство, и народ своей страны. И конечно, главной удачей стал Черчилль в исполнении Гари Олдмана, хотя сам актер, мягко говоря, мало похож на оригинал. Игра Олдмана просто завораживает, ярко выделяясь из целой череды экранных воплощений Черчилля. Нельзя не отметить фантастический грим, придавший актеру необходимые черты, но не лишивший мимики - кудесники гримэффектов сознательно решили пожертвовать большим сходством с оригиналом, чтобы не превращать лицо героя в похожую, но малоподвижную маску а-ля Высоцкий в исполнении Безрукова. Гари Олдман уже получил свой первый «Золотой глобус», и у него есть все шансы удостоиться давно заслуженного «Оскара». Пожелаем ему успеха! 3/5. (Эрик М. Кауфман, «TramVision»)

Как состарить Олдмана: История возрастного киногрима. «Темные времена» Джо Райта - картина, рассказывающая о первом и решающем шаге Уинстона Черчилля на посту премьер-министра Великобритании в 1940 году, который, вопреки давлению и страху других политиков, отказался идти на переговоры с Гитлером. В центре этого исторически аккуратного байопика находится работа Гари Олдмана, блестяще перевоплотившегося в британского премьера. Актер уже получил за свою роль «Золотой глобус» и номинирован на премию «Оскар». Олдман и команда гримеров во главе с легендарным Казухиро Цудзи проделали выдающуюся работу: достигнуто необходимое портретное сходство, при этом нет ощущения подделки - перед нами настоящий, живой человек. Как же удалось добиться такого эффекта? [...] Для создания образа в «Темных временах» актер прошел долгий путь вживания в роль еще до того, как начал разрабатываться грим. Олдман изучал архивные материалы о Черчилле, чтобы перенять его мимику и жесты, манеру разговора и походку. И только после этого обратился за помощью к легендарному Казухиро Цудзи, гримеру, работавшему еще с Акирой Куросавой. Он специально по просьбе Олдмана вновь вернулся к работе после выхода на пенсию, чтобы осуществить это невероятное преображение. Четыре часа в день требовалось на то, чтобы полностью загримировать актера. «Путешествие к этому образу было ужасно, а когда я его проделал, я наслаждался каждой минутой на съемочной площадке», - признается Гари Олдман. В этом персонаже узнать самого Олдмана можно с большим трудом. Как рассказывает сам Казухиро Цудзи, они не добивались 100%-ного сходства с британским политиком. У Черчилля и Олдмана разное строение лица, посадка глаз. Для достижения эффекта «живого» лица область вокруг глаз оставалась практически нетронутой, но были созданы накладки на нос, скулы, щеки, челюсть из смеси силикона и пенорезины. Для имитации скромной прически премьер-министра было создано несколько копий париков-накладок из силикона и натуральных волос, а самого актера побрили налысо. [...] Эксперименты с собственным весом влекут серьезные проблемы со здоровьем, и не все готовы пойти на такой отчаянный шаг. В самом начале работы над фильмом «Темные времена» 59-летний Гари Олдман заявил, что не намерен набирать вес из-за возраста. Тогда было решено переложить всю ответственность на плечи гримеров. В результате за все время съемок, которые длились 48 дней, актеру приходилось надевать на себя примерно половину собственного веса. На какие же ухищрения идут гримеры, для создания имитации лишнего веса героя? Классические театральные приемы включают в себя создание специальных костюмов из простеганной, прошитой с ватой, поролоном либо волосом ткани. Так называемые «толщинки» из поролона нашиваются слой за слоем, а затем подтягиваются за счет эластичной одежды. При движениях они изгибаются вместе с телом, повторяют движения и выглядят значительно натуральнее, чем костюмы, сделанные другим способом. (Александра Головина, «КиноПоиск»)

«Вот и "Оскар" за лучшую мужскую роль», - пишут все критики, посмотрев ленту Джо Райта. Гари Олдман в роли премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля, оказавшегося на посту в труднейшее для страны время, однозначно получит номинацию. Киноакадемия любит таких персонажей, что называется, «larger than life», масштабных личностей. При этом Черчилль Олдмана, может, и глыба, но он при этом абсолютно живой человек, а благодаря отменному гриму он не стеснен в мимике и выдает одну из лучших актерских работ 2017 года. 7 мая 1940 года. Великобритания находится в непростом положении: войска Гитлера вот-вот подойдут к острову, а премьер-министр Невилл Чемберлен получает вотум недоверия. Критика деятельности его кабинета достигла предела, но кто окажется на его месте? Все указывает на графа Галифакса (Стивен Диллэйн), но король Георг VI (Бен Мендельсон) вынужден назначить на освободившийся пост Уинстона Черчилля - в парламенте его ценят больше. Любой другой режиссер, возможно, сделал бы из такого материала очередную скучную драму. Но Джо Райт - мастер визуальных решений и инженер кинематографических душ. Ему интереснее показать самого Черчилля, и для этого в сюжет вводятся жена политика, Клементина (Кристин Скотт Томас), и новая машинистка (Лили Джеймс). В их глазах Черчилль уже не кажется забронзовевшей фигурой. Он более чем живой: любит сидеть в темноте, носит халат без нижнего белья (смущая машинистку), изо всех сил пытается быть добрым (это у него получается не очень) и язвительно разговаривает с королем («Как вы научились пить и не пьянеть в течение дня?» - «Практика».). Но он прекрасно понимает, что стоит за его назначением премьером. «Это не дар, это месть, - считает политик. - Я получил эту работу, потому что корабль тонет». Ему нужно что-то делать с англичанами, застрявшими в Дюнкерке, и на глазах у зрителя рождается операция «Динамо». «Он мобилизовал английский язык и отправил его в бой», - говорят о Черчилле. Сам он разговаривает с простыми англичанами в метро и принимает важное для страны решение. Райт и оператор Брюно Дельбоннель помогают зрителю прочувствовать трудности, с которыми приходится сталкиваться герою. Например, в одной из сцен Черчилль заходит в лифт, и, когда дверь закрывается, он виден в небольшом прямоугольнике света, а вокруг кромешная тьма. «Темные времена» прекрасно дополняют «Дюнкерк» Кристофера Нолана. Но там, где у режиссера «Темного рыцаря» говорят пушки, у Джо Райта говорит Черчилль. Мастером слова интересуются и по сей день. На пресс-конференции в Торонто Гари Олдман признался, что у него дома есть сборник цитат Черчилля, который он регулярно перечитывает. Джо Райт сообщил, что получил сценарий Энтони МакКартена от студии Working Title. «Меня поразило, насколько он смешной, - сказал режиссер. - Я много смеялся, но потом расплакался. И эта реакция меня удивила. Но я не был уверен, что кто-то пойдет смотреть кино про Черчилля. Так мне пришла идея пригласить на эту роль Гари Олдмана. На него точно пойдут! Гари - мой кумир с 15 лет, когда я увидел его в роли Сида Вишеса. Мы встретились, заметно нервничая, вейпнули и практически побратались. Так и начался наш проект». (Татьяна Шорохова, «КиноПоиск»)

Кровь, пот и слезы. Вторая Мировая война, Гитлер идет по Европе. Политика умиротворения диктатора не дает результатов, так что в Палате общин поднимается вопрос доверия правительству. Чемберлен покидает кресло премьер-министра, и на его месте оппозиция хочет видеть Черчилля - единственного политика, сумевшего сразу понять, что с Гитлером невозможно вести мирные переговоры. Однако Черчилля не любят в высших кругах, включая королевскую семью - за многочисленные провальные инициативы и грубый характер, к тому же он далеко не прекрасно выступает с публичными речами. Ему предстоит сильно измениться и изменить Британию вместе с собой, чтобы спасти страну от надвигающейся угрозы. Весь фильм - это в каком-то смысле приквел к «Дюнкерку» Кристофера Нолана. Если остались зрители, считающие, что в битве за Дюнкерк и эвакуации британских и французских солдат не было подвига, то фильм «Темные времена» во всех деталях опишет положение дел в Британии, образ мыслей политиков и общественные нравы в те годы, чтобы никаких возражений не оставалось. При этом бессмысленно всерьез сравнивать обе картины - «Дюнкерк» все-таки рассчитан на более массового зрителя, нежели фильм Джо Райта. «Темные времена» - это два часа великолепной, немного пафосной биографии Уинстона Черчилля, полной закулисных интриг, лобовых столкновений с противниками, блистательных речей, воссозданных слово в слово, а также трудных моральных выборов. Воистину, кровь, тяжелый труд, слезы и пот - это не фигура речи, сказанная политиком в парламенте, буквально все это Черчилль отдает каждую минуту пребывания на посту премьер-министра (по крайней мере, в фильме). Картину снял один из лучших режиссеров, занимающихся исторической реконструкцией, - Джо Райт, подаривший нам «Гордость и предубеждение» и «Анну Каренину». На сей раз эпоха для режиссера, возможно, не самая привычная, но к воссозданию быта и нравов он подходит так же тщательно, как и всегда. А тот факт, что для Британии времена воистину темные, лишний раз подчеркивается светом - картина в целом выполнена в мрачных тонах и порой вызывает ощущение документальной записи, а не игрового фильма. Все действие держится на одном Гари Олдмане. Потрясающая трансформация для роли одного из самых значимых британских политиков не позволяет узнать в актере Сириуса Блэка, Джеймса Гордона или Джорджа Смайли. Олдман в роли Черчилля удивительно естественен, словно всю жизнь весил под сто килограмм, курил сигары, пил виски и доказывал глупым коллегам, что «нельзя договориться с тигром, если твоя голова у него в пасти». При том, что у актера и без того потрясающая фильмография, роль в «Темных временах» однозначно лучшая в его карьере. Черчилль в исполнении Олдмана оказывается удивительно эмоциональным: интересно следить за его метаниями, переживаниями за страну, поиском правильных решений в трудных ситуациях и даже методичным подбором нужных слов для публичных выступлений. Это не просто историческая фигура во плоти, но и динамичный персонаж, заслуживающий внимания, который, несмотря на многочисленные «но», сумел собрать волю в кулак и правильными действиями исправить свою катастрофичную репутацию и спасти тысячи жизней. 5/5. (Павел Соломатин, «InterMedia»)

Дюнкерк с другого берега. Джо Райт рассказал о темных временах войны и героизме Черчилля. [...] Война в «Дюнкерке» - это война в небе, на земле и на море - в буквальном соответствии со знаменитой речью Черчилля, произнесенной 4 июня 1940 года, уже после завершения операции. То, чего нет в фильме Кристофера Нолана и о чем рассказывает Джо Райт, - это еще одна война: в правительственных кабинетах, в парламенте, в королевском дворце. Война за то, чья сторона возобладает - сторонников мира любой ценой или тех, кто не готов мириться с господством Гитлера. Черчилль мириться не хотел. Сейчас, в исторической ретроспективе, понятно, до какой степени он был прав. Но тогда правота эта совсем не казалась очевидной. Действительно, что разумнее: спасти свою семью (в данном случае свой народ), заключив перемирие с соседом-бандитом, или идти на него войной, зная, что останешься с сильным врагом один на один? Однозначного ответа нет, особенно когда твою решимость поначалу никто не поддерживает, кроме самого близкого человека - жены (блистательная роль Кристин Скотт Томас). Европа склоняется под натиском Гитлера, США придерживаются нейтралитета - в фильме есть блистательная сцена телефонного разговора британского премьера и американского президента про то, что купленные уже Англией самолеты Америка отдать ей не сможет, но готова подогнать к канадской границе, а оттуда англичане пусть сами их вывозят на лошадях. Про Сталина в «Темных временах» не упоминается вовсе, но каждый, знакомый с историей ХХ века, понимает: рассчитывать на поддержку советского лидера Черчилль в тот момент вряд ли мог. Темные времена по Джо Райту - это не только мрачный период войн и испытаний. Это момент, когда человек будто оказывается запертым в темноте собственной черепной коробки, ни через одну из дверей не пробивается спасительный свет, а выход все равно надо искать. Фильм - о поиске этого выхода. Но все тончайшие режиссерские ходы, лишь изредка сбивающиеся на фирменной голливудский пафос (когда в поисках ответа Черчилль символично спускается в подземелье, а именно - в лондонскую подземку, чтобы понять и прочувствовать настрой простых граждан), вся виртуозная работа камеры, весь этот тревожный монохром, весь замечательный подбор исполнителей не сработали бы без одного главного «аттракциона»: Гари Олдмана в роли Уинстона Черчилля. Это не просто роль на преодоление, а полное изменение своих психофизических параметров. Стараниями гримера Казухиро Цудзи Олдман каждый день, тратя на это по четыре-пять часов, превращался в Черчилля. Тем, кто, предположим, никогда не видел актера, будет трудно поверить, что в реальной жизни он совсем не полный человек, да и лепка лица иная. Олдман научился выглядеть, как Черчилль, двигаться, как Черчилль, и говорить, как Черчилль (к сожалению, в дублированной версии этого не оценить) - ведь именно ораторский дар премьера в конечном итоге и определил, по какому пути пойдет страна. Это роль шекспировского масштаба, таких немного выпадает на актерскую биографию, хотя Олдману давно и прочно везет. Многие считают, что в этом году повезет по-крупному, и он обретет наконец свой «Оскар». «Золотой глобус» и несколько важных профессиональных наград за эту роль Олдман уже получил. (Лариса Юсипова, «Известия»)

В пасти у тигра. Режиссер «Искупления», сценарист «Вселенной Стивена Хокинга» и оператор «Амели» создали байопик «Темные времена» о величайшем британце в истории. Первый год Второй мировой войны. В правительстве Великобритании наблюдается раскол, в ходе которого правящая партия консерваторов вынуждена выдвинуть нового премьер-министра. Ввиду активности оппозиции эту должность получает Первый лорд Адмиралтейства Уинстон Черчилль - непредсказуемый, властный и эксцентричный человек, вселяющий страх недоверия даже в короля Георга VI, выступавшего против его кандидатуры. На какие меры придется пойти новому главе правительства, чтобы уберечь державу от нацистской угрозы и не потерять достоинство как на внешне-, так и на внутриполитической арене? "Каким собой я должен быть сегодня?" В уходящем году на мировые экраны вышло два британских байопика о Черчилле. Лента Джонатана Теплицки «Черчилль» с Брайаном Коксом в главной роли, несомненно, подкупает внешним сходством актера и центрального персонажа. Однако сам фильм вызвал неоднозначные мнения экспертов и зрителей как тоном фабулы, так и самим представлением исторических событий и персоналий. Теплицки посредством кино занялся мифотворчеством вокруг фигуры премьер-министра и противоречивой эпохи, в которую он жил. Остроумие и отвага. Картина «Темные времена» Джо Райта, напротив, добродушно и иронично показывает не только реальное положение Великобритании в 1940-м, но и обратную сторону жизни Черчилля. Создателям удается посмеяться как над политикой и людьми, творящими ее, так и над нравами соотечественников. Мировая война переплетается с войной национальной, когда правительство, устои и классы не могут прийти к консенсусу, и войной внутренней, которую неустанно ведет премьер-министр. Впервые кино рассказывает об этом человеке, полностью следуя поэтике его мемуаров. Джо Райт смог очеловечить образ стойкого и непреклонного сына Родины, интересы которой он отстаивал всю сознательную жизнь. Вместо излишнего пафоса и преклонения создатели показывают личность, чья жизнь была всецело подчинена общественной деятельности во благо народа. "Не перебивайте меня, когда я перебиваю Вас!" Роль Уинстона Черчилля можно назвать одной из лучших работ Гари Олдмана. Помимо блистательного грима, Олдман проделал серьезную работу с хроникальными кадрами. Актер не просто говорит с присущим специфическим акцентом, выдерживая интонационные и эмоциональные приемы публичного дискурса, он двигается в точности как Черчилль. Вместе с постоянной апелляцией к второстепенным и эпизодическим персонажам создателям удалось рассказать о премьер-министре Великобритании как о пожилом человеке с массой грешков и недостатков, которые, однако, никак не принижают его профессиональных достоинств. На образ великого британца работает и искусная работа художников, благодаря которой лента превращается из обычного исторического байопика в по-настоящему зрелищное кино. Динамичная камера, обилие ироничных и точных деталей, оригинальная и выверенная по настроению музыка, а также высококлассный монтаж рождают захватывающий фильм о причинах величия Уинстона Черчилля. Вердикт: Динамичное, остроумное, исторически точное и эмоционально честное воплощение одной из наиболее значительных политических фигур ХХ века, а также тяжелейших страниц мировой истории. 9/10. (Алина Корниенко, «CinemaFlood»)

Удивительно камерная картина о глобальных событиях. Май 1940-го. Палата общин выдвигает вотум недоверия Артуру Невиллу Чемберлену, премьер-министру Великобритании. После сложных выборов это место занимает Уинстон Черчилль, однако он не испытывает особых восторгов по поводу поста, о котором мечтал с самого детства. Мир находится в состоянии войны, и, кажется, только Черчилль во всей стране понимает, что рано или поздно Гитлер замахнется и на британские острова. Гари Олдман неспроста указан на постере даже крупнее, чем Джо Райт: актер умудряется чуть ли не в одиночку тащить на себе всю картину. Черчилль Олдмана - это невероятная по своим масштабам работа: актер воссоздал по записям поведение знаменитого политика, его манеры и особенности движения. Точностью, впрочем, отличается почти вся картина, а не только один конкретный образ: фильм работает с доступной информацией и достраивает остальное так, что у зрителя практически не возникает сомнений в правдивости происходящего. Когда Олдмана нет на экране, Черчилль незримо присутствует на экране в разговорах других людей - в конце концов, именно он является главным действующим лицом картины. Важным моментом является и то, что Черчилль здесь далеко не идеален: он сварлив, несамостоятелен, несдержан. У него много недостатков, и тем не менее он - единственный, кто способен вытащить страну из ужасного положения. «Мне нечего вам предложить кроме крови, тяжелого труда, слез и пота», - говорит в своей речи Черчилль, сразу же отмечая трудности на пути к миру. Фильм не пытается охватить всю судьбу знаменитого политика. Вместо этого Райт делает ставку на, возможно, самые важные происшествия в биографии Черчилля - назначение на пост премьер-министра и первые шаги на этом посту. В числе прочего, здесь же показывается и разворачивание операции «Динамо», знаменитого Дюнкеркского чуда, ранее показанного в этом году Кристофером Ноланом в картине «Дюнкерк». Нолан рассказывал о событии глазами солдат; Райт показывает событие глазами верхних эшелонов власти. Здесь же кроется и главное отличие «Темных времен» от других картин, происходящих во время войны: это довольно редкий представитель очень камерных историй. Большая часть событий происходит либо в бункере, либо в кабинете Черчилля, и единственный способ по-настоящему оценить масштаб войны - взглянуть на карту, истыканную булавками. При этом Райт сознательно ограничивает масштаб: приглушенный свет, стены, закрывающие части кадра и другие ухищрения создают практически клаустрофобную картину об одном из самых масштабных событий в истории человечества. Вернее, о человеке, который в этих событиях принимал непосредственное участие. Все происходящее при этом напоминает чуть ли не агитационную ленту: да, Черчилль не идеален, но он делает все, чтобы привести страну к победе, сплотить ее перед лицом врага и дать достойный отпор. Это не плохо, нет; просто остается какой-то привкус обмана, особенно после картонной сцены в подземке, когда Черчилль спускается к людям узнать их мнение о происходящем. На фоне остального фильма она выглядит чуть ли не чужеродно и шаблонно. «Темные времена» - фильм не плохой, но очень уж на любителя. Здесь нет убойного экшена или каких-то интересных решительно всем событий. Эта история заинтересует скорее тех, кто либо влюблен в историю, либо очень интересуется Британией. Ну, или просто любит Гари Олдмана. (Сергей Сергиенко, «The Hollywood Reporter»)

Режиссер «Искупления» и «Анны Карениной» Джо Райт снял фильм о первых шагах Уинстона Черчилля (Гари Олдман) в статусе премьер-министра Великобритании. В комплект «министерский» вошли подковерные игры в Парламенте, эксцентричный и несколько затворнический быт самого Черчилля, разговоры с мудрой женой Клементиной (белоснежная Кристин Скотт Томас), а также диалог премьер-министра с простыми лондонцами в вагоне подземки и операция «Динамо». В сухом остатке - мастерская роль Гари Олдмана, с которой он намерен собрать, кажется, весь урожай важных наград, а также духоподъемный рассказ про то, как английская нация объединилась и перенесла темнейший час в истории. Ничего сверх этой скупой выжимки двухчасовой фильм умудряется не сообщить. Вообще «Темные времена» выглядят морально устаревшим байопиком «под "Оскар"» - «жанром», получившим особую любовь в XXI столетии. В 2011-м аналогично кабинетный «Король говорит!» Тома Хупера - своего рода приквел к фильму о Черчилле - получил главный приз и первого в карьере болванчика для Колина Ферта. Четыре года спустя за главную роль во «Вселенной Стивена Хокинга» статуэтка перепала Эдди Редмейну. Сценарий к той картине написал Энтони МакКартен, ответственный за «Темные времена». Объединяет эти работы общая пригожесть, ладность и утомительное жизнелюбие пополам с топорной манипулятивностью. Сцена, когда одутловатый Черчилль спускается в метро, чтобы обсудить с согражданами, сдаваться или продолжать войну с Гитлером, в той же степени проникновенна, сколь и фальшива, и раздражающе плакатна. Одной остановки премьер-министру хватает, чтобы провести экспресс-перепись населения и заполучить «всенародную» для следующего выступления в Парламенте, которое также заканчивается плакатным триумфом. Эта необаятельная нарочитость способна перечеркнуть многие достоинства картины - хотя жанр «Жизнь замечательных людей» на самом деле и любим за эти рецепты успеха и незамысловато описанные победы в ситуациях, когда на победу рассчитывать вроде бы не приходится. Все-таки Джо Райт - изобретательный и мастеровитый режиссер, для которого «Темные времена» - надежный способ вновь ощутить почву под ногами после провального «Пэна». Возможно, это даже какая-то важная для него история - не случайно Дюнкерк фигурировал уже в «Искуплении». С другой стороны, лавина патриотического пафоса, пускай и сдобренная иронией и самоиронией (тут очень важную роль играет героиня Кристин Скотт Томас), выглядит в его фильмографии наиболее тоскливо (если опять же не считать историю про вечных детей). Даже прекрасная роль Гари Олдмана, три четверти которой российскому зрителю оказываются недоступны из-за дубляжа, не сильно исправляет положение. Шесть лет назад артист номинировался на «Оскар» за роль сухаря Джорджа Смайли из экранизации Ле Карре «Шпион, выйди вон», но уступил Жану Дюжардену и его перфомансу в «Артисте». Роль Черчилля в этом смысле гораздо выигрышнее, но демонстративное бенефицианство - а камера ловит каждый блик на зрачке, каждый прищур Олдмана - за два часа начинает утомлять. Недавний и небезгрешный «Дюнкерк» Кристофера Нолана подтапливает как раз это желание сыграть еще и на поле патриотической драмы, а не ограничиться завораживающим военным полотном с точки зрения стихий. «Темные времена» же в эту духоподъемно-кабинетную стихию бухаются «бомбочкой»: интересно, конечно, понаблюдать за изнанкой войны, но больно уж неоригинальны все эти показанные ритуалы и тайны высшего общества. (Алексей Филиппов, «Киномания»)

V значит победа. 1940 год. Великобритания находится на пороге политического краха. Войско Гитлера вот-вот разобьет остатки английской армии, народ недоволен бездействием Парламента, а оппозиция, кажется, готова съесть правящую партию живьем. В этот нелегкий период Палате Общин приходится принять трудное, но единственно верное решение: они назначают премьер-министром страны Уинстона Черчилля (Гари Олдман) - весьма неудобного, но зато твердого и уверенного политика. Черчилль сразу берет быка за рога и заявляет, что намерен бороться с нацисткой угрозой до победы, несмотря на стремление ведущих членов партии вступить в переговоры с Гитлером и Муссолини. После, мягко говоря, неудачной попытки выступить на поле семейного фэнтези с фильмом «Пэн: Путешествие в Нетландию», Джо Райт вернулся к жанру, в котором он чувствует себя как рыба в воде - исторической драме. Вот только история такой неоднозначной личности, как Уинстон Черчилль, оказалась для британского постановщика слишком тяжеловесной. Заручившись поддержкой сценариста «Вселенной Стивена Хокинга» Энтони МакКартена, он попытался подстроить сложное политическое закулисье Британии 40-х под удобную форму душещипательного байопика о пути к успеху, что, очевидно, было не лучшим решением. Фильм старается быть бойким и энергичным, но его основная сюжетная линия развивается слишком неспешно и лениво, чтобы хоть как-то увлечь. Не помогает и то, что большинство диалогов здесь звучат не как разговор живых людей, а как попытка за ограниченное время объяснить зрителю, что к чему. Но если повествовательный талант Райта в этот раз дал сбой, то вот его чувство стиля никуда не делось. «Темные времена» - это очень красивый, практически безупречный с визуальной стороны фильм. Несмотря на то, что его действие почти не выбирается наружу, концентрируясь в узких катакомбах, тесных комнатах и, изредка, более просторных зданиях парламента и королевского дворца, картина совсем не ощущается камерной. Потрясающая работа с цветом, декорациями и костюмами, ровно как и совершенно невероятная операторская работа Брюно Дельбоннеля помогают фильму создать то самое ощущение масштабности и значимости, необходимое такой истории. Люди бегают туда-сюда с огромными папками документов, кричат друг на друга из-за толстых деревянных столов, и каким-то невообразимым образом начинаешь верить, что на экране действительно решаются миллионы человеческих судеб. Но, как и все в этом мире, внешняя красота фильма постепенно приедается, и в один момент приходит осознание того, что все эти кричащие и бегающие головы ничего не значат. Все, кроме одной. Нет, наверное, никакого смысла говорить, что Гари Олдман - актер, для которого, кажется, не существует понятия «мискаст» - абсолютно прекрасен в роли Уинстона Черчилля. Его бешеную энергетику не способны скрыть ни топорные диалоги, ни миллионы слоев грима. Черчиллю в его исполнении сложно не симпатизировать, но столь же сложно не проникнуться сочувствием к его политическим оппонентам. Когда один из второстепенных персонажей заявляет: «Этого человека боится сам Гитлер», ты точно знаешь, что так оно и есть. Созданный Олдманом образ получился чем-то гораздо большим, чем сам фильм, ему будто бы тесно в зажатых рамках сценария МакКартена. Иногда кажется, что в порыве очередной воодушевляющей речи Уинстон Черчилль выпрыгнет из экрана и поведет весь зал за собой - и все равно, куда. Именно благодаря ему «Темные времена», несмотря на всю свою незатейливость, не выветриваются из памяти, и именно из-за него ленту можно и, что важнее, нужно смотреть. (Ефим Гугнин, «Cinemaholics»)

Гари Олдман в надувном костюме Черчилля. В начале мая 1940 года британские парламентарии перессорились из-за неудачной норвежской кампании, нацисты вошли в Бельгию и Голландию, и премьер-министр Невилл Чемберлен (Рональд Пикап) подал в отставку. На пороге, возможно, рокового столкновения с Германией единственным консерватором, который мог бы возглавить коалиционное правительство, признают Уинстона Черчилля (Гари Олдман), яростного противника мирных переговоров с Гитлером и эксцентричного мужчину. Георг VI (Бен Мендельсон) без энтузиазма назначает его премьером, тем временем английские и французские войска попадают в окружение. Действие «Темных времен», исторической драмы Джо Райта («Анна Каренина», «Искупление»), занимает около месяца: если измерять в речах Черчилля, примерно от «я обещаю вам кровь, пот и слезы» (холодное молчание) до «мы будем сражаться на пляжах» (аплодисменты, переходящие в овации). Такая единица измерения кажется вполне логичной, поскольку именно речи составляют главное содержание фильма. Как они задумывались, как они произносились, как они воспринимались, даже как они диктовались и печатались. Оно и понятно - Черчилль знаменит не вышиванием, - но будущему зрителю, вероятно, стоит иметь это в виду. В остальном событий, в общем, не так много, а сюрпризов еще меньше. Вялый король Георг - герой не менее логоцентричного, но еще более попсового «Король говорит!» - постепенно проникается к Черчиллю уважением. Лорд Галифакс, известный негодяй, плетет с Чемберленом интриги. Жена Черчилля (Кристин Скотт-Томас) с иронией и достоинством исполняет незавидную, в общем, роль боевого товарища. Новая молодая секретарша (Лили Джеймс) - Элизабет Лейтон, которая останется с премьером до конца войны и однажды напишет о нем мемуары, - с подходящим воодушевлением стучит по клавишам печатной машинки, а в паре сцен даже перестает на мгновения быть предметом мебели. «Времена», разумеется, идеальный компаньон «Дюнкерку» - те же события, но увиденные с другой стороны Ла-Манша и из высоких кабинетов. Это куда менее эффектная точка обзора (справедливости ради, Райт на 10 лет раньше Кристофера Нолана организовал величественную массовку на дюнкеркском пляже в «Искуплении»). Впрочем, режиссер старается разнообразить темный в соответствии с названием и много времени проводящий в помещении фильм и визуально: камера тяготеет к затяжным проездам, а время от времени совершает внезапный вертикальный взлет в небо. На третий раз это уже, конечно, не так занимательно. Главный спецэффект в любом случае - Гари Олдман на пути, не исключено, к своему первому «Оскару». Его грим, его пластика, его чудовищная дикция (фильм стоит, конечно, смотреть с субтитрами): герой первым делом впечатляет не столько сходством с реальным Черчиллем, сколько непохожестью на реального Олдмана, что, должно быть, тоже можно считать достижением. Политик изображен - вероятно, как раз-таки близко к исторической правде - барином с причудами: виски по утрам, шампанское за обедом, сложные отношения с интервалами в тексте, препирательства с монархом и время от времени какое-нибудь бонмо для благодарных потомков. Плюс, конечно, минуты слабости, своевременные триумфы воли и все такое прочее: гений Олдмана расцветает не благодаря, а вопреки тяжеловесному, а порой и примитивному сценарию. В центральной и самой безобразной сцене фильма премьер-министр идет в народ: хочется сказать, как Гарун аль-Рашид, но Черчилля с его сигарой, очками и шляпой не узнают разве что голуби, и кончается все братанием, декламацией стихов и слезами на плече у девочки, похожей на маленькую Надю Михалкову. Видимо, британскому народу в эти дни и правда непросто, если кинематограф начал поднимать его дух такими дедовскими методами. (Станислав Зельвенский, «Афиша»)

Храбрец. Великобритания. Начало Второй мировой войны. Новым премьер-министром страны становится Уинстон Черчилль (Гари Олдман). Вопреки мнению большинства членов его кабинета, он выступает категорически против мирного соглашения с нацистской Германией. Противостояние в правительстве обещает стать не менее ожесточенным, чем война с Гитлером. Фильмы на политические темы - не только отличная возможность приоткрыть перед зрителем кулуары высших эшелонов власти, но и верный способ рассказать хорошую историю. «Доктор Стрейнджлав...», «Заговор Параллакс», «Вся президентская рать», «Харви Милк», «Железная леди» и многие другие постановки исследуют общество людей, в котором - за закрытыми дверями и под мерное тиканье дорогих часов - решаются судьбы мира. Однако при внешнем сходстве ленты данного направления удивляют жанровым разнообразием. Это могут быть комедии («День выборов», «Диктатор»), триллеры («Кандидат от Манчжурии», «Сноуден») или боевики («Самолет президента», «Штурм Белого дома»). Для постановщика костюмных мелодрам («Гордость и предубеждение», «Искупление», «Анна Каренина»), англичанина Джо Райта «Темные времена» стали дебютом на новом поприще. Едва ли Райт держал в уме «Дюнкерк» Кристофера Нолана, когда трудился над своим седьмым полнометражным фильмом. Тем не менее, параллели очевидны: фильм о правлении Черчилля в годы Второй мировой повествует о тех же событиях, которые были продемонстрированы в блокбастере англо-американца, но показывает их с другой стороны. Однако то, что выглядело на бумаге скучной разговорной политической драмой, на деле оказывается увлекательным, пусть и хрестоматийным, фильмом о сильной личности и ее роли в истории. Вместе с тем картина - далеко не просто реверс «Дюнкерка» и не стереотипный байопик, обстоятельно описывающий богатый на события путь Черчилля. За кадром остаются многие значимые моменты биографии великого британца: учеба в Сент-Джордж и проблемы со здоровьем, служба на Кубе в качестве военного корреспондента и первые литературные опыты, участие в Англо-бурской и Первой мировой войнах. Сосредотачиваясь на небольшом историческом этапе, режиссер отлично раскрывает героя. Как ни парадоксально, Черчилль Райта - не только мастерски прописанный персонаж, не только монументальный портрет эпохи, но и собирательный образ, символизирующий стойкость характера и волю к жизни. Не зря одной из ключевых сцен «Темных времен» становится встреча премьер-министра с народом. Несомненная удача фильма - участие в проекте Гари Олдмана. Один из самых талантливых британских актеров своего поколения, без сомнений, стал главной звездой картины. Ему неплохо подыгрывают очаровательная Лили Джеймс в роли личного секретаря Черчилля, Кристин Скотт Томас в роли жены политика Клементины, Бен Мендельсон в роли короля Георга VI, Рональд Пикап в роли предыдущего премьера Невилла Чемберлена и Стивен Диллэйн в роли лидера партии консерваторов лорда Галифакса. Но всех их с легкостью затмевает звезда «Дракулы», «Леона» и «Темного рыцаря». Благодаря стараниям Казухиро Цудзи - заслуженного японского гримера, неоднократного номинанта премии «Оскар» - Олдман совершенно неузнаваем в кадре. Авторы создали яркого, «живого» премьер-министра. Блестящие ораторские навыки Черчилля нашли свое отражение в фильме: каждая реплика, каждое выступление государственного деятеля производят неизгладимое впечатление, а знаменитая речь «Мы будем сражаться на пляжах», посвященная операции «Динамо» и борьбе с гитлеровской Германией, наилучшим образом венчает духоподъемное кино Джо Райта. Оценки: Для глаз 7. Для ума 6. Для сердца 7. Средний балл 6,7. Вердикт: Стильная работа Джо Райта, особо примечательная образом Уинстона Черчилля, который стараниями Гари Олдмана и гримера Казухиро Цудзи воспроизведен с пугающей точностью. (Геннадий Гусев, «Lumiere»)

Грим и гримасничество. Не успели еще зрители оправиться от сомнительных экспериментов с временным континуумом в «Дюнкерке», как вслед за Кристофером Ноланом эвакуировать «наших ребят» с французских пляжей взялся Джо Райт. Правда, в его «Темных временах» батальный балет заменила пьеса на стульях. На дворе - май 1940 года. Британия раздумывает, продолжать ли противостояние с Гитлером, а опальный политик из рода Мальборо, грузный старик в женской сорочке (Гари Олдман) - соглашаться ли на должность премьер-министра. Никто не любит Черчилля, кроме жены (вечная Кристин Скотт-Томас), но вся страна, от короля до секретарши, вынуждена терпеть его эксцентричные выходки. Он же гений, не правда ли. И только смертельно больной Чемберлен на пару с обиженным лордом Галифаксом вяло плетут козни, чтобы выиграть время и предать родину. Философский концепт о роли личности в истории, пресловутого «просветительского обладателя», крайне удобен кинематографистам. Сложное сразу становится простым, необъятное компактным. Час, в который колокол прозвонил по целой империи, внезапно по капризу Райта превратился в пятиминутку добра, в карикатуру из «Симплициссимуса», в анекдот про то, как Уинстон Черчилль ходил в народ и до ветру. «Темные времена», конечно, актерский бенефис Олдмана, уже удостоенного многочисленных призов. Честно говоря, все эти статуэтки стоило бы распределить поровну между членами пастижерской группы. Хотя на Черчилля Олдман все равно нисколько не похож, тонны грима и изобретательное паясничание - впустую, перед нами будущий лауреат «Оскара», волей сценаристов несущий надежду в каждый дом. Великобритания сегодня переживает не лучший момент, безусловно не такой тягостный, как когда-то, но, захлопнув дверь перед носом Европы, англичане несколько в растерянности. Бравурные речевки про «можем повторить» нации сейчас необходимы, как воздух. Райт учуял спрос и не гнушается пассажей уровня «Белых скал Дувра», агитпроп-бурлеска 1944 года, снятого по мотивам чудовищно бездарной пьесы экзальтированной поэтессы Алис Доер Миллер. Кульминационная сцена посещения Черчиллем лондонского метрополитена - как раз из этой оперетты. Ничего более невыносимого мы не видели уже давно. По совету Георга VI премьер-министр спускается в подземку, узнать мнение народа - воевать или заключать мир на позорных условиях с Гитлером. В вагоне репрезентативная выборка из меньшинств - черные, женщины, индусы, дети, старики, инвалиды (гомосексуалистов, правда, нет) - в ответ скандирует: Never, never! В смысле, только война, только победа. Казалось бы, хуже некуда, но главное впереди: Черчилль начинает декламировать малоизвестное патриотическое стихотворение Горация - и кто же вторит ему, поскольку страшно образован? Ну, естественно, черный паренек. Дидактика верификации не просит. Однажды Фрэнсис Скотт Фицджеральд, заполняя анкету журнала «Эсквайр», на вопрос - что такое писательский дар - ответил: «Придвиньте ваше кресло поближе к пропасти, и я расскажу вам историю». Мастер «сентиментальных путешествий» по трагическим страницам прошлого родной страны Джо Райт, очевидно, принял эту кокетливую максиму за руководство к действию. Ведь во всех предыдущих картинах Райта, несмотря на накал чувств, царила уютная обволакивающая атмосфера викторианского романа, судьбы героев рушились, а они продолжали ворошить поленья в камине. «Гордость и предубеждение», «Искупление», даже «Анна Каренина» - этакий набор англицизмов, который автор уверенным жестом, полным характерного достоинства - главной национальной черты, - выкладывал из несессера на столик в купе: «Все, чем для прихоти обильной торгует Лондон щепетильный». А попутчик (зритель) завороженно наблюдал. В «Темных временах» Райт решил придерживаться проверенной методики. Опять в кадре сдобные булочки к файв-о-клоку, и сигары, и цилиндры, и кэбы, и Букингемский дворец, и, увы, Sunday Times. Последнее явно лишнее. Лучше бы бытописатель нравов Альбиона, как Бартлби, воздержался. От пропагандистской фанаберии, от всех этих спекулятивных измышлений в духе легендарного таблоида Руперта Мердока, от позорной белиберды, бросающей тень вроде бы на «светлое сегодня». (Зинаида Пронченко, «Кино ТВ»)

Дюнкерк: Начало. Многие зрители, посмотревшие летом военную драму Нолана, так и не смогли толком понять, почему изображенные там события принято считать победой - причем не Туманного Альбиона, а человечества в целом. Кристофер - он, вообще, такой рассказчик, не любит последнюю точку ставить. Благо на тему эвакуации осажденной британской армии гражданским флотом и ее последствий для стран-участниц Второй Мировой написано много как документальных книг, так и публицистики на любой вкус. Джо Райт в своей новой картине о последствиях тоже говорит разве что в форме предсказаний, подчеркивая важность принимаемых решений и произносимых речей. Зато дает исчерпывающее описание расстановки сил, военных и политических, в результате которого оказалась возможной подобная ситуация. И Уинстон Черчилль, являясь, безусловно, центральной фигурой повествования, не выдвигается как единственно важная. В конце концов, его отчаянные действия, тяжкие сомнения и упорство в подталкивании членов правительства в выбранном направлении можно сравнить с работой не целеустремленного лидера, а умудренного годами спасателя. Красочная фраза про переговоры с тигром подчеркивает такой статус: уже попытавшегося однажды подергать зверя за усы командира на этот раз привлекли не для обсуждения, стоит ли так и не окрепшей толком стране ввязываться в новое противостояние с силами безоговорочного зла, а для того, чтобы здраво оценить риск выдергивания головы из пресловутой пасти и наличие вероятных альтернатив. А вот до обвинений в адрес засунувших ее туда и настойчиво уговаривающих вступить в диалог с хищником дело, увы так и не доходит. Как и о предыстории вступления Черчилля в должность. Лишь вкратце прозвучат мнения оппозиции (к которой себя поначалу относит и сам король Георг VI) об этой на удивление эксцентричной для такого поста личности. А затем - обильные иллюстрации всех его странностей: от привычки потреблять алкоголь на завтрак и дымить сигарой день напролет до полной самоотдачи работе, вынуждающей подчиненных внимать указаниям восседающего на унитазе босса и смущенно отворачиваться, если ночной халат распахнется. Чтобы не превратить премьер-министра в шута, создателям потребовался актер не только экспрессивный, но и харизматичный, и выбор на роль Гари Олдмана при всем его внешнем несоответствии всемирно известному образу оказался безупречным. Сыгравший за свою обширную карьеру множество разнообразнейших реальных и легендарных личностей, он не просто привлек на помощь гримеров-виртуозов во главе с Казухиро Цудзи и ежедневно терпел многочасовые пытки перевоплощения и тяжесть костюма, но и в совершенстве освоил по сохранившимся хроникам мимику, манеру речи и ходьбы. Такой объем работ уже принес Олдману несколько заслуженных наград, но главная интрига еще впереди. Большая часть событий фильма происходит в интерьерах: как созданных с нуля, так и с большими предосторожностями снятых в знаковых для английской столицы зданиях. Напряженные дискуссии чередуются с трогательными сценами семейной жизни - Кристин Скотт Томас удалось изобразить идеальную супругу престарелого политика, воодушевляющую на очередной бой с вставшим на дыбы миром и успокаивающую в минуты краткого отдыха. Персонаж Лили Джеймс - уступка авторов тем, кто ради достоверной хронологии не готов созерцать два часа сплошь суровые лица народных слуг: украшая кадр своим присутствием, она еще и дает возможность снять напряжение, посмеявшись, например, над внезапным уроком народных жестов. Поборникам политкорректности и народной демократии они тоже пошли навстречу, отправив обессилевшего накануне решающего сражения Черчилля в подземку за поддержкой масс всех возрастов и народностей - но это, конечно, уже не столь однозначное достоинство. Зато опыт Райта как постановщика и давнее сотрудничество с композитором Дарио Марианелли позволили ему буквально несколькими панорамами фронтовых кошмаров оправдать просмотр картины на большом экране, заодно повысив градус трагедии так, что за душу берет пуще эффекта присутствия в нолановской мешанине времен и стихий. Лаконичность, убедительность и эмоциональность - характеристики, присущие не только речам знаменитого политика, но и его новому киновоплощению. 6/7. (elercant, «Ovideo»)

Наш ответ Чемберлену. Спустился дедушка Черчилль в метро и стал с пассажирами общаться. Спрашивает: "А что вы, товарищи простые британцы, будете делать, если немец на нашу отчизну нападет?". "Сражаться будем, товарищ Черчилль! - отвечают ему простые британцы. - Дадим вражине отпор. Не потопчет сапогом нацист родную Пикадилли-стрит". Кивает дедушка Черчилль довольно. И следующий вопрос задает: "А коли мы договор заключим с Гитлером? Как посмотрите на это, товарищи простые британцы?". "Не будем никак смотреть. Не по-нашему это, не по-британски - договоры с гитлерами заключать", - таковы их были слова. Выслушав сограждан, пошел Черчилль в парламент и так здорово там глаголом зажег, что земля и небо содрогнулись, а у Гитлера ус отклеился. Последнее, конечно, - преувеличение, но все остальное - правда. Если верить фильму "Темные времена". Да и чего б ему не верить, когда Гари Олдман в роли Черчилля так убедительно кричит, кряхтит и пыхает сигарой? Не может же Гари Олдман врать. Вышеописанный эпизод, который вполне уместно смотрелся бы в каком-нибудь апокрифе о советском вожде, - в картине самый центровой, смыслообразующий. И это при том, что образ Уинстона Черчилля - это ее альфа и омега. Практически буквально. Первое появление Спасителя Англии и Всего Свободного Мира выглядит так. Черный экран. Загорается спичка, выхватывая из тьмы лик его. После чего служанка распахивает шторы, и становится видно уже все остальное. "Да будет свет!" - сказал Черчилль, прикуривая. И только затем возник остальной мир, охваченный войной. Черчилля назначают премьер-министром. Не от хорошей жизни. Фактически - от безнадеги. Нацисты пожирают Европу, сухопутная армия империи жмется к берегам близ Дюнкерка и вот-вот прикажет долго жить, Невилл Чемберлен, начавший т.н. Странную войну, бесславно только что покинул главный пост, а Эдуард Галифакс предусмотрительно того же поста избежал. Престарелый Черчилль оказывается в окружении. Оба упомянутых господина, Чемберлен и Галифакс, решительно настаивают на обсуждении условий мира с Гитлером. Американский президент на просьбу о предоставлении кораблей лопочет невнятные оправдания, а на вопрос: "Где же наши самолеты, что мы у вас давеча закупили?" - всерьез предлагает лошадками их через канадскую границу тянуть. Ну а Бельгия и Франция - об этих и говорить нечего, тоже те еще союзнички. Следовательно, последняя надежда - на железную волю нового главы правительства. Но и тот под нарастающим давлением начинает колебаться. Звонкие речи его отлетают от слушателей, не трогая нужных струн - слишком сильны пессимистические настроения. Кроме того, фигура оратора одиозна, в силу сомнительных личных качеств и прошлых ошибок нет меж ним и прочими чиновниками ни душевного, ни какого-либо иного согласия. Поэтому все усилия идут прахом - ровно до судьбоносной поездки в подземке. Иными словами, минимум половина успеха того самого спича про пляжи - заслуга народа. (Точно так же и мощь роли Гари Олдмана - заслуга не в последнюю очередь специалистов по гриму.) Теперь немного отстранимся от "Темных времен" и вспомним фильм "Король говорит!", который семь лет назад получил четыре "Оскара". Колин Ферт - в роли короля Георга VI (в "Темных временах" его играет Бен Мендельсон), момент катарсиса - аналогичный: громогласное духоподъемное выступление. Но - обращенное к народу. Таким образом, мы можем наблюдать прелюбопытное явление круговорота победоносной энергии в историческом жанре британского кинематографа. Монарх заряжает ею народ в одной ленте, народ, уже в другой ленте, передает заряд Уинстону Черчиллю. Тот, добавив немало от себя, транслирует и обратно на народ, и на защитников отечества, возвращенных народом в третьей ленте - "Дюнкерке" Нолана. Такой вот, если угодно, метафизический триптих. И да, разумеется, энергия эта циркулирует не в замкнутой системе, а излучается с экрана. И главный излучатель в данном случае - разумеется, неподражаемый Гари Олдман, до сих пор обделенный Американской киноакадемией. По случайности нелепой и в некотором роде счастливой: Олдман - ядро, гравитационный центр "Темных времен". Без него - и это, как выше отмечалось, наглядно в фильме проиллюстрировано - ничего бы не было. "Темные времена" - его бенефис и opus magnum. Так что, перефразируя реплику Лоуренса Фишборна из "Джона Уика 2", кто-нибудь, пожалуйста, дайте этому человеку "Оскар". Оценка: 3,5/5. (Алексей Литовченко, «RG Кинократия»)

Другая сторона. Все знают, как выглядел Уинстон Черчилль. И вот в фильме Джо Райта «Темные времена» легендарного британского политика сыграл не кто-нибудь, а совершенно непохожий на него Гари Олдман, получив за эту роль «Золотой глобус», номинацию на BAFTA и множество других. Скорее всего, и «Оскар» подтянется. Чем это объяснить? Конечно, чудом гримерного искусства Казухиро Цудзи, давшего возможность актеру искупаться в сочном изображении интеллектуального напряжения, контроверсий с оппонентами и удовольствий повседневной жизни. Бывший гусар-кавалерист и военный корреспондент, уйдя в политику, предпочитал проводить время в горизонтальном положении. Не выпускал изо рта сигару. Начинал и заканчивал свой день изрядной порцией горячительного. Без этих атрибутов как будто и нет достоверного портрета Черчилля, так что все они, разумеется, явлены на экране с излишней, пожалуй, навязчивостью, придающей персонажу в силу своей избыточности оттенок легкой пародийности. Зато герой представлен в выигрышном свете по сравнению со своими идейными противниками - лордом Галифаксом и Чемберленом, его человечность сходу внушает симпатию и доверие. Хотя симпатия к Черчиллю как к человеку возникает по большей части из его общения с женой Клементиной, которую с подлинным аристократизмом играет Кристин Скотт Томас, - единственной, кто равен ему (в фильме) умом и отвагой. Не лишенное пиетета повествование о знаменитом политике (а также художнике и лауреате Нобелевской премии по литературе) ведется в духе традиционных исторических романов - от лица «маленького человека». В фильме это секретарь-машинистка Элизабет Лейтон (Лили Джеймс), приставленная к свежеизбранному премьер-министру. Ее присутствие нужно, чтобы продемонстрировать внимание Черчилля к мнению простых людей (то есть, опять же перед нами человечность как необходимый компонент политической харизматичности), но особо не акцентируется - благодаря Элизабет лишь обозначен ракурс взгляда на великого человека, который с этой низшей точки предстает еще более великим. Этот мотив доводится до крещендо в эпизоде, когда Черчилль в буквальном смысле нисходит до народа, спускаясь в лондонскую подземку, где рискует заблудиться, поскольку никогда там раньше не был. Он решился на этот шаг, чтобы посоветоваться с людьми и узнать их мнение. Эпизод выстроен мизансценами, иконографически напоминающими полотна Дмитрия Налбандяна и прочих придворных живописцев сталинской эпохи, запечатлевших вождя в окружении обожающих, млеющих от восторга масс. Вагон заполнен женщинами, детьми, стариками, здесь весь ансамбль репрезентантов, обладающих правом санкционировать действия их лидера, чем в дальнейшем Черчилль может с чистой совестью воспользоваться. «Темные времена» не претендуют на биографию, ограничиваясь событиями, занявшими лишь около месяца. Но зато это «самый темный час» в длинной жизни главного героя и его страны. Это час, когда надо было решить - подписывать ли мирное соглашение с Германией (то есть капитулировать) - или продолжать войну до победы, идя на огромные жертвы («Я обещаю вам только кровь и пот»). Таким образом, фильм служит скорее дополнением, своеобразным сиквелом «Дюнкерка» Кристофера Нолана об эвакуации прижатых к Ла-Маншу британских военных. (Кстати, Джо Райт уже касался этой темы в своем «Искуплении»). Это взгляд на Дюнкерк с другой стороны Ла-Манша. 10 мая 1940 года король Георг VI (Бен Мендельсон) при чрезвычайных обстоятельствах назначил Черчилля премьер-министром. Как сказал новоиспеченный премьер жене, «мне предложили это место лишь потому, что корабль тонет». И да - в середине мая военные соединения союзников оказались блокированными в районе порта Дюнкерк. Черчилль занял пост министра обороны, целиком взяв на себя ответственность за руководство военными действиями. Ведь народ в метро и машинистка на Даунинг-стрит, 10 уполномочили его объявить операцию «Динамо» и воевать до победы. Его главным оружием были остроумие и красноречие. В фильме озвучены знаменитые меткие выражения, ставшие мемами, типа его язвительной реплики, брошенной Галифаксу: «Нельзя договариваться с тигром, когда твоя голова у него в пасти» (а девочка в метро подтвердила: «никогда!»). С мая по декабрь премьер больше двадцати раз выступил по радио. Три его речи легли в основу сценария и подробно воспроизведены на экране Гари Олдманом. На мой вкус, слишком подробно. Зато познавательно. (Нина Цыркун, «Искусство кино»)

Черчилль идет на «Оскар». Промозглый май 1940-го. Премьер-министру Британии Невиллу Чемберлену объявлен вотум недоверия, и бразды правления, скрепя сердце, доверяют не лорду Галифаксу, который вроде бы должен возглавить правительство, а Уинстону Черчиллю (Гари Олдман). За плечами 60-летнего политика большая жизнь и насыщенная карьера - от поста министра внутренних дел до поражения при Галлиполи. Кроме того, именно он два года назад резко осудил пакт о ненападении, подписанный Германией и Великобританией. Впереди - тяжелейший месяц, по итогам которого Черчилль станет одной из самых значительных фигур ХХ века, а Великобритания окончательно откажется от переговоров с фашистами. После церемонии вручения премии «Золотой глобус», на которой Гари Олдман получил приз за лучшую мужскую роль, все разговоры о «Темных временах» сводятся к прославлению выдающегося актера, который семимильными шагами несется к первому в своей карьере «Оскару». Панегирики более чем обоснованы. Черчилль не самый редкий (но и не слишком частый) гость на киноэкране, но, пожалуй, никогда еще он не был настолько правдоподобен. Часть заслуги здесь лежит на великом гримере Казухиро Цудзи, который на протяжении полугода придумывал, как превратить сухопарого Гари в пышущего энергией великого толстяка. Итогом стали две сотни часов в общей сложности в кресле гримера и абсолютное перевоплощение. Поначалу кажется, что Олдмана в этой роли выдают только глаза, скрытые за сдвинутыми на нос очками. Всклокоченные остатки когда-то рыжих волос, обвисшие щеки и, конечно, огромный живот, вступающий в конфликт с кипучей энергией героя - этот человек не имеет ничего общего ни с кокаинистом-психопатом Стэнсфилдом из «Леона», ни с Дракулой, ни даже с позднейшими работами вроде Джорджа Смайли («Шпион, выйди вон»), за которого Олдман получил свою первую номинацию на «Оскар». Олдман рассказывает, что долго работал над мельчайшими деталями образами, чтобы максимально далеко уйти от стилистики парадного портрета. И эта работа удалась. Взбалмошный старик и гениальный политик, хитроумный интриган и сентиментальный супруг, пьяница, сохраняющий трезвость рассудка в самой критической ситуации - актер создал богатейший образ, особенно на фоне современного массового кино, апеллирующего скорее к широким мазкам плакатной стилистики. Однако за разговорами об этой - центральной и безусловно блистательной - работе теряется собственно фильм, который при всей яркости центрального персонажа совсем не является кинобенефисом к 60-летию Олдмана. Уже неоднократно замечено, что «Темные времена» составляют динамическую пару с еще одним важным фильмом прошлого года - «Дюнкерком» Кристофера Нолана. Обе картины рассказывают об одном и том же историческом эпизоде, но с принципиально разных сторон, однако этим их сходство не ограничивается. По совпадению, жанр патриотического блокбастера в течение одного года решили оживить два британца, которых дежурно ругают за умные руки и холодную голову. Нолан всю жизнь озабочен технической работой со зрительским восприятием (в нелинейном «Дюнкерке» она в некотором смысле доведена до абсолюта), автор «Темных времен» Джо Райт - изобразительной машинерией, пиком работы с которой, пожалуй, стала «Анна Каренина». На сей раз Райт еще больше усложнил себе задачу: решил снять кабинетное историческое кино так, чтобы оно было интересно не только тем, кто и без того при каждом удобном случае готов прижать руку к сердцу в патриотическом порыве. Собственно, потому одышливым сердцем фильма и стал великий актер Олдман, но этот ход выглядит не случайной удачей, а ловкостью талантливого конструктора. Едва ли не впервые Райт работает на полутонах, избегая откровенного китча. Почти незаметно он превращает Британию сороковых в таинственное готическое пространство, где почти не бывает солнца, а люди даже на улицах двигаются с чуть заметным тревожным напряжением. В высоких кабинетах и зале парламента (не говоря о бункере Черчилля) и вовсе постоянно царит густой полумрак, усиленный клубами дыма от неизменной черчиллевской сигары. Все это усиливает напряжение, а главное - заставляет несколько иначе взглянуть на события минувших дней. И именно в этом видится главное достижение «Темных времен», свежесть которых не в пересмотре отношения к историческим событиям, а обновлении словаря и интонаций, что в конечном счете помогает перестать относиться к истории как к протухшему за давностью лет анекдоту. (Ярослав Забалуев, «Газета.ру»)

Уинстон Черчилль и дары смерти. Май 1940-го. В английском Парламенте шум и гам - пожилые состоятельные мужчины пытаются решить, кто же займет пост премьер-министра вместо собравшегося в отставку Невилла Чемберлена (Рональд Пикап). Кандидатуру лорда Галифакса (Стивен Диллэйн) после мучительных раздумий пришлось отмести - и выбор пал на опального олигарха, зачеркнуто, Уинстона Черчилля (неузнаваемый Гари Олдман), которого, кажется, небезосновательно считают сумасбродом. Когда радостная новость достигает поместья будущего премьер-министра, он будет полусидеть в кровати в комнате, где до черноты задернуты шторы, курить сигару, выпивать и отдавать приказы новоприбывшей машинистке Элизабет Лейтон (Лили Джеймс). Впереди милые беседы с королем-заикой Георгом VI (Бен Мендельсон), уморительные перебранки с женой Клементиной (Кристин Скотт Томас), а также пламенная речь про кровь, тяжелый труд, слезы и пот - и наконец, Дюнкерк. «Темные времена» Джо Райта - второй за последний год фильм про операцию под Дюнкерком и один из многочисленных байопиков Уинстона Черчилля (только из актерского ансамбля Гарри Поттера, к которому принадлежит и Олдман, премьер-министра уже сыграли пятеро, некоторые два или три раза). Вдобавок - это слишком уж очевидная попытка постановщика «Анны Карениной» и «Искупления» (где, к слову, также фигурировал Дюнкерк) реабилитироваться за в меру идиотского «Пэна». Сценарий написал Энтони МакКартен - автор довольно напыщенного и мелодраматичного байопика «Вселенная Стивена Хокинга», который между тем принес «Оскар» Эдди Редмейну, с тех пор стремительно исчезнувшему с радара (и появляющемуся все в том же мире Гарри Поттера, правда, задолго до рождения мальчика, который выжил). Оператор - французский мастер Брюно Дельбоннель, некогда постоянный соавтор Жана-Пьере Жене, променявший его на Тима Бертона, Сокурова, братьев Коэн и, вы будете смеяться, «Гарри Поттера и принца полукровку». Перечень чинов, регалий и столовой утвари тут попросту необходим - к этому располагает и сама чопорная кабинетная драма, и заскорузлый формат байопика - тем более такой чинный и черчиллецентричный, как получился у Райта. Как и в случае с темными временами Великобритании, титулы и громкие фамилии тут не играют никакой роли - кажется, в команде умниц и профессионалов не нашлось своего уроженца Вудстока, который, неприятно покрякивая и отпуская остроты в перерывах между глотками спиртного, предложил что-то возмутительно смелое. «Темные времена» с бюрократическим упорством несутся по рельсам: показушный гомон в Парламенте, спальня Черчилля, миниатюра «Черчилль и молоденькая машинистка», миниатюра «жена объясняет Черчиллю (и зрителям), каков его сложный характер», встреча премьер-министра и проглотившего аршин Георга VI, один серьезный разговор, один несерьезный - смешать и повторить в другой последовательности. Наконец, когда становится совсем тяжко, Черчилль спускается в метро и на полном серьезе обсуждает с обитателями вагона, как быть - сдаться Гитлеру или дать отпор. С интонациями мультфильма «Маугли» (и не забывая представляться по всей форме) пассажиры сообщают премьер-министру, что они (точнее - Великобритания и ее сыны) принимают бой. Государственная элита и народонаселение пожимают невидимые руки - патриотический дух мчится выше Биг Бена, выше планирующего самолета Тома Харди из другого фильма про Дюнкерк. Тут стоит признать, что вся эта патриотическая и плакатная дребедень аккуратно сколочена и дополнена ироническими мазками - Гари Олдман играет Черчилля так, будто тот уже вышел на пенсию и досаждает внукам разного рода игривостями и капризами. Главное его оружие, впрочем, отечественный зритель не оценит - всю скрупулезную работу, которую артист проделал, всячески под премьер-министра интонируя, скупо пересказывает дубляж. В то время как уже на уровне мясистого и простецкого голоса понятна роль Черчилля во всей этой истории - роль моста между верхами и низами, которые - бывает в темные времена и такое - и могут, и хотят чего-то синхронно. Зачем Великобритании вдруг понадобилось столько патриотизма - пускай и не столь напористого и лобового, как в российских блокбастерах, - думать гораздо интереснее, чем наблюдать за этим утомительным уроком истории. Тем более, что параллельно разыгрывается история куда более захватывающая, - в год 60-летия Гари Олдман наконец собирает ранее никогда не пробованные на зуб награды. С первой номинации ему дался «Золотой глобус», всего лишь вторая номинация на «Оскар» также обещает стать успешной. Не будем портить человеку праздник. (Алексей Филиппов, «Кино-Театр.ру»)

Все тяготы мира на плечах одного человека. В Великобритании происходит смена премьер-министра. На место бросившего свой народ Невилла Чемберлена приходит Уинстон Черчилль. Он все делает по-своему и ни в какую не соглашается садиться за стол переговоров с Адольфом Гитлером, который активно захватывает страну за страной. А когда оказывается, что английская армия может быть стерта с лица земли, Черчилль делает все, чтобы спасти всех, кого только ему даст время и возможности. Этот суровый с виду человек, бубнящий из-за постоянной сигареты во рту и, кажется, ненавидящий всех вокруг, берет удар на себя. И пока англичане ненавидят его, они совершенно иначе воспринимают немецкую опасность, а значит, у них остается шанс победить. По «Темным временам» можно проследить творческий путь режиссера Джо Райта. Мир его узнал после экранизации классического английского романа «Гордость и предубеждение», а затем он познакомил зрителей с историей пары, судьба которой развивается на фоне Второй мировой войны. Райт - один из тех, кому удается показывать на экране Киру Найтли совершенно разнообразной, а еще знакомить публику с начинающими артистами. С его картины «Искупление» началась история одной из самых перспективных на данный момент молодых актрис - Сирши Ронан. В фильме есть и неизменная пишущая машинка, которая стала аккомпанементом всей истории. Есть она и в «Темных временах», где ее использует героиня Лили Джеймс, чтобы записывать проникновенные речи Черчилля английскому народу. Стоит вспомнить и американский дебют Райта - «Солист» с Робертом Дауни-мл. и Джейми Фоксом, который стал для режиссера своеобразной передышкой перед экспериментом с «Ханной. Совершенным оружием», где сыграли всегда прекрасные и удачные Эрик Бана, Кейт Бланшетт и постоянная Сирша Ронан. После этого проекта Райт стал аккуратней работать со спецэффектами и экшн-сценами. И, наверное, пока самый интригующий проект Райта - «Анна Каренина», с гениальным кастингом, сногсшибательной музыкой и костюмами, а главное идеей - театр всегда, везде и всюду. Ведь казалось, что театр изжил себя, но у Райта это все выглядит свежо и ярко. Картину непросто смотреть, зато послевкусие затмевает все. В «Темных временах» тоже понадобилась театральность. Все эти политические дискуссии, вранье, препирательства и подковерные игры уже были у Стивена Спилберга в «Линкольне». Не менее прекрасны и эпизоды с машиной, когда Черчилль наблюдает за жизнью английского народа из окна автомобиля. Эта же сцена повторяется уже ближе к концу фильма - лестно видеть, как создатели извернулись, чтобы развить этот эпизод в нечто больше и по-своему эпохальное. Кассовый провал студийного «Пэна: Путешествия в Нетландию» тоже сработал на руку Райту, он смог отвернуться от голливудской машины и вернуться к корням. В «Темных временах» сочетается множество всего: и параллели с оскароносным «Король говорит!», и великолепный саундтрек, и отдельно каждый звук, который делает из картины то, что хочется пересматривать и обсуждать. Кроме того, здесь есть не только Гари Олдман - его супругу играет Кристин Скотт Томас, у которой просто не существует проходных ролей. А роль короля Англии исполняет Бен Мендельсон - его здесь отчаянно мало, и он слишком незаметный, но зрители давно привыкли видеть, как он каждый раз находит способы выделиться, играя даже в крошечном эпизоде. Финальные монологи, как же они всегда хороши у Олдмана, неважно, чей проект перед зрителями - Райта или Нолана, все будет сказано так, что дух захватывает, только бы расслышать и осознать все, о чем говорит один из лучших актеров своего поколения. Хочется верить, что он наконец-таки будет отмечен профессионалами индустрии по заслугам. «Темные времена» - непростая история для современного кинематографа, мало кто снимает сейчас о политике такие проекты, построенные лишь на диалогах и харизматичных актерах. Все-таки после Нолана и его зубодробительного и масштабного «Дюнкерка» странно видеть в кино столь изящную и аккуратную историю о другой стороне медали и о тех, кто всеми силами пытался вернуть английских солдат домой. Да, это настоящий бенефис Гари Олдмана, об этом все уже и так в курсе, но в то же время это и победа Джо Райта. Ему отлично удалось передать все тонкости непростой ситуации и характеры героев. Хотя сама история иногда смотрится мучительно длинной и скучной, но чаще всего завораживает своей простотой и игрой на оттенках. Где всем правят актеры и монологи, поражающие зрителей и киноакадемиков, которым только предстоит выбрать лучших из лучших из значительного списка мастеров, заявившихся в этом году с весьма впечатляющими картинами. (Дмитрий Бортников, «Киноафиша»)

Антикризисный Черчилль. 1940 год. Мировая война набирает обороты. Нацистская Германия планомерно захватывает одну материковую европейскую страну за другой. Самая могущественная из них - Франция - еще не сдалась, но это вопрос времени. Островная Великобритания, которая должна стать последней целью Гитлера в Европе, находится на грани краха: ее армия застряла в Дюнкерке и может быть полностью уничтожена, самолетов, кораблей и наземной техники катастрофически не хватает, будущие союзники пока не спешат вступить в войну. Именно в этой ситуации Георг VI назначает премьер-министром Соединенного Королевства Уинстона Черчилля - 67-летнего политика со смутным прошлом, а также с хроническими привязанностями к сигарам и алкоголю. Именно этому чудаковатому деду в шляпе придется в ближайшие месяцы спасать страну от кажущейся неминуемой капитуляции перед Германией. 1940-й - возможно, самый сложный год в истории Великобритании, а Уинстон Черчилль - его главный герой. Странно, что эти события и персонаж постоянно появлялись в разных фильмам, сериалах и документалках, но до 2017 года так и не заслужили отдельного фильма. За экранизацию самых смутных месяцев XX-го века для всего Соединенного королевства взялся Джо Райт - способный английский режиссер, прогремевший десять лет назад с драмой «Искупление», которая тоже была частично посвящена Второй мировой. Возможно, из традиционного британского уважения к истории, возможно, из-за чего-то еще, Райт подошел к теме слишком буквально, не стал выпендриваться и все усложнять. Его «Темные времена» - это (и в хорошем, и, увы, в плохом) очень традиционное историческое кино, в котором события 1940 года последовательно и линейно пересказываются без каких-либо сносок или отступлений от хроники, словно по «Википедии». Но за событиями того года, как и за причудами и странностями, возможно, самого величайшего британца в истории, наблюдать все равно интересно. Вот Черчилль выпрашивает по прямой линии у Рузвельта эсминцы и самолеты времен Первой мировой, а тот постоянно ехидно отказывает. Действовать США станут только после Перл-Харбора. Вот Черчилль стоит на своем и, жертвуя частью армии, выигрывает время для операции спасения войск в Дюнкерке. В перерывах между важными государственными решениями он много пьет виски и шампанского, ходит по офису голышом и толкает пламенные речи, которые режут уши кисельным британским лордам, которые все еще надеются на хрупкий мир в Европе. В его личности сочеталась патриотическая храбрость и почти младенческое милосердие. И «Темные времена» - еще один фильм, который очень точно подсвечивает все изгибы его характера во время войны. Другое дело, что за пределы более-менее сформировавшегося по той же «Википедии» или даже по самым дурным и поверхностным фильмам образа Черчилля, Райт так и не выходит. Как не позволяет себе никаких авторских замечаний по поводу исторической личности. За скобками остаются и многие отличительные и интересные черты Черчилля - увлечение живописью, литературой, собственным садом и даже супружеская преданность. Некоторые - по понятным причинам, некоторые - нет. И получается, что «Темные времена», в лучшем случае (особенно, учитывая трусливость и отстраненность его авторов), выполняет роль краткого экскурса в историю, что, конечно, грустно, учитывая исполинскую мощь фигуры Черчилля и событий 1940 года. Сам премьер-министр, если был бы жив, точно бы Райта за это отругал - о смелости и непреклонности политика знали все. Но одна безоговорочная причина, даже для тех, кто изучил биографию Черчилля вдоль и поперек, смотреть «Темные времена» есть - это Гари Олдман. Один из самых пластичных актеров мирового кино, он сражается не только с материалом, но и с увесистым гримом на лице. Ограничение в лицевой пластике Олдман с лихвой перекрывает копированием движений Черчилля. И несмотря на то, что наблюдать за этими преображениями великого артиста как минимум интересно, будет довольно забавно, если Олдман все-таки получит «Оскар» через пару месяцев именно за свою самую статичную роль. «Темные времена» могли быть намного любопытнее, если бы в них было больше частностей и меньше общих деталей. Единственная свежая и интересная мысль в фильме спрятана в финальных титрах - о том, что Черчилль в годы Второй мировой, несмотря на все, был, по сути, не столько премьер-министром великой державы, а скорее антикризисным менеджером, который потерял пост по окончании войны. Впрочем, даже она кажется нелепицей для всех, кто знает хотя бы о втором пришествии Черчилля во власть, Фултонской речи и других свершениях его послевоенной карьеры. (Андрей Загудаев, «Disgusting Men»)

Это все придумал Олдман во 17-м году. Актер Джон Бут прославился тем, что застрелил великого американского президента Авраама Линкольна. Его собрат по профессии через 150 с лишним лет совершил нечто прямо противоположное: Гари Олдман сыграл в фильме «Темные времена» режиссера Джо Райта другого великого англосакса Уинстона Черчилля так, что легендарный премьер-министр предстал перед зрителями как живой. Нас в последнее время слегка перекормили образом Черчилля, наш зритель его видит на экране, пожалуй, чаще, чем Ленина и Троцкого вместе взятых. При этом, излюбленный период апологетов Черчилля - это, разумеется, самые тревожные для Англии времена: весна 1940 года, когда решалась судьба практически всей британской сухопутной армии, запертой немцами в Дюнкерке. Совсем недавно мы уже видели историю об этом в ошеломляющей масштабами картине Кристофера Нолана. В драме Ричарда Лонкрэйна «Черчилль» (2017) также центральное место занимают сомнения выдающегося британского политика относительно операции «Динамо». Все великие слова, сказанные тогда самым знаменитым (на пару с Фиделем Кастро) любителем сигар, запали в памяти кинозрителей всех стран и народов: ничего кроме пота и слез... будем драться на морях и холмах... Как-то так. Поэтому привлечь чем-то новеньким иностранную публику, в чьи сердца эти слова не стучат пеплом Ковентри, достаточно сложно. Если бы не одно «но»: Гари Олдман. Лично я пошла смотреть «Темные времена» исключительно для того, чтобы насладиться бенефисом одного из самых моих любимых актеров. И Олдман эти надежды оправдал в полной мере. Он практически в одиночку держит на себе весь фильм, целых два часа приковывает внимание зрителя к картине, в которой почти отсутствует действие: разговоры, разговоры и снова разговоры. Причем, как я уже говорила, их содержание секрета ни для кого не составляет. Вот король принимает решение о назначении на пост нелюбимого им политика; а теперь Чемберлен и лорд Галифакс плетут интриги против своего однопартийца; Черчилль выпивает и закуривает; премьеру сообщают о капитуляции Бельгии; Черчилль выпивает, закусывает, просит помощи у Рузвельта, получает отказ, опять делает глоток и затягивается; жена воспитывает Черчилля в духе аристократического демократизма, Черчилль слушает и снова употребляет; знаменитая речь по радио; великие слова, сказанные в Палате общин. Сколько можно, мы про это читали, мы это все видели и слышали неоднократно! Но как это сыграно! Где надо - красноречивый взгляд, где требуется - походка, жест, возглас. Олдман просто бесподобен. Особенно в первой половине фильма (ближе к финалу пафоса становится все-таки многовато). Актер создает точный, объемный, прорисованный яркими (иногда весьма забавными) уверенными штрихами портрет своего героя. Надо отдать должное Джо Райту, его коллегам по съемочной группе: они проявили крайнюю изобретательность и сделали все возможное, чтобы подать свою звезду в самом выигрышном свете. Тяжесть наложенного на лицо Олдмана пластического грима ограничивает подвижность его лицевых мускулов. Это отчасти компенсируется разнообразием визуального ряда, выразительностью деталей, монтаж очень динамичен, Олдман тоже много двигается. Оператор балует нас видами сверху, длинными проходами-проездами-пролетами камеры, играет с освещением, с композицией кадра, глазу есть, за что зацепиться. Плюс поддержка главного персонажа сплоченным актерским коллективом. Коллеги не пытаются конкурировать с Олдманом, наоборот, они прекрасно подыгрывают ему. Чего стоит, например, пара небольших сцен, где Георг VI (Бен Мендельсон) разговаривает с премьер-министром, которого он недолюбливает и побаивается. Просто слегка постаревшие Дживс и Вустер в лучших сериях по Вудхаусу. Клементина Черчилль в исполнении Кристин Скотт Томас - настоящий образец супер-леди. Ей поневоле веришь, когда она запросто называет своего великого мужа поросенком. Стоит отметить идеологический посыл, адресованный авторами картины зрителям: демократические ценности forever! Посмотрите, граждане, как в самый напряженный момент своей истории британский народ ясно дает понять перетрусившей политической элите, что он не намерен сдаваться супостату. Для этого снята замечательная сценка в лондонской подземке, где Черчилль братается со своим электоратом. Если это и неправда - то хорошо придумано. А еще лучше снято и сыграно. Король объединяется с подданными, и вот шарманщик Чемберлен и его обезьянка Галифакс (язвительная характеристика Черчилля) посрамлены. Потом дело и до Гитлера доходит. Мы британцам тоже, конечно, немножечко помогли, но об этом лучше снять байопик про товарища Сталина. (Анна Кравченко, «Иви»)

Атлант расправил щеки. Почти каждый год в раскладах всяческих кинопремий, прежде всего, конечно, «Оскара», появляется фильм, снятый как будто с единственной целью - чтобы какой-нибудь известный актер мог продемонстрировать чудеса внешнего перевоплощения с помощью сложного грима и собрать урожай заветных статуэток (самые целеустремленные толстеют, худеют и лысеют сами, но часто накладного носа и вставных зубов оказывается достаточно). Перевоплощаться лучше всего в какую-нибудь историческую личность, хорошо знакомую зрителям и киноакадемикам по портретам, чтобы легче было оценить масштабы актерского подвига. Из последних достижений в этой области можно вспомнить «Оскар» Эдди Редмейна за роль Стивена Хокинга, Дэниела Дей-Льюиса - за Линкольна, Мэрил Стрип - за Маргарет Тэтчер и т. д. Теперь к этим исполнителям присоединился Гари Олдман с командой гримеров, проделавших действительно выдающуюся работу. «Темные времена» рассказывают о коротком, но поворотном эпизоде из жизни Черчилля и истории Великобритании: от 9 мая 1940-го, когда подал в отставку предыдущий премьер-министр Невилл Чемберлен, до 4 июня того же года и знаменитой речи «Мы будем сражаться на пляжах». Эти слова кинозрители слышали совсем недавно: прошлым летом в российский прокат вышел еще один фильм, активно участвующий в оскаровской гонке, - «Дюнкерк» Кристофера Нолана, посвященный героической эвакуации британского экспедиционного корпуса из оккупированной немцами Франции. В «Темных временах» тот же исторический момент показан не с точки зрения рядовых участников, а из высоких правительственных кабинетов, в которых участь 300 с лишним тысяч британских солдат решают министры и генералы, но судьбоносное спасительное решение в одиночку принимает великий человек Уинстон Черчилль. Режиссер Джо Райт имеет репутацию визионера, в его случае означающую безудержную любовь к красивой картинке, неважно, оправдана она содержанием фильма или нет. Например, в «Искуплении» (2007) ужасы войны иллюстрировались бескрайним полем маков и художественно разложенными мертвыми телами все на том же дюнкеркском пляже. «Темные времена», хотя это, по сути, спектакль одного актера, Райт и его оператор Брюно Дельбоннель тоже наполняют визуальными изысками. Тут и лондонские пешеходы в рапиде, и панорамная съемка сверху, и все время повторяющийся прием, когда главный герой показан в узком квадрате или прямоугольнике света, окруженном сплошной чернотой (чтобы сразу стало понятно, кто несет свет миру в этот «самый темный час», как звучит оригинальное название картины), и отражение военных пожарищ в мертвых глазах убитого солдата - вкус все-таки частенько подводит режиссера Райта. Несмотря на все эти красоты перед нами все-таки не исполинское историческое полотно, а вполне камерная драма, и вся она ложится на ссутуленные плечи главного героя. Конечно, значительную часть работы за Гари Олдмана здесь делают накладные щеки, живот и лысина, а также все полагающиеся Черчиллю атрибуты: сигара, галстук-бабочка, неизменный стакан виски в руке (политические противники неоднократно в течение фильма выказывают неискреннюю озабоченность тем, как много премьер-министр пьет). Однако надо отдать должное актеру: он вложил в эту роль достаточно много чисто технического блеска в лучших традициях английской школы, поработав над голосом, акцентом, осанкой и походкой. Каким на самом деле был Уинстон Черчилль, за всеми внешними эффектами так и не видно - зрителям представлен канонический образ из учебника истории: мудрый, честный и смелый политик, не самый приятный в быту, но обаятельный ворчун, изъясняющийся знакомыми каждому фразами, которые так любят создатели интернет-пабликов («Бороться стоит только за безнадежное дело» и т. п.). Выступления в Палате общин, заседания Военного комитета и еженедельные беседы с королем Георгом VI (Бен Мендельсон) перемежаются эпизодами в духе «самый человечный человек». Черчилль признается в любви жене Клементине (Кристин Скотт Томас), доходчиво объясняет секретарше (Лили Джеймс) ход военных действий, а в ключевой сцене ближе к финалу спускается в лондонское метро, чтобы побеседовать с простым народом, включая одного афробританца, о том, стоит ли начинать мирные переговоры с Германией. Народ встречает премьер-министра с восторгом, а идею переговоров - совсем нет, и это определяет дальнейшую судьбу Британии и всей Европы. Очевидно, создатели картины забыли еще одну знаменитую цитату Черчилля: «Лучший аргумент против демократии - пятиминутная беседа со средним избирателем». Пожалуй, в таком духоподъемном произведении она бы и вправду прозвучала неуместно. (Юлия Шагельман, «Коммерсантъ»)

Как неузнаваемый Гари Олдман сыграл Уинстона Черчилля и что из этого получилось? Через полгода после масштабного «Дюнкерка», в котором Кристофер Нолан вспомнил о своих британских корнях, выходят «Темные времена» другого английского режиссера того же поколения, не меньше известного по обе стороны Атлантики, - Джо Райта («Гордость и предубеждение», «Анна Каренина»). Райт в «Искуплении» уже показывал свою визуальную интерпретацию эвакуации из Дюнкерка в 1940 году. А теперь рассказал, как принималось это решение - что творилось в лондонских кабинетах и какое отношение к этому поворотному моменту Второй мировой имели король Великобритании Георг VI (тот самый, из «Король говорит»), Невилл Чемберлен и Уинстон Черчилль, главный герой фильма. Финал «Дюнкерка» и «Темных времен» - одна и та же его речь, знаменитая на весь мир: «Мы будем сражаться на пляжах...» Можно гадать или спекулировать на тему «почему сейчас», откуда это совпадение. Предчувствие большой мировой войны? Чувство другой подступающей беды? Нехватка таких политиков, как Черчилль, - презирающих политкорректность, талантливых, сложных, откровенных людей с твердыми принципами? Неизвестно; все вместе или ничего из вышеперечисленного. Ясно одно - из этих двух картин получился бы отличный сдвоенный сеанс. В отличие от «Дюнкерка», почти бессловесного (недаром кто-то догадался перемонтировать его в немой фильм - вышло очень убедительно) и построенного на имитации непосредственного чувственного опыта, «Темные времена» - очень, даже чересчур традиционный разговорный байопик, сделанный по-ученически тщательно. Прежде всего это касается сценария Энтони МакКартена, в котором есть невыносимо монотонные сцены, нужные только для логической связи исторических событий друг с другом, но не способные тронуть эмоционально, а есть, напротив, откровенно ходульные. Худшая из них - та, в которой перед принятием судьбоносного решения Черчилль спускается в метро и вступает в диалог с «простыми лондонцами» (выглядят они как подсадные утки: впрочем, ими и являются, просто подсадил их не услужливый правительственный агент, а режиссер Райт). На вопрос «Как поступить?» все они, включая женщин, инвалидов и детей, начинают кричать хором «Бить фашистов до победного конца!», а потом принимаются декламировать патриотические стихи. Такого себе не позволяют даже в новых русских блокбастерах. С другой стороны, собран и сделан фильм по-английски скрупулезно, невольно восхитишься. Наверняка здесь критически мало исторических ляпов и ошибок; каждый персонаж показан в любовно собранных деталях. Все-таки британцы могут поучить патриотизму любую другую нацию. Самая фантастическая работа, впрочем, пришлась на долю француза, феноменального оператора Брюно Дельбоннеля. Он снимал «Амели» и одного из «Гарри Поттеров», «Фауста» и «Франкофонию» для Сокурова, «Внутри Льюина Дэвиса» для братьев Коэнов; здесь, совсем уже излечившись от романтической туманной сказочности, он виртуозно играет с тончайшими нюансами рембрандтовской полутьмы, в которой, в соответствии с заголовком фильма, блуждает без надежды на просветление главный герой - пока не наступит кульминация, когда он предсказуемо предъявит публике сложенное из пальцев «V». Понятно, что он, Уинстон Черчилль или же Гари Олдман - как вам больше понравится, - и есть основной аттракцион «Темных времен». Мнения о роли будут диаметрально противоположными. С одной стороны, Олдман проделал что-то немыслимое: портретное сходство кажется абсолютным, при этом нет впечатления комедианта в гриме или маске, перед нами живой человек. С другой же, в этом персонаже с таким трудом можно узнать самого Олдмана, что хочется превозносить уже не артиста (кто спорит, выдающегося), а его гримеров. Кстати, легендарный Казухиро Цудзи, работавший еще с Акирой Куросавой (но также делавший «Людей в черном» и «Гринча - похитителя Рождества»), специально, по просьбе Олдмана, вернулся с пенсии, чтобы осуществить это невероятное преображение. В защиту Олдмана, давно заслужившего свой «Оскар», можно сказать, что актерская профессия - это еще мимика, движения и жестикуляция; и здесь его работа тоже кажется крайне сложной и безупречно исполненной. Говорят, началось все с тренировок интонаций и голоса - эта часть была самой трудной, и только преодолев ее, после нескольких месяцев упражнений, Олдман обратился к Цудзи за помощью. Тут, пожалуй, самое время перестать говорить о шаблонной и качественной исторической картине, а использовать этот факт как весомый довод в пользу выпуска подобных фильмов в прокат с субтитрами, а не в дубляже, - чтобы дать зрителям возможность по достоинству оценить тонкую и кропотливую составляющую актерского труда. (Антон Долин, «Meduza»)

Гари Олдман фантастически сыграл Черчилля. Прошлогодние рекламные ролики этого фильма начинались с фразы «Gary Oldman IS Winston Churchill». «Гари Олдман - ЭТО Уинстон Черчилль». Удивительное, бесшабашное и очень наглое заявление: даже чисто технически Олдман Черчиллем не был и не будет. Он худосочный. У него другие черты лица. И это лицо у всех в памяти - хоть в «Леоне», хоть в «Гарри Поттере», хоть в «Шпион, выйди вон»; ни в каком из возможных миров, несмотря ни на какой грим, он не будет соответствовать запечатленному на фотографиях и в хронике замечательному, почти карикатурному, практически шекспировскому толстяку с сигарой в руке. Но таковы заявленные условия игры - именно как ее героя Джо Райт и предъявляет Черчилля. Мы знаем, чем эта огромная игра закончилась в реальности: в 1939 г. Великобритания вступила во Вторую мировую, в мае 1940-го Уинстон Черчилль стал премьер-министром, еще чуть позже, в конце мая - начале июня, ему удалось организовать ошеломительную по любым меркам спасательную операцию в Дюнкерке, после которой выяснилось, что Гитлер не всевластен, а Британия еще постоит. И когда сейчас Райт предлагает воссоздание этой симфонии, ты готов ему простить все, в первую очередь Олдмана: он, конечно, примерно так же убедителен, как Дед Мороз по отношению к святому Николаю, - но почему нет? В рождественском - а «Темные времена» вышли в прокат под Рождество - представлении, где всем известен счастливый финал, представлении по мотивам сакрального события все можно принять. Как мы помним из «Реальной любви», «при рождении Иисуса присутствовало больше одного омара». Оригинальное название фильма, The Darkest Hour, конечно, отсылает к фразе «самый темный час бывает перед рассветом». Райт, как и многие режиссеры, путает переносное и прямое значения слова «темный» - у него весь майский Лондон окутан тяжелой мглой. Из этой мглы возникает сэр Уинстон: его назначают на должность премьер-министра, при том, что влиятельнейшие силы готовы вот-вот его сковырнуть. Эти влиятельнейшие силы готовы заключить договор с Гитлером, а сэр Уинстон не готов, он орет: «Нельзя заключать договор с тигром, когда ваша голова у него в пасти!» Положение отчаянное: французы (с которыми Черчилль пытается договориться на своем чудовищном французском) сдаются на глазах, гитлеровские войска прут все дальше, вот они уже окружили проклятый город Дюнкерк с британской армией, и кажется, что сотни тысяч запертых в нем солдат уже не вызволишь. Зло прет отовсюду, и по законам сказки кажется, что рассвет не наступит никогда. То есть зритель знает, что наступит, а сэр Уинстон - нет. Он сварливый, язвительный, злой, он со всеми в ссоре, он собачится даже с секретаршей. Ему вечно припоминают провал на Дарданеллах. В него никто не верит. И Олдман фантастически расправляет крылья в этой очень свободной импровизации: уже и не вспомнишь, когда еще ему доставалась роль, позволявшая проявить такой спектр эмоций, от гнева до гнева и еще раз до гнева (со всеми нюансами в промежутках). Он очень вдохновенно играет ярость человека, который знает, что он прав, а все остальные не правы. И который, несмотря ни на что, очень сильно начинает сомневаться в собственной правоте - настолько, что приходится посоветоваться с народом (в почти непристойном - хотя в сказке все сойдет - эпизоде Черчилль спускается в лондонскую подземку, заходит в вагон и проводит опрос общественного мнения). Действия Уинстона Черчилля нельзя отделить от его слов. Он получил Нобелевскую премию по литературе не только потому, что был крутой и выиграл войну, а потому, что умел управляться со словами; он правда виртуозно обращался с английским языком, мог уболтать кого угодно - хоть парламент, хоть народ. И Олдману в рамках игры предоставляется роскошная возможность проговорить эти речи еще раз. И пусть решения Джо Райта немного наивны (в фильме все время темно как в гробу, а Черчилль то и дело оказывается запертым в маленьких комнатках - так режиссер подчеркивает мнимую безвыходность его положения), когда Олдман говорит - это круто. И когда Джо Райт рисует военную столицу, он просто создает гобелены, только не нитками, а пленкой: перед взором едущего в машине Черчилля проплывают изумительные панорамы, в которых, кажется, есть все, что вы хотели знать о Лондоне 1940-х. Десять лет назад Райт снял экранизацию «Искупления» Йена Макьюэна - там был огромный, снятый одним планом эпизод в Дюнкерке, который вызывал и вызывает восторг у всех, кто его видел. Теперь он снимает тот же эпизод с другой стороны - не с пляжа, а из кабинета. Не обращая никакого внимания на Кристофера Нолана с его «Дюнкерком». Просто Лондон. И просто Черчилль, принимающий стратегические решения, когда ему очень плохо и все считают его козлом. А он морщит лоб, хрипит, ворчит, орет и обращается к нации. И все будет хорошо. (Денис Корсаков, «Ведомости»)

Как сказал Черчилль. «Темные времена» Джо Райта («Гордость и предубеждение», «Искупление», «Анна Каренина») - один из очевидных претендентов на «Оскар» в этом году, по крайней мере в категориях «Лучшая мужская роль» и «Лучший грим». Сыгравший британского премьер-министра Уинстона Черчилля актер Гари Олдман, которого почти не узнать под толстым слоем грима и еще более толстыми слоями костюма, уже получил «Золотой глобус», приз американских критиков, и номинацию на BAFTA (всего их у фильма девять). «Темные времена» нельзя назвать классическим байопиком, скорее фильмом-портретом, для создания которого Райт взял, по сути, лишь один эпизод из жизни британского политика. Но этого, оказывается, более чем достаточно для понимания характера Черчилля и его значимости в контексте локальной (британской) и мировой истории. Все начинается в мае 1940 года: армия Гитлера семимильными шагами продвигается по Европе, уже оккупированы Польша, Норвегия, Дания, сдалась Бельгия, Люксембург, Нидерланды, со дня на день падет Франция, на побережье которой, в Дюнкерке, заблокированы сотни тысяч британских солдат. Отступать некуда: позади фашисты, впереди, через пролив, Британия. Утративший доверие премьер-министр Невилл Чемберлен (Рональд Пикап) вынужден уйти в отставку, на его место прочат приятеля короля виконта Галифакса (Стивен Диллэйн), но тот предпочитает остаться в тени. Так единственным кандидатом становится тот, кого никто не любит: ответственный за Дарданелльскую операцию, злоупотребляющий алкоголем и сигарами, резкий в словах и делах сумасброд Черчилль. Он поднимается на трибуну, чтобы произнести свою первую речь, в момент, когда Европа, кажется, сдалась, - упаднические настроения, как эпидемия, перекидываются на Британию, готовую пасть перед Гитлером вслед за соседними государствами. Времена и правда темные, и на экране всю дорогу царит удушливый полумрак: вечно задернутые шторы, закрытые ставни, глухие стены бункера, вагоны метро, хмурое дождливое небо Лондона, среди которого эта первая речь звучит как гром, речь о необходимости победы и о ее возможности. Тогда еще сам Черчилль, впрочем, сомневался, и эти сомнения - основа картины. У побережья Дюнкерка тонут сбитые вражескими самолетами корабли, и вывозить армию попросту не на чем, США сохраняют нейтралитет, однопартийцы во главе с Галифаксом склоняют к переговорам с Германией - это кажется единственно верным решением. Но проиграть этот бой - значит проиграть войну. Из сомнений рождается план операции «Динамо» (той самой, о которой снял свой недавний «Дюнкерк» Кристофер Нолан), из той первой речи и последующих выступлений - уверенность британцев, которым премьер-министр пообещал сражаться и убедил не сдаваться. В одной из ключевых сцен фильма он спускается в подземку (второй раз в жизни) и спрашивает у пассажиров, что они будут делать, если придут фашисты. И получает в ответ: будем биться с ними, пока не уничтожим всех до одного. Теперь уж точно отступать некуда. Таких эмоциональных эпизодов в «Темных временах» несколько: трогательных, драматичных, смешных и саркастичных, иногда, пускай, и чрезмерно патетических, но все же в рамках заданного жанра патриотического кино. Фильм раскрывает центрального персонажа с разных сторон. Он и тот, кто расхаживает по дому в халате на голое тело, смущая прислугу, и тот, кто кричит на секретаршу (Лили Джеймс), впоследствии ставшую едва ли не лучшим другом, и тот, кто нежно воркует с женой (Кристин Скотт Томас), и тот, кто не тушуется перед королем (Бен Мендельсон). И тот, кто достаточно смел, чтобы сообщить сотням солдат, обороняющим Кале (последний рубеж перед выходом к морю, к побережью, где ждут эвакуации сотни тысяч), о том, что их уже не спасут. И тот, кто достаточно красноречив, чтобы мобилизовать гражданский флот, вывести на воду маленькие яхты и парусные лодки, на которых домой из Дюнкерка вернутся в итоге почти все. Олдман в образе Черчилля завораживает, и дело не столько в костюме и гриме, придающем актеру портретное сходство с премьер-министром. Тут и неуклюжая, почти комичная походка, в то же время уверенная - он, как ураган, проносится по собственному дому, по улицам, по залам заседания, по дворцу. И мимика, глаза, в которых проскальзывают попеременно хитрая ухмылка, колючая ярость, страх и уверенность. Олдману удается создать на экране личность, масштаб которой не оставляет никаких сомнений: только такой противоречивый человек, превративший собственные слабости и ненависть окружающих в сильнейшее оружие, мог переломить ход истории. Райт не зря уделяет особое внимание диалогам и речи Черчилля: не только во время публичных выступлений, в частной жизни и личных беседах он не лезет за словом в карман. Будь то шутки про алкоголь, перепалка с Галифаксом или ответ на предложение «помириться» с Гитлером. «Нельзя договориться с тигром, когда твоя голова у него в пасти», - он разговаривает афоризмами и добивается своей цели. Идет от слов к делу. И нация просыпается от наведенного страхом морока. (Наталия Григорьева, «Независимая газета»)

Обратная сторона Дюнкерка. 1940 год. Европа стонет под натиском нацистской Германии. Практически каждый день Адольф Гитлер отмечает флажком на карте очередное побежденное государство. Голландия, Бельгия капитулировали, Франция на грани поражения. Тучи сгущаются над последним оплотом свободы Западной Европы - Великобританией. В это непростое время британский парламент выражает вотум недоверия действующему премьер-министру Чемберлену, и на смену ему заступает Уинстон Черчилль. «Темные времена» отлично выступают в тандеме с прошлогодним «Дюнкерком», хотя это два абсолютно непохожих друг на друга фильма. Если помните, в финале картины Кристофера Нолана главные герои слышат по радио пламенную речь Черчилля о необходимости сражаться с врагом на воде и суше до последней капли крови. Режиссер Джо Райт переносит зрителя по ту сторону радиоприемника, со злополучного пляжа, на котором застряла во вражеском окружении британская армия, в лондонские кабинеты, где в этот момент разворачивается не меньшая драма. Да, тут никто не бросается под пули, но именно здесь и сейчас решается судьба Великобритании и всей Европы. Отправить на верную смерть четыре тысячи солдат, чтобы получить призрачную возможность спасти триста тысяч? Бороться до конца или показать свою слабость и согласиться на мирные переговоры? Ответственность за эти и другие, не менее сложные решения тяжелым грузом опустилась на плечи Черчилля. На момент вступления в должность премьер-министра его репутация оставляла желать лучшего, а вверенная ему страна напоминала тонущий корабль, но, как затем покажет история, именно такая противоречивая и одиозная личность и нужна была Великобритании. Как Черчилль удержал свою страну от позорной капитуляции, так и «Темные времена» целиком держатся на таланте Гари Олдмана. Как бы ни были любимы зрителями его образы из «Пятого элемента», «Леона» или «Сида и Нэнси», не исключено, что спустя годы актера будут вспоминать именно за роль Черчилля. Хотя бы потому, что она может принести ему первый в его карьере «Оскар» - на полочке у Олдмана уже красуется «Золотой глобус» (тоже первый), а эксперты и аналитики записывают актера в основные фавориты на получение премии Киноакадемии. И очень даже заслуженно. Удивительный эффект: при просмотре ни на секунду не сомневаешься в том, что перед тобой Черчилль - постоянно бормочущий и шамкающий губами, из которых он не выпускает сигару, старик со скверным характером, но невероятной силой духа и мысли. И в то же самое время понимаешь, что харизму Гари Олдмана не скрыть даже под толстым слоем грима. Искусно, надо признать, сделанного. В Черчилле угадываются черты актера, но от этого его облик выглядит только живее. Это не маска и не кукла - это живой человек, полный в той же, если не в большей, степени недостатков, сколь и достоинств. Райт не забыл уделить внимания отношениям Черчилля с его окружением - супругой, молодой машинисткой, символизирующей связь премьер-министра с простым народом, и, конечно же, Его Величеством Георгом VI (об этом человеке тоже снят отличный фильм - «Король говорит!»). Из его поведения, привычек, тонкой иронии и едкого сарказма и складывается образ величайшего, по мнению самих британцев, человека в истории их государства - нелепого внешне, но невероятно могучего внутри. Оригинальное название картины - Darkest Hour - обыгрывает известное выражение о том, что самый темный час бывает перед рассветом. Титульные темные времена обыгрываются здесь не только в смысловом, но и в визуальном плане. Серые, мрачные виды Лондона, скудно освещенные помещения - здесь словно все замерло в ожидании угрозы. И небольшие, но заметные эпизоды, то и дело встречающиеся по ходу повествования только усиливают этот эффект. Вот Черчилль, получив от президента США Рузвельта вежливый отказ в военной помощи и повесив трубку, сгорбленно и в полном одиночестве сидит в пятачке света, окруженном тьмой. А вот он, проходя по коридору, слышит доносящуюся из одного из кабинетов радиопередачу Гитлера и, задержавшись на несколько секунд, с силой захлопывает дверь, оборвав немецкую речь. Именно так он обрывает надежды Германии на капитуляцию британских островов, запустив операцию «Динамо», в ходе которой была осуществлена беспрецедентная эвакуация британской армии. Режиссер Джо Райт уже во второй раз обращается к теме Второй мировой и Дюнкеркской операции, в частности. Фильм 2007 года «Искупление» был посвящен простым людям, оказавшимся в горниле войны. «Темные времена» все же о людях далеко не простых и рассчитан он в первую очередь на любителей серьезного исторического кино. Это тяжеловесная, разговорная драма, длящаяся два часа, выдержанная в едином темпе и позволяющая себе лишь одну фальшивую ноту, ближе к финалу. Если вас такое описание не отпугивает, то вы получите живой и увлекательный рассказ о переломном моменте в судьбе одного из самых влиятельных политических деятелей прошлого века, блистательно сыгранного комиссаром Гордоном из трилогии о Бэтмене. Увлекательный исторический экскурс и, пожалуй, лучший актерский перформанс в карьере Гари Олдмана. Кино, удивительным образом сочетающее в себе военную мрачность и британскую иронию. 80/100. (Юрий Красавин, «Age of Geeks»)

За без малого три столетия в кресле английского премьера отметились очень разные деятели. О ком-то теперь можно узнать лишь по архивным документам, кто-то стал общенациональным пугалом, кого-то изгнали из собственной партии, ну а перед кем-то рядовой британец и сейчас мысленно преклонит колени. Ореолы Маргарет Тэтчер и Уинстона Черчилля шахматными ферзями возвышаются над зданием парламента как непревзойденные идеалы. Патриархи английской политики регулярно удостаиваются экранизаций, нередко удачных, достаточно вспомнить «Железную леди». «Темные времена» картина несколько иного склада, и постановку Филлиды Флойд ничем не напоминает. Этот суховатый академический фильм не самого успешного, но раскрученного Джо Райта, в биографии которого неплохие исторические адаптации разбавляются провальными мелодрамами, весьма складно дополняет недавний «Дюнкерк». Однако если Кристофер Нолан снял неординарное кино, запомнившееся нарастающей тревожной атмосферой и эстетическим великолепием картинки, то Райт пошел привычной тропой, поставив на раскрытие персонажа. Величайший (по версии ВВС) британец получил столько воплощений, что его образ стал прирастать все большим количеством пародийных черт. Виски по утрам, шампанское днем, коньяк вечером, и сотни выкуренных сигар - это первое, что приходит на ум при упоминании фамилии Черчилль. Загримированный по лучшим стандартам театрального искусства (спасибо выдернутому с пенсии Казухиро Цудзи - гуру своего дела) Гари Олдман отличился редкой живостью исполнения, граничащего с комедийностью. Добравшись на склоне лет (никто же не знал, что он доживет до 90) до поста премьер-министра, сэр Уинстон и не думает ликовать. Он понимает, что ему уготована расстрельная должность, и кажется, гораздо большее внимание уделяет «втыкам» нерадивой машинистке и поискам кота под кроватью. Олдман столь непосредственен, что изображенный политик заслуживает звание самого человечного, насколько он им быть в мрачные времена Второй мировой. Буквальное сгущение красок, предпринятое Райтом, обилие темных тонов и минимум естественного освещения не оставляют ведущему актеру шанса, кроме как стать местным светилом. Не идеальным, сварливым, порой несносным, но - настоящим лидером, способным на непопулярные решения и не держащимся за кресло мертвой хваткой. Сказать, что Олдман справился с непростой ролью - ничего не сказать. Главный хамелеон актерского легиона создал яркий, колоритный, неординарный образ. Подпадая под мастерство исполнения, отчетливо понимаешь, почему фото грузного мужчины в котелке и с сигарой в зубах частенько красуется в детских спальнях даже сейчас. Попросту не было в Соединенном Королевстве другой, столь же мощной, фигуры, отличавшейся к тому же здоровой долей самоиронии и порождавшей меткие афоризмы даже сидя, извините, на горшке. Сколько импровизации в таком очеловечивании Черчилля - неважно. Беспримерное обаяние Олдмана, его забавные причуды, комичная походка, склонность к эксгибиционизму и талант быть своим в любой компании перевешивают несоответствия. По художественному замыслу «Темные времена» (точнее «Самый темный час» - предрассветный) особенно выигрышно смотрятся в связке с «Дюнкерком». Нолан и Райт представили с разных границ объемные ракурсы исторической операции «Динамо», оказавшей определяющее значение на позиции Великобритании в войне. Получилась очень неплохая дилогия, а непримиримая позиция Черчилля, исключавшего возможность переговоров с нацистами, внушает уважение, и сама по себе, и как образец тонкой политической игры. Премьер не был популярен в аристократических кругах, тяготел к оппозиции - за что, собственно, и получил кресло, уподобленное раскаленной сковороде. Но взяв на вооружение фирменный жест «V», ссутулившийся увалень оказался хитрее и дальновиднее всех своих недоброжелателей. Режиссеру удалось раскрыть многие хитрости черчиллевского мышления, и все было бы совсем хорошо, если бы не сцена со спуском в подземку с проведением опроса среди рядовых лондонцев. Этот эпизод уже стал легендарным, и, увы, не в лучшем смысле. Здесь Райта явно занесло: слишком неправдоподобно, чересчур конъюнктурно, снова без толерантности (да чтоб ее!) не обошлось. Черчилль в вагоне метро - ни дать, ни взять дедушка Ленин, пошедший в народ. Притом, что реальный сэр Уинстон довольно скупо относился к мнению простых людей, предпочитая держать демократию в ежовых рукавицах. В фильме же он и пламенный трибун, и народный любимец, для разрешения военной дилеммы готовый прислушаться к обычной судомойке. Понятно, крутые времена требуют нестандартных ходов, но эта отсебятина едва не загубила весь фильм. Обошлось: только подпортила. Джо Райту, давненько не радовавшему хорошими постановками, в целом удалось соорудить качественный фильм. Конечно, ему стоило отвесить земной поклон Гари Олдману, однако и он сумел по-новому преподнести знаменитого политика и «закрыть тему» дюнкеркской операции, в которой теперь практически не осталось белых пятен. Это по-хорошему консервативная британская кинолента с прекрасными актерскими работами, среди которых особо упоминания заслуживают две женские: Кристин Скотт Томас - сыгравшей верную спутницу Клементину Черчилль, и Лили Джеймс - в роли смышленой машинистки, глазами которой преподносится большинство событий. «Темные времена» без сомнения займут видную позицию в колонне качественных исторических картин, но все же не покидает ощущение, что могло быть еще лучше. Словно сами себя испугались создатели, а напрасно. Приобщение к великой фигуре окупилось заслуженным успехом. 3,5/5. (Александр Колесников, «25-й кадр»)

Премьер говорит! Над Альбионом сгущаются тучи. Нацисты захватывают одну европейскую демократию за другой, союзные войска отступают, империя в опасности. Английский парламент - в пучине политического кризиса: лейбористы требуют отставки консервативного правительства Невилла Чемберлена (Рональд Пикап), главного «умиротворителя» Адольфа Гитлера, вельможи заняты выяснением отношений и не готовы нести ответственность за судьбу страны. Козни и интриги приводят к назначению на премьерский пост конфликтного эксцентрика, авантюриста и любителя выпить Уинстона Черчилля (Гари Олдман), в котором однопартийцы и король Георг VI (Бен Мендельсон) поначалу видят вовсе не кризис-менеджера, а удобного козла отпущения на случай постыдной капитуляции, тяжелых потерь или военного поражения. Завязка «Темных времен» занимательна, энергична и откровенна. Сценарист Энтони МакКартен заходит с неожиданного ракурса, отказавшись от привычного образа сэра Уинстона, твердого и решительного защитника нации. На протяжении большей части фильма прославленный британский премьер изображен растерянным, подавленным и одиноким. Лента целиком построена на диалогах, по духу напоминающих сериал «Карточный домик» (2013), однако порой чересчур комичных и рассеивающих тревожную ауру, нагнетаемую первыми кадрами. Попытка разбавить строгую историческую драму неловкими и неуместными (все-таки война на дворе) комедийными вставками приводит к серьезному изъяну сюжетной конструкции, которую заметно шатает из стороны в сторону. Пусть фирменный английский юмор неотделим от фигуры британского премьера, но далеко не всякая хохма звучит впопад. Спасает зыбкую фабулу эффектное воплощение знаменитого политика, чей исторический след настолько глубок и многогранен, что кинематограф постоянно ищет и находит там нечто новое. Можно сказать, что существует своего рода культ Черчилля, который заставляет снова и снова снимать фильмы о тучном аристократе с сигарой. Мир уже видел кино- и телепостановки о молодом Черчилле («Молодой Уинстон», 1972), старом Черчилле («Секрет Черчилля», 2016), предвоенном Черчилле («Черчилль», 2002), военном Черчилле («Внутри шторма», 2009) и Черчилле в 1944-ом («Черчилль», 2017). Невольно возникающие параллели с Лениным вызваны лишь тем, что оба деятеля - яркие олицетворения эпохи: идеология в британском случае не причем. Тем более нельзя сказать, чтобы нынешний либеральный бомонд, диктующий нравы западным киностудиям, чествовал легендарного консерватора. Несмотря на килограммы грима, герой «Темных времен» лишен наглядного сходства с реальным Черчиллем. Все-таки Гари Олдман проигрывает конкурс табачно-коньячных двойников спасителя Англии - Альберту Финни из упомянутого телефильма. Однако олдмановский персонаж компенсирует внешнюю непохожесть - пластичной жестикуляцией и природной харизмой, которые придают кинообразу Черчилля черты римского трибуна, а не чопорного британского спикера, что явно понравилось бы пафосному премьеру. По сути, именно олдмановская актерская работа позволяет создателям нащупать правильный путь и ухватить нужную нить. Сэр Уинстон наизусть цитирует Шекспира и Горация, блистает яростными антинацистскими речами, чем повергает в шок лордов и депутатов, все еще рассчитывающих на сговорчивость и джентльменство Гитлера. Факт готовности британской элиты заключить сделку с фюрером, чтобы избежать масштабной войны, впервые получает достойное экранное изображение. Тем не менее режиссер Джо Райт явно теряется, когда покидает границы родной классической драмы, уходя на территорию исторического кино. Загвоздка тут вовсе не в пренебрежении мелкими деталями, весомыми для специалистов, но невидимыми публике. Не так уж важно, что Черчилль беседует с американским президентом Франклином Рузвельтом по прямой линии связи, которой в 1940-м году не существовало. Можно закрыть глаза на то, что Георг VI показан лицом, принимающим государственные решения, хотя британский монарх, как известно, царствовал, но не правил. Однако вряд ли удастся пройти мимо фальшивой сцены в духе советской пропаганды, когда новоиспеченный премьер-министр спускается в лондонское метро, чтобы провести опрос на тему, стоит ли воевать с немцами или лучше пойти на мировую. Растроганные доверием пассажиры дают единодушный ответ: «Бей гадов!». Особенно вымученно выглядит рукопожатие с афро-британцем, ведь Черчилль, мягко говоря, не принадлежал к сторонникам равенства рас. Большие и малые оплошности снижают ценность постановки, но бенефис Олдмана, прорисовка антуража сороковых и воссоздание подзабытых событий не позволяют отказать «Темным временам» в художественных преимуществах. Фильм определенно достоин внимания благодаря отменным декорациям, тонкой операторской работе, атмосферному саундтреку, а главное, смелому кинопортрету знакового вершителя истории. Авторы отходят от классических приемов и долго не стремятся вызвать зрительскую симпатию к национальному герою - престарелому снобу, толстяку и эксгибиционисту. Олдмановский Черчилль не совершает никаких бравурных поступков, а лишь постоянно пишет, диктует и правит тексты, меняя смыслы и полутона своих страстных спичей. Шум печатной машинки органично сливается с мелодией Дарио Марианелли, формируя четкое ощущение, что именно мастерское владение словом и блестящее знание языка служило уникальным оружием английского премьера. Хотя ораторский и литературный дар великого британца не излечил мир от коричневой чумы, как обманчиво сообщают финальные титры, но его речи прогоняли страх, вселяли надежду, сплачивали людей и спасали жизни, а это, главное, что требуется от достойного лидера. «Темные времена» убеждают, что в начале сопротивления нацизму было слово, которое произнес Уинстон Черчилль. (Игорь Нестеров, «Postcriticism»)

Наша светлость. Май 1940 года. Войска вермахта стремительно оккупируют Европу. Бельгия и Голландия пали, со дня на день та же участь ожидает Францию. Порвалась связь времен, мир осатанел. На экране обреченная крепость Кале крошечной воронкой проваливается в пропасть - ее топят в огне перечеркивающие небо самолеты люфтваффе. Черный дым отражается в неподвижном глазу мертвого солдата - оператор Брюно Дельбоннель конструирует выдающиеся батальные сцены, сделавшие бы честь любому фильму в жанре фэнтези. «Завеса тьмы разрастается и крепнет», - как напишет потом в своей героической саге о спасении мира британский профессор Толкин. Речь в фильме именно о таком моменте истории, и легендарном, почти сказочном герое, переломившем ее ход - Уинстоне Черчилле. В трактовке Райта Черчилль - superhero, библейский пророк, сотворивший чудо за миг до гибели. Кажется, если оценивать события с такой точки зрения, громокипящий пафос неизбежен. Но нет, «Темные времена» - не приквел «Дюнкерка». Выдержав приличествующий моменту торжественный тон, Райт тут же сдает назад и включает, например, комедию. В рамках одной биографии он оперирует сразу несколькими жанрами - парламентские интриги за спиной Черчилля тут же переносят действие на поле салонной драмы. Сторонники мирных переговоров с фашистами Чемберлен и виконт Галифакс старательно загоняют вновь назначенного премьера в угол. Правящий монарх Георг VI не скрывает своей к нему неприязни, а Галифакс, как предполагает Черчилль, сам метит на его место: «Он четвертый сын в семье, такие не упускают карьерных возможностей». Когда на экране снова возникнет постная физиономия Галифакса, фраза о четвертом сыне сама всплывет в памяти свидетельством отменного сарказма Черчилля, способного перебить любой пафос. Житие Черчилля начинается с приземленной сцены: грузный старик с лицом младенца, в исподнем, кряхтя, выбирается из постели, завтракает беконом, овсянкой и коньяком, орет на юную машинистку, выставившую на пишущей машинке не тот интервал. «На стене Бонапарт и колчан с голубем. По всем видимостям, очень скучно, но благородно, ничего не поделаешь. Тут бы собачку махонькую пустить», - писал в пародии на сценическую бытовуху Михаил Кузьмин. Джо Райт, кажется, в курсе подобных ухищрений и запускает под кровать Черчиллю кота. Гари Олдман в необычайно достоверном гриме легко справляется с конкуренцией, плюхаясь на карачки и шаря под кроватью - такого не переиграть и коту. Его экранный Черчилль - угловатый, несговорчивый, вздорный, бормочущий себе под нос что-то невразумительное, возмутительно телесный - временами попросту неповоротливая туша. Перед ним пасует сам король Георг VI: «Давайте назначим наши еженедельные встречи на четыре часа по понедельникам» - «В это время я сплю». Он без конца жует сигары и пьет коньяк. «Как вам удается столько выпивать за день?» - «Достигается упражнением». Он острит и сидя в сортире: «Передайте тому, кто звонит, что я занят: мне не справиться сразу с таким количеством дерьма». Почти любая его реплика - сценарный панчлайн, благодаря историческому прототипу, сочинявшему афоризмы пачками. «Иоганн Себастьян Бах был веселым толстым человеком», - было сказано в старом советском фильме по схожему поводу. «Темные времена» - отчасти еще водевиль и, конечно, сборник исторических анекдотов. А сцена с премьером Рейно, которому Черчилль пытается что-то объяснить на кошмарном французском - и вовсе фарс. Причем остроумные реплики - «суперсила» не только лауреата Нобелевской премии по литературе, но и его жены Клементины в исполнении безупречной Кристин Скотт-Томас. «Дорогая, а сейчас оставь меня!» - «Ты запоздал с этой просьбой на полвека!» Слабого, придавленного тяжестью судеб мира Черчилля, нам тоже предъявят. «Ты мудр, потому что сомневаешься», - скажет Клементина. Он мямлит, пытаясь сочинить очередную ударную речь - слова не приходят. Запершись с черной коробкой телефона, умоляет Рузвельта переправить в Британию военные самолеты. Сидит в спальне на кровати, думая, что помощи больше ждать неоткуда - именно в этот драматургически беспроигрышный момент на пороге со словами поддержки появляется Георг VI, оказавшийся неплохим человеком - прекрасная работа Бена Мендельсона, который деликатно оттеняет Олдмана. Сам Гари Олдман, ухитрившийся с пудом грима на лице быть достоверным - выше похвал. Актер, в юности сыгравший Сида Вишеса, теперь выдающимся образом сыграл Черчилля - это, кажется, и называется зрелость. Эпик, водевиль, салон... Не обошлось и без соплей. Сцену, где наученный королем премьер спускается в подземку, чтобы поинтересоваться мнением простых лондонцев, критики уже провозгласили провальной. Кто как не Черчилль произвел на свет знаменитый афоризм: «Лучший аргумент против демократии - пятиминутная беседа с рядовым избирателем»? Но безбожную сентиментальность эпизода снова уравновешивает сарказм: «Какой милый младенец» - «Он похож на вас!» - лепечет в ответ польщенная мать. «Все младенцы в Англии похожи на меня» - более ехидное описание внешности Черчилля трудно придумать. Эта сцена, при всей ее искусственности, неожиданно подсвечивает образ Черчилля с другого ракурса. Перед нами непобедимо элегантный - посмотрите на его нарочито угловатую, просчитанную пантомиму с сигарой и спичками - человек, умеющий в нужный момент изобразить неповоротливую тушу. Мы ходим в кино, чтобы посмотреть на то, чего не бывает в действительности. «Что удивляетесь, давно не видели премьер-министра в метро?» Ой, давно. Здесь мы увидим все: салон и сортир, кровь, пот и слезы, и набор исторических речей. Финальной речи в исполнении Гари Олдмана «Мы будем воевать на пляжах» англичане аплодируют сейчас в кинотеатрах. Во времена никчемных правителей и превосходных актеров легендарная фигура из прошлого дана нам в представлении. (Татьяна Алешичева, «Сеанс»)

Свет в конце сигары. Эффектный военный байопик Уинстона Черчилля, украшенный игрой Гари Олдмана и подпорченный пошлой кульминацией. В мае 1940 года Уинстон Черчилль (Гари Олдман) становится премьер-министром Британии. Политик всю жизнь шел к этому посту, но он не торжествует. Вверенная ему страна находится в отчаянном положении. Германия громит французские войска и окружает в Дюнкерке британский экспедиционный корпус, присланный на подмогу союзникам. Если войска на континенте будут разбиты, Британию некому будет защищать от нацистского вторжения. США отказываются помогать, так как придерживаются нейтралитета. Министр иностранных дел Галифакс (Стивен Диллэйн) настаивает, что нужно вести переговоры о мире и идти на большие уступки, чтобы сохранить независимость страны. Однако Черчилль уверен, что Гитлеру нельзя доверять. Поэтому он приказывает любой ценой вывезти из Дюнкерка как можно больше солдат и мучительно думает над одним из важнейших решений в истории Британии: «Договариваться или биться до конца». Когда Кристофер Нолан снимал «Дюнкерк», он наотрез отказался от введения в сюжет высших чиновников, политиков и военных. Режиссер хотел показать, как вели себя в те страшные дни простые британцы - солдаты, пилоты, моряки, простые обыватели. Это был пафосный и трогательный, но неполный рассказ с точки зрения тех зрителей, кто хотел досконально разобраться в «чуде Дюнкерка». Поэтому приятно, что параллельно с Ноланом другой британский постановщик, Джо Райт («Искупление», «Анна Каренина»), снял фильм о Дюнкерке, где почти все действие развивается в высоких кабинетах и в секретном бункере. Это кино о том, как принимались решения, которые вылились в беспримерную эвакуацию и легендарную речь Черчилля «Мы никогда не сдадимся!», звучащую в финале обеих постановок. Если Нолан сделал «Дюнкерк» многофигурным произведением с несколькими пересекающимися сюжетными линиями, то «Темные времена» - это портрет одного человека, который определил судьбу нации. Конечно, в фильме есть и другие персонажи, и у них даже есть собственные сцены без участия Черчилля. Но премьер-министр присутствует в каждом кадре, зримо или незримо. Если не говорит он, то говорят о нем. Министр Галифакс, предыдущий премьер Чемберлен, король Георг VI, жена Черчилля Клементина, преданная секретарша Элизабет - все они не ведут свою художественную игру, а оттеняют Черчилля и проявляют разные стороны его характера, помогают заглянуть вглубь его души. Какой же это портрет? В основном комплиментарный. Черчиллю многое можно поставить в вину, и Райт не скрывает его алкоголизм, сварливость и взбалмошность, эгоистичные политические метания, неверные решения, оторванность от жизни простых людей и прочее. Но все это показывается не для того, чтобы принизить Черчилля, а для того, чтобы оживить и очеловечить, приблизить к зрителям титаническую фигуру, которую Райт видит в премьере. При всех своих недостатках, слабостях и странностях Черчилль в фильме - не жалкий самовлюбленный политикан, а тот лидер, в котором нуждалась напуганная нация. Это мужественный и мудрый человек, который отдавал нужные приказы в бункере, гнул свою линию в политике и вдохновлял британцев в пламенных речах. И картина демонстрирует, что слова Черчилля зажигали сердца не только простодушных обывателей, но и высших сановников, привычных к трескучим словам и знавших всю тяжесть положения в стране. «Темные времена» не были написаны в расчете на Гари Олдмана, и злодей «Пятого элемента» вряд ли был очевидным и единственным кандидатом на главную роль. Однако британский мэтр блестяще вписался в образ - конечно, с помощью гениальных гримеров, превративших его в Черчилля. Олдман убеждает с первого же появления на экране и поражает и развлекает вплоть до финальных титров. Мы в России не можем оценить всю полноту его перевоплощения, так как не слышим голос актера и не можем сравнить его с голосом Черчилля. Но и того, что видно в «Темных временах», достаточно, чтобы назвать Олдмана потенциальным лауреатом «Оскара». Это великолепная работа, отражающая все грани Черчилля - от тех, которые он показывал публике, до тех, которые видели лишь самые близкие люди. Мы видим смелость, решимость, вдохновенность Черчилля, но мы видим и его страх, отчаяние, мрачный сарказм. Решения, которые он принимал в 1940 году, не давались ему легко. В полном соответствии с названием картины ее действие развивается в драматичной полутьме. Окна, как правило, закрыты черными шторами, а светильники едва светят и создают резкие тени. Вряд ли покои британской элиты в то время выглядели так сумрачно - это художественный ход, а не воссоздание атмосферы эпохи. Такое визуальное решение придает фильму театральность, но она картине идет. У реального Черчилля были все основания чувствовать себя актером, который стоит в свете прожекторов и на глазах у въедливых критиков впервые декламирует «Быть или не быть». К сожалению, «Темные времена» проваливаются в кульминации. Не могущий принять окончательное решение Черчилль во второй раз в жизни спускается в подземку и спрашивает совета у простых лондонцев, которые все как один, от мала до велика, отвечают премьер-министру, что готовы воевать до последней капли крови. Многие британцы в самом деле так думали, но смотрится это все равно пошло и глупо - момент из пиар-арсенала тоталитарной страны, а не демократии. Британия в 1940 году не была едина, и нелепо настаивать, что это не так. Тем более абсурдно видеть, как Черчилль интересуется мнением маленького ребенка и выслушивает детский лепет с таким видом, будто он имеет значение. Кроме того, «Темные времена» - это кино скорее для любителей западной истории, чем для людей, которые просто хотят хорошо провести время. При всем блеске игры Олдмана два часа в обществе британских политиков - удовольствие для ценителей. Оценка: 7/10. (Борис Иванов, «Фильм.ру»)

«Британский бульдог» с человеческим лицом: фильм об историческом Поступке. 9 мая 1940 года. В британском парламенте бушуют страсти - часть избранников требует немедленной отставки премьер-министра Чемберлена (Рональд Пикап). Среди возможных преемников звучит и имя Уинстона Черчилля (Гари Олдман). Позади у того пост министра внутренних дел, место первого лорда Адмиралтейства и масштабная Дарданелльская военная операция, стоившая этой должности. Впереди - портфель премьер-министра, осада и гибель гарнизона Кале, «чудо Дюнкерка» и многое другое. После коротких закулисных дискуссий Черчилля все-таки решено выдвинуть на пост и поддержать. Сам избранник к назначению относится сдержанно, понимая, что его ставят перед почти неразрешимой задачей - спасти 300 с лишним тысяч солдат, прижатых к Ла-Маншу, не пойдя на уступки Гитлеру. 13 мая 1940 года новый премьер-министр выступает в Палате общин с речью о победе любой ценой, «каким бы долгим и трудным не был путь; потому что без победы не будет жизни». «Темные времена» рекомендуют как сиквел нолановского «Дюнкерка», хотя справедливее его было бы назвать спин-оффом «Искупления», выходившего в прокат девять лет назад. В экранизации романа Иэна МакЮэна местом действия военных эпизодов как раз и стало побережье Ла-Манша. На этот раз Райт разворачивает внутренний сюжет - кто, когда, при каких обстоятельствах принимал судьбоносные решения и перед каким выбором оказывался. Кабинетные баталии тоже могут быть захватывающими, особенно в контексте критических моментов истории. Экранный рассказ занимает немногим больше трех недель, в течение которых Черчилль сочиняет несколько речей, впоследствии разобранных на цитаты, и произносит их то в радиоэфире, то в парламенте, то на стихийном собрании в одном из парламентских коридоров, направо и налево сыпет афоризмами («Безнадежное дело - единственное, за которое стоит бороться», «Нельзя договориться с тигром, когда твоя голова у него в пасти»), курит сигару за сигарой, много думает, дерзит королю («Мистер Черчилль, думаю, Вам известно, зачем я вас сегодня пригласил?» - «Сэр, я даже представить себе не могу»), снова много думает, принимает волевые решения, завтракает с королем и однажды спускается в подземку к простым британцам. Режиссер Джо Райт не наделяет своего героя признаками «знаковости»: чисто внешними атрибутами власти и поведением, отвечающим его статусу, а последовательно воспроизводит на экране бытовую сторону жизни Черчилля, тем самым всячески подчеркивая его человечность и простоту. Первый раз будущий премьер появляется на экране в момент завтрака, во время которого надиктовывает секретарше Элизабет Лейтон (Лили Джеймс) очередной текст - сидя в кровати, закутавшись в халат и одеяло, с сигарой в руке и бокалом чего-то бодрящего на столике. И такого Черчилля, каким показывают его Райт и Олдман, в фильмографии, ему посвященной, еще следует поискать. «Британский бульдог» ходит в исподнем, лежа в ванной, озвучивает мысли для очередной речи, сомневается, рефлексирует, чувствует себя беспомощным и растерянным, выходит из себя, брюзжит по мелочам, иронизирует, резко отвечает на выпады оппонентов - в общем, позволяет себе естественные человеческие действия и реакции. Режиссеру повезло, как минимум, дважды: когда Гари Олдман принял предложение сыграть роль одного из самых влиятельных политиков ХХ века и когда скульптор, художник и двукратный номинант на премию «Оскар» Казухиро Цудзи ответил согласием на личную просьбу актера создать грим для его героя. Как говорил сам Олдман, если бы Цудзи отказался, он тоже не стал бы сниматься, хотя и мечтал об этой роли давно. Однако одной работы художника по гриму, безусловно, выдающейся, было бы недостаточно, если бы не вторая слагаемая успеха - дар перевоплощения Гари Олдмана: актер воспроизводит на экране необъятный спектр эмоций. Камера неоднократного номинанта на премии «Оскар» и BAFTA Брюно Дельбоннеля («Фауст», «Внутри Льюина Дэвиса») постоянно подчеркивает равенство Черчилля остальным героям, располагаясь на уровне человеческого глаза, и только в кульминационные моменты меняет ракурс на верхний. Вероятная статичность действия (большую часть экранного времени герои проводят в закрытых пространствах) преодолевается, например, с помощью однокадровых сцен - это вообще один из любимых приемов Райта. Изящные монтажные фразы, склонность к которым режиссер проявил уже в первых картинах, будут и здесь. Например, такая: Черчилль вглядывается в карту французского побережья, в следующем кадре это уже реальная местность - с беженцами, бредущими по ней. Прием повторится еще дважды - и последний раз произведет самый сильный эффект. К сожалению, момент наивысшего напряжения Райт решает так, что закрадывается мысль «а не пересмотрел ли уважаемый режиссер советских кинокартин сталинских времен?». Уинстон Черчилль, будучи в смятении, отправляется в метро (второй раз в жизни), где, как известно, только и можно встретить простого британца. Дальнейшее напоминает горячечный сон, пусть и короткий. На вопрос премьер-министра «следует ли устраивать торги с Гитлером», все пассажиры, и даже маленькая британская девочка, в едином порыве восклицают «никогда!» и «мы будем драться всем, что окажется под рукой, даже метлами». Воодушевленный Черчилль отправляется в парламент, где и произносит знаменитую речь «Мы будем сражаться на пляжах». В военном, и что еще важнее - в национальном сознании - события, описываемые в «Темных временах», стали импульсом для веры в победу. Джо Райт выбрал один из самых болезненных периодов британской истории ХХ века и биографии Уинстона Черчилля, и таким образом его картины («Искупление», «Темные времена») и работы двух других британских режиссеров - «Король говорит!» Тома Хупера и «Дюнкерк» Кристофера Нолана - собрались в непроизвольную тетралогию. Возможно, осталось дождаться картины об осаде Кале. Французская сторона по данному историческому вопросу исчерпывающе высказалась еще в 1964 году - фильмом Анри Вернея «Уикэнд в Зюйдкоте». (Наталия Эфендиева, «Regnum»)

В мае 1940-го года британский король вынужден утвердить Уинстона Черчилля на посту премьер-министра: он единственный член правящей партии, которого поддерживает оппозиция, тогда как его предшественник Чемберлен в условиях войны проявил губительную неподготовленность перед лицом нацистской угрозы. В эти отнюдь не светлые времена Черчиллю уготована тяжелейшая работа: Германия все успешнее подминает под себя Европу, велик риск потерять в дюнкеркском капкане всю британскую армию - и многим кажется, что единственный здравый выход из сложившейся ситуации - пойти с Гитлером на мирные переговоры ("Нам мир нужен как воздух"). Однако новый премьер-министр не готов уступать: даже самая страшная война лучше дружбы с фашистами, "наш политический путь - победа", "безнадежное дело - единственное, за которое стоит биться". "Темные времена" - добротная политическая драма о принятии крайне трудного решения. Пусть сам Черчилль испытывает к фюреру давнюю личную неприязнь, обстоятельства и недруги диктуют ему противную сердцу повестку - к которой поневоле приходится прислушаться, учитывая, что в этот момент на другом берегу пролива гибнут триста тысяч солдат-соотечественников. Говоря проще, перед нами оборотная сторона "Дюнкерка" - что тем более символично, если вспомнить, что режиссер Джо Райт воспел ту историю много раньше Кристофера Нолана. (Вообще, если пересматривать "Искупление", то предельно очевидно, что Райт с Ноланом на первых порах вполне могли сойти за родных братьев, столько общего было у них и в темах, и в манере повествования.) И ровно с тем же финалом - с черчиллевской речью про то, что Новый Свет должен броситься на помощь Старому. Только если для Нолана вырванная цитата была своеобразной вишенкой на торте, объясняющей, зачем американцам кино про британские победы, то Райт вслед за своим сценаристом Энтони МакКартеном фиксирует как эту речь Черчилля, так и другие в попытке объяснить всенародный успех политика, своей хамоватостью в быту не вызывающего порой ничего, кроме неприязни. Герой "Темных времен" - в первую очередь оратор, мучающийся оттого, что его пылкие слова расходятся с пугающей действительностью, но заметно приободряющийся, находя поддержку в глазах целевой аудитории. Его моральным страданиям - как примирить рвущийся из груди пафос с бедственным положением на фронте - отведено в картине немало времени, и это, пожалуй, единственное, что заслуживает здесь действительно высокой оценки. В остальном приходится констатировать, что в свои 45 Джо Райт уже точно ни на секунду не Нолан. Прекрасные амбиции десятилетней давности отложены в сторону, и от прежнего Райта в его новом (и далеко не впечатляющем) фильме остались ошметки, единичные всплески вроде мальчика, смотрящего на пролетающий в небе самолет в "подзорную трубу", сложенную из ладошки. Нынешняя задача некогда передового режиссера не то, что банальна, но невероятно скучна: соблюсти исторический фон, нагнать психологизма, все такое. Не до экспериментов, не до былой легкости. Даже на роль, которую раньше сыграла бы у него Кира Найтли, он берет теперь не оригинал, а ее вылитую (особенно здесь) копию Лили Джеймс, словно подчеркивая: страсть прошла, пришел черед сублимации. Впрочем, в данном случае Райта можно понять: по задумке, он изначально не был здесь самым сильным звеном. "Темные времена" выезжают на единственном фокусе: Гари Олдман в роли Черчилля - именно эти пять слов уже на этапе заявки должны были обеспечить ленте "Оскар" за главную мужскую роль. Судя по результатам первых этапов наградного сезона, клюнули на эту "замануху" очень многие. Безусловно, Гари Олдман уже очень давно заслужил высочайшее поощрение. Известно, что он входит в число тех звезд, про которых ошибочно думают, что "у него-то "Оскар" уж точно есть, не может не быть" - тогда как до сих пор Американская киноакадемия лишь единожды почтила его своим вниманием (номинация за "Шпион, выйди вон!"). В совокупности, всеми своими остальными ролями, актер, естественно, наработал на массу золотых статуэток - и призыв "Когда, как не сейчас?!" наверняка станет основным в ходе грядущей волны пиар-кампании... Но беда в том, что фильм сам по себе в итоге сильно уступает столь яркой заявочной идее, не производя необходимого должного впечатления. Все-таки в первую очередь он рассчитан не на широкий зрительский круг, а на любителей жанра (да и те могут остаться неудовлетворенными), и это в конечном счете наверняка оставит Олдмана - как бы он ни старался! - лишь со второстепенными наградами. Конечно, Черчилль представлен тут довольно жирными мазками: он завтракает и работает в постели, диктует секретарше из ванной ("Мисс, я выхожу - в обнаженном состоянии"); в печатном тексте ненавидит одинарный интервал, требуя только двойного; много пьет и курит ("Как вы можете постоянно пить?" - спрашивает его король, получая честный ответ: "Закалка"), обладает коллекцией шляп, часто цитирует Шекспира и признается, что никогда не стоял в очереди за хлебом, не ездил в автобусе и лишь однажды спускался в метро, да и то заблудился... Но в ситуации, когда Черчиллей в кино стало очевидным образом много (только за последнее время легендарного британского премьер-министра сыграли Брайан Кокс и Джон Литгоу), трюк с Гари Олдманом выглядит именно что трюком. Будучи отличным артистом, он с честью справился с брошенным вызовом - но нельзя сказать, что как-то выделился при этом на общем фоне. Сравнения в такого рода делах - взрывоопасная штука, и Олдман в своей роли, к сожалению, не предложил ничего, что заставило бы рукоплескать именно ему, а не стараниям гримеров (которые как раз своего «Оскара», вероятно, получат). Хотя... Киноакадемики любят, когда им показывают политиков: Линкольна, например, или Маргарет Тэтчер, или Елизавету II, или Георга VI. Так что шансы у этого Черчилля в любом случае велики - особенно в сочетании с заслугами многими любимого артиста. Жаль лишь, что порой награда находит героя с таким вот прискорбным опозданием - привечая не лучшую его работу, а только самую выпуклую. Так и во всем остальном: "Темные времена" - не столько хороший фильм, сколько памятник своим создателям, знающим, что такое настоящее кино, но уже забывающим, как его делать. (Максим Марков, «Настоящее кино»)

Историческая драма Джо Райта была интересна искушенному зрителю уже с момента анонса проекта. В частности - из-за самого постановщика, уже давно зарекомендовавшего себя как автор грандиознейших и в буквальном смысле монументальных полотен. Практически любая работа режиссера - от экранизации классических романов («Гордость и предубеждение», «Анна Каренина») до остросюжетных боевиков («Ханна. Совершенное оружие») и сказок («Пэн. Путешествие в Нетландию») - наполнена разнообразными (а иногда и противоречащими) смыслами, подтекстами и тонкостями. Эта авторская, абсолютно интеллектуальная подача способна превратить картину в практически энциклопедический кинопродукт. При этом эстетическую составляющую никто не отменяет: художественный вкус у Райта потрясающий! Но эта же подача по итогу также вполне способна перегрузить фильм настолько, что он распадется под тяжестью всех деталей, которые в свое полотно с большой любовью и тщанием вкладывает режиссер. На этот раз Райт взялся за байопик, посвященный периоду жизни Уинстона Черчилля в момент, когда его выбрали в качестве премьер-министра Великобритании. Произошло это в тяжелый для страны, да и всего мира момент: гитлеровские войска к тому времени успешно захватили Норвегию и Данию и вплотную подбирались к Западной Европе. Сам Черчилль также вошел в новый этап своей жизни далеко не в лучшей форме. За плечами у него были неудачные военные кампании и вполне заслуженная критика оппонентов - неудивительно, учитывая, что политическая карьера Черчилля началась в начале 1900-х. Несмотря на название, «Темные времена» больше концентрируются на одиозной фигуре Черчилля, чем на военно-историческом контексте. Да, в ленте Райта присутствуют моменты, вошедшие в анналы. Так, например, даже несмотря на вполне преклонный возраст - 65 лет, премьер-министр регулярно выезжал на места бомбежек и встречался с пострадавшими. Кроме того, довольно детально показано первое выступление премьер-министра по радио: градус внутренней напряженности в этом эпизоде, блестяще переданный Олдманом, отлично отражает и характер Черчилля, и тон самого фильма. Глубина характера Черчилля в исполнении Гари Олдмана вообще, скорее, улавливается, чем действительно демонстрируется. Во-первых, политик являет собой образец истинного сына Британии - полного сомнений, но, как говорится, застегнутого на все пуговицы и не обнажающего душу даже перед женой, с которой прожил несколько десятков лет. Во-вторых, большую часть биографии Черчилля зритель узнает из обрывков речи других персонажей: черты, присущие политику, скорее, проговариваются его сторонниками и противниками, чем вытекают из его собственных поступков. Что немаловажно - поступков, совершенных во время пребывания на посту премьер-министра, то есть показанных на экране. Разумеется, основная идея - победа и мир любой ценой - красной линией проходит через всю ленту и дает сильнейший импульс к раскрытию характера Черчилля, его воли и стойкости. Но общее впечатление слегка портит этот «шлейф мнений», хоть и являющийся наглядной иллюстрацией афоризма о том, что истинны в жизни человека не его дела, а легенды, которые его окружают. Впрочем, спорить с тем, что Черчилль сделал для Великобритании очень и очень многое, не приходится: в кадре и Дюнкеркская операция, и переговоры с президентом Соединенных Штатов, и военные реформы. Все эти акты, кстати, по мере развития действий обрастают хоть какими-то сюжетными подробностями, в отличие от той же самой Дарданелльской операции, которая происходила в годы Первой мировой, и которую Уинстону так часто припоминают. Вообще, неподготовленному зрителю смотреть «Темные времена» сложно: в центре сюжета - уже давно сформировавшаяся личность, причем Личность с большой буквы. Но предпосылки, которые привели к закалке именно такого характера Черчилля, практически не раскрываются - исторический контекст «Темных времен» можно назвать довольно скудным, особенно для байопика. Слегка разбавляет «старомодность» съемок (в данном случае качество больше положительное) и свойственный англичанам сухой юмор. Именно из-за шуток, звучащих к месту даже в тяжелейших обстоятельствах, нельзя сказать, что картина Райта пронизана скорбью и безнадежностью. Искра, которую Черчилль несет в себе, подобно древнегреческому титану Прометею, даже будто бы освещает все эти темные кулуары, в которых происходят политические собрания. Райт говорит о смертях абстрактно, потому что его герой мыслит в других категориях, близких политическому лидеру - ответственному лицу, решения которого влияют на судьбу целой нации. И когда эти правила игры принимаются, стратегия меняется: фокус с Черчилля ненадолго смещается на его окружение, что выглядит странно и местами даже лицемерно. Сюда же стоит добавить и пресловутый снобизм, свойственный британской элите - она проявляется в Черчилле ровно в той же степени, что и его неуживчивость. Вся Великобритания выглядит как несколько десятков людей из правительства и случайные попутчики Черчилля в метро. Из-за этого хождение премьер-министра «в народ» также поначалу выглядит не вдохновляющим поступком или апофеозом его сомнений, а актом, полным театральности. Впечатление, впрочем, исчезает со временем: стоит лишь взглянуть на лицо Олдмана, зачитывающего имена новых знакомых со спичечного коробка, или вспомнить, как мастерски, хоть и опять нарочито, была показана смена атмосферы на улицах. В общем-то, вполне понятно, отчего Олдмана отметили «Золотым глобусом»: его игра Черчилля как невероятно стойкого и неуступчивого человека и великолепного оратора идеально совпала с видением Райта, который невероятно скрупулезно собирал свой фильм по кирпичикам. Более того, эта мрачная монументальность прекрасно считывается с экрана и делает фильм цельным полотном. Что же не так? Она слишком утомляет. Столь строго выдержанные рамки одного периода и концентрация на одной фигуре, пускай и объективно великой, тяжело выносить, несмотря на все видимые заслуги актеров и постановщика. События в фильме разворачиваются на протяжении недель. Меняются даты, но все происходящее кажется одним долгим-долгим днем, который, может быть, и очень хорош, но все никак не хочет заканчиваться. (Анна Ентякова, «Вокруг ТВ»)

Эту картину надо смотреть хотя бы потому, что Гари Олдман, награжденный за сыгранную главную роль «Золотым глобусом», получит, скорее всего, и «Оскар». Удивительное дело, у столь большого мастера до сих пор нет заветной статуэтки. На этот раз Олдману пришлось не только продемонстрировать весь диапазон драматической игры, но и преодолеть чисто физические трудности. Для роли Уинстона Черчилля, который был килограммов эдак на 30 корпулентнее актера, Гари согласился носить пенопластовый костюм и пластический грим на лице, сделанный знаменитым скульптором Казухиро Цудзи. В результате в кадре будто присутствуют и Олдман, и Черчилль одновременно. В центре сюжета один из самых трудных периодов в истории Великобритании - «темные времена». Май 1940 года, Западная Европа за считаные часы пала под натиском Гитлера, Франция готова сдаться практически без боя, фашисты подбираются к границам Англии. И что делать? В Соединенном Королевстве царит политический кризис, на волне которого Черчилль и получает портфель премьер-министра. Его никто не любит - ни народ, ни коллеги, ни король. Монарх - за то, что Черчилль поддержал женитьбу его брата Эдуарда IV на американской актрисе; политики - за то, что не знают, что он может сказать в следующий момент. Ну а простые британцы не могут простить ему провала во время Первой мировой войны Дарданелльской операции, завершившейся жертвами. Более того, Черчилль сам в себе крайне не уверен и почти физически боится брать на себя ответственность за принятие судьбоносных решений. Гари Олдману удалось передать не только сомнения, но и панику и страх старого человека, который поставил на карту свое имя. Шаркающая походка, шамкающий рот... В прошлом веке 65 лет - это было уже очень много. Черчилль, согласно своей знаменитой фразе, «лежит, когда можно сидеть, сидит, когда можно стоять». Он ест в постели, пишет в постели. Но ум - блестящий, язвительный, изобретательный - бодрствует постоянно. Несколько важнейших дней британской истории переданы глазами машинистки, которой Черчилль надиктовывает свои речи и статьи. Девушка в шоке от приступов раздражительности, охватывающих босса из-за того, что она делает неверный интервал на машинописном листе; от его манеры выходить из ванной комнаты голым и шлепать мокрыми ногами по всему дому. Но она и очарована тем, что допущена к мировому политическому закулисью. Машинистку воплотила на экране Лили Джеймс, и ее игра ничем не примечательна в отличие от того фейерверка обаяния и иронии, которое обрушивает на зрителя при каждом своем эпизодическом появлении в кадре Кристин Скотт Томас. Правильно говорят в народе: за успехом каждого великого мужчины стоит великая женщина. Если жена Черчилля действительно была такой, какой ее показала Скотт Томас, в верность этого высказывания веришь на все сто процентов. Остроумная, волевая, способная одним взглядом успокоить разбушевавшегося мужа, умеющая разбираться со счетами и вести дом в отсутствии финансовых средств и при этом всегда элегантная, в умопомрачительных шляпках и брошках - она настоящий подарок судьбы для выдающегося политика. И он ежеминутно помнит об этом, не уставая признаваться супруге в любви. Режиссер Джо Райт, прославившийся оригинальной киноверсией «Анны Карениной», умеет и любит снимать историческую эпоху. Фильм «Темные времена» словно дагерротипная фотография: преобладание коричневых тонов, элегантные люди, элегантные позы... Что и говорить, британцы! Только что они с остервенением ругаются в парламенте, демонстрируя ярость почти футбольных фанатов, а часом позже чинно сидят за аристократично накрытом столом, цедят вино из хрустальных фужеров и орудуют серебряными вилками по коллекционному фарфору. Помимо Черчилля в фильме весьма выпукло представлены и образы других политиков - бывшего премьер-министра Чемберлена (Рональд Пикап) и набирающего политический вес министра иностранных дел виконта Галифакса (Стивен Диллэйн). На противостоянии этих героев с Черчиллем, по сути, и держится вся картина. Как известно, Чемберлен с Галифаксом считали, что Великобритания должна вступить с Гитлером в мирные переговоры. Черчилль, внутренне уверенный в том, что договариваться с зарвавшимся фанатиком - это ниже британского достоинства, все же боится принять неверное решение. Самая картонная сцена во всем этом весьма качественном фильме - эпизод, когда премьер в поисках ответа на свои вопросы (которые он уже частично получил из уст... машинистки) спускается в метро пообщаться с простым людом. Весь эпизод - как вставной зуб. Черчилль, попыхивая сигарой (в 40-е в английском метро можно было курить?), знакомится с пассажирами, спрашивает их мнение об идущей войне и приходит к выводу, что Гитлеру стоит надрать задницу. Апофеозом и без того запредельного пафоса становится цитирование духоподъемных строчек Горация, в котором премьер-министру помогает... ну конечно же, чернокожий юноша. Фильм «Темные времена» уже назвали еще одним «Дюнкерком»: обе картины показывают военную операцию, за которую каждый британец испытывает чувство законной гордости. Но если в фильме Кристофера Нолана нам демонстрировали, как гражданские суденышки спешат на помощь британским и французским солдатам, попавшим в фашистское окружение в Дюнкерке (и тут важны были волны, ветер, отливы-приливы, слезы адмирала), то в фильме «Темные времена» показывается механизм принятия решения. Ведь именно Черчиллю принадлежит эта идея - собрать весь гражданский флот и бросить его на спасение армии. Человек недюжинного ума, хорошо пишущий, но невнятно говорящий, за несколько майских дней собирает волю в кулак и становится фигурой, объединившей нацию. Воистину, как сказал виконт Галифакс, «он мобилизовал свой язык и бросил его на битву с фашистами». С мая по июнь премьер-министр произнес три речи, которые, по сути, вдохновили всю страну, как в 1941-м это сделала речь Сталина, начинавшаяся словами «Братья и сестры!». Кстати, в «Темных временах» ни слова о Сталине, с которым Черчилль все-таки станет позднее сотрудничать в этой войне. Но есть колоритный эпизод телефонных переговоров с американским президентом Рузвельтом, который отказывает Англии в военной помощи. В фильме вообще масса тонкого, остроумного, и, конечно, сценаристы не могли обойти внимание многочисленные шуточки Черчилля, которыми он так славился. Например, разговаривая с королем Георгом VI (тем самым знаменитым монархом-заикой, которого вслед за Колином Фертом весьма достойно сыграл Бен Мендельсон), он отказывается приходить на аудиенции к обозначенному времени: «В четыре я сплю. - Это допустимо? - Это необходимо...», а затем жалуется жене: «Встречаться с ним - все равно что удалять зуб еженедельно». При следующем общении король спрашивает Черчилля: «На завтрак вы пьете скотч. В обед шампанское. И всю ночь бренди. Как вам это удается? - Привычка». Или прислуга сообщает премьер-министру: «Сэр, вас ждет хранитель печати. - Я занят в туалете, и со всем дерьмом сразу мне не разобраться». Ну а чего стоят фразы «для истории»: «Невозможно договориться с тигром, если твоя голова у него в пасти», «Безнадежное дело - единственное, за которое стоит браться»... Гари Олдман, воспроизводя все эти остроты, старался быть максимально точным в интонации и даже тембре голоса - он прослушал много речей премьер-министра, научился копировать его дефекты, именно поэтому он так убедителен в этой роли. И похоже, «Оскара» ему на этот раз не избежать. Фильм заканчивается замысловатыми титрами, из которых следует, что война с Гитлером была выиграна... Великобританией, и во многом благодаря Черчиллю. Российский зритель, безусловно, не может не испытать праведного гнева, прочитав эти строки. А с другой стороны, чего раздражаться? Полезнее самим научиться снимать столь добротные исторические картины. (Илона Егиазарова, «Вокруг ТВ»)

Премьер говорит! Май 1940-го. Великобритания на краю войны: после вторжения в Польшу оккупированы Норвегия и Дания, следом капитулировали Бельгия, Нидерланды, Люксембург и Франция. Гитлер наступает. В сенате паника. Премьер-министр Чемберлен получает вотум недоверия. Его место должен занять граф Галифакс (Стивен Диллэйн) - в Британии каждое назначение регламентировано - и все же король Георг VI (Бен Мендельсон) и парламент принимают вынужденное решение: на ключевой пост назначить Уинстона Черчилля (Гари Олдман). Человека с дурным характером и скверными привычками - о чем перешептываются в парламенте - и с обременительным багажом: виной за летальное фиаско Галлиполи. И этому монстру доверить королевство перед главной войной ХХ века? «Я получил эту работу, потому что корабль тонет», - позже заявит политик. «Темные времена» - история выбора, превратившегося в историю. Политическая логика и тотальный страх парализует, диктуя Европе пассивное сопротивление фашизму. Германия громит французские войска и окружает в Дюнкерке британский экспедиционный корпус, присланный на подмогу союзникам. Помощь США? Напрасные надежды, страна придерживается нейтралитета. Что же Черчилль? Его склоняют к переговорам. Мирным переговорам с Гитлером, диктатором, ефрейтором, ничтожеством... Возможно, в этот момент сомнений и вызревания операции «Динамо» вершилась судьба не только Великобритании, но и всей Западной Европы. Седьмой полнометражный фильм талантливого и разнообразного британского режиссера Джо Райта («Гордость и предубеждение», «Искупление», «Анна Каренина») можно назвать портретом Черчилля. Авторы не пытаются рассказать о едва ли не самом именитом в современной истории политике все, что знают. Райт берет лишь фрагмент из долгой жизни политического тяжеловеса, приближает его, укрупняет оптику. Чтобы в одном эпизоде, как в капле, рассмотреть океан личности. Для Райта суперважно, что Черчилль - не только политик, но журналист и писатель, обладатель Нобелевской премии по литературе. Собственно, основой сценария и стали три главных речи Черчилля, определившие путь нации. Недавно смотрели нолановский «Дюнкерк» - захватывающую драматическую и поэтическую историю эвакуации тысяч британских солдат с береговой линии - «на общем плане». С воздуха видели понурых военных на пляже, в длинных очередях, ждущих решения своей участи, взрывы на пляже, трупы на пляже. А в облаках британцы бились с «мессерами», бомбящими мирные суда-спасатели. В «Темных временах» - та же история спасения армии, когда по приказу Черчилля началась операция «Динамо». В залив со всей Англии отправилась необычайная армада: частные яхты, рыбачьи шхуны, катера и утлые суденышки. Но Райт концентрирует внимание на крупных планах политиков. Выход из безвыходной ситуации придумывается на наших глазах в правительственных кабинетах, в коридорах власти и... в спальне Черчилля. В «Дюнкерке» - изобретательная игра со временем, в «Темных временах» - тщательно выписанная проза тыловой жизни, определяющей судьбы мира. В «Дюнкерке» - попытка визуального эксперимента, игра со временем. У Райта - почтительная старомодность, тусклый свет, тревожно мерцающая лампочка подземного бункера - военного штаба. Многократный оскаровский номинант оператор Бруно Дельбоннель предпочитает мрачные клаустрофобные соцветия в помещениях и набухший дождем воздух на лондонских улицах. Вместо склейки - фотовспышка. Все работает на сгущающуюся атмосферу отчаяния. «Темными временами» назвал Черчилль этот ключевой в карьере период, определивший весь ход жизни. Фильм состоялся в тот момент, когда Райт, прочитав сценарий, в котором драма была приправлена сарказмом, решился пригласить на главную роль Гари Олдмана - своего кумира. Выдающегося актера, непредсказуемого трикстера в «Дракуле» и «Пятом элементе». Нисколько не похожего на монументального премьер-министра, но способного к сказочным перевоплощениям. Тяжелая походка - торжественное ковыляние с наклоном вперед и опорой на палку. Брюки, подтянутые высоко над выступающим животом. Ну и, разумеется, непреложная сигара. С первого появления в кадре Черчилль напоминает уничтоженный за некомплиментарность знаменитый портрет Сазерленда, на котором политик предстал грузным, депрессивным, втекшим в кресло одутловатым стариком. Видимо, Райт и Олдман руководствовались признанием первой любви Черчилля - леди Памелы Литтон: «Когда встречаешь Уинстона в первый раз, сразу же замечаешь все его недостатки, а остаток жизни проводишь, открывая его достоинства». Черчилль диктует машинистке выступление перед парламентариями, лежа в ванной, в постели. В ночной рубашке. В халате без нижнего белья. Запивая слова скотчем. Словно бульдог, бросаясь на девушку, не успевающую расшифровать его бормотание. Так ли уж странно, что он был окружен недоброжелателями, завистниками, оппонентами в сенате? Над искусным гримом трудились знаменитые мастера Казухиро Цудзи и Ивана Приморак. На разработку одной только маски для лица ушло полгода. Больше трех часов грима перед каждой съемкой. Но грим и искусственная тучность - лишь ключ, Олдман играет преображение ворчливого старика с взрывным характером в грандиозного политического лидера с лихорадочной энергией, прозорливостью и острым умом. Без смущения он мгновенно парирует изысканные нападки короля на еженедельных ритуальных встречах («Как вы научились пить и не пьянеть в течение дня?» - «Практика»). Дезавуирует политических оппонентов («Не перебивайте меня, когда я перебиваю вас!»). Пользуется всем богатством языка, чтобы доказать собственную правоту («Нельзя договориться с тигром, когда твоя голова у него в пасти»). В нужную минуту умеет повысить градус востребованного в военную эпоху энтузиазма: «Мы будем сражаться на морях и в океанах, мы будем защищать наш остров, чего бы это нам ни стоило, мы никогда не сдадимся!» Увы, авторы провалили кульминацию. Черчилль второй раз в жизни спустился в подземку по дороге в Вестминстер, где он должен объявить свое решение. И здесь, в метро, он спрашивает мнение у простых людей: готовы ли они бороться? Или следует идти на уступки? Далее следует полная патетики и зашкаливающего пафоса сцена, о которой и говорить не хочется. А вот о выдающейся работе Олдмана, нащупавшего нерв характера своего героя, будут писать и говорить. 200 актеров играли Черчилля на большом и малом экране. Среди недавних удач работа Джона Литгоу в британской многосерийной драме «Корона». Там Черчилль - старый мудрый лис, не торопящийся выпускать из рук нити власти. Черчилль Олдмана - вроде бы чистая непредсказуемость, эксцентричность, но - подчиненные жесткой внутренней логике, несмотря на чудовищное политическое давление. Черчилль Олдмана - это масштаб личности, уязвленной слабостями. Такой сложный, яркий человек мог взять на себя ответственность за страну. Пробудить в соотечественниках веру в победу, когда отчаяние проникло во все поры общества. Как же можно вселить в сознание людей надежду? С помощью слов. О Черчилле говорят: «Он мобилизовал английский язык и отправил его в бой». Шансы спасти армию были туманны, а он в своей первой речи вколачивал в головы британцев слово «победа»: «Вы спрашиваете, какова наша цель? Я могу ответить одним словом: победа - победа любой ценой, победа, несмотря на все ужасы; победа, независимо от того, насколько долог и тернист может оказаться к ней путь; без победы мы не выживем». Он умел балансировать между эмоцией и доводом, и с помощью слов убеждать сограждан в том, что Гитлера можно победить. 4 июня в палате общин он обещал: «Мы будем сражаться на пляжах, будем сражаться на площадке, мы будем сражаться на полях и на улицах, мы никогда не сдадимся». Слова могут менять мир. Когда говорит Черчилль - пушки замолкают, чтобы ударить с новой силой. На пресс-конференции в Торонто Гари Олдман признался, что у него дома есть сборник цитат Черчилля, который он регулярно перечитывает. «Вот и «Оскар» за лучшую мужскую роль», - написали критики, посмотревшие картину. И были правы, «Золотой глобус» Гари Олдману - тому подтверждение. (Лариса Малюкова, «Новая газета»)

Когда слова определяют историю. Его называют величайшим британцем в истории, влиятельнейшим и одним из наиболее харизматичных политиков, каких видел мир. Он прошел одну войну с ружьем в руках, а во второй его сильнейшим оружием стало слово: вооружившись пером и бумагой, он вел страну к победе своим острым умом и легендарными речами, сплотившими нацию в моменты отчаяния. Его триумфы на полях политических сражений изменили судьбы миллионов семей, он был журналистом, художником, писателем. Лауреат Нобелевской премии по литературе и, возможно, один из самых цитируемых политиков всех времен и народов. Великий человек, что тут скажешь. Однако даже у самых великих наступал свой темный час: для Уинстона Черчилля он настал в то же время, что и для всего Соединенного королевства. 10 мая 1940 года он был назначен на пост премьер-министра Великобритании: в своей собственной партии Черчилль не пользовался особым авторитетом, оппозиция была настроена критически, ситуация в Европе заметно обострилась - союзники продолжали уступать нацистским войскам, а вся британская армия терпела крах на берегу Дюнкерка. Безусловно, к своим 65 годам он уже имел вес в Парламенте, однако никто не мог представить, что этот человек действительно возглавит нацию. Но дела во внешней политике сказались очень плохо на толерантной политике Чемберлена (предыдущего премьер-министра), поэтому нужны были решительные действия и желательно под руководством человека, который знает, что делать. Именно таким был Уинстон, которому, чтобы высоко подняться, пришлось, подобно соколу, лететь против ветра. Режиссер Джо Райт, уже работавший в жанре исторического военного кино с картиной «Искупление», приготовил для зрителей картину, которую по форме и содержанию не назовешь типичным байопиком. Кроме того, самих биографических элементов в фильме не так много из-за короткого временного периода, охватываемого картиной. «Темные времена» развиваются в течение всего пары месяцев - с мая по июнь. Но за этот период происходит многое. Будучи назначенным на пост самим королем Георгом VI (в исполнении Бена Мендельсона), Черчилль, маленький человек в эпоху больших событий, столкнулся с серьезнейшей дилеммой: либо пойти на мир с гитлеровской Германией, тем самым, возможно, поставив крест на суверенитете Британии, либо сражаться за каждый сантиметр моря, суши и воздуха, ценой значительных потерь. Концептуальный, оригинальный сценарий Энтони МакКартена (автор «Вселенной Стивена Хокинга») одинаково безупречно захватывает «темные времена» как на глобальном уровне (война с нацистами), так и на личном фронте (борьба с внутренними сомнениями и переживаниями титульного персонажа). Конечно же, нельзя избежать сравнений с «Дюнкерком» Кристофера Нолана. Оба фильма вышли в один год, рассказывают об одном и том же временном отрезке в истории Британии, но с двух диаметральных точек зрения на события во Франции. Если при просмотре фильма Нолана, вы задаетесь вопросом «что, черт побери, в это время делает правительство, и почему стране наплевать на собственных солдат?», то вам обязательно нужно посмотреть «Темные времена». Если во время просмотра картины Райта вы спрашиваете себя, каково сейчас бедным британским ребятам, о чьих судьбах в данный момент ведется ожесточенный спор, то вам необходимо увидеть «Дюнкерк». Два фильма прекрасно дополняют друг друга, причем не только в историческом плане. Но и с художественной точки зрения: у Райта можно насладиться фантастической актерской игрой, легким юмором и яркими персонажами, а Нолан предоставит вам невероятно напряженный, поглощающий и захватывающий опыт от просмотра военного кино. На роль легендарной личности необходимо было подобрать актера под стать. Нужен был человек опытный, талантливый и готовый никогда не отступать в гонке за созданием безупречного образа. Такими качествами всегда славился Гари Олдман, актер с внушительной карьерой и разнообразной галереей персонажей, но до сих пор не отмеченный по заслугам - на его счету одна-единственная номинация за роль в триллере «Шпион, выйди вон!». Но, возможно, британцу просто еще не посчастливилось «споткнуться» о свой великий шанс... до этого фильма. Поскольку Олдман - главная художественная ценность «Темных времен». Хотя самого Гари на экране вы не увидите, перед вами на протяжении всего хронометража будет исключительно сэр Уинстон Черчилль. И речь идет не о кропотливом, фантастическом гриме, тщательно продуманном и наносимом по три часа в день на актера (такая работа, безусловно, должна быть отмечена профессионалами). Дело в максимальном погружении Олдмана, его фантастическая подготовка - чтение книг, копирование походки, создание точной речи политика: от вздохов и кряхтения до особенностей его диалекта. Гари поражает конечным результатом, его игра состоит из сотни мельчайших деталей и нюансов, каждый из которых оставляет свой след на общей картине главного мужского перфоманса 2017 года. Олдман на своем примере подтверждает, что, если актер вкладывает в свою роль душу, ничто, и никакой грим, не сможет помешать ему стать персонажем. Шляпа, часы, очки и, конечно же, сигара. («Отнимите у меня сигару - и я объявлю вам войну!», - говорил британец.) Любопытно, насколько образ Черчилля всегда был востребован: лишь только за последний год премьер-министр появлялся на экранах в исполнении трех различных актеров. В ноябре 2016-го на Нетфликсе вышел первый сезон исторической драмы «Корона», отмеченный рядом престижных наград. Черчилль там - персонаж второго плана, а играет его Джон Литгоу. Несмотря на то, что актер появляется не так часто, Литгоу нарисовал очень яркий образ Уинстона. Мы видим героя уже на его втором сроке на посту премьер-министра, он хрупкий, ворчливый, но все еще опасный соперник в политических баталиях. Для формального обозначения, в «Короне» мы видим Черчилля-парламентера. В военно-биографической драме Джонатана Теплицки с немудренным названием «Черчилль» титульную личность изображает Брайан Кокс. Если в «Темных временах» мы наблюдаем за премьером на начальных этапах Второй мировой, то у Теплицки мы следим за Черчиллем в конце войны. Фильм предвещает операцию «Оверлорд», по исполнению крайне монотонен и наполнен пафосом (чего только стоят размышления политика о цене человеческой жизни на берегу моря). Версия Кокса не выходит за рамки военного контекста, то есть в этом фильме мы видим Черчилля-военного стратега и политика. В картине Джо Райта, несмотря на крайне сжатые временные рамки, личность и характер Уинстона Черчилля раскрывается в разы лучше всех вышеперечисленных образов вместе взятых. Перед нами не только гениальный стратег, умелый политик и искусный парламентер, но еще и великий оратор. Черчилль был способен выдавать чистые факты, без эмоционального шума, увлекать за собой людей, в том числе представителей оппозиции. Сценарий основывается на трех увековеченных речах, мобилизовавших нацию во время всеобщего отчаяния. И Райт вместе с МакКартеном уверены, что именно в ходе написания воодушевляющих речей рождалась легендарная личность. Режиссер запечатлевает не только, как Черчилль зачитывает их, он намеренно обращает наше внимание на сам процесс того, как бессмертные слова рождаются в голове политика, отправляются в полет по просторному помещению, а затем приземляются на страницах его машинистки Элизабет (Лили Джеймс). В «Темных временах» перед нами предстает не герой, не британский бульдог, а скорее человек принципов. Мы вместе с протагонистом проходим через раздирающие его изнутри сомнения, через его кризис самооценки. Олдману удается показать зрителям человеческую натуру, скрывающуюся за фасадом легендарной личности. То есть в одной сцене мы заворожено наблюдаем за его величественным выступлением в Палате Общин, от которого по коже бегут мурашки, олицетворяющим его же собственный афоризм «цель парламента - заменить кулачный бой словесным». А в другой еле сдерживаем смех от того, как все тот же «величайших британец в истории», без штанов и кряхтя, пытается выгнать кота из-под кровати. Олдман раскрывает такие грани в персонаже, о которых мы и не догадывались. То, что Черчилль был ворчливым, чопорным и неуклончивым, мы все знаем из уроков истории, но Гари открывает перед нами куда более тонкую личность, погружая своего персонажа не только в политическую среду, но и в неловкие (две встречи с королем Георгом не могут не вызвать улыбки), и даже в иронические эпизоды (телефонный звонок Рузвельту - просто золото). Многое говорят о Черчилле его отношения с вечно любящей женой Клементиной (Кристин Скотт Томас). Она именно та великая женщина, которая стоит за великим мужчиной. Как говорил сам Уинстон, «ни одна звезда не засияет, пока не найдется человек, который будет держать черное полотно». Клеми, как нежно звал ее муж, не просто держала полотно, она поддерживала Уинстона во всем (исключая, наверное, только политические вопросы, ведь она придерживалась либеральных взглядов, а он был человеком более реакционным). Отслужив два срока на посту премьер-министра своей страны и пройдя две Мировые войны, именно брак с Клементиной Уинстон называл в последствие величайшим достижением в своей жизни. В фильме показаны их редкие разногласия, также периодически премьер-министр срывался на свою машинистку, но в целом же образ Черчилля далек от определения «тиран». Наоборот, перед нами чуть ли ни самый обаятельный и очаровательный Черчилль за всю историю изображения личности на экране (прекрасная сцена в метро уж точно растопит ваши самые скептически настроенные по отношению к персонажу сердца). Джо Райт, после сомнительного «Пэна», возвращается к тому, что у него получается лучше всего - к костюмированным, чисто британским, историческим драмам. «Гордость и предубеждение» открыло постановщика всему миру, а последовавшее «Искупление» лишь подтвердило возложенные на многообещающего британца надежды. Однако потом у Райта наступили собственные «темные времена»: неплохие, но и не примечательные «Солист», «Ханна» и «Анна Каренина». Его седьмой полнометражный фильм вполне может стать его лучшим, по крайней мере, режиссура в «Темных временах» заслуживает похвалы. И в целом, уровень слаженности работы впечатляет: актеры, режиссер, художники по костюмам, гримеры, декораторы - заметно невооруженным глазом проделанный труд. Композитор Дарио Марианелли, с которым Райт работал на пяти своих (лучших) фильмах, прекрасно контролирует динамику фильма, чередуя мягкие мелодии с волнующими духовыми партиями во время напряженно-эмоциональных моментов. Оператор Брюно Дельбоннель вылавливает потрясающие по красоте кадры, заслуживая своей работой как минимум номинацию на премию Оскар. «Темные времена» - результат кропотливой и слаженной работы на всех уровнях кинопроизводства. Джо Райт подготовил для нас информативный и прекрасно укомплектованный урок истории с красивыми кадрами, хорошей музыкой и грамотной режиссурой. Но что действительно заслуживает восхищения - это невероятное, глубокое перевоплощение Гари Олдмана, подарившего нам лучшую роль в своей карьере, самого «живого» Черчилля в кино и образец безукоризненного актерского искусства. (Вадим Богданов, «Новый взгляд»)

Посмотрел фильм о Черчилле "Темные времена". Жаль, что такие полезные, исторические фильмы показывают без широкой рекламы. Фильм действительно интересен, с точки зрения опыта преодоления государством кризиса, опыт победы в войне без заградотрядов, без диктатуры, с сохранением всех демократических институтов. В "Темных временах" нам продемонстрировали, как можно сплотить все общество, все партии (правящую и оппозицию) без идеи захвата сакральных территорий и уничтожения гражданских свобод. Чем интересен фильм? В картине Черчилль показан не только, как премьер-министр, решительный политик, собравший всю волю в кулак, но и растерявшийся под силой обстоятельств обычный пожилой человек. Шутка ли 10 мая 1940 Черчилля утверждают премьером, а через две недели в Дюнкерке (кстати, эти два фильма соотносятся, как будто один приквел другого) случилась военная катастрофа, требующая чрезвычайных мер. Необходимо эвакуировать 300 тыс. окруженных солдат из Франции. И тут важен концептуальный подход. В Великобритании мобилизуют весь военный и гражданских флот на спасение армии. В Советском Союзе принято оставлять в окружении, чтобы "они сковывали продвижение противника". "Сковывание" длилось, как правило, от трех до семи дней. Далее оставшиеся в живых попадали в плен, которых немцы использовали на работах для нужд Германии. С 1940 года Великобритания вела войну с Гитлером в одиночку, не помогали даже США, связанные обязательствами нейтралитета... Что характерно, на публике Черчилль никогда не оставляет чувство юмора. Ему присущи крылатые остроумные выражения: "Небывалая толщина этого отчета защищала его от опасности быть прочитанным". "Все, чего я хотел, - это согласия с моими желаниями после конструктивной дискуссии". "Большое преимущество получает тот, кто достаточно рано сделал ошибки, на которых можно учиться". "Я всегда следовал правилу: не беги, если можешь стоять; не стой, если можешь сидеть; не седи, если можешь лежать". "Врожденный порок капитализма - неравное распределение благ; врожденное достоинство социализма - равное распределение нищеты". "Кто владеет информацией - тот владеет миром". "Я всегда готов учиться, но мне не всегда нравится, когда меня учат". "Успех - это умение двигаться от одной неудачи к другой, не теряя энтузиазма". "Не беспокойтесь о том, как избежать искушения, с годами оно само будет избегать вас". "Генералы всегда готовятся к прошлой войне". (Михаил Долиев)

Выстоять, не сдаваться, смотреть только вперед. Согласно данным социологического опроса, проведенного в 2002 году компанией ВВС, Сэр Уинстон Леонард Спенсер-Черчилль получил безоговорочный статус самого великого британца в истории. Родившись в семье уважаемого аристократа, лорда Рэндольфа Черчилля, будущий Премьер-министр Великой Британии автоматически был причислен к государственной элите и мог совершенно не переживать за обеспеченное будущее, которое должно было настичь его вместе с наследством. И тем не менее юный Уинстон не собирался почивать на лаврах, а принялся самолично выстраивать свою карьеру, обратив особое внимание на армейские дела, в коих завсегда утопала старая добрая Англия. Поступив на службу, Уинстон Черчилль мечтательно полагал, что ему не доведется проходить долгий, изнуряющий путь от простого новичка до командира, однако действительность оказалась несколько иной. Оказавшись в распоряжении боевой части, молодой человек наконец осознал, что далеко не во всех аспектах жизни особую роль играет высокое родство с власть имущими. Но несмотря на отсутствие опыта Черчилль все же сумел найти для себя подходящее место, став одним из ведущих игроков команды солдат в поло. Кроме того, амбициозный военный с непомерными командирскими амбициями сумел проявить себя в качестве умелого журналиста и даже стал делать наброски интригующего романа, который впоследствии был опубликован и снискал прилежные отзывы от критиков. И хотя со временем Черчиллю пришлось уйти из армии, дабы достичь куда больших высот посредством покорения политического Олимпа, армия завсегда давала ему силы и позволила сотворить особую репутацию как во времена Первой Мировой Войны, так и при последующих конфликтах, сотрясающих британское государство. Понимая, что исключительно от него самого зависит его будущее место в истории, Уинстон Черчилль жестко и безжалостно разбирался с политическими оппонентами, не боялся отпустить крепкое слово, пропускал мимо внимания насмешки, принимая их за проявление нелепой слабости, которая совершенно ни к чему в политических баталиях. Долгое время Черчилля держали подальше от властных кабинетов самого престижного эшелона и в определенный период его даже поместили в так называемую изоляцию, однако под напором столь значимой, амбициозной личности ломались самые крепкие замки и открывались любые двери. И в конце концов бывший солдат, горделивый аристократ и весьма недурственный журналист сумел заступить на пост Премьер-министра, тем самым подтвердив свое величие, выкованное твердыми принципами, несгибаемым характером и верой, что исключительно достойные люди способны руководить страной в самый ответственный период. Конечно, в политической карьере Черчилля можно найти немало спорных эпизодов, которые вызывают бурные споры у историков, но нельзя спокойно пройти мимо того факта, что он сыграл ключевую роль в противостоянии с нацистской Германией и приблизил победу, спасшую миллионы ни в чем не повинных жизней. Рассматривая управленческий период Черчилля во главе исполнительной власти, нетрудно отыскать множество запоминающихся фактов из его насыщенной биографии, однако далеко не все особенности утонченных политических игр были известны широкой аудитории. Многие люди знали о Черчилле лишь то, что он был британским политиком эпохи Второй Мировой Войны и не более того. И отчасти искоренить это невежество должна картина режиссера Джо Райта 'Темные времена', повествующая о вступительном периоде Черчилля у власти, когда его фигура стала камнем преткновения для разных политических групп, продолжающих вести бесконечные дебаты, от которых было совсем немного толку. События фильма переносят нас в годы расцвета германской экспансии на европейские территории под предводительством Адольфа Гитлера. Войска фюрера без особых проблем занимают одну территорию за другой и кажется, что никто и ничто не в силах их остановить. Отделенная от материковой Европы Британия смогла на некоторое время почувствовать себя в безопасности, однако было понятно, что непомерные аппетиты Третьего рейха рано или поздно доберутся до пребывающего в стороне острова и тогда уже будет невозможно избежать жертв. Получивший вакантное место Премьер-министра Уинстон Черчилль (Гари Олдман) понимал, что отныне он становится одним из важнейших политических функционеров страны, от которого зависит дальнейший курс государства. Но чтобы консолидировать различные политические формирования, ему необходимо сцепить всю волю в кулак и показать, что в отличии от его предшественников на посту, с ним шутки явно плохи. Черчилль не собирается попросту тратить время, он знает, что миллионы жителей страны требуют от него решений, способных оградить Англию от вторжения, однако очень непросто сражаться сразу на несколько фронтов, когда за твоей спиной находятся весьма сомнительные личности, посредством трусости и высокого статуса пытающиеся заработать себе серьезные политические дивиденды, а заодно предать идеалы свободы, за которую уже пролились кровавые реки бесстрашных солдат. Лента Джо Райта исключает особый размах действий, в ней нельзя отыскать эпические сражения и марширующие легионы солдат. Вместо этого режиссер всецело дарит свое внимание сэру Уинстону Черчиллю, восторгаясь им в каждой сцене. Несмотря на то, что заглавный герой этой напряженной истории уже не молод, в нем чувствуется сила и мощь, которой могут позавидовать даже молодые. Черчилль курит сигары, не прочь употребить спиртное и не стесняется своей полноты, так как его самое большое достояние находится в недрах светлого разума. И оно еще никогда его не подводила. Несмотря на первичную неопытность в качестве Премьер-министра, Черчилль сполна реализовал свой потенциал, взращенный в армейские и последующие годы. Джо Райт решил не углубляться в молодые годы великого политика, но вместе с тем в ленте порой проскальзывают интересные детали и характерное поведение героя, которое явно имеет под собой серьезную биографическую основу. При этом у зрителя не возникнет особого желания выставлять Райту претензии по поводу того, что в «Темных временах» слишком мало времени уделено разбору образа Черчилля с самых разных сторон, включая юношескую. В данном фильме наибольшее значение имеет деятельности героя, как Премьер-министра непосредственно в темные времена, а если кому-то необходимо для понимания образа максимально углубиться в каждый аспект биографии Черчилля, то этому могут поспособствовать документальные фильмы, описывающие история посредством сухих академических данных. Также стоит отметить, что особого упоминания в рамках фильма Джо Райта заслуживает великолепный Гари Олдман. Биологически сухощавый, но в действительности талантливый и не раз всем нам доказавший свое истинное драматическое величие Олдман стал, пожалуй, наилучшим кандидатом на роль Черчилля из тех, что могли бы быть. Сложный грим и костюмы, одетые на актера, позволили ему прочувствовать свой образ и выдать в действительности выдающуюся игру, которая вдохновляет, удивляет и поражает. Гари Олдман словно на несколько месяцев перевоплотился в самого Черчилля и стал его духовным наследником, ведущим борьбу против внутренних и внешних врагов государства. Идеальная выправка и доскональное знание повадок незабвенного Премьер-министра позволили Олдману вновь с громким шумом заявить о себе, а сам фильм Райта заслуживает исключительного внимания и несомненно почтительного отношения. (PALPATINE)

comments powered by Disqus