КРАСНОЕ НЕБО (2023)
ROTER HIMMEL

Дом на берегу Балтийского моря. Когда окружающие леса высыхают и загораются, четверо молодых людей испытывают сильные и противоречивые эмоции. Любовь, ревность, похоть и обида, - все это вспыхивает вместе с окружающим их миром природы.

Леон (Томас Шуберт) приезжает с другом Феликсом (Лэнгстон Уйбель) в деревню, чтобы вдали от городского шума заняться делами: один хочет отредактировать свой второй роман, другой должен подготовить фотопортфолио для поступления в институт. Только у Леона жесткий писательский блок, он злится на себя и всех окружающих людей, наслаждающихся жизнью. Феликс же быстро знакомится с соседкой по дому Надей (Паула Бер), ее партнером Девидом (Энно Требс) и утопает в нежности любовного треугольника. (Дмитрий Елагин)

Молодой писатель Леон принимает предложение друга Феликса отдохнуть в доме его родителей на побережье Балтийского моря. Пока Феликс купается и развлекается, Леон планирует поработать над новым романом. Его планы нарушает непредвиденное обстоятельство: оказывается, одну из комнат в доме уже заняла гостья, - обаятельная продавщица мороженого Надя, к которой часто наведывается местный пляжный спасатель Девид. Раскованные и общительные, молодые люди находят общий язык и весело проводят время, за исключением Леона, который постоянно раздражается по любому поводу и этим маскирует свою прокрастинацию. А между тем ситуация накаляется, и притом буквально: рядом полыхают лесные пожары и с каждым днем они оказываются все ближе к дому... (Антон Смирнов)

БЕРЛИНСКИЙ МКФ, 2023
Победитель: «Серебряный медведь» - Большой приз жюри (Кристиан Петцольд).
Номинация: «Золотой медведь» (Кристиан Петцольд).
ЕВРОПЕЙСКАЯ КИНОАКАДЕМИЯ, 2023
Номинация: Лучший европейский актер (Томас Шуберт).
МКФ В САН-СЕБАСТЬЯНЕ, 2023
Номинация: Приз «Себастьян» за лучший фильм (Кристиан Петцольд).
КФ В СИДНЕЕ, 2023
Номинация: Лучший фильм (Кристиан Петцольд).
МКФ В ТРОМСЕ, 2024
Номинация: Главный приз «Аврора» (Кристиан Петцольд).
МКФ В САН-ПАУЛУ, 2023
Победитель: Премия критиков за лучший фильм (Кристиан Петцольд).
ПРЕМИЯ «ХЛОТРУДИС», 2024
Победитель: Лучшая работа актерского ансамбля.
Номинации: Лучший фильм, Лучший сценарий (Кристиан Петцольд), Лучший монтаж (Беттина Бехлер), Лучший звуковой дизайн (Беттина Бехлер).
МЕЖДУНАРОДНОЕ СООБЩЕСТВО КИНОМАНОВ, 2024
Номинация: Лучший сценарий (Кристиан Петцольд).
ПРЕМИЯ НЕМЕЦКИХ КИНОАКТЕРОВ, 2023
Номинация: Лучшая главная роль (Томас Шуберт).
ВСЕГО 10 НАГРАД И 28 НОМИНАЦИЙ.

Второй фильм запланированной трилогии Кристиана Петцольда (род. 1960 https://de.wikipedia.org/wiki/Christian_Petzold_(Regisseur)), посвященной немецкому романтизму, в частности, теме стихий. В «Ундине» (2020 https://www.imdb.com/title/tt11617052/) речь шла о воде, в «Красном небе» - об огне.
Паула Бер (род. 1995 https://de.wikipedia.org/wiki/Paula_Beer) и Энно Требс (род. 1995 https://de.wikipedia.org/wiki/Enno_Trebs) снимались в обоих картинах кинотрилогии.
Тема и идея фильма возникла у Петцольда во время его борьбы с COVID-19 в марте 2020.
Работая над проектом, Кристиан Петцольд пересматривал картины Ясудзиро Одзу (1903-1963 https://en.wikipedia.org/wiki/Yasujir%C5%8D_Ozu), Робера Брессона (1901-1999 https://fr.wikipedia.org/wiki/Robert_Bresson), Эрика Ромера (1920-2010 https://fr.wikipedia.org/wiki/%C3%89ric_Rohmer) и Клода Шаброля (1930-2010 https://fr.wikipedia.org/wiki/Claude_Chabrol).
Влияние на создание фильма оказали разрушительные лесные пожары в Турции; режиссер посетил пострадавшие районы вместе со своей женой.
Третья совместная работа Петцольда с Паулой Бер.
Портфолио Феликса (Лэнгстон Уйбель, род. 1998 https://de.wikipedia.org/wiki/Langston_Uibel), посвященное "воде", - отсылка к «Ундине».
Рабочие названия: «Die Glucklichen»; «Wenn sie lieben».
Съемочный период: 28 июня - 17 августа 2022 (35 дней).
Место съемок: Аренсхоп https://de.wikipedia.org/wiki/Ahrenshoop, Бранденбург https://de.wikipedia.org/wiki/Brandenburg.
Картину снимали камерой ARRI ALEXA Mini https://www.arri.com/en/camera-systems/cameras/legacy-camera-systems/alexa-mini.
Кадры фильма: https://www.blu-ray.com/Afire/1672162/#Screenshots, https://www.cinemagia.ro/filme/afire-3274993/imagini/, https://www.filmdienst.de/film/details/620345/roter-himmel#bilder.
О сборнике стихов «Романсеро» (1851) Генриха Гейне (1797-1856 https://de.wikipedia.org/wiki/Heinrich_Heine) - https://de.wikipedia.org/wiki/Romanzero.
Текст стихотворения Гейне «Асра» - https://de.wikisource.org/wiki/Der_Asra.
Музыкальные композиции и песни, которые звучат в картине: «In My Mind» (2020 https://youtu.be/_lXjx89--5g) - Wallners https://de.wikipedia.org/wiki/Wallners; «Andata» (2017) - Рюити Сакамото https://en.wikipedia.org/wiki/Ryuichi_Sakamoto; «Be Late» (2002) - Tarwater https://de.wikipedia.org/wiki/Tarwater.
«In My Mind» Петцольд случайно услышал по радио во время работы над сценарием.
Премьера: 22 февраля 2023 (Берлинский МКФ); начало проката: 20 апреля 2023 (Германия, Великобритания).
Седьмой фильм Петцольда, мировая премьера которого состоялась на Берлинском международном кинофестивале.
Англоязычное название: «Afire».
Трейлеры: https://youtu.be/VpzFI4SvokY, https://youtu.be/YHzpUE_FCeI, https://youtu.be/nYIm2nPxBfM; https://youtu.be/Ss0jpO3txVQ.
Обзор изданий картины: https://www.blu-ray.com/Afire/1672162/#Releases, http://www.dvdbeaver.com/film12/blu-ray_review_163/afire_blu-ray.htm, https://www.goodmovies.de/roter-himmel.html.
«Красное небо» на Allmovie - https://www.allmovie.com/movie/afire-vm13179141123.
О картине на сайте Criterion - https://www.criterion.com/films/33797-afire.
«Красное небо» на немецких сайтах о кино: https://www.filmportal.de/d9ea2ab4d489475b8ae57df6b649309f, https://www.visionkino.de/filmtipps/filmtipp/roter-himmel/, https://www.crew-united.com/de/Roter-Himmel__288268.html, https://www.spielfilm.de/filme/3009877/roter-himmel, https://www.moviepilot.de/movies/roter-himmel, https://www.kino.de/film/roter-himmel-2023/, https://www.ofdb.de/film/367482,Roter-Himmel/, https://www.filmreporter.de/kino/101876-Roter-Himmel, https://www.epd-film.de/filme/roter-himmel.
На Rotten Tomatoes у фильма рейтинг 91% на основе 126 рецензий (https://www.rottentomatoes.com/m/afire).
На Metacritic «Красное небо» получил 82 балла из 100 на основе рецензий 28 критиков (https://www.metacritic.com/movie/afire).
Рецензии: https://www.mrqe.com/movie_reviews/roter-himmel-m100143334, https://www.imdb.com/title/tt26440619/externalreviews/.
Интервью с Томасом Шубертом (род. 1993 https://de.wikipedia.org/wiki/Thomas_Schubert_(Schauspieler)) и Паулой Бер - https://youtu.be/GGKhFKQyvK0.
Энно Требс о «Красном небе» - https://www.choices.de/enno-trebs-roter-himmel-interview.
Интервью с Паулой Бер - https://youtu.be/GSnRR5j9yAE.

Поражает, прежде всего то, с какой легкостью Петцольд на примере скучающей, рефлексирующей, мятущейся и просто дышащей полной грудью молодежи экранизирует стихотворение Гейне «Асра» (ака «Невольник», 1851) длиной в шестнадцать строк. Ощущается этот фильм в длину - в те же 16 строк, этого отрезка хватает чтобы внутри Томаса случилась и смерть, и перерождение. (Антон Фомочкин, «SRSLY»)

[...] «Красное небо» - комедия нравов и наблюдений о вынужденном совместном отдыхе нескольких едва знакомых людей, от высокомерного писателя до продавщицы мороженого. Историю про летние каникулы Петцольд выкручивает в злободневную сатиру на отчужденных эгоцентристов, которые так заняты собой, что не замечают ни окружающих людей, ни начавшийся вдали конец света. Забавно, что в 2023 году вышел близкий по духу триллер Сэма Эсмейла «Оставь мир позади», в котором тоже есть побег из мегаполиса, принудительное сожительство и незаметно подбирающийся апокалипсис. [...] (Алихан Исрапилов, «Кинопоиск»)

И прошлое в рутине дней. Ближе к финалу Берлинского кинофестиваля определилась одна из главных тем программы: запутанные взаимоотношения с временем. [...] Леон - герой драмеди «Красное небо» одного из самых известных сегодня немецких режиссеров Кристиана Петцольда - уезжает с другом Феликсом на взморье в загородный дом, чтобы преодолеть кризис «второго произведения». И закончить наконец рукопись своего второго романа с заманчивым названием «Клаб сэндвич». Только все сразу летит вверх тормашками. По дороге ломается машина. И они тащат чемоданы сквозь лесную чащу. Харизматик Феликс вместо работы над своим портфолио шляется с каким-то незнакомцем - мускулистым спасателем. Рыхлый, нервный, капризный Леон скорее делает вид, что работает. Но самое ужасное: в их небольшом коттедже уже живет некая Надя - продавщица мороженого с насыщенной интимной жизнью. И она еще смеет критиковать его творение! В этом хорошо сделанном, ужасно милом, но слишком понятном, без секретов и умолчаний фильме интрига построена на том, что «все не то, чем кажется». Продавщица мороженого окажется лингвистом с ученой степенью, специализирующейся на Гейне и Клейсте. Лентяй Феликс сочинит вдохновенный фотопроект «Люди смотрят на море». Амбициозный роман Леона окажется пустышкой. Понятно, что трагедия, разворачивающаяся на наших глазах из легкой курортной мелодрамы, - и станет основой нового романа, преодолевшего кризис героя. Это вторая часть «стихийной трилогии» Кристиана Петцольда, начатой в 2020-м «Ундиной» - где водная стихия царила в истории про урбанистическую «русалку», которую сыграла муза Петцольда Паула Бер и получила приз за лучшую женскую роль. Здесь она снова царит во всей своей неброской красе, внутренней силе, самоиронии и притягательности. Но главной стихией «Красного неба», в том числе стихией творчества, становится всепоглощающий огонь. А сущностная тема взаимоотношения миров - личного и социума - течет, развивается параллельно в прошлом, настоящем и будущем, сквозит в главных фильмах программы. Они - о символах судьбы, которые нас ведут. О предначертанном выборе... который мы вроде бы самостоятельно совершаем. О жизни, ускользающей в рутине дней. И о сокрушительных стихиях... частью которых мы сами являемся. (Лариса Малюкова, «Новая газета»)

«Красное небо» - вторая часть задуманной Кристианом Петцольдом трилогии о стихиях. Если в сказочной «Ундине» повсюду журчала вода, то здесь полыхает пламя. По настроению, правда, это совсем другое кино. Первый его час - чистая комедия положений. Молодой писатель Леон (Томас Шуберт, одно из актерских открытий фестиваля) вместе с другом Феликсом (Лэнгстон Уйбель) приезжает в загородный дом на побережье Балтийского моря. В планах у приятелей не только отдых, но и работа. Леон вносит правки в свой второй роман, Феликс собирает фотопортфолио для школы искусств. Прибыв на место, герои обнаруживают, что в доме уже живет девушка по имени Надя (любимица режиссера Паула Бер), которая крутит роман с местным спасателем (Энно Требс). Друг от друга этой четверке никуда не деться, поэтому обстановка постепенно накаляется, причем буквально: по соседству бушуют лесные пожары, озаряющие горизонт апокалиптическим красным светом. Напыщенный Леон, тайно недовольный своим романом, изображает измученного работой творца и действует окружающим на нервы. Судя по всем признакам, это автопародия, а само «Красное небо» - кризисный фильм, этакие «8 с половиной» в типичных декорациях лент «берлинской школы» (загородный дом, вечный летний полдень). Все предыдущие картины Петцольда создавались под влиянием его совместной работы со скончавшимся в 2014 году медиатеоретиком Харуном Фароки. После «Транзита» и «Ундины» режиссер окончательно оказался в идейном одиночестве, и по «Красному небу» это заметно. Тут присутствуют интеллектуальные игры, но нет больших смыслов или двойного дна: это фильм о человеке, который, гоняясь за выдуманными сюжетами, забывает жить. Не бог весть какое откровение, конечно, однако есть что-то сокрушительно неотразимое в том, как серьезный немецкий автор, один из самых талантливых в своем поколении, вдруг сдувает щеки и обращает творческий кризис не в усталую драму, а в увлекательную и искрящуюся трагикомедию. (Ксения Реутова, «Кинопоиск»)

В начала XIX века Гегель сформулировал парадокс современного писателя, который даже если не был всеми услышан, в творчестве многих отозвался эхом. Будучи совершенно свободным в отношении выбора формы и материала, современный творец может писать что угодно, но именно по этой причине ему нечего сказать. Он не укоренен ни в чем и в этом его свобода, которая вместе с тем и его приговор. Когда читатель следит за смятениями героя того или иного романа, следует помнить, - перед ним маска самого писателя, который скрывает собственное отчаяние упрямым поиском себя в тексте и посредством текста. Герой нового фильма Кристиана Петцольда - типичное воплощение такого рода героя, который под верой в свое писательское предназначение скрывает собственные комплексы и огораживается от окружающих. То, что Петцольд работает с клише, - само по себе не плохо: выбранная тематическая рамка обязует его находиться среди общих мест. Проблема в другом. Один именитый писатель однажды сказал о своем эпигоне: он пишет так же, как я, только он делает это всерьез. Аналогичным образом Петцольд работает со своей историей, скроенной из расхожих сюжетных ходов: он искренне верит, что способен вдохнуть жизнь в нарратив, который умер пару столетий назад. По внешним признакам «Красного неба» может показаться, что его режиссер примерил обувку Рудольфа Томе, который часто работает с литературным наследием романтиков (не обязательно напрямую). Однако Томе в своих фильмах пытается пересобрать механизм иронии, порядком поржавевший за последнее время. Его поздняя трилогия «Путешествий во времени» (2003-2006) работает с романными клише, перенесенными в кино, с улыбкой хирурга. Тогда как Петцольд, тоже мысля циклами («Красное небо» - вторая часть т. н. «трилогии стихий»), полагает, что кратчайший путь к убедительности художественной формы - прямая линия и наивная интонация. Отсюда смерть в «Красном небе» видится неуместной и поэтому вульгарной. Вальтер Беньямин, который внимательно отнесся к урокам Гегеля о современной литературе, так писал об отношениях романа и его читателя: «то, что влечет читателя к роману, - это надежда согреть свою пронизанную холодом жизнь, согреть смертью, о которой он читает». Фильм Петцольда, несмотря на бушующие в нем пожары, не может согреть никого даже при помощи крайних решений. 2/5. (Олег Горяинов, «Cineticle»)

Драма о высокой цене искусства. Кристиан Петцольд - один из самых известных представителей «берлинской киношколы»: режиссеров, которых нельзя объединить единым местом учебы или общей эстетикой, а только временем начала карьеры. Ангела Шанелек, Флориан Хенкель фон Доннерсмарк и Кристоф Хохойслер дебютировали в 90-х и начале 2000-х годов, их работы оказались наиболее успешными среди зрителей и критиков, Петцольду же повезло больше всех. Последние фильмы кинематографиста - любовные драмы со сказочными элементами - собирают кассу в кинотеатрах и получают призы на кинофестивалях. В «Фениксе» женщина заново добивается мужа, не узнавшего ее после пластических операций; в «Ундине» героиня убивает своего бывшего партнера, чтобы вытащить из комы нынешнего. «Красное небо» также начинается как сказка - у Леона и Феникса ломается машина, они застревают в лесном домике с пляжем неподалеку. Петцольд, как некоторые авторы, рисует женщину загадочным для мужчины существом, идеальным и возвышенным. В «Красном небе» такую недосягаемую, одетую в легкие платьица Надю играет Паула Бер (ей же досталась главная роль в «Ундине»). Хотя у нее, как и у других подобных героинь немецкого режиссера, есть своя тайна, Надя - второстепенный персонаж, в центре внимания отчаявшийся Леон и история создания истинного произведения искусства. Звучит пафосно, поэтому режиссер большую часть хронометража посвящает шуткам и типичным сценкам летнего отдыха, чтобы спрятать тему авторства. Леон пытается сесть за работу, но его постоянно что-то отвлекает: нужно купить продукты, починить протекающую крышу, посмотреть номер в отеле для редактора и еще раз отказаться от предложения пойти искупаться в море. Звуки также раздражают мужчину: жужжат мухи, зудят комары, и кто-то очень громко занимается сексом ночью. Эти моменты полны юмора, нетипичного для творчества Кристиана Петцольда. За ними можно не заметить скрытой главной линии о цене создания искусства. Автор снова использует сказочные мотивы: Феликс и Леон должны пройти испытания, чтобы добиться желаемого. У первого все просто - это любовь, вдохновляющая на интересный концепт портфолио, у второго сложнее. Из-за чьих-то ночных приключений Леон часто засыпает днем, теряя драгоценное время на редактуру своего романа. В сказках и мифах сон - маленькая смерть, если герой проваливает испытание дремой, то ему придется столкнуться с большими трудностями: кого-то убить или самому умереть и потом воскреснуть. В «Красном небе» Петцольда в ночи небо багровое из-за лесных пожаров, постепенно подступающих к домику в лесу. Пожары - это рок судьбы, от него не сбежать, он поломает жизнь, чтобы расставить все на свои места: кому-то смерть принесет, а кому-то - новое рождение. Оценка: 7/10. (Дмитрий Елагин, «Film.ру»)

Немецкий постановщик продолжает тему невозможности любви и принятия себя в современном мире. В выходные любимец Министерства культуры Германии Кристиан Петцольд получил «Серебряного медведя», большой приз жюри на 73-м Берлинском кинофестивале, за картину «Красное небо» - вторую работу его серии фильмов, начинающейся с «Ундины» (2020). Немецкий постановщик снова рассказывает о разных стихиях и как люди ощущают их в современное время. В прошлый раз речь шла о воде, а сейчас Петцольд обратился к огню. На востоке Германии, где-то на территории маленького городка под названием Росток у Балтийского моря, молодой писатель Леон пытается закончить книгу, в то время как его близкий друг и попутчик Феликс все жаждет искупаться и сделать красивые фотографии побережья и воды для своего проекта. Они останавливаются в небольшом доме, где проживает также и Надя, периодически подрабатывающая в лавке мороженого на берегу. Леону эти несколько дней вынужденного отдыха кажутся самыми изматывающими, потому что везде слишком шумно и никто не хочет оставить его в покое. А ведь ему необходимо закончить книгу, в которую он давным-давно не верит. Еще и новости про опасные пожары, настигшие большую часть Германии, и красивый мужчина Девид, который слишком откровенно флиртует со всеми и вроде выходил из комнаты Нади прошлой ночью. Никакой тишины. Тяжела жизнь писателя в творческом кризисе. Приходится играть роль настоящего ворчуна, медленно, но стремительно отталкивать каждого доброжелательного прохожего. Нет, никакого нормального отношения такой человек недостоин, потому что он еще ничего не добился. Его тексты - полный кошмар, а возможно, их просто никто не понимает, и сам издатель планирует приехать в восточную часть Германии, чтобы отредактировать большую часть страниц. Полный провал. Что же делать? Рядом Феликс рассказывает о своих мечтах, о желании закончить фотопроект и запечатлеть на камеру море и людей таким образом, каким еще ни один художник не пытался. Леону все это безразлично, он слишком глубоко ушел в себя, что не замечает амбиции своего самого близкого друга. Зато Девид можно спокойно ворковать с Феликсом, рассказывать самые интересные истории и быть душой компании. Леону остается только курить самокрутку и медленно уходить в пучины своей тревожности. Только Надя готова подливать больше вина, ездить на велосипеде за продуктами, готовить ужины, бесконечно улыбаться и ничего о себе не рассказывать. Девушка-вода, девушка-огонь, девушка-энигма. Герои оказываются в очень узком пространстве, в одиноком, но очень живом пространстве, маленьком, словно дачный домик (а если говорить о Восточной Германии, то мы почти уверены, что так оно и было в прошлом). С одной стороны их настигают знойные и устрашающие лесные пожары, а с другой - бесконечное, но такое холодное море. Они заперты в собственных амбициях, чувствах, грезах, желаниях и свободе, данной каждому человеку, идущему на этой земле. Они делают ошибки, легкомысленные поступки, страстные движения, чтобы просто найти способность дышать. Комедия жизни переплетается с устрашающей драмой реальности, где иногда просто необходимо бросить все попытки постоянного невыносимого движения вперед и остановиться. Просто вздохнуть. Только дышать среди бесконечного огня и дыма просто невозможно. Петцольд это слишком хорошо понимает. (Ася Заболоцкая, «Киноафиша»)

Берлинале 2023: «Багровое небо» - все не то, чем кажется. 22 февраля на Берлинале в основном конкурсе прошел показ фильма «Багровое небо» Кристиана Петцольда. Лента стало второй частью трилогии, посвященной стихиям природы. В первой части, «Ундина», речь шла о воде, второй фильм об огне, неотвратимо надвигающемся и безжалостно стискивающем свое кольцо вокруг героев. Кристиан Петцольд яркий представитель и лидер Берлинской школы, любимец критики уже 20 лет регулярно представляет свои новые работы на различных фестивалях. На Берлинале фильмы режиссера неоднократно были отмечены призами. После сказочной «Ундины», которая стала началом трилогии по мотивам немецкого романтизма и исследованием истоков любови, режиссер возвращается в «Багровом небе» к чистому реализму, более характерному для его работ, даже в тех случаях, когда он расширяет жанр драмы элементами нуара, мелодрамы или хичкоковского триллера. В новой картине немецкого автора местом действия становится одинокий дачный дом в лесу около пляжного городка на Балтийском море - по определению обитель спокойствия и умиротворения. Двое молодых людей Леон (Томас Шуберт) и Феликс (Лэнгстон Уйбель), чья семья владеет домом, приезжают сюда для обретения вдохновения и работы над своими творческими проектами. Но тревога нарастает по мере того, как небо становится багровым с приближением лесных пожаров. Беспокойство, вызванное стихийным бедствием, перекликается с неуверенностью в себе главного героя, Леона, который специально уехал из Берлина для тихой работы над рукописью своего нового романа, но никак не может сосредоточиться. Оказывается, в доме обнаруживается еще один сосед, точнее соседка - весьма неаккуратная особа, где-то пропадающая целый день, а по ночам не дающая заснуть своими недвусмысленными стонами. В роли легкомысленной сезонной продавщицы мороженного на набережной мы видим новую музу Петцольда - Паулу Бер, которая снялась уже в третьем по счету фильме режиссера (впервые появилась в «Транзите» 2018 года, а за Ундину получила Серебряного медведя в 2020 году), перехватив эстафету у Нины Хосс. Актриса создает образ современной самодостаточной молодой женщины без комплексов, уверенно чувствующей себя в компании мужчин. Все это кажется необычайно легким для фильма Петцольда, а его традиционные стилевые элементы и вовсе отсутствуют - герои находятся в вакууме без политического, экономического, исторического или социального контекста. Но по мере того, как сообщения о пожарах становятся все более тревожными, а звук самолетов, пролетающих низко над лесом, становится все более частым, зритель тоже начинает ощущать беспокойство. Поначалу мы думаем, что общее напряжение создается внутренним беспокойством Леона. Его неспособность добиться прогресса в написании романа давит: он, с одной стороны, мечтает об успехе, но чувствует, что текст слабый. Вот и Надя (так затейливо зовут героиню Паулы Бер), которой он зачем-то дал почитать рукопись, подтверждает эту догадку. И издатель, неожиданно нагрянувший собственной персоной к ним в глушь, перечеркал половину страниц. Леон зол и подавлен, а тут еще Феликс, вместо того чтобы думать о своем портфолио, заводит новый роман. Его мизантропия усиливается по мере того, как приближается огонь. Отдельно стоит отметить актерскую работу Томаса Шуберта, играющего довольно неприятного персонажа, полноватого рохлю, временами он даже выглядит жалким. Тем не менее без излишней экзальтации образ Леона получился очень, актуальным и созвучным времени, а главное правдоподобным в изменчивом мире смены гендерных ролей. (Матвей Ромодановский, «ProfiCinema»)

«Красное небо» и синие сны Кристиана Петцольда. В лесах Германии пылают пожары, но они еще далеко, а пока двое друзей, Леон и Феликс, отправляются на балтийское побережье, чтобы заняться там разнообразными полезными делами: Леону нужно закончить роман, Феликс работает над фото-портфолио. Правда, с самого начала что-то не ладится. Посреди леса ломается машина, а дом оказывается занят - там живет сезонная работница Надя (Паула Бер, которая снималась и в предыдущей картине Петцольда «Ундина»). Ее по ночам навещает любовник Девид. Ничего не остается, как всем вместе проводить лето у моря. Неловкие ситуации, влюбленность и ревность, жужжание мух и ужины на террасе - жанр летнего фильма отлично знаком французам или американцам: герои, молодые люди, постигают таинства любви, отношений и самих себя на фоне летней природы и вдали от родительского надзора. Только вот немецкое кино такого жанра не знает. И уж тем более далек от него Петцольд. Его серые автобаны и немецкие захолустья, берлинские улицы или исторические полустанки мало общего имеют с ярким курортным променадом, на котором шумит жизнь. То же и с героями. Вместо вдумчивых, молчаливых и энигматичных героинь прежних фильмов (Барбара из одноименного фильма, Нина в «Призраках» или Нелли в «Фениксе») - вудиалленовский писатель-невротик Леон и окружающие его молодые люди, которые ведут оживленные беседы на манер ромеровского «Зеленого луча». Надя продает детворе мороженное, Леон мечется в поисках номера в отеле для своего редактора, который обещал заехать для обсуждения текста. Феликс и Девид жизнерадостно болтают на пляже, обсуждая будущий фотопроект. Что-то здесь не так. После премьеры его предыдущего фильма «Ундина» здесь же, на Берлинале, Петцольд отправляется с картиной в Париж, где умудряется подхватить коронавирус. Тогда-то, лежа несколько недель в горячке, он и задумывает свой следующий фильм. Вероятно, дело в температуре. Ведь в «Красном небе» Петцольд еще и удивительно игриво обращается с жанрами. В самом начале фильма, когда у Леон с Феликсом остаются без машины, двое отправляются к дому пешком, благо что Феликс знает короткий путь через лес. И внезапно в этом самом лесу уверенно проступает хоррор: Леон остается один на один с устрашающей и полной звуков чащей. Эти звуки еще понадобятся, когда в финале пожар доберется до местных, и на выжженный лес опустится мертвая тишина. Сейчас же, двое добираются до дома, и мы оказываемся посреди густопсового ромкома. Не забывает Петцольд и о своей прежней образной системе. Его фильмы всегда близко соприкасаются с материей сна. «Кино и есть сон. Мы сидим в зале, смотрим фильм, наполовину бодрствуя, наполовину пребывая во сне», - говорит во время пресс-конференции Петцольд. Напоминает своей структурой сон «Йелла» (2007), между фантазией и явью разворачивается действие «Ундины» (2020). В «Красном небе» Петцольд идет дальше, и его комичный (поначалу) герой-невротик просто-напросто постоянно засыпает. Он должен дописать свой роман, но все словно бы ополчились против него: то друг Феликс зовет на пляж, то пленительная Надя шуршит на кухне в своем красном платье, то Девид красуется оголенным торсом. Тут не до романа. И хотя Леон героически отказывается от развлечений - «мне нужно работать», - мучительный творческий процесс не идет. Леон кидает в стену теннисный мяч, бродит по пустым комнатам дома, но все больше спит. Жизнь проносится мимо него, ему до слез обидно, а зрителям - смешно. Приезжает редактор, и начинается новый жанровый виток - экзистенциальная драма. Надя читает по памяти стихотворение «Азра» Гейне, Леон окончательно отчаивается, а пожары все ближе. Петцольд все еще снимает немецкое кино, просто на смену городской фактуре приходит природная мифология. Это направление он взял еще в «Ундине», где двое главных героев взаимодействовали со стихией воды, здесь центральное место отдано немецкому лесу. И лес этот в огне. В отличие от «Ундины», у героев нет допуска к таинствам природы. И хотя чистая синь ночи ложится на их лица, дальше им хода нет. Свечение моря и пылающие небеса за черной кромкой леса - на этом могущественном природном фоне беспомощные персонажи Петцольда наконец-то обретают истинную человечность. Нелепые, смешные, мятущиеся и смертные. (Ирина Марголина, «Сеанс»)

Искусство как испытание. Фильм Кристиана Петцольда «Красное небо» - это тонкое сочетание летней комедии и философской драмы о творчестве, вдохновении и цене, которую приходится платить за создание истинного искусства. Режиссер, известный своими работами в жанре любовной драмы с элементами сказочности («Феникс», «Ундине»), снова обращается к темам мистики и человеческих взаимоотношений, но на этот раз делает акцент на внутренней борьбе художника. Главные роли исполнили Томас Шуберт (Леон) и Лэнгстон Уйбель (Феликс), чьи персонажи оказываются втянутыми в историю, где реальность переплетается с аллегориями. История начинается с того, что Леон и его друг Феликс приезжают в уединенную деревню, чтобы сосредоточиться на своих проектах. Леон должен отредактировать свой второй роман, а Феликс - подготовить фотопортфолио для поступления в институт. Однако у Леона возникает жесткий писательский блок, который приводит его в состояние раздражения и злости. Он не может найти вдохновение, постоянно отвлекаясь на бытовые мелочи: покупку продуктов, ремонт крыши, встречи с местными жителями. Феликс, напротив, быстро адаптируется к новой обстановке. Он знакомится с соседкой Надей (Паула Бер) и ее партнером Девидом (Энно Требс), погружаясь в любовный треугольник. Надя, одетая в легкие платья и олицетворяющая загадочность женской природы, становится символом возвышенного идеала, характерного для фильмов Петцольда. Однако она остается второстепенным персонажем, тогда как центральной фигурой остается Леон, чья борьба с собой становится главной темой картины. Одним из главных достоинств фильма является проработка образа Леона. Томас Шуберт создает убедительный портрет человека, который оказывается на грани эмоционального срыва. Его герой злится не только на себя, но и на окружающих, которые кажутся ему слишком беззаботными. Звуки природы - жужжание мух, зуд комаров, громкие ночи - становятся для него символами отвлечения от главной цели. Эти моменты наполнены юмором, который добавляет фильму легкости, но под их поверхностью скрывается глубокая тема творческого кризиса. Феликс, напротив, предстает перед зрителем как человек, легко находящий вдохновение. Его любовная история с Надей становится для него источником идей для портфолио, что контрастирует с творческим параличом Леона. Этот контраст подчеркивает различие между двумя типами художников: один черпает силы из жизни, другой теряется в ее хаосе. Одним из главных достоинств фильма является его стиль. Петцольд мастерски использует сказочные мотивы, чтобы рассказать историю о творческом процессе. Лесной домик, багровое небо из-за лесных пожаров и постоянное ощущение надвигающейся опасности создают атмосферу тревоги и неопределенности. Пожары становятся метафорой судьбы, которая меняет жизни героев, разрушая одни и давая начало другим. Юмор и повседневные сценки летнего отдыха служат фоном для более глубоких размышлений. Петцольд скрывает философскую подоплеку фильма за легкостью повествования, что делает его доступным для широкой аудитории, но при этом оставляет пространство для интерпретаций. Основная тема фильма - это цена создания искусства. Для Леона творчество становится испытанием, через которое он должен пройти, чтобы достичь своей цели. Его сны и дремота, вызванные ночными шумами, становятся символом маленькой смерти, которая предвещает большие перемены. В сказках сон часто ассоциируется с потерей контроля, и в «Красном небе» это проявляется через то, как Леон теряет драгоценное время на редактуру романа.Еще одна важная тема - это природа вдохновения. Для Феликса любовь становится источником идей, тогда как Леону приходится бороться с собственными демонами, чтобы найти свою музу. Фильм исследует, как разные люди по-разному подходят к творческому процессу, и как внешние обстоятельства влияют на их работу. Главная проблема фильма заключается в том, что тема авторства и творчества остается слишком скрытной. Петцольд намеренно маскирует ее за комедийными сценками и бытовыми деталями, что может оставить зрителя с ощущением недосказанности. Хотя фильм полон символизма, не все зрители смогут уловить его глубину. «Красное небо» - это фильм, который предлагает зрителям задуматься о цене искусства и роли вдохновения в творческом процессе. Благодаря мощной игре актеров, продуманному сценарию и атмосферной режиссуре, картина становится одной из самых интересных работ Кристиана Петцольда. («Film-Info»)

Два друга едут на красной машине к домику у моря. По дороге машина ломается, выбрасывая клубы пара, словно предупреждает о чем-то нехорошем, что может случиться. Но друзьям не до примет и знаков. Оба они - творцы, оба - в своих мыслях и планах. Леон - писатель. Он только что закончил рукопись второй книги под нелепым названием «Клаб-сэндвич». Осталось отредактировать и внести окончательные штрихи. Феликс - фотограф. Ему нужно сосредоточиться на своем портфолио. У обоих планы на отдыхе поработать. Но, когда они вваливаются в дом, уставшие, ведь добирались пешком, выясняется, что они там не одни. Девушку, которую мать Феликса пустила пожить в семейном загородном доме, не предупредив об этом сына, зовут Надя. Она приходит только ночью, когда герои уже спят. Леон видит ее утром издалека - стройная фигурка в красном платье. Развесила белье и умчалась куда-то на велосипеде. Надю играет актриса Паула Бер, получившая три года назад на Берлинале «Серебряного медведя» за работу в другом фильме Кристиана Петцольда - «Ундине». На Берлинале-2023 говорят и пишут о том, что режиссер снимает трилогию. «Ундина» - первая ее часть, «Красное небо» - вторая, и будет еще и третий фильм. Задача сложная в том плане, что и «Ундина» - яркий, заметный фильм, в котором Паула Бер сыграла гида, а в нее влюблен главный герой Кристоф, который романтизирует образ Ундины. Но фильм «Красное небо» - на голову выше. Более того, можно утверждать, что это самая сильная картина из всех, что снимал Петцольд, да и в конкурсной программе Берлинале она, несомненно, опережает других и является ярким претендентом на «Золотого медведя». Главный герой фильма «Красное небо» - это Леон. Молодой писатель с вечно недовольным выражением лица. Он живет в своей творческой реальности и совершенно не хочет нормально взаимодействовать с окружающим миром. Пойти поплавать к морю, помочь Феликсу починить крышу (в семье умер отец, и Феликс с матерью остались вдвоем), да просто помыть посуду и убрать со стола... До всего этого Леон не снисходит. Когда они знакомятся с Надей и ее приятелем Девидом (да-да, его имя пишется и звучит именно так), который работает спасателем на пляже, у Леона оба вызывают раздражение. Особенно Девид и его рассказы за ужином - Леон даже не может сдержать себя и переходит в нападение. Тем временем у Феликса, который живет полной жизнью, рождается идея серии снимков для портфолио: ее герои - люди, которые смотрят на море. И у Леона это не вызывает ничего, кроме зависти. К тому же Феликс не притворяется, что корпит над работой, не отказывает себе в удовольствии поплавать, погулять, пообщаться, и творчество у него возникает само собой - как органичная часть жизни. У Леона же все застопорилось, более того, он не может разобраться в своих чувствах к Наде. Девушке, о которой ничего толком не знает, но делает о ней поспешные выводы. В то же время, пока несколькими ненавязчивыми штрихами, Петцольд продолжает тему опасности. Друзья поехали в городок неподалеку закупаться продуктами - там специальная машина с громкоговорителем предупреждает о сильных лесных пожарах. Роль красного цвета в этом фильме заслуживает отдельного изучения. Красное вино, красный гуляш, который готовит Надя, - девушка падает с велосипеда по дороге домой, и мясо выпадает из пакета, разбрызгивая кровавые капли. Огонек от сигареты Леона. Однако молодой писатель по-прежнему не видит реальной жизни. Все словно проходит мимо него. Он проникается непонятным чувством к Наде и в каком-то порыве дает ей прочитать свою рукопись. Девушка даже не успевает произнести слова о том, что прочитанное ее не впечатлило, как Леон это считывает и идет страдать к морю, досадуя на себя за то, что дал прочитать свой труд несведущей соседке по дому, которую он к тому же почти не знает. Фильм Петцольда - о реальности и ее отображении в творчестве. Об интеллектуалах как о мучениках - людях мятущихся и рефлексирующих, о сложной любви и непонимании... В этом фильме режиссер - как некий немецкий Чехов. Какая сила раскрытия характеров, какие персонажи! Перед зрителями разворачивается самая настоящая драма с небольшими, но яркими искрами юмора. В картине очень точно подобрана музыка - Петцольд рассказывал в Берлине во время общения с журналистами, как услышал композицию Wallners In My Mind несколько лет назад и точно понял, что она должна быть в его фильме. Название песни можно перевести как «В моем сознании» или «В моем понимании». И это очень точно соответствует мироощущению и режиссера, и его героя. Все происходящее преломляется в сознании и понимании творца, и благодаря этому из жизни извлекаются самые важные уроки. (Сусанна Альперина, «КиноТВ»)

Нежность лета и пылающие небеса. В рамках конкурсной программы Берлинского фестиваля состоялась премьера картины Кристиана Петцольда «Красное небо». Каким получился новый фильм классика Берлинской школы, с места событий рассказывает Ирина Марголина. За кадром разносится стремительная и чувственная музыка, по окну машины бежит отражение листвы. Двое друзей, Феликс (Лэнгстон Уйбель) и Леон (Томас Шуберт), мчатся навстречу приключениям. Правда, недолго: машина ломается на безлюдной дороге, и приятели с багажом наперевес отправляются пешком. Их ждут летний домик, курортный город и работа: Леону нужно отшлифовать свой роман, а Феликсу - соорудить какое-то вменяемое фото-портфолио. И странно в этой завязке все. Странно для Петцольда. Свой первый художественный фильм Кристиан Петцольд выпустил еще в 2000 году и с тех пор успел крепко обосноваться в современной истории немецкого кино. Не только как один из основателей Берлинской школы, но и как режиссер, который снимает фильмы про Германию. В его «Ундине» (2020) действие разворачивается в современном Берлине, «Феникс» (2014) рассказывает о Берлине послевоенном, а «Йелла» (2007) и «Йерихов» (2008) - о безликих немецких дорогах и неприметных городках, их укладе, тишине и отчужденности. Да и герои Петцольда обычно неразговорчивые, сосредоточенные, тревожные. Леон в «Красном небе» тоже очень тревожен. Это становится понятно, как только он вместе с Феликсом добирается до летнего домика, но его невротическая тревожность совсем иного толка. Леон куда больше напоминает героев Вуди Аллена и постоянно попадает в комические ситуации. Оказывается, Петцольд отлично умеет снимать романтическую комедию! В «Красном небе» режиссер не просто изменил своим уже привычным главным героиням, он создал уморительный образ человека, который сам доставляет себе неприятности. И, судя по всему, он ему как родной: «Все мои герои имеют дело с проблемами, которые существуют только у них в голове, но здесь и вправду образ Леона был мне крайне близок. У меня и у самого был период, когда я, снимая свой второй фильм для телевидения, "Куба либре", не просто работал, но еще и изображал из себя режиссера. Это было утомительно, да и фильм не получился. И Леон такой же, он пишет роман и делает вид, что он писатель. Его роман называется "Клаб-сэндвич", и это плохой роман. Понимаете, "Куба либре" и "Клаб-сэндвич" - это что-то, что можно вместе заказать в номер отеля, это нас с героем роднит. Мне было очень легко объяснить Томасу Шуберту [играет Леона] его роль», - прокомментировал Петцольд на пресс-конференции столь разительные перемены. А еще пошутил, что у французов и американцев есть отдельный жанр - «летний фильм», а в Германии - только истории о том, как немецкие студенты возвращаются на каникулах домой и сообщают родителям, что сменили ориентацию. И Петцольд берется исправлять ситуацию: снимает фильм о молодых людях, которые ведут беспечные беседы, купаются в море, пьют вино и влюбляются друг в друга. Да, влюбляться есть в кого. Оказывается, что домик не пустует: в нем расположилась загадочная мороженщица Надя (Паула Бер). Она и становится для Леона главным раздражающим фактором. Но образная система фильма ромкомом далеко не исчерпывается: и, помимо шуток про гуляш (мы все еще в Германии), Петцольд умудряется рассказать о чем-то большем, сильно большем. На фоне этого скромного торжества жизни - совместных ужинов, прогулок и перебранок - происходит страшное. Горят леса. В одной из сцен герои забираются ночью на крышу дома и смотрят, как за горизонтом пылает красным небо. С этого момента все становится качественно иным. Петцольд не оставляет своих героев, они все так же увлечены делами и разговорами, но теперь за ними проступает общий план. Природа вступает в свои права, и человек оказывается перед ней бессилен. Cнова вместо прежних асфальтовых автострад, бетонных городских площадей и замкнутых героев Петцольд дает горящие цвета и сердца. Надя цитирует Гейне, и моментально место курортной романтики занимают глубокие чувства. Природная агония сливается с агонией чувств. Петцольд в конкурсной программе не единственный, кто, обладая статусом признанного немецкого режиссера, представляет свою новую картину. Участвуют в конкурсе и Ангела Шанелек (тоже представительница Берлинской школы) с фильмом «Музыка», и Маргарете фон Тротта (и вовсе классик, начинала еще в 1970-е) с картиной «Ингеборг Бахман: Путешествие в пустыню». Обе режиссерки предлагают сложное интеллектуальное кино, которое лишь подтверждает их статус и вполне соответствует стилистике прежних картин. Такое кино требует усилий и вознаграждает за них смыслами. Фильм Петцольда, отстоящий от других его работ, пронизанный жизнью, воздухом и трепетом, становится настоящим праздником. Смыслов там не меньше, но уж точно никаких усилий не понадобится, чтобы понять и полюбить это кино. (Ирина Марголина, «Окко»)

Смотреть - не значит видеть. [...] Один из основоположников «берлинской школы» Кристиан Петцольд уже долгие годы верен своим стилистическим принципам и не считает нужным от них отклоняться. Оно и правильно: за верность повествовательным особенностям режиссера любят и поклонники, и критики, а сами фильмы стабильно получают престижные награды вроде призов Берлинале или Европейской киноакадемии. Для картин «берлинской школы» характерны сюжетный минимализм, созерцательность и медитативность, а также внимательное наблюдение за тонкими поведенческими нюансами героев. Режиссер, сценарист и кинокритик Кристоф Хохойслер так определял для себя важность столь аскетичного подхода к нарративу: «Самые счастливые моменты моей киножизни были всегда связаны с состоянием чистого созерцания, вне всякой морали, с концентрацией, пребыванием у себя самого». Конечно, такие ленты не располагают к большому кассовому потенциалу, но этим подобная кинопродукция и хороша - так называемой штучностью, стремлением найти своего зрителя среди огромной толпы и удовлетворить его индивидуальные вкусы. «Красное небо» способно служить классической иллюстрацией творения выпускника «берлинской школы» - Германия как единственное место развития действия, жаркий, томный летний полдень, неспешный ритм повествования, максимум внимания к бытовым мелочам и самим персонажам, плюс легкий, но важный символизм. Фабула Петцольда кажется почти чеховской: праздные герои, проводящие беззаботный отдых на даче, много природы, диалогов и сложных взаимоотношений, которые на первый взгляд кажутся банальными. В то же время приемы, с которым Петцольд описывает атмосферу полублаженной неги, часто вызывают ассоциации с французским или итальянским кинематографом вроде работ Клода Миллера, Эрика Ромера или более поздних Мии Хансен-Лев и Луки Гуаданьино. Это и жужжание назойливых насекомых, и шум морского прибоя, и скрипы половиц старого дома (как и другие, более прозаические звуки, которыми обычно сопровождаются встречи любовников). Но в то же время чувственный эротизм или романтическая обстановка у Петцольда подменяются едва заметным, но все же ощутимым чувством, будто здесь что-то не так. Этот тревожно-зудящий тон задают лесные пожары, которые, по сути, даже не появляются в кадре, но герои то и дело слышат, как над головой проносится авиация МЧС, вдалеке раздается предсмертный визг животных, на головы периодически сыпется похожий на снег пепел, а по вечерам горизонт окрашивает почти апокалиптическое пламя. Все это не только подогревает страх за дальнейшую судьбу персонажей, но и служит метафорой постепенно накаляющихся отношений между героями. Леон, великолепно сыгранный Томасом Шубертом, поначалу кажется типично вудиалленовским персонажем - таким болтливым и вечно недовольным ситуацией невротиком. Он якобы озабочен написанием очередного большого шедевра, но на деле ищет любые способы избежать работы над книгой, тем более что в глубине души он и сам давно понял (но пока еще не принял) факт абсолютной художественной несостоятельности своего творения. Через его образ Петцольд сообщает нам о важности наблюдения, не просто созерцания, а внимательного рассмотрения, поскольку именно отсутствие этого важного качества как раз и лишает любой писательский слог витальной силы. Леон становится примером не просто писателя-неудачника, но и любого человека, который может смотреть, но совершенно не умеет видеть, что отлично доказывает пример с мороженщицей Надей (вновь снявшаяся у режиссера Паула Бер), которую наш сноб надменно принимает за поверхностную и недалекую торговку. Интересно также элегантное дирижирование жанровыми условностями, которые Петцольд мастерски использует ради поддержания зрительского интереса и формирования характеров. Здесь окажется и комедия положений, и романтическая мелодрама, и даже экзистенциальная притча с небольшим кивком в мрачный хоррор. Что характерно, ни к одной из этих жанровых рамок Петцольд не приближается вплотную, а, скорее, заигрывает со всеми ними разом, рождая на свет совершенно особенное, не принадлежащее ни к одной из категорий зрелище. Если сравнивать «Красное небо» с предыдущей работой постановщика, нежной урбанистической притчей «Ундина», то заметно, что Петцольд перестает добавлять мистический компонент в происходящее и лишает события двойного дна. Этим он немного обедняет смысловой стержень картины, поскольку прямолинейность трактовок обрисовывает сюжет лишь как историю человека, который не умел зреть в корень, предпочитая реальному «здесь и сейчас» гонки за чем-то вымышленным. Здесь Петцольд также использует тему стихии, но уже не прохладной, живительной воды, а ее полной противоположности - агрессивного пламени. Правда, в этой аналогии уже нет фольклорных или каких-то потусторонних мотивов. Это лишь медленно сжимающееся кольцо опасности, по мере приближения которого кому-то предстоит очиститься и начать возрождение заново, подобно Фениксу, а кому-то сгореть дотла. В прямом смысле. Оценки. Для глаз: 8. Для ума: 8. Для сердца: 8. Вердикт: Свежая работа классика «берлинской школы» Кристиана Петцольда уже не столь трогательна и метафорична, как «Ундина», но режиссер не разочаровывает своих поклонников, продолжая успешно изучать людей и их сложные взаимоотношения в своей фирменной созерцательно-беспристрастной манере. Средний балл: 8/10. (Антон Смирнов, «Lumier»)

Ну вот Кристиан Петцольд и достиг просветления в том смысле, что его сценарии стали неотличимы от импровизаций, настолько все происходит естественно и одновременно парадоксально непредсказуемо. Описание вводит в заблуждение, поскольку описание любого фильма Петцольда вводит в заблуждение, ну да, народ сидит между слегка горящим лесом и берегом моря и делает вид, что отдыхает, но жизнь нельзя остановить и даже если вы делаете вид, что ничего не делаете, то она сделает что-то за вас. Плашка комедии тут сама по себе улыбает, из Петцольда такой же комедиант, как из Джеффри Дамера воспитатель детского сада, он может поиронизировать над персонажами, но в основном стоит и отрешенно наблюдает за происходящим со стороны, ну и нам предлагает заняться этим же, при этом вы не должны ассоциировать себя с кем либо из персонажей, боже упаси, Кристиан Петцольд не такой, бгг. Но зато фильм для него очень типичный, актеры не обсуждаются, визуал на скриншотах, по жанру это такая вялотекущая жизненная драма, но у нее стремительная и непредсказуемая развязка, в жизни так частенько случается, кино достаточно легко смотрится, хронометраж средний, для жанра это важно, два часа было бы выдержать сложнее. В общем, хорошее кино для тех, кто понимает, что его ждет, но если даже не понимаете, все равно попробуйте, хотя начало тут не самое лучшее, довольно тугое и нудное, так лучше не пробуйте, если не хотите рисковать, бгг. 6/10. (brimazenok)

«Afire» - «Они были дома, но...» Простирающееся лето на севере Германии недалеко от Аренсхопа. С одной стороны виднеется побережье балтийского моря, а с другой сыплется пепел от лесных пожаров. Все окутано невидимым природным конфликтом, который, кажется, не слишком волнует героев картины Петцольда. «Afire» открывается с того, что писатель Леон (Томас Шуберт) и фотограф Феликс (Лэнгстон Уйбель) в июне отправляются в летний домик отца Феликса. Прибывая, каждый из них предвкушает предстоящий рабочий процесс: писателю-неудачнику Леону нужно завершить второй роман, а оптимистически настроенному Феликсу собрать портфолио для художественной школы. Но по приезду оказывается, что ребята будут проживать не одни, а с Надей (Паула Бер) - знакомой матери Феликса, которая на время сезона подрабатывает продавщицей мороженого. И как это бывает у Петцольда, случайная встреча Леона с Надей становится роковой для одного из них. После своей картины «Транзит» Петцольд запланировал новую кинотрилогию (до этого он отснял уже две трилогии), связанную с немецким романтизмом и природными стихиями. И если в первой картине из этой трилогии - «Undine», властвует водная стихия, а в основу легло одноименное произведение Фридриха Фуке, то нетрудно догадаться по названию, что в «Afire» стихия огненного духа, а идеей для создания, со слов самого режиссера, послужило историческое событие, а именно - землетрясения в Лиссабоне 1755 года. И важным аспектом является конкретно реакция того европейского общества на произошедшее событие. Упоминающийся в «Afire» Генрих фон Клейст и его новелла «Землетрясение в Чили» - это лишь одна из репрезентацией европейской трагедии, после которой все заговорили о божественном вмешательстве. Еще с начала прошлого десятилетия Петцольд отошел от рамок берлинской школы. С точки зрения темпоральности его фильмы перестали быть медленны, а функция созерцания отошла на второй план (в «Afire» и вовсе преобразовалась в ином виде). Кроме этого, Кристиан Петцольд научил своих героев больше говорить: дискуссии, ссоры, а также читки рукописей и лирики. Персонажи наконец перестали поддерживать друг друга молчанием. Например, прошлая работа режиссера - «Undine» как раз была таковой. Остались только следы от тенденций берлинской школы в кинематографе Петцольда, которым, кажется, сегодня следует только Ангела Шанелек, чьи фильмы все так же молчаливы, а герои исполнены нерешительностью. Особенного внимания стоит тенденция, существующая в кинотрилогиях Петцольда, на которую мало кто обращает внимание. Если с точки зрения сюжета, фильмы в его трилогиях не имеют свойства переплетаться (они делают это лишь на уровне тем), то вот актерский состав в полном или неполном (чаще всего во втором варианте) касте будет тот же. Юлия Хуммер стала заглавным лицом первой «Призрачной трилогии» (правда, в третьем фильме - «Yella», ее заменила Нина Хосс), Нина Хосс объединила своим присутствием вторую «трилогию о любви при репрессивных системах», ну и наконец сегодняшней третьей «трилогией о германских мифах» руководит Паула Бер. «Трилогия» - это очень условное обозначение в отношении фильмографии немецкого режиссера. Правильнее это было бы назвать сборниками, а лучше периодами, на которые Петцольд логически делит свою большую фильмографию. Зачем? - Затем, чтобы отказ от полученных навыков направления берлинской школы, не был столь разительным. В какой-то степени в фигуре Петцольда мы наблюдаем перфекциониста, столь бережно освобождающегося от доспехов, служившие ему помощью в становлении тем, кем он по итогу является. «Afire» - это тот фильм, в котором властвует немецкий романтизм. И Клейст здесь играет не самую первостепенную роль, также важен и Генрих Гейне. Именно лирику Гейне зачитывает Надя во время ужина во дворе в одном из эпизодов. Стихотворение под названием 'The Asra' (обязательно к прочтению!). В нем люди из одноименного стихотворению племени умирали от того, что влюблялись. И как все-таки красиво укладывается это стихотворение в структуру картины. Ведь, по сути, сюжет стихотворения Гейне можно переложить на всю фильмографию Петцольда и увидеть, что он по сути является лейтмотивом. Полюбить - значит приблизиться к смерти. И неважно, в метафизическом или материальном плане. Герои всегда будут страдать от невозможности реализовать желания. Они скорбники, если исходить из концепции романтизма. Но назвать скорбниками героев в «Afire» нельзя. Нет желания включать спойлеры, но лишь намекну, что здесь у Петцольда отсутствует желание превращать свою историю в трагедию (правда, это зависит от того, с какой точки зрения посмотреть). Кроме этого, он отрекся от идеи в своих фильмах «работать, чтобы жить». Этот тезис, разве что, применим к Наде, которая работает продавщицей мороженого, чтобы во время летних каникул заработать денег. Но на этом сюжет вовсе не зацикливается. В приоритете у героев оказываются ежедневные купания в море, случайный секс, безмерные обеды и ужины, а также дискуссии, где обязательно найдется место конфликтам. Не сложно догадаться, что такой новый подход - это реакция, которая последовала от режиссера после Covid-19 (и сам Кристиан Петцольд, и Паула Бер при приезде в Германию из Франции в 2020-м году переболели коронавирусом). И так уж вышло, что в этом фильме один из клочков Германии предстает в образе идиллического лона, где Берлин очень далеко, а работа еще успеет подождать. Но природа не потерпит такую нетипичную модель германского общества. Огонь, как одна из стихий, становится разрушительной силой, гонящей прочь тех, кто сбежал из городских лабиринтов. И даже со всем этим Петцольду удается создать не только умилительную, но и одну из самых смешных картин в своей карьере. Да, это по большей части драма о приобретении желаемого через личные потери, но которая разбавляется забавными эпизодами, где, например, эгоцентричный писатель Леон сталкивает с критикой в адрес своей будущей книги от Нади: первому настолько становится обидно, что отвечает Наде, будто ее критика - это не критика вовсе, с намеком недоступности для обычной продавщицы мороженого понять литературное поприще. И вообще развитие отношений между героями Шуберта и Бер, - как и любая любовная линия в фильмах Петцольда, - это по-настоящему удивительное явление, которое кроме как магией назвать невозможно. (Дмитрий Богайчук)

Новый Кристиан Петцольд (как впрочем и всегда) просто чудесен. Жанр для режиссера абсолютно новый (летний роман), но он по обыкновению более чем условен, снова нужен Петцольду только как предлог для установления контакта со зрителем. В остальном это такая же чуткая, интеллигентная, классно придуманная и виртуозно сдирижированная, по-хорошему литературная история. Любо-дорого следить и за тем, как работает Петцольд-драматург - в какие хитроумные ловушки он загоняет своего непутевого героя, формально абсолютно вудиалленовского (влюбленного невротичного писателя-неудачника), но совсем не комедийного, вызывающего куда более сложные чувства. И конечно за Петцольдом-режиссером - мастером мизансцены и глубоких, иной раз натурально ошарашивающих визуальных образов - в нынешней Берлинской школе безусловно самым талантливым. В общем, любителям хорошего авторского кино прям очень настойчиво рекомендую. :) К слову, объединяющей темой очередной трилогии ("Небо" ее второй фильм) похоже будут не мифы (как я предположил после предыдущей "Ундины"), а элементы стихии. "Ундина" - вода, снятое посреди постоянно полыхающих где-то за кадром лесных пожаров "Красное небо" это конечно огонь. Теперь значит стоит ждать землю или воздух. 8/10. (bodriambula.livejournal)

Пламя страсти за лесами, против ветра, далеко... Почему небо красное? Так жара же. Лето. К тому же пожары. Страсть. Она где-то за лесами, против ветра, далеко... Но если неумело или легкомысленно обращаться, то может нахлынуть и сжечь. Впрочем, «нахлынуть» - это из предыдущего фильма Петцольда. Там была стихия воды («Ундина», 2020), а здесь - стихия огня. Это вторая часть трилогии. Что будет в третьей, пока не знаю. Этот режиссер изъясняется трилогиями, снял уже две. И если вы по-немецки педантичны, то начать нужно с «Ундины». Но я - нет. Это вообще мой первый фильм, который я у него посмотрел. И он произвел такое впечатление, что вот бегу рассказывать о нем. Самое главное в «Красном небе», на мой взгляд, утомленный нарзаном/зачеркнуто кино - это то, что он не про историю. А про тончайшие нюансы момента: косой взгляд, насмешка без слов, обида, наблюдение тайком, нечто смутное, обжигающее изнутри... Хотя с историей тут тоже полнейший порядок: вы и не заметите, как из всех этих ухмылок и словесных пикировок вырастет целая драма, а то и трагедия! Очень внятно и мастерски рассказанная. С запасом о чем подумать, с катарсисом, со сменой жанров и неожиданными твистами. Это редкий для нынешнего времени фильм, поскольку он рассказан вот именно, что внятно. Обычно я как обманутый мотылек бьюсь между тупейшими боевиками, вроде «Гипнотик» Родригеса, и вычурными нагромождениями артхаусных изысков, вроде «Бедные-несчастные» (ни слова в простоте). А таких фильмов очень мало: чтобы спокойно, неспешно, реалистично и очень неглупо. Он показывает выход из этой жаркой колбы современной Laterna magica. Это называется «Новый реализм». Петцольд в нем гуру. Открыл для себя этого автора, буду смотреть. И не только эту трилогию. Я почему так неконкретен, все никак не расскажу «так о чем фильм»?! Потому что главное в нем - комизм рутинных ситуаций, сквозь которые вырастает любовь и сметает все на своем пути. И не верьте всем этим аннотациям о фильме, перепощенным на кино-ресурсах: четверо молодых людей оказываются запертыми на берегу Балтийского моря лесными пожарами и постепенно начинают сближаться... И бла-бла-бла. Окей, вот вам немного конкретики: сцена, когда с красного неба начинает падать что-то белое - она прекрасна! И Паула Бер, сыгравшая девушку с русским именем Надя - прекрасна! И полноватый Томас Шуберт, которому тут так подходит имя Леон - уморителен. Белая микро-машинка издателя - смешная. Пейзажи Балтики - хороши. Светящееся ночью море мелькает в кадре так коротко, что навсегда заседает в памяти. Как по мне, конкретики вполне довольно, что бы попробовать взглянуть на «Красное небо». Только не обожгитесь! (Anton Taviani)