ВЛАСТЬ (2018)
VICE

"Власть" ("Вице"). Когда миром управляют деньги и связи, один человек может получить безграничное влияние. Уникальный дар убеждения, незаурядный ум и доступ на самые высокие уровни власти позволили ему стать кукловодом среди сильных мира сего. Оставаясь теневым игроком, он навсегда изменил ход истории...

История бизнесмена и политика Дика Чейни, работавшего вице-президентом США при Джордже Буше-младшем.

ОСКАР, 2019
Победитель: Лучший грим и прически (Грег Кэнном, Кейт Биско, Патришия Дехани).
Номинации: Лучший фильм (Деде Гарднер, Джереми Клейнер, Адам МакКей, Кевин Дж. Мессик), Лучший режиссер (Адам МакКей), Лучший сценарий (Адам МакКей), Лучшая мужская роль (Кристиан Бэйл), Лучшая женская роль второго плана (Эми Адамс), Лучшая мужская роль второго плана (Сэм Рокуэлл), Лучший монтаж (Хэнк Коруин).
БРИТАНСКАЯ АКАДЕМИЯ КИНО И ТВ, 2019
Победитель: Лучший монтаж (Хэнк Коруин).
Номинации: Лучший сценарий (Адам МакКей), Лучшая мужская роль (Кристиан Бэйл), Лучшая женская роль второго плана (Эми Адамс), Лучшая мужская роль второго плана (Сэм Рокуэлл), Лучший грим/прически (Крис Галлахер, Патришия Дехани, Кейт Биско, Грег Кэнном).
ЗОЛОТОЙ ГЛОБУС, 2019
Победитель: Лучшая мужская роль (комедия или мюзикл) (Кристиан Бэйл).
Номинации: Лучший фильм (комедия или мюзикл), Лучший режиссер (Адам МакКей), Лучший сценарий (Адам МакКей), Лучшая женская роль второго плана (Эми Адамс), Лучшая мужская роль второго плана (Сэм Рокуэлл).
ПРЕМИЯ «КИНО ВО ИМЯ МИРА», 2019
Номинация: Политический фильм года.
ПРЕМИЯ «GOLD DERBY», 2019; 2020
Победитель: 2019 - Лучший грим/прически (Грег Кэнном, Кейт Биско, Патришия Дехани).
Номинации: 2019 - Лучший актер (Кристиан Бэйл), Лучшая актриса второго плана (Эми Адамс); 2020 - Лучший грим/прически десятилетия (Грег Кэнном, Кейт Биско, Патришия Дехани).
МЕЖДУНАРОДНАЯ ПРЕМИЯ ОНЛАЙН-КИНОТЕАТРОВ (INOCA), 2019
Номинация: Лучший грим и прически (Грег Кэнном, Кейт Биско, Патришия Дехани).
АССОЦИАЦИЯ ОНЛАЙН-КИНО И ТВ, 2019
Победитель: Лучший грим и прически (Грег Кэнном, Кейт Биско, Патришия Дехани).
Номинация: Лучший актер (Кристиан Бэйл).
ЗОЛОТАЯ МАЛИНА, 2019
Номинация: Премия за восстановление репутации (Тайлер Перри).
ГИЛЬДИЯ РЕЖИССЕРОВ США, 2019
Номинация: Приз за выдающиеся режиссерские достижения в кино (Адам МакКей).
ГИЛЬДИЯ СЦЕНАРИСТОВ США, 2019
Номинация: Лучший сценарий (Адам МакКей).
ГИЛЬДИЯ ПРОДЮСЕРОВ США, 2019
Номинация: Лучший продюсер кинофильмов (Деде Гарднер, Джереми Клейнер, Кевин Дж. Мессик, Адам МакКей).
ГИЛЬДИЯ КИНОАКТЕРОВ США, 2019
Номинации: Лучшая мужская роль (Кристиан Бэйл), Лучшая женская роль второго плана (Эми Адамс).
ПРЕМИЯ КИНОМОНТАЖЕРОВ США, 219
Номинация: Лучший монтаж художественного фильма (комедия) (Хэнк Коруин).
АМЕРИКАНСКОЕ ОБЩЕСТВО СПЕЦИАЛИСТОВ ПО КАСТИНГУ, 2019
Победитель: Премия «Артиос» за лучший подбор актерского состава (высокобюджетный фильм - драма) (Френсин Мэйслер, Эмбер Уэйкфилд).
КИНОПРЕМИЯ «ВЫБОР КРИТИКОВ», 2019
Победитель: Лучший актер (Кристиан Бэйл), Лучший актер в комедии (Кристиан Бэйл), Лучший грим и прически.
Номинации: Лучший фильм, Лучший режиссер (Адам МакКей), Лучший сценарий (Адам МакКей), Лучшая актриса второго плана (Эми Адамс), Лучший монтаж (Хэнк Коруин), Лучший актерский ансамбль.
ОБЩЕСТВО ОНЛАЙН-КИНОКРИТИКОВ, 2019
Номинация: Лучший актер (Кристиан Бэйл).
ОБЩЕСТВО КИНОКРИТИКОВ ЛОНДОНА, 2019
Номинации: Актер года (Кристиан Бэйл), Британский/ирландский актер года (Кристиан Бэйл).
ВСЕГО 35 НАГРАД И 139 НОМИНАЦИЙ.

Дословный перевод названия - «Вице», - сокращение от вице-президент; также подразумевается игра слов, с учетом омонимического значения слова «vice» как «порок», «зло».
Идея создания картины пришла Адаму МакКею (род. 1968 https://en.wikipedia.org/wiki/Adam_McKay), когда он лежал дома с гриппом и прочитал биографию Дика Чейни (род. 1941 https://en.wikipedia.org/wiki/Dick_Cheney). Режиссер был поражен тем, насколько влиятельным и могущественным был вице-президент (2001-2009). МакКей сообщил своим друзьям Кевину Дж. Мессику (https://en.wikipedia.org/wiki/Kevin_Messick) и Уиллу Ферреллу (https://en.wikipedia.org/wiki/Will_Ferrell): "Ребята, думаю, мы будем снимать фильм о Дике Чейни".
Чем больше Адам МакКей погружался в историю карьеры Чейни, тем больше осознавал, какое значительное и долгосрочное влияние тот оказал на современную американскую политику. МакКей пытался написать сценарий, который выходил за рамки политических убеждений и затрагивал общечеловеческие темы.
Несмотря на серьезную тему, в картине много юмора и сатиры. МакКей начинал свою карьеру именно в комедиях, лишь позже переключившись на драму (сценарий «Игры на понижение», 2015 https://www.imdb.com/title/tt1596363/ принес ему «Оскар» за лучший сценарий).
В фильме задействованы актеры - лауреаты премии «Оскар» (на момент создания картины): Кристиан Бэйл (род. 1974 https://en.wikipedia.org/wiki/Christian_Bale) и Сэм Рокуэлл (род. 1968 https://en.wikipedia.org/wiki/Sam_Rockwell), а также четыре номинанта: Эми Адамс (род. 1974 https://en.wikipedia.org/wiki/Amy_Adams), Стив Карелл (род. 1962 https://en.wikipedia.org/wiki/Steve_Carell), Наоми Уоттс (род. 1968 https://en.wikipedia.org/wiki/Naomi_Watts) и Джесси Племонс (род. 1988 https://en.wikipedia.org/wiki/Jesse_Plemons).
Кристиан Бэйл был единственным кандидатом на роль Дика Чейни. Во время совместной работы над фильмом «Игра на понижение» Адам МакКей был впечатлен способностью Бэйла психологически разобрать свой персонаж на части и собрать его заново.
Кристиан Бэйл и Дик Чейни отмечают день рождения в один день - 30 января. Чейни исполнилось 33 года, когда родился Бэйл.
Подготовка Кристиана Бэйла к роли была достаточно серьезной и углубленной. Просматривая выступления и интервью Чейни, актер изучал его язык тела, манеру говорить. Бэйлу пришлось выучить названия всех государственных программ, времен 46-го вице-президента США.
Бэйл набрал более 18 кг веса, сбрил волосы на голове и высветлил брови. Актер заявил, что впервые обратился к диетологу за помощью по набору веса.
Большой проблемой для Сэма Рокуэлла было то, что Джордж Уокер Буш (род. 1946 https://en.wikipedia.org/wiki/George_W._Bush) говорил с выдвинутой вперед губой. В дополнение к накладному носу, гримерам пришлось изготавливать специальную капу.
Кристиан Бэйл и Эми Адамс ранее работали вместе в фильмах «Боец» (2010 https://www.imdb.com/title/tt0964517/) и «Афера по-американски» (2013 https://www.imdb.com/title/tt1800241/).
Тайлер Перри (род. 1969 https://en.wikipedia.org/wiki/Tyler_Perry), прославившийся серией спектаклей и фильмов о старушке Мэдее (https://en.wikipedia.org/wiki/Madea), исполнил роль бывшего генерального секретаря США Колина Пауэлла (1937-2021 https://en.wikipedia.org/wiki/Colin_Powell).
Адам МакКей и Стив Карелл, - исполнитель роли Дональда Рамсфелда (1932-2021 https://en.wikipedia.org/wiki/Donald_Rumsfeld), впервые работали вместе в комедии «Телеведущий: Легенда о Роне Бургунди» (2004 ). В конце этого фильма говорится, что персонаж Карелла получил работу в Белом доме при Буше.
Камео: Альфред Молина (род. 1953 https://en.wikipedia.org/wiki/Alfred_Molina) в роли официанта (в титрах не указан).
Рабочее название: «Backseat».
Съемочный период: 25 сентября - 8 декабря 2017.
Бюджет: $60,000,000.
Место съемок: Санта-Кларита, Лос-Анджелес, река Керн (Калифорния); Вашингтон (округ Колумбия); Вашингтонский аэропорт им. Даллеса (Виргиния); Остин (Техас).
Оператор-постановщик Грег Фрейзер (род. 1975 https://en.wikipedia.org/wiki/Greig_Fraser) использовал камеры: «Arricam LT», «Arricam ST», «Arriflex 235», «Arriflex 416», «Arriflex 435» и «Bolex».
По словам Бэйла, режиссер приветствовал импровизации на съемочной площадке.
Эми Адамс не выходила из образа в течение всего съемочного периода. Она даже спорила с МакКеем на политические темы с интонацией Линн Чейни (род. 1941 https://en.wikipedia.org/wiki/Lynne_Cheney).
Кристиан Бэйл и Эми Адамс всего на 8 лет старше Лили Рэйб (род. 1982 https://en.wikipedia.org/wiki/Lily_Rabe), которая сыграла дочь Чейни - Лиз (род. 1966 https://en.wikipedia.org/wiki/Liz_Cheney), и на 11 - Элисон Пилл (род. 1985 https://en.wikipedia.org/wiki/Alison_Pill), - исполнительницы роли младшей дочери вице-президента - Мэри (род. 1969 https://en.wikipedia.org/wiki/Mary_Cheney).
Оружие в фильме - https://imfdb.org/wiki/Vice_(2018).
Наземные транспортные средства, показанные в картине - http://imcdb.org/movie_6266538-Vice.html.
Пролог: «В фильме изображены реальные события. Или почти реальные, насколько это возможно, учитывая, что Дик Чейни известен как один из самых скрытных лидеров в истории. Но мы, блин, сделали все возможное».
Эпиграф: «"Опасайтесь тихого человека. Пока другие говорят, он наблюдает. Пока другие действуют, он планирует. А пока они, наконец, отдыхают... он наносит удар." - Анонимный автор».
Название появляется на 12-й минуте.
В середине фильма показаны фейковые финальные титры.
В финальных титрах есть дополнительная сцена.
Кадры фильма, фото со съемок: https://www.moviestillsdb.com/movies/vice-i6266538, https://outnow.ch/Movies/2018/Vice/Bilder/, https://www.blu-ray.com/Vice/783630/#Screenshots, https://www.cinemagia.ro/filme/vice-1917921/imagini/, https://www.critic.de/film/vice-12385/bilder/, https://www.filmdienst.de/film/details/562378/vice-der-zweite-mann#bilder; кадры с актерами/персонажами - https://filmdope.com/Statics/F00034000/FilmCredit34052.html.
Музыкальные композиции и песни, которые звучат в картине: Send Me the Pillow You Dream On [Hank Locklin] - Hank Locklin; Big Dipper [Nicholas Britell]; Va Va Voom [Levi Brown, Junior Mintz]; Dear Okie [Rudy Sooter, Doye O'Dell] - Doye O'Dell; Rock Me Baby [James Clency] - Jimmy Haggett; Manhattan Calling [Werner Tautz]; Spongebob Squarepants Theme [Derek Drymon, Mark Harrison, Stephen Hillenburg, Blaise Smith] - Patrick Pinney; O Come All Ye Faithful [аранжировка Nicholas Britell]; Nighthawks [Nicholas Britell]; NBC News Theme [John Williams]; La Grande Valse [Nicholas Britell]; America [Leonard Bernstein, Stephen Sondheim] - Angelina Reaux, Louise Edeiken, Stella Zambalis, Tatiana Troyanos, Orchestra and Leonard Bernstein.
Информация об альбомах с саундтреком: https://www.soundtrack.net/movie/vice-2018/, https://en.wikipedia.org/wiki/Vice_(2018_soundtrack).
Билл Пуллман (род. 1953 https://en.wikipedia.org/wiki/Bill_Pullman) снимался в роли Нельсона Рокфеллера (1908-1979 https://en.wikipedia.org/wiki/Nelson_Rockefeller), но сцены с его участием не попали в финальный вариант фильма.
Во время работы над монтажом, Адам МакКей попросил поддержки у коллег по цеху. Он показал предварительный вариант «Власти» Полу Томасу Андерсону (https://en.wikipedia.org/wiki/Paul_Thomas_Anderson) и Дэвиду О. Расселлу (https://en.wikipedia.org/wiki/David_O._Russell), к которым относится с большим уважением. Именно Андерсон в итоге подсказал постановщику вырезать масштабный музыкальный номер в начале, который действительно был странным решением для подобного рода картин. В интервью «Variety» МакКей рассказал, об вырезанной сцене: "Там Рамсфелд учит Чейни, как вести себя в Вашингтоне, как вырваться вперед, - говорит режиссер. - Типа 'в долг не бери и взаймы не давай', что-то вроде того. Но речь была, скорее, в духе: 'Никого ничего не волнует. Просто надо пробиться вперед, сделать свой ход'. Кажется, там была фраза 'Цель оправдывает средства', которая мне всегда нравилась". "Сцена была не нужна, - в итоге признал МакКей. - Она занимала слишком много места. Мы перепробовали 15 вариантов. Ставили туда-сюда. Пытались сократить. Разбавляли другими сценами. Перепробовали все, что только могли, поэтому я особо не горюю".
Адам МакКей перенес сердечный приступ во время постпродакшена. Он включил черно-белые кадры процедуры установки стента в свое сердце, решив, что это будет его камео. Режиссер объяснил проблемы со здоровьем увеличением веса, эмоциональным перенапряжением и чрезмерным курением во время съемок. После этого он решил бросить курить.
В картине есть отсылки к лентам: «Из Африки» (1985 https://www.imdb.com/title/tt0089755/); «Невеста Чаки» (1998 https://www.imdb.com/title/tt0144120/); «Мумия» (1999 https://www.imdb.com/title/tt0120616/); «Форсаж 8» (2017 https://www.imdb.com/title/tt4630562/).
Премьера: 11 декабря 2018 (Театр Сэмюэля Голдвина, Беверли-Хиллз, США https://www.usatoday.com/picture-gallery/life/movies/2018/12/12/vice-stars-were-red-carpet-world-premiere-la/2285182002/).
Слоганы: «The Untold True Story That Changed the Course of History»; «Power is one hell of a vice»; «Based on the True Story You Were Never Supposed to Know»; «Some Vices Are More Dangerous Than Others».
Трейлеры: https://youtu.be/g09a9laLh0k, https://youtu.be/ec8WA6XRzZI; https://youtu.be/GiKo4bcG-T4; рус. - https://youtu.be/iMStZp7Au_U, https://youtu.be/2_1R1Yuo3GM.
Официальные сайты и стр. фильма: https://longride.jp/vice/, https://www.facebook.com/ViceMovie/.
Получая свой второй «Золотой глобус», Кристиан Бэйл пошутил: "Спасибо Сатане за вдохновение, которое помогло сыграть эту роль".
Дочь Дика Чейни - конгрессмен Лиз Чейни раскритиковала Бэйла за то, как он изобразил ее отца во «Власти».
Обзор изданий картины - https://www.blu-ray.com/Vice/783630/#Releases.
«Власть» на Allmovie - https://www.allmovie.com/movie/vice-am168025.
"'Власть' - образец превосходного кинематографа. Авторы могли бы лучше объяснить мотивацию Чейни, но картина скорее сосредоточена на уроне, который он нанес стране. Бэйл великолепен. Как и Карелл. Адамс может смело претендовать на «Оскар» за лучшую женскую роль второго плана", - Грегори Эллвуд, «Playlist».
"Смелый и пугающий фильм о злоупотреблении властью и последствиях, к которым могут привести действия власть имущих. Невероятные актерские работы (Бэйл, Адамс, Рокуэлл - все просто великолепны), а изобретательное и проницательное повествование МакКея развлекает зрителя и заставляет внимательно следить за происходящим", - Эрик Дэвис, «Fandango».
"'Власть' вышла бескомпромиссной и безудержной, а от Кристиана Бэйла невозможно оторваться", - Кэти Уолш.
"Тут имеешь дело не только с лишним весом и гримом. Кристиан Бэйл трансформировался в Дика Чейни. Он растворился без следа, актера не слышно в голосе, не видно в движениях и глазах", - Дженелл Райли.
"'Власть' - вау! Смелое, наглое и амбициозное кино! Блестящий сценарий и режиссура Адама МакКея! Захватывающая черная комедия! Превосходная актерская игра Кристиана Бэйла и Эми Адамс. Бэйл точно получит «Оскар» за лучшую мужскую роль", - Скотт Манц.
"Своей язвительной картиной создатели призывают Америку очнуться. При этом он отмечает, что МакКею, который известен своими комедиями, удалось сделать очень смешной фильм", - Гленн Уипп, «Los Angeles Times».
"Потрясающая игра Кристиана Бэйла наверняка привлечет внимание «оскаровского» комитета. Как и Эми Адамс, которая восхищается Линн Чейни", - Энн Томпсон, «IndieWire».
На Rotten Tomatoes у фильма рейтинг 64% на основе 366 рецензий (https://www.rottentomatoes.com/m/vice_2018).
На Metacritic «Власть» получила 61 балл из 100 на основе рецензий 54 критиков (https://www.metacritic.com/movie/vice-2018).
Рецензии: https://www.mrqe.com/movie_reviews/vice-m100125724, https://www.imdb.com/title/tt6266538/externalreviews/.
Спин-офф - «Vice: Deleted Scenes» (видео, 2019 https://www.imdb.com/title/tt11038482/).
«Буш» (2008 https://www.imdb.com/title/tt1175491/) - биографический фильм Оливера Стоуна о Джордже Уокере Буше, при котором Чейни был вице-президентом.
Тимофей Становой. «Эволюция образов Кристиана Бэйла. Как с помощью самоотверженных перевоплощений Кристиан Бэйл стал одним из самых уважаемых голливудских актеров» - https://www.gq.ru/entertainment/evolyuciya-obrazov-kristiana-bejla.

ИНТЕРВЬЮ С АДАМОМ МАККЕЕМ
- Прежде чем взяться за этот фильм, вы много знали о Дике Чейни и его окружении?
- Вы знаете, мне казалось, что я разбираюсь в теме более или менее, но когда мы начали погружаться в материал, я тоже был потрясен. Меня абсолютно поразило, насколько Чейни оказался дотошным. Когда он был у власти, он вникал в каждую деталь. Потребовал, чтобы его всегда ставили в копию всех президентских имейлов. Это особый вид гениальности, то, чем обладает Чейни, - гениальность бюрократа. Таким талантом может очень мало кто похвастаться. Может быть, вообще никто.
- Вас не удивило, насколько Чейни, судя по всему, манипулировал Джорджем Бушем-младшим?
- Да, но мы проделали огромное количество подготовительной работы, и я могу вам сказать с уверенностью, что первые пять лет правления Буша Чейни вертел им, как хотел. Потом складывается ощущение, что году эдак на шестом Буш-младший начал просыпаться. Есть известная история о том, как Чейни собирался бомбить Сирию. И тогда Буш сказал: «Стоп-стоп-стоп-стоп» - и попросил всех, кто был в комнате, проголосовать. В поддержку позиции вице-президента руку не поднял никто. Есть мнение, что это было концом власти Чейни, но первые четыре-пять лет правления Буша его влияние было практически безграничным. Даже Буш-старший потом сказал: «Если бы я знал, что Дик Чейни построит в Белом доме свою теневую империю, я бы не стал рекомендовать его кандидатуру своему сыну». Это цитата!
- Как вам кажется, во время правления Трампа фильм должен прозвучать особенно остро?
- Мы просто старались рассказать эту историю настолько честно, насколько это возможно. Актеры - Стив Карелл и Сэм Рокуэлл, Кристиан Бэйл и Эми Адамс - придали этим персонажам человечности, думаю, это очень важно. Всегда хочется, чтобы зрители не просто узнавали из фильма фактическую информацию, а чувствовали что-то по отношению к его героям. Мы часто забываем, что важнейшие исторические события случается не сами по себе, а по воле конкретных людей. И мы просто представили этот фильм на суд зрителей, осознавая, что кого-то он чрезвычайно разозлит.
- После титров есть очень смешная сцена, в которой люди разных взглядов, как бы сказать, без спойлеров... [Не пропустите сцену после титров: там происходит потасовка между зрителями из фокус-группы, которые посмотрели «Власть»].
- Да, эта агрессия в обществе не сегодня возникла. Раньше было то же самое. Помню, я участвовал в марше против войны в Ираке в Нью-Йорке, и люди на нас орали, бросали в нас чем попало. А какой-то комментатор в эфире сказал, что, если ты не поддерживаешь войну в Ираке, ты не патриот Америки. Было столько отвратительного в обществе в том, что касалось дискуссии об этой войне. И да, отвратительное по-прежнему с нами - может быть, его даже стало побольше. Но эта нетерпимость и агрессия по отношению друг к другу копилась в обществе со времен Никсона.
- Вам кто ближе, Майкл Мур или Оливер Стоун?
- Не знаю - наверное, Майкл Мур... Не уверен. Мне очень нравятся фильмы обоих, но я надеюсь, что все-таки наша картина ни на какую другую не похожа. Безусловно, эти фильмы нас вдохновляли, тут даже обсуждать нечего - «Взвод» просто блестящий фильм. И Майкл Мур снял несколько потрясающих фильмов.
- Вы же с ним работали?
- Да, я был автором на его старом телешоу. Году эдак в 96-м, представляете? Оно называлось «Ужасная правда». Господи, давно это было. Мы друзья с Майклом, он мне нравится. Но наш фильм, конечно, совсем не похож на его работы. Если говорить о фильмах, на которые мы ориентировались, то я бы назвал «Паттон». Мне нравится этот фильм, потому что если вы придерживаетесь точки зрения, что Паттон был псих, - пожалуйста, это есть в фильме. Но и если вы считаете, что он был героем Америки, - это в фильме тоже есть! В картине оставлено пространство для обеих трактовок. И другой фильм, на который мы опирались (это странный, наверное, выбор, но нам очень помогла эта отсылка), - «Сид и Нэнси» Алекса Кокса. Потому что это история любви, как и у нас. Мне кажется, что Линн, жена Чейни, нуждалась во власти и безопасности, а Дик любил ее. А когда вы любите кого-то, кому нужна власть и чувство защищенности... Ну, как было у Сида, влюбившегося в Нэнси. Правда, она была наркозависимой... В остальном это похожие истории (смеется). И третий фильм, который нас вдохновил, - «Изумительный» Паоло Соррентино. Там такой словно неживой, напряженный главный герой-бюрократ, а вокруг него - целый сложный мир. Я подумал: «Хм... Это здорово!»
- Формула, которую вы нашли в «Игре на понижение» и снова применили здесь, - в сочетании комедии, информативности и отсутствии назидательности. Вы могли бы применить эту формулу к Трампу?
- Ох, ну не знаю, если бы я хотел снимать фильм про гигантский говношторм? У Трампа нет власти. Трамп - один из самых слабых людей, которых мы видели. Он статист, марионетка. Его потребность в одобрении окружающих, зависимость от чужого мнения, беспомощность абсолютно очевидны. А единственная причина, по которой он сидит там, где сидит, в том, что те, кто за него голосовали, хотели показать фак демократии, либеральным нормам. Поэтому его выбрали. Даже люди, которые его поддерживают, понимают, что он ходячая катастрофа. Даже моя мама и другие сторонники Трампа говорят: «Ну да... Мы все знаем...» Там нет никакой идеологии. Это, кстати, довольно завораживающе. Что в основе этого явления просто средний палец демократии. Я не знаю, о чем тут снимать. Я бы вот скорее снял фильм о папе Трампа. Это было бы интересно. Главную роль сыграл бы Стив Карелл.
- Моднее всего политическое кино было в 70-е. У вас есть любимый фильм этого периода?
- «Три дня Кондора», «Заговор «Параллакс»», мне еще очень нравился всегда Коста-Гаврас, «Дзета» - один из моих любимых фильмов. Ой, остановите меня, я же гик.
- Как вы придумали форму этого фильма? Очень свободную.
- Безумная форма вытекает из безумного времени, в котором мы живем. Мы не живем в эпоху чистого жанра. Нет больше чистой комедии или чистой драмы. Реальность вокруг нас нашинкована самым безумным образом. Я уже это говорил, но с удовольствием повторю. Момент, когда Дональд Трамп стоял в пострадавшем от пожаров лесу и сказал, что надо в следующий раз пройтись там граблями. Что это? Какой это жанр? Это гораздо смешнее любой самой эксцентрической комедии. И в то же время это по-настоящему пугающе. Как словно кто-то сильно ударился головой, но руководит страной, обладающей ядерным оружием. Какой это жанр?! Вот в этом жанре мы и хотели работать. Показать, насколько это безумно, когда президентом становится человек с десятилетним пробелом в трудовом стаже (десять лет в резюме Джорджа Буша-младшего - просто прочерк! Десять лет он не делал ни-че-го!).
- Ваш бэкграунд - комедия. Как вы сейчас вспоминаете это время?
- Как самое счастливое! В 1990-е и 2000-е, когда мы занимались комедией, не было ощущения, что мир настолько сошел с оси. Я надеюсь, что все немного успокоится, и мы вернемся в комедию. Мы тогда особенно не анализировали происходящее, просто смеялись так, что задницы болели.
- Вы с Чейни встречались?
- Он публичная фигура. И в то же время он обычный человек. Поэтому примерно за месяц до того, как засесть за сценарий, я пришел к нему домой и постучал в дверь. Он вышел в халате и спросил: «Чем я могу вам помочь?» Я ответил: «Я - Адам МакКей, хочу снять о вас фильм». У меня было с собой печенье, мы сели и обговорили. Он сказал: «Удачи, сынок, снимай обо мне что хочешь». И все подписал. Ну ладно, ничего этого не было.
- Печенье вас выдало.
- На самом деле, понимаете, юридически как только ты к нему обращаешься, фильм становится его авторизованной биографией. И дальше у него появляется контроль, он мог бы остановить нас в любой момент, сказать: «Так можно, а так нельзя». Поэтому мы выбрали другой путь: обезопасить себя самым тщательным фактчекингом, на какой были способны. Мы изучили абсолютно все источники, зная, что определенные сцены наверняка вызовут вопросы и претензии.
- Вас беспокоит реакция со стороны крайне правых?
- Нет, это неизбежно, мы же в Америке живем. Но я сказал бы им: «Ребята, посмотрите фильм, это же история успеха. Вы победили. Вы совершили республиканскую революцию. Почему же вы такие злые?!» (Елена Смолина. «Афиша», 13 февраля 2019)

ИНТЕРВЬЮ С КРИСТИАНОМ БЭЙЛОМ
«Я понял, почему консерваторы считают либералов эгоистами» Кристиан Бэйл - о том, как он сыграл бывшего вице-президента США Дика Чейни (для этого ему пришлось сильно растолстеть).
- Дик Чейни - не самый любимый американский политик, скажем так. Почему вы согласились его сыграть?
- Сначала сама мысль о том, что я буду играть Дика Чейни, казалась мне абсурдной. Я знал, что он был министром обороны, а потом возглавил транснациональную энергетическую корпорацию «Халлибертон». Я слышал, что он был серым кардиналом американской политики, но многие подробности его биографии оставались для меня неизвестными - особенно если говорить о его молодости. Когда я получил предложение от Адама МакКея, мы начали исследовать биографию Чейни - и оказалось, что это очень интересно. Это очень значимая фигура, он во многом определил, как развивались не только США, но и мир, в котором мы живем. Конечно, он не один принимал решения, но многое зависело лично от него. Удивительный человек! Кроме того, у нас подобрался замечательный актерский состав. Чего только стоят Эми Адамс, Стив Карелл и Сэм Рокуэлл. Ну и еще одним фактором было то, что неудача казалась вполне реальной перспективой. Я думал: если уж провалиться, то с треском.
- По фильму кажется, что Чейни, с одной стороны, хороший семьянин, а с другой - законченный циник. Как это может сочетаться в одном человеке?
- Не все согласятся с тем, что он был законченным циником. Это ваше личное мнение. Кроме того, это не единственные две его стороны - он очень многогранный человек. Конечно, невозможно рассказать о человеке за два часа, поэтому пришлось многое оставить за кадром. Но вы не представляете, сколько интересного биографического материала нам удалось найти. Очень жалко, что у нас не хватило времени обо всем рассказать. Сильная сторона Адама МакКея как режиссера в том, что он не жалеет времени на то, чтобы выслушивать наши предложения, смотреть вместе с нами найденный материал. Мы очень тесно сотрудничали. Но в итоге, конечно, многие вопросы так и остались без ответа, потому что Дик Чейни очень скрытный человек.
- Как вам удалось так кардинально изменить свою внешность? Вы не просто поправились, но и начали жестикулировать, как Чейни.
- Я пересмотрел огромное количество видеозаписей, часами смотрел интервью с ним. Я читал его книги, а также книги о нем. Это очень долгий процесс, но его нельзя торопить.
- Вы не боитесь, что эксперименты над своим телом могут иметь последствия?
- Боюсь.
- Зачем же вы это делаете? Можно ведь использовать накладки?
- Я думаю, что нельзя ничего делать наполовину. Я уверен, что состояние тела влияет на состояние ума. Это важная связь. Мне, например, было важно, чтобы моя шея стала толще. Если вы посмотрите интервью с Чейни, вы обратите внимание на то, что его плечи находятся на одном уровне с ушами. Чтобы от меня возникало такое же впечатление, мне нужно было набрать вес. Накладки и пластический грим тут не работали.
- Вы на экране еще и транслируете политические взгляды, которые вам совсем несвойственны. Тяжело было это делать?
- Это важный вопрос. Адам - не только режиссер, но и сценарист; фильм отражает его точку зрения. С другой стороны, если бы мы с ним понимали героя одинаково, зрителю было бы неинтересно. Поэтому мы решили ни о чем таком не договариваться. Чейни - очень самостоятельно мыслящий человек. Он много раз говорил, что ни о чем не жалеет, и в тех же ситуациях и сейчас повел бы себя так же. Чтобы у нас получилась увлекательная история, Адам позволил мне встать на точку зрения Чейни, выступить в его защиту, понять его мотивации.
- Важную роль в фильме играет жена Чейни - Линн. Насколько семья важна для вашего героя?
- Те, кто знал Дика Чейни в старших классах школы, были ошеломлены, когда он стал вице-президентом. Но успехам Линн никто не удивлялся. Все предполагали, что она преуспеет в жизни. Дик шутил, что любой человек, женившийся на ней, стал бы вице-президентом. Она направляла и двигала его вперед - а он всячески помогал осуществлению ее амбиций. Линн была гораздо успешнее в образовании, чем Дик. Он тоже получил хорошее образование, но только потому, что Линн этого требовала.
- Линн Чейни похожа на главную героиню «Карточного домика», если убрать из него убийства.
- Да, но давайте не забывать о шестистах тысячах убитых иракцев. Давайте не забывать о пытках.
- Вы много времени и сил посвятили тому, чтобы понять Дика Чейни. Каков ваш главный вывод?
- Я всячески избегал высказывать собственное мнение. Я читал, что писали другие, внимательно изучал труды консервативных авторов, сторонников традиционализма. В результате мне стало понятно, почему либералы воспринимаются этими людьми как эгоисты, чужеродные элементы. Чейни - замечательный мыслитель, тонко понимающий, как устроена государственная машина, машина управления и язык власти. Я пытался найти логические объяснения его мыслям, а не осуждать его логику. Это человек, который хотел добиваться быстрых результатов - и человек закрытый, который при этом не хотел и не мог разочаровываться в демократии. Черчилль говорил, что лучший аргумент против демократии - это пятиминутная беседа со средним избирателем. Чейни не нравилось общаться с народом, он не понимал, почему нельзя оставаться в тени. Он очень противоречивый человек. Он как фанатик боролся за власть - и при этом жертвовал собой, отказываясь от своих президентских амбиций. Он очень высокомерен, но в то же время он слуга, который сделает все ради своего патрона. Причем лично я считаю, что его настоящим патроном была Линн, которой он будет служить всю жизнь. Да, можно считать Чейни персонажем зловещим, но стопроцентных злодеев не бывает - как и стопроцентных святых. Когда его дочь сообщила ему, что она лесбиянка, он легко это принял, ни минуты не колеблясь - как и положено любому отцу. Он защищал ее всеми средствами, хотя в то время его коллеги по партии совершенно этого не понимали. Именно такие моменты делают его личность очень интересной.
- Американское общество сейчас расколото больше, чем когда-либо - и тут выходит ваш фильм. Как он будет выглядеть в сегодняшнем политическом контексте?
- Насколько я знаю, Трамп не фанат Буша-младшего. Надо, кстати, сказать, что Чейни, в отличие от Буша, не был изоляционистом. Он верил в американскую исключительность и необходимость распространять по миру американские ценности. Вообще, фильм не столько о самом Чейни, сколько о том, что такое человек, семья, нация. Когда я сам смотрел «Власть», я местами плакал от смеха - но какие-то вещи, которые в нем говорятся о семье, о народе, о войне, меня по-настоящему задели. Надеюсь, те, кто будет смотреть фильм, тоже будут испытывать разные эмоции.
- Все фильмы на политические темы, которые снимаются сегодня, неизбежно приводят нас к выводу, что нынешние проблемы уходят в далекое прошлое, что все началось еще лет 50 назад. Вы сами не устали от этого?
- А вы можете вспомнить время, когда мы не чувствовали усталость от нашей политической системы? Все мое детство я слышал от родителей, как им это надоело. Ничего нового. Сейчас недостатки системы переживаются особенно остро, но они существовали всегда. Этот фильм позволяет нам оглянуться назад и связать многие отдельные факты в единое целое. Естественно, было бы неправильно во всем винить исключительно Чейни, но он без сомнения был очень влиятельной фигурой, которая связывает 1960-е годы с современностью.
- Вы процитировали Черчилля. А вы видели фильм «Темные времена», где его играет Гари Олдман?
- Гари оказал на меня большее влияние, чем кто-либо другой. Дело в том, что когда я начал сниматься в кино, я это ненавидел. Причины были прежде всего экономические - нам нужны были деньги для лечения члена семьи. Вскоре я понял, что попался, - и решил, что если уж стал актером, надо сделать что-то, чем можно будет гордиться. Я стал искать образец для подражания - и нашел Гари Олдмана. Я ходил на его фильмы и думал, что хочу играть, как он. Он очень меня вдохновил. Так что дело не только в роли Черчилля. Я вообще много советовался с Гари - в частности, когда набирал вес. Правда, он не знал, что я стараюсь во всем ему подражать! Только две недели назад я признался ему, какую важную роль он сыграл в моей карьере. (Галина Галкина. «Meduza», 27 января 2019)

В оригинальном названии игра слов: «vice» - это и «вице» (то есть вице-президент Дик Чейни, главный антигерой картины), и «порок». Режиссер и сценарист Адам МакКей продолжает исследования современных элит, и после финансистов из «Игры на понижение» настало время Белого дома времен Джорджа Буша-младшего. 43-го президента США играет Сэм Рокуэлл, но главная партия тут у толстого и лысого Кристиана Бэйла. В трактовке МакКея именно его персонаж, Чейни, был серым кардиналом бушевского правительства. (Андрей Карташов, «Кинопоиск»)

Гении и злодейство: 10 байопиков о противоречивых героях. [...] «Власть» (2018). Герой - Дик Чейни. Искрометный байопик от режиссера «Игры на понижение» Адама МакКея посвящен, пожалуй, самой неожиданной фигуре американской политики - Дику Чейни, для роли которого актер Кристиан Бэйл вновь изменился до неузнаваемости. МакКей безусловно демонизирует Чейни-политика, но оставляет ему шанс на простую человеческую, не без огрехов, жизнь - в целом заботливого отца (хотя тоже есть вопросы) и заядлого рыболова. Такая вот политика с человеческим лицом. Впрочем «Власть» - это не только байопик, это настоящий памфлет. В ярких картинках, понятных даже далекому от страстей Белого дома зрителю. Тут и ирония по отношению к серьезным документалкам, и обманчивый хэппи-энд, и шикарный фантазийный диалог Чейни и его жены с цитатами из Шекспира. В общем все, чтобы зритель не воспринимал «Власть» как скучный байопик, но смог реально много узнать и о жизни самого Чейни и о его - далеко не последней - роли в американской политике. [...] (Маша Токмашева. Читать полностью - https://www.kino-teatr.ru/blog/y2020/2-20/1345/)

Получив убедительный нагоняй от жены (Эми Адамс), отчисленный из Йеля Дик Чейни (Кристиан Бэйл) бросает пить и берется за ум, в итоге оказываясь правой рукой Дональда Рамсфелда (Стив Карелл) в Белом доме. Итог этот, впрочем, очень промежуточный, потому что три десятилетия спустя овальный кабинет займет Джордж Буш-младший (Сэм Рокуэлл), а нехотя согласившийся на предложенную ему «символическую» роль вице-президента Чейни станет одним из самых влиятельных людей на планете. Подозрение, что Адам МакКей не хочет, но мечтает показаться умнее, чем он есть, было едва ли не главным впечатлением от его «Игры на понижение» - в меру изобретательной трагикомедии о финансовом кризисе. Это в принципе объяснимо: после декады, проведенной за сочинением и съемками комедий с Уиллом Ферреллом, не всякому автору дано заставить воспринимать себя всерьез. Но когда «Игру на понижение» наградили «Оскаром» за лучший сценарий, самомнение МакКея взмыло к небесам - и теперь мы имеем то, что имеем. А имеем мы «Власть» - кино, настолько убежденное в собственном остроумии, крутизне и общей неотразимости, что кажущееся воздвигнутым самому себе бронзовым памятником. Иронию окончательно заменила язвительность, чувство ритма - избыточный до остервенения монтаж, а от трюков, работавших в «Игре на понижении» (помните Марго Робби в пенистой ванной, ломавшей «четвертую стену», чтобы рассказать, как устроена ипотека?), рябит в глазах - хотя эффект от них в этот раз куда скромнее. Стилистические ошибки и технические недочеты, разумеется, не отменяют того, что историю Чейни стоило рассказать - особенно с титаническим Кристианом Бэйлом в главной роли. Это самоотверженный, щедрый на драматические нюансы tour de force, на фоне которого даже Сэм Рокуэлл во вроде бы не менее выигрышной роли выглядит откровенным клоуном. И это как минимум занимательный пересказ соответствующей главы из «Википедии» - для тех, у кого нет времени или желания ее читать. Проблема в том, что МакКей - не очень хороший режиссер, и оба его «серьезных» фильма грешат тем же, чем российские футбольные комментаторы: желанием покрасоваться вместо того, чтобы внятно рассказать о происходящем. Отсюда и финальные титры в середине фильма, и загадочный - до поры до времени - герой Джесси Племонса, и чертов монтаж (количество которого на порядок превосходит качество), и возникающий из-за прорех в нарративе соблазн обвинить во всех бедах Америки и мира не Чейни, а его жену. 6/10. (Сергей Степанов, «ELLE»)

Зомби по имени Дик. Дик Чейни не всегда был политиком. В молодости он много пил, из колледжа его вышибли, он подрабатывал электриком, но потом под настойчивым влиянием супруги изменился и стал тем, кого все мы знаем как вице-президента Америки тех времен, когда США вторглись в Ирак. А расскажет вам эту историю чувак, который Чейни приходится родственником. В некотором смысле. К новому фильму Адама МакКея можно предъявить много претензий, и одна из наиболее всеобъемлющих заключается вот в чем: непонятно, во что играет его фильм - в комедию или драму? Где жанровые рамки? Для кого вообще снято это кино с двумя промежуточными финалами и титрами в самых затейливых местах? На самом деле ответы тут не требуются: режиссерская манера МакКея если и имеет отношение к жанру как его принято понимать, то только в том смысле, как он эксплуатирует этот жанр, чтобы рассказать зрителю о сложных вещах простым языком. Какой именно жанр? В случае «Власти» - хоррор, разумеется. МакКей уже проделывал этот трюк: «Игра на понижение» и по структуре, и по сюжету была ничем иным, как фильмом-катастрофой со всеми его штампами, от «я же предупреждал» до опустевших зданий и кварталов, словно переживших удар цунами. Во «Власти» режиссер пытается повторить прошлый успех - а это был именно он, учитывая «Оскар» за адаптацию сценария и благосклонную критику. Но получается далеко не так хорошо, и причина тут, скорее всего, в отсутствии «чистоты крови». Новый фильм МакКея слишком долго длится как классический байопик, чтобы хулиганство с титрами, тигриные прыжки из настоящего в прошлое и обратно, а также обилие сцен рыбалки и многократно повторенная теория унитарной исполнительной власти не показались неуместными. Связующей фигурой тут должен был оказаться сам Дик Чейни в исполнении великого «американского психопата» Кристиана Бэйла - огромного, медлительного, молчаливого, занимающего собой весь экран и откровенно жутковатого. Но способности Бэйла на этот раз оказались словно заперты под слоями грима, а операторская работа Грега Фрейзера, кажется, лишь местами уцелела при монтаже. Только в конце, когда Чейни буквально оказывается бессмертным за счет сердца, считай что вырванного у простого американца и ветерана, когда предает собственную дочь и, расползшись одутловатым лицом на весь экран, произносит монолог о неких «монстрах», кино, наконец, начинает работать как единое целое. Но уже слишком поздно. С другой стороны, «Власть, как и «Игра на понижение», все равно увлекательна. Так бывает хорош треп о политике на кухне, когда напротив сидит в меру интеллектуальный собеседник с чувством юмора. К тому же это возможность увидеть работу Сэма Рокуэлла, Эми Адамс и Стива Карелла (и их гримеров), а также лишний раз понять, что убедить электорат можно в чем угодно, особенно если он как следует напуган. И недалек, разумеется: американские зрители сильно обиделись на МакКея за сцену после титров - но правда есть правда, причем универсальная. Так что, пока - в переводе на российские реалии - либералы выясняют отношения с патриотами, мы будем ждать следующего фильма от Адама МакКея. Возможно, на этот раз он расскажет нам о кризисе религии в современном мире в духе нового «Форсажа». 3/5. (Клара Хоменко, «Time Out»)

Голливуд против Вашингтона: фильм «Власть» высмеивает политиков. Сатирический байопик Адама МакКея создает нелицеприятный образ бывшего вице-президента США. В прокат выходит «Власть» - остроумное и изобретательное изложение политической карьеры Дика Чейни, одного из самых одиозных деятелей в правительстве США за многие годы. У фильма восемь номинаций на «Оскар» и большие шансы на победу в нескольких из них, так что стоит ознакомиться с ним в преддверии церемонии. Чейни (Кристиан Бэйл) с 1970-х годов занимал высокие посты в американском руководстве, от главы администрации президента до министра обороны. Пиком его карьеры стала должность вице-президента при Буше-младшем (его блестяще играет Сэм Рокуэлл). Оригинальное название фильма - Vice - обыгрывает омонимичность этого слова: и сокращение от «вице-президент», и «порок», «зло», что в большой мере отражает отношение авторов к деятельности Чейни. Именно он, с их точки зрения, ответственен за самые большие ошибки США во внутренней и внешней политике, а особенно - за оккупацию Ирака и войну в Афганистане. «Власть» снял Адам МакКей, автор недавнего оскаровского хита «Игра на понижение» про кризис 2008 года, того самого, где Марго Робби, лежа в ванне с бокалом вина, вальяжно разъясняла зрителю, что такое субстандартные кредиты. Здесь МакКей вновь использует специфический киноязык для описания больших исторических событий. Например, как рассказать историю Чейни, если его карьера складывается из гигантского комплекса информации, коротких «да» и «нет», намеков, умолчаний? Как показать людей, которые работали с ним, - того же Рамсфелда (Стив Карелл), про которого можно снимать хоть отдельный сериал? МакКей для решения таких задач использует метод постмодернистского сатирического многофигурного кинокомикса. Имитирует интервью или телерепортаж, добавляет инфографику... Кабинет Чейни МакКей презентует, как Тарантино - банду убийц из «Бешеных псов». Кроме того, здесь имеется самый забавный ложный финал в кино за последние несколько лет. Получается емко, убедительно и весело, настоящий мультимедийный калейдоскоп с участием суперзвезд. Кристиан Бэйл для создания образа Чейни не только набрал 19 кг, побрил голову, высветлил брови и специальными упражнениями сделал шею тоньше. Он детально изучил все видео с Чейни, чтобы в каждом скупом жесте мы узнавали циничные и грубоватые повадки серого кардинала (рабочее название фильма - «На заднем сиденье»). И когда его персонаж в кризисных ситуациях невозмутимо сообщает жене (великолепная Эми Адамс), что ему немедленно надо в больницу, нам и смешно, и страшно, хотя проблемы с сердцем обычно не предполагают шуток. Бэйл и Рокуэлл демонстрируют настоящий мастер-класс в сценах, где Чейни с грацией пожилого вожака стаи кладет на лопатки зарвавшегося «сынка», который больше всего на свете мечтает стать круче отца, Буша-старшего. Бэйл здесь играет даже не глазами, а едва заметными огоньками в зрачках, чему позавидовал бы любой чемпион по покеру. Рокуэлл показывает, как суетится и хитрит Буш, который достаточно умен, чтобы казаться простаком, но недостаточно искушен, чтобы не попасться на удочку Чейни. В этих коротких разговорах определяется судьба мира. Сюжет стремительно проносит нас сквозь десятилетия жизни Чейни, его семьи, соратников и врагов. И вот чудо: оторваться невозможно, хотя мы с самого начала знаем, что будет дальше и чем все закончится. «Власть» покоряет стремительностью и смелостью: для начала большой боевой операции на другом конце света достаточно нескольких коротких приказов и одной остроты вдогонку. От таких масштабов авторская фантазия вдруг становится до боли реалистичной, как мультик иногда более правдоподобен, чем самая строгая и беспристрастная хроника. (Сергей Сычев, «Известия»)

Вашингтонский обком. Кристиан Бэйл вновь изменил внешность - на «сатанинскую». 1960-е, не самый опрятный и прилежный студент Йельского университета Ричард Чейни (Кристиан Бэйл) погружается в пучину жизни неудачника. Обилие алкогольных напитков, вождение в пьяном виде и, кажется, полное отсутствие интереса к учебе вряд ли обещали парню успешное будущее, если бы не его жена Линн Чейни (Эми Адамс), однажды решившаяся на строгий разговор с супругом-рохлей. Ультиматум - или идешь строить карьеру, или ухожу - начало долгой истории про Дика Чейни, самого могущественного американского политика недавнего времени, ушлого республиканца, проделавшего путь от интерна в администрации Никсона до вице-президента Джорджа Буша-младшего. «Власть» - в первую очередь, конечно, байопик, жанр сейчас популярный, но довольно опасный. Есть в нем желание удариться в крайности - показать либо идеальный лакированный образ, либо, напротив, обвинить героев минувшего во всех тяжких. Режиссер и сценарист Адам МакКей с иронией и сарказмом оказывается где-то между этих двух путей - безусловно демонизируя (возможно, заслуженно) Дика Чейни, он все же оставляет ему шанс на простую человеческую, не без огрехов, жизнь - в целом заботливого отца (хотя тоже есть вопросы) и заядлого рыболова. Такая вот политика с человеческим лицом. Впрочем «Власть» - это не только байопик, это настоящий памфлет. В ярких картинках, понятных даже далекому от страстей Белого дома зрителю. В этом умении объяснить сложные для обывателя вещи простым языком - весь МакКей. Помните лежащую в ванной с бокалом шампанского Марго Робби, рассказывающую, будто подружке или любовнику, о причинах ипотечного кризиса? Это тоже дело рук МакКея, до «Игры на понижение» занимавшегося в основном продюсированием кинопроектов, но принявшего верное решение вернуться в режиссуру. Во «Власти» МакКей, правда, использует несколько иные приемы для изложения своей (именно своей - реальной, а, может, и не совсем, как предупреждается в титрах) истории о Дике Чейне. Тут и ирония по отношению к серьезным документалкам, и обманчивый хэппи-энд, и шикарный фантазийный диалог Чейни и его жены с цитатами из Шекспира. В общем все, чтобы зритель не заскучал на не самом популярном жанре политического байопика. Не обошелся МакКей и без личного талисмана - актера Кристиана Бэйла, погрузившегося в роль со свойственным ему куражом. Набрал пару десятков килограммов, чтобы прочувствовать весь, так сказать, масштаб фигуры Чейни. А получая «Золотой глобус», и вовсе поблагодарил сатану за то, что помог сыграть ему эту роль. Не уступает Бэйлу и Эми Адамс, которой тоже пришлось перевоплотиться в возрастную Линн Чейни, сыграть «стоящую за каждым великим мужчиной великую женщину» на протяжении почти пяти десятков лет. Без актеров второго плана, ответственных во многих случаях за комедийную составляющую, тоже не обошлось: Стив Карелл, играющий коварного и агрессивного министра обороны, первого политического учителя Чейни - Дональда Рамсфелда, и, конечно, Сэма Рокуэлла в образе Джорджа Буша-младшего. Портретное сходство последних просто неожиданно и удивительно, а то с каким удовольствием Рокуэлл играет глуповатого президента просто непередаваемо. Да, «Власть» в определенном смысле карикатурна, нет здесь попыток сделать большинство героев объемными и неоднозначными, но фильм этого и не требует. «Власть» - именно что здоровое представление о современной политике с ее «серыми кардиналами», вершителями судеб и вечном хаосе, творящемся в стенах Белого или любого другого власть имущего дома. Кино современное, актуальное, учитывая тему, не без оглядки на нынешние политические процессы - как внутри страны, так и за ее пределами. Но если бы все байопики о сильных мира сего выглядели, как фильм МакКея, то и людей, реально разбирающихся в политике, а не занимающихся исключительно диванной аналитикой и агрессивными криками «за» или «против», было бы значительно больше. Может, и история в ироничных картинках, в отличие от серьезных архивных источников, будет лучше понятна будущим поколениям. (Маша Токмашева, «Кино-Театр.ру»)

Человек, который продал мир. Остроумная политическая сатира от автора «Игры на понижение»: смешная, динамичная и с невероятной ролью Кристиана Бэйла. Дик Чейни, не самый удачливый да и не особо умный парень, однажды попадает в тюрьму за пьяное вождение. Жена забирает его и ставит ультиматум: мол, либо ты берешь себя в руки, либо мы с тобой прощаемся. Дик угрозу принимает близко к сердцу - даже, видимо, слишком, ведь в ближайшие годы он устроится в Белый дом. Там он поработает сначала мелким советником, потом министром обороны, а затем, при младшем Буше, взойдет как вице-президент, усилит центральную власть и чуть ли не единолично начнет войну в Ираке. Адам МакКей - пример одной из самых удивительных режиссерских трансформаций последних лет. Человек, который заставлял Сэмюэла Л. Джексона со «Скалой» Джонсоном прыгать «мордой в асфальт», вдруг ударился в биографические драмы на, прямо сказать, не самые простые темы. Раньше он, как очень удачно выразился один зарубежный эссеист, делал умное «глупое кино». Теперь он делает «умное» глуповатым. Глупость здесь, конечно, исключительно в положительном смысле. МакКею явно хватает квалификации, чтобы серьезно говорить и об экономическом крахе, и о сложных политических перипетиях, но он предпочитает не супить брови и сводит все в такую постмодернистскую игру. Где герои порой откровенно дурачатся, действие в любой момент может прерваться авторскими отступлениями, а существование «четвертой стены» отрицается совершенно. Во «Власти» метод МакКея эволюционирует: раньше его хватало на внезапные камео звезд, объясняющих сложные термины, теперь персонажи у него могут начать читать Шекспира или заказать в ресторане войну с Ираком, а посреди фильма наглейшим образом возникают финальные титры. «Игра» (теперь уже без всяких понижений) вообще ключевое слово для «Власти». Она меньше всего похожа на стандартизированный байопик: слишком много тут заигрываний с формой, структурой, образами. МакКей жонглирует событиями и фактами как хочет, строит из них линейный, но довольно путаный нарратив, подчиненный не столько логике, сколько удивительной внутренней ритмике. Про фильмы часто говорят, что история в них «оживает», - так вот для «Власти» этот обычно пустой словесный конструкт вполне справедлив. История в нем - не набор событий, это цельный, пульсирующий, дышащий организм, в котором прошлое сталкивается с будущим, а реальное - с выдуманным. И поверх всего ложится опоясывающая фильм метафора политики как рыбалки - просто, да, банально даже, но удивительным образом работает: во многом из-за того, как грамотно МакКей рифмует ее с нужными сценами. Эта игра может показаться - особенно тем, кто не видел прошлый фильм Адама, - чем-то уж слишком формалистским. Будто режиссеру интереснее искать поводы лишний раз похихикать, чем, собственно, что-то зрителю рассказать. Фильм за это действительно некоторые ругают: мол, у нас тут трагические страницы истории, а вы цирк с конями устроили. Но причина претензий, надо думать, больше политическая - ведь МакКей, о ужас, не поддается соблазну выставить республиканца Чейни абсолютным злом и «literally Гитлером», а идеологическое противостояние левых и чуть менее левых сводит до одной послетитровой шутки. Правда в том, что, как бы ни скалил зубы МакКей, он никогда, выражаясь словами из другой сатирической комедии, не уходит full retard, и трагичного во «Власти» не меньше, чем комичного, - причем часто даже внутри одного эпизода. Баланс условно смешного и грустного он здесь выдерживает даже лучше, чем в «Игре на понижение» - та под конец несколько прогибалась под необходимостью дать вывод и вывести мораль. «Власть» такой ошибки избегает, ее остроумие и бешеная динамика не спотыкаются вплоть до самых титров. И даже после них. Эту тональную двойственность фильм совершенно великолепно отражает в своем главном герое, Дике Чейни (великая роль Кристиана Бэйла, неузнаваемого пуще прежнего). Он тоже бывает чрезмерен, в некоторые моменты - ну вылитый мультяшный злодей, красноглазый крысеныш Брейн, думающий только о том, как бы прибрать к рукам кусок побольше (за Пинки в фильме в таком случае отвечает не менее великий Стив Карелл). Но Бэйл отнюдь не карикатурен, он даже в самые эксцентричные моменты держится на грани, за его злодейским прищуром - сложный персонаж, которого что в жизни, что в кино вам едва ли удастся понять до конца. 8/10. (Ефим Гугнин, «Film.ру»)

Власть кадра. Безжалостному и алчному «ястребу» Чейни, выкормышу приснопамятного президента Никсона, министру обороны (1989-1993) времен первой иракской войны, воплотившему все худшие черты республиканского истеблишмента, сочувствовать трудно. Но ненависть МакКея к своему антигерою вызывает эффект, прямо противоположный ожидаемому: Чейни (Кристиан Бэйл) почти хочется пожалеть. По сравнению с «Властью» карикатура, казалось бы, отпетого радикала Оливера Стоуна на Буша-младшего («Буш», 2008) кажется объяснением в любви. Но МакКей - «первый ученик» и Стоуна, и итальянца Соррентино, живописавшего премьер-министра Андреотти («Изумительный», 2008) как кровавого упыря. Мозаичная хронология тасует события нескольких десятилетий. Их комментирует закадровый голос, исходящий, как выяснится, и с того света, и из глубины гипотетической души Чейни. В игровую ткань вторгаются хроника, анимированные эпизоды и микросюжеты, скажем, об иракской семье под бомбами. Полвека назад такие приемы были последним воплем политической моды, с тех пор стали делом обычным, но, в общем, работают. Прибегает МакКей и как бы к брехтовскому отстранению реальности. Порой это забавно. Официант на ужине «ястребов» предлагает на выбор стейки, среди которых, по его словам, аппетитные - «с кровью» - секретные тюрьмы ЦРУ в странах, где задержанных можно пытать сколько влезет, и хорошо прожаренный концлагерь в Гуантанамо. «Беру все!» - истекает слюной Чейни. Но когда Дик и Линн (Эми Адамс) на супружеском ложе перекидываются репликами супругов Макбет, это уже дурновкусие. Ну не тянет циник-честолюбец на шекспировского героя: брехтовский гангстер Артуро Уи и тот монументальнее будет. МакКей легализует то, о чем давно писали «конспирологи» типа Оливье Мейсана и «чудаки» вроде Майкла Мура. События 11 сентября 2001-го - провокация «ястребов». В США произошел военно-полицейский переворот, аннулировавший все гражданские права. Улики против Саддама даже не фальсифицированы, а высосаны из пальца: один из камикадзе, возможно, встречался в Праге с одним иракским шпионом. Иракскую нефть американские компании поделили еще до атаки на Нью-Йорк. Новость лишь то, что захватившей власть «хунтой» верховодил не Буш-младший (Сэм Рокуэлл), а Чейни, исповедующий фашистскую доктрину «унитарной исполнительной власти». Кровоточащая вишенка на торте - намек на то, что бедолагу, чье сердце пересадили Чейни, убили спецслужбы, отчаявшиеся найти донора. Хочется воскликнуть: где посадки, где расстрелы, ну хотя бы иски Чейни к МакКею, в поисках компромата все «берега попутавшему». Вот 19-летний оболтус Дик, вывалившись из-за руля автомобиля, блюет на патрульного. Прискорбно, но никак не предопределяет гибель Ирака. Линн заставит Дика «завязать» и взяться за ум, но на МакКея не угодишь: то, что Чейни перестал бить морды собутыльникам и занялся карьерой,- тоже свидетельство его изначальной порочности. Ребята, вы определились бы: ваш антигерой мелочь по карманам тырит или страны с карты мира стирает? Если изучать историю США по фильму, покажется, что уже полвека ими безраздельно правят республиканцы-диктаторы. Подлый Никсон, самодовольный Рейган, хищный Буш-старший и его ничтожный сын-алкаш. Демократ Картер удостоен доброго слова за развитие солнечной энергетики, Обама упомянут мельком, а Клинтон вообще куда-то запропастился. Окей, республиканцы натворили уйму зла, но чего ж тогда демократы это зло лишь приумножили: узилище в Гуантанамо не закрыли, а в дополнение к Ираку снесли с лица земли Югославию с Ливией. Ответа МакКей дать не может и не хочет. «Власть» - чистейший образец остервенелой пропаганды. Это не значит, что фильм лжив. Пропаганда - не ложь, не правда, а третья реальность. Она использует ту часть правды, которая ей выгодна. Ее невозможно опровергнуть - только переорать, а переорать МакКея нелегко. Фильма, скорее всего, не было бы, не спровоцируй избрание Трампа холодную гражданскую войну, свой выстрел в которой и сделал МакКей. На Буша и Чейни ему наплевать. Он целится в действующего президента. Недаром среди грехов Чейни акцентированы создание Fox News, пренебрежение глобальным потеплением и насмешки Линн над феминистками. Одно хорошо: то, что Мэри, дочь Чейни, оказалась лесбиянкой, помешало злыдню пролезть в президенты. Эх, был бы я феминисткой, подал бы на МакКея в суд за инструментализацию в пропагандистских целях личной жизни Мэри. (Михаил Трофименков, «Коммерсантъ»)

Мордатый и дерзкий парень Дик Чейни вылетает из престижного университета, после чего занимается физическим трудом на свежем воздухе и увлекается алкоголизмом. Жена указывает ему на недопустимость такого безответственного поведения, Дик берется за ум, устраивается интерном в Белый дом и вскоре становится вторым (на самом деле первым, но об этом ниже) лицом американской политики, единоличным творцом современного миропорядка и натуральным Доктором Зло. Получившую восемь оскаровских номинаций «Власть» снял режиссер Адам МакКей, сделавший карьеру на абсурдных (и часто идиотских) комедиях с Уиллом Ферреллом, - и это чувствуется. Бодрый рваный монтаж, разной степени убедительности визуальные метафоры, разговоры на камеру, как, прости господи, в «Дэдпуле», и галерея адских персонажей. Набравший двадцать килограммов и высветливший брови Кристиан Бэйл сверкает «ролексами» и страшно сипит: реального Чейни в Белом доме за глаза называли Дарт Вейдер. Дональд Рамсфелд паясничает и опереточно хохочет. Джордж Буш-младший - натуральный дегенерат; Буш-старший в общем не сильно лучше. Кондолиза Райс с молчаливым укором наблюдает за творящимися в ее присутствии непотребствами и преступлениями против человечества. Единственный приличный человек - госсекретарь Колин Пауэлл, но и того быстро скручивают в бараний рог, чтобы не строил из себя рыцаря в сияющих доспехах. За всем этим с поджатыми губами наблюдает Эми Адамс в роли жены Чейни - она тоже набрала для роли килограммов пятнадцать, но об этом почему-то не кричат на каждом углу. С одной стороны, весь этот балаган явным образом расширяет аудиторию фильма об американских внутриполитических вопросах до тех зрителей, которым что Чейни, что Аквамен - одинаково вымышленные персонажи из параллельных реальностей. С другой, он размывает месседж. МакКей не делает секрета из своего отношения к Дику Чейни и его политическому наследию: коротко говоря, бывший вице-президент персонально виноват вообще во всем. От кризиса современной либеральной идеологии до калифорнийских лесных пожаров, от образования одного запрещенного в России государства до деградации медиа и прочих фейк-ньюс. Собственно, на недавних «Золотых глобусах» Бэйл публично поблагодарил Сатану за вдохновение при работе над ролью. Подобного разоблачительного накала раньше достигал только Майкл Мур, но он работает в жанре поп-документалистики, где в общем необходимо показывать факты, а потом уже их интерпретировать. «Власть» переходит сразу к интерпретации, и тут возникает много вопросов. Таким ли уж полудурком был на самом деле Буш? Как у Чейни получилось, по сути, узурпировать власть, пользуясь сомнительной юридической лазейкой в конституционном праве, и не понести за это никакой ответственности? Как вообще он превратился из пьющего монтажника-высотника в политического тяжеловеса? Если верить «Власти», то при помощи быстрого монтажа и дара убеждения. Возможно, главный посыл в том, что согласно фильму Дик Чейни - психопат. Не в оскорбительном, а в буквальном смысле слова: человек, страдающий диссоциальным расстройством личности. Характерными чертами этого свойства психики является полное отстуствие эмпатии даже к близким родственникам (см. эпизоды с сердцем и младшей дочерью Чейни), неспособность испытывать чувства вины и благодарности (см. случай со старыми соратниками при переезде в Белый дом), манипулятивный характер коммуникации (см. вообще весь фильм) и так далее. В это охотно верится - именно потому, что такой набор качеств не мешает, а, наоборот, способствует продвижению по карьерной лестнице не только в политике, но и в любой уважающей себя корпорации. И это не то чтобы шокирующее откровение (см. книгу Джона Ронсона «Психопат-тест», много лет не вылезающую из списков международных бестселлеров). И все же, и все же. Несмотря на все вышесказанное, «Власть» искрит дикой энергией и несется вперед, как накачанный озверином двухчасовой выпуск программы «Намедни». Ложные титры в середине, два раза для верности повторенная сцена с президентским приказом, скачущая хронология, безумная инфографика - фильм лупит наотмашь и часто промахивается, но когда попадает, то сразу в точку. «Оскаров», вероятнее всего, на этот раз не будет - разве что Бэйлу за героическое ожирение. Но во все уважающие себя списки главных фильмов года «Власть» точно попадет. Как минимум потому, что технически это абсолютно новый формат высказывания о недавней истории - прошлогоднему «Секретному досье», тоже претендовавшему на «Оскара», есть чему поучиться. (Андрей Подшибякин, «GQ»)

Кто здесь «Власть»: Кристиан Бэйл в сатире года или упрощение ради упрощения? В 1963 году где-то в Вайоминге полицейский останавливает на ночном шоссе машину: пассажир, молодой человек по имени Дик Чейни (Кристиан Бэйл), настолько пьян, что не выходит, а вываливается на асфальт. Это уже не первый случай, к тому же Дика выгнали из Йеля, он работает на ЛЭП и дерется в барах; его невеста Линн (Эми Адамс), с которой они вместе еще со школы, выражает сомнения в правильности своего выбора. Почти 40 лет спустя, 11 сентября 2001 года, секретная служба уводит вице-президента Чейни в бункер Белого дома вместе с другими высокопоставленными чиновниками, пока президент Буш (Сэм Рокуэлл) кружит где-то в небе. Чейни приказывает главе Пентагона Дональду Рамсфелду (Стив Карелл) сбивать подозрительные пассажирские самолеты, министры смотрят ему в рот, он символически становится тем, чем всегда мечтал: высшей властью Америки, а значит, и мира - властью, которая одновременно и законодательная, и исполнительная, не подотчетная никому. Обычно в таких случаях ждут смерти героя - а в случае 78-летнего Дика Чейни, который перенес первый инфаркт еще в молодости, а последние годы ходит с пересаженным сердцем, ждать осталось недолго, если уж говорить без лишних сантиментов. С другой стороны, в каком-то смысле сила сатирического высказывания теряется, если объекта уже нет рядом - и тогда, наоборот, надо было поторопиться. Адам МакКей, опытный комедиограф и партнер Уилла Феррелла, три года назад вступивший на более серьезную территорию с «Игрой на понижение» - энергичным фильмом про ипотечный кризис 2007-2008 годов, едва не получившим главный «Оскар», - выбрал второй путь и посылает бывшему вице-президенту, пишущему мемуары на заслуженном отдыхе, пропитанную ядом валентинку. Первая половина фильма - до драматических президентских выборов 2000 года - представляет, пожалуй, больший интерес (просто потому, что события второй примерно известны даже человеку, далекому от американской политики). Взявшийся за ум после бурной молодости Чейни становится стажером в Вашингтоне, протеже Рамсфелда, конгрессменом и так далее. Авторам удается создать пару схематичных, но ярких персонажей: Стив Карелл размашисто играет жизнерадостного циника Рамсфелда, Эми Адамс - железную миссис Чейни, ответственную за деятельность мужа как минимум в равных с ним долях. Лучше всех - Сэм Рокуэлл в небольшой, к сожалению, роли Буша-младшего, не самый очевидный, но гениальный кастинг; может быть, причина посмотреть этот фильм. Дальше наступает момент истины - 11 сентября, - и Чейни, как считается, серый кардинал при слабом президенте, разворачивается по-настоящему: вторжение в Ирак, который вообще ни при чем, косвенное участие в создании «Исламского государства», ущемление гражданских свобод дома, процветание нефтяников и частных военных компаний, снижение налогов для богатых, тюрьма в Гуантанамо и «улучшенные методы допроса», более известные как пытки, и так далее. Все это оформлено в том же бодром духе, что и «Игра на понижение»: периодическая отмена «четвертой стены», вкрапление документальных фрагментов, клиповый монтаж, минутные комические выходы Наоми Уоттс и Альфреда Молины. За кадром биографию Чейни комментирует - иногда мелькая и в кадре - некий выдуманный герой в исполнении Джесси Племонса, чья роль в происходящем становится понятна только в конце (недурная, хотя и мелодраматическая находка). МакКей вновь и вновь (и вновь) эксплуатирует пару нехитрых поэтических образов: в первую очередь Чейни как рыбака, что-то там подсекающего в воде. И как и «Игра», «Власть» объясняет сложные явления простыми словами. Но если в случае свопов и хедж-фондов в этом был очевидный смысл, здесь упрощение - просто упрощение, граничащее с жульничеством. Причинно-следственные связи разглажены и развешаны на веревках, все беды - из-за того, что Дик Чейни плохой. Даже если это и правда, методы из арсенала «Saturday Night Live» (где МакКей провел несколько лет) в полнометражном кино выглядят не слишком убедительно - не информативно и при этом не смешно. Как, в принципе, и очередное преображение Кристиана Бэйла, о котором в связи с «Властью» говорят в первую очередь: это, разумеется, демонстрация превосходной техники, но далеко не такой головокружительный аттракцион, чтобы тащить на себе двухчасовой фильм. Получается, что во «Власти» про Дика Чейни сказано очень много - и при этом странным образом почти ничего. Преображение из туповатого, необаятельного увальня, за которого на митингах во время депутатской кампании выступает жена, в самого могущественного человека Америки никак не расшифровано - просто предъявлено. Все в этом фильме на поверхности, в том числе и человеческая, так сказать, сторона Чейни - любовь к семье, история про дочь-лесбиянку и поддержку однополых браков. Под беспокойную музыку герой ходит по коридорам Белого дома: Дарт Вейдер с харизмой Джаббы Хатта. Оценка: 4/10. (Станислав Зельвенский, «Афиша»)

Фильм про вице-президента США Дика Чейни с неузнаваемым Кристианом Бэйлом в главной роли. Российское прокатное название «Власть» удачное, раз уж в нем сохранено начальное «V» - латинская буква означает, как известно, победу. Но все равно многозначительность заголовка «Vice» никак не перевести: это еще и «порок», и «вице-». Ведь герой картины Адама МакКея - вице-президент США Дик Чейни. Он правил страной вместе с Джорджем Бушем-младшим, без него могло бы не быть вторжения в Ирак и многих других драматических событий. Для многих Чейни - живое воплощение зла, и сыгравший его роль Кристиан Бэйл, получая призовую статуэтку на вручении «Золотых глобусов», не постеснялся сказать спасибо за вдохновение самому Сатане. Многие возмутились, а американская церковь сатанистов (такая официально существует) в своем Твиттере поблагодарила артиста за добрые слова. Очередной - тут легко сбиться со счета - актерский подвиг Бэйла уже можно считать достаточной причиной, чтобы смотреть «Власть». Он окружен и другими замечательными артистами: в роль жены главного героя, Линн Чейни, потрясающе вжилась Эми Адамс, Буша-младшего с огоньком сыграл Сэм Рокуэлл, а Стив Карелл героически похоронил всю свою комическую харизму ради роли старого ястреба Дональда Рамсфелда - и стал в сто раз смешнее обычного. Но именно Бэйл, побрившийся наголо и набравший 20 килограммов, в совершенстве овладевший политическими премудростями, изучивший и повторивший язык тела своего героя - неповоротливого молчуна-интроверта, - впечатляет больше всех. Можно даже сказать, что усилия Бэйла восполняют просчеты драматургии. В отличие от предыдущего фильма МакКея, получившей сценарного «Оскара» «Игры на понижение», «Власть» подверглась достаточно жестокой критике, невзирая на статусные восемь номинаций Американской Академии. Это и понятно. В «Игре на понижение» МакКей, которого знали как легкомысленного комедиографа, мастерски препарировал самый некинематографичный сюжет на свете - финансовый кризис. Во «Власти» ожидания возросли, а жанр был выбран несколько более банальный: сатирическое жизнеописание одиозного политика. И все же многое МакКею удалось - одним козырным кастингом его заслуги не ограничиваются. Во-первых, интересен и знаменателен сам выбор персонажа. Чейни - не настолько яркая и артистичная личность, как Буш-младший (неудачный фильм Оливера Стоуна «W» показывает, сколь опасны легкие мишени), в его подавляющей серости и тяжеловесности есть своя тайна. МакКей не в состоянии ее разгадать, но обозначает ее весьма выразительно. Эмблематичный политик нашего времени не рвется на авансцену, он не Наполеон и не Гитлер: тривиальный бюрократ, никак не могущий поверить в собственную карьеру, - лучшая иллюстрация тезиса о банальности зла. Он даже войну готов развязать из чистой добросовестности. Ну и еще из рыболовецкого азарта: клюнут избиратели или нет? Во-вторых, рваное и путаное повествование, которое то перескакивает через годы и целые десятилетия, то топчется на месте, организовано МакКеем не менее изобретательно, чем в «Игре на понижение». Не хочется выдавать все сюрпризы, но как минимум финальные титры в середине фильма (когда карьера Чейни, казалось, благополучно завершилась) выглядят остроумно. Эмоциональные регистры тоже колеблются в диапазоне от будничной политической драмы до абсурдистского гротеска; беда лишь в том, что и обычные программы новостей нередко дают аналогичный эффект. Главная же тонкость «Власти» - фигура рассказчика, некоего Курта (Джесси Племонс, блестящий актер второго плана, работавший, среди прочих, со Стивеном Спилбергом). Откуда он знает так много о Чейни и какое к нему имеет отношение, станет ясно только в финале. Оператор Грег Фрейзер («Лев»), композитор Николас Брителл («Лунный свет») и монтажер Хэнк Коруин («Древо жизни») - мастера своего дела, они изо всех сил стараются разнообразить унылую биографию Чейни формалистическими уловками. Получается не всегда. Препятствием становится герметичность американской политической жизни, в которой трудно разобраться, не будучи специалистом. К чести МакКея надо заметить, что адаптировать своей материал для несведущего зрителя он не стал - просто постарался изложить его интересно. Самое же и печальное, и восхитительное - то, что режиссер в точности предсказал реакции на собственный фильм, вставив их в титры в качестве постановочной (или, может быть, документальной?) сцены с первой фокус-группой, смотревшей «Власть». Консерватор недовольно замечает, что кино получилось «слишком демократическим», либерал с преувеличенной вежливостью возражает: «Зато тут все чистая правда». Потом они начинают драться. А девушки, не мешая драке, шепотом обсуждают недостатки последней серии «Форсажа». И зрители, и избиратели действительно устроены именно так, ничего не поделать. Уже поэтому хочется поддержать Адама МакКея, рьяно - хоть и с неравномерным успехом - ищущего новые способы снимать политическое кино. (Антон Долин, «Meduza»)

Главный электрик Америки. О Дике Чейни приходилось писать, но как давно это было: почти 20 лет назад! Казалось, об этом герое вчерашних дней уже сказано все. Тем более что он не был таким уж медийным персонажем. В Вашингтоне шутили, что большую часть времени после терактов 11 сентября Дик Чейни проводит в секретном месте, расположение которого не разглашалось. Созданный американской прессой образ вице-президента при Джордже Буше-младшем представлял его неоконсерватором, сторонником ставки на силовые решения конфликтов, а также лоббистом интересов крупного бизнеса, учитывая, что до прихода в Белый дом он руководил компанией Halliburton. Теперь фильм Адама МакКея создает ощущение, что ничего о Дике Чейни мы толком и не знали. Нужно ли нам сегодня это знание? Каждый ответит по-своему. Одни воспримут эту картину как талантливую черную комедию о вашингтонских нравах - изящную и ироничную. Другие - как убийственную сатиру, которая может стать учебным пособием для МИД РФ и армии российских говорящих голов, изобличающую «преступные действия руководства США». Или как сеанс кинематографического саморазоблачения Америки, в котором приняли участие продолжающие традиции Оливера Стоуна и Майкла Мура звездные голливудские актеры. Какую бы цель ни ставили создатели картины, после ее просмотра приходишь к выводу, что реальная американская власть имеет мало общего с американским официозом. С той американской властью, которая общается со страной и миром на брифингах в Белом доме. Замах картины продюсер Деде Гарднер определяет так: «В сценарии описываются сорок лет американской политики и ее результаты. Кроме того, заметно, как менялось общество с течением времени». На самом же деле это фильм и про то, как меняется человек, в один прекрасный день получающий огромные полномочия. Как этот человек не хочет власть потерять, как он проявляет чудеса изворотливости, как он пудрит мозги своим соратникам или сдает их, чтобы остаться на плаву. «Если в твоих руках власть, люди всегда стараются ее у тебя отнять»,- говорит один из персонажей, формулируя закон, действующий во всем мире - от Америки до России, от Сирии до Венесуэлы. Владимир Ленин говорил о том, что «каждая кухарка» должна быть способна управлять государством. Спустя без малого столетие Дик Чейни доказал, что американским государством может управлять «каждый электрик». «Никчемный, пропитанный мочой ноль, от которого воняет блевотиной». Это цитата из фильма, одна из характеристик, которой Чейни удостоился в молодые годы. Решающую роль в его чудесном превращении из жалкого провинциального лузера в могущественного серого кардинала американской политики, если верить «Власти», сыграла амбициозная, целеустремленная жена Линн. В фильме она не только дает старт его политической карьере, но и старательно лепит из своего простодушного валенка-мужа образ упорного консервативного республиканца, столь близкий той трудовой Америке, которая составляет ядерный электорат партии «слонов». В фильме есть поразительный эпизод, когда Линн Чейни заменяет на митинге попавшего в больницу мужа, баллотировавшегося в Конгресс. Выступая перед избирателями в рабочих сапогах и неглаженых рубахах, Линн Чейни популярно объясняет им суть вечного конфликта либералов и консерваторов. «Знаете, что делают с лифчиками женщины Нью-Йорка? Они их сжигают! А знаете, что делаем с лифчиками мы, женщины Вайоминга? Мы лифчики носим!» - электризует разинувших рот мужиков эффектная блондинка, призывая их проголосовать за ее мужа - примерного семьянина и радетеля за народ. Та же Линн спустя много лет подталкивает мужа к тому, чтобы принять предложение Джорджа Буша-младшего и пойти с ним в качестве кандидата в вице-президенты на выборы 2000 года. Сам Буш предстает неопытным и недалеким политиком, после первой встречи с которым Дик признается: «Очень зеленый. Но я пообещал ему помочь». В дальнейшем зрители узнают, как Дик, сформировавший в Белом доме свой теневой центр силы, вертит президентом, как хочет, и помогает «зеленому» Джорджу Бушу дозреть. Дозреть до войны в Афганистане, до войны в Ираке, сфабриковав обвинения в разработке Саддамом Хусейном оружия массового уничтожения. Зрители узнают, что это именно Дик Чейни благословил пытки обвиненных в терроризме, прослушки и многое другое. На вопросы о том, как это согласуется с международным правом, Дик Чейни отвечает, что, когда его стране объявлена война, любые разговоры о законности как минимум неуместны. А еще он пытается вдолбить в головы оппонентов главную мысль о том, что действия Америки по определению не могут быть незаконными. Обращенные к американским партнерам гневные слова Владимира Путина: «Вы хоть понимаете теперь, что вы натворили?», сказанные с трибуны Генассамблеи ООН, явно не привели бы главного героя фильма «Власть» в чувство. Отвечая на вопрос, не сомневается ли он в правильности всего того, что сделал на посту вице-президента, экранный Чейни говорит: «Нисколько не сомневаюсь. Поступил бы так снова». (Сергей Строкань, «Коммерсантъ»)

«Власть» Адама МакКея не спасает даже последний подвиг Кристиана Бэйла. Сложно снимать сатиру на то, как последние стали первыми. 1963 год, по пыльной американской пересеченке несется кабанчиком автомобиль, походка его нетрезва, как и водитель. Полуночное дорожное родео пресекает страж порядка: стекло опускается, из потемок салона полицейскому улыбается крепко сбитый мужчина - Дик Чейни (Кристиан Бэйл). Под звездным небом США его ждет, вероятно, штраф, дома - расстроенная жена Линн (Эми Адамс), которая давно требует от муженька, чтобы тот взялся за ум. Тот же успешно - еще с университета - балбесничает, но в этот раз женин голос звучит достаточно убедительно, чтобы Чейни стал на тропу политического успеха. Довольно стремительно, если верить магии монтажа, манипулирующей временем, как великие жены - великими мужчинами (тут все как в известной поговорке). Вскоре он изроет своим влиянием коридоры власти, выживет в администрациях четырех президентов, а при Джордже Буше-младшем (Сэм Рокуэлл) будет, в сущности, серым кардиналом, человеком, который замутил все. Любит побалбесничать и режиссер Адам МакКей, несколько лет назад прогремевший «Игрой на понижение», - ернической презентацией, объясняющей, как вздулся в нулевые пузырь американской экономики и почему он лопнул. В кадре толпились лучшие люди: Кристиан Бэйл, Стив Карелл и Брэд Питт играли реальных людей, Марго Робби в пенной ванне и другие звезды в ролях самих себя объясняли сложные экономические понятия буквально на пальцах (и мыльных пузырях). Следующим шагом МакКея закономерно стала политика: истерия вокруг сумасбродного президента Дональда Трампа требует разговора о властном ресурсе, самодурстве и американской мечте владеть всем, что попадает в поле зрения. И республиканец Дик Чейни - фигура лучше не придумаешь. Если верить открывающим титрам, известно про него довольно мало, а натворил он довольно много. В общем, химический состав привычный: излюбленная режиссером смесь шутки с фактом плюс щепотка легкого демонизма, присущая изнанке американской мечты. В идеальном мире Vice стала бы американским побратимом тетралогии власти Александра Сокурова («Молох», «Телец», «Солнце, «Фауст»), где российский режиссер рассматривал мировых правителей (Гитлера, Сталина, Хирохито) в контексте их всемогущества, тающего гуманизма и надвигающегося безумия. МакКей же, кажется, подлинно очарован Чейни, хоть и изо всех сил пытается того укусить. В этом и заключается врожденный порок «Власти»: как бы режиссер ни извивался, ни писал в титрах слово fuck (один раз), его прибаутки и подмигивания - дескать, ну мы-то с вами все про Дика Чейни понимаем, посмотрите на эту заплывшую возможностями морду - разбиваются о миф американской мечты. Как это ни иронично, на протяжении двухчасового марафона «Власти» разворачивается история «кандидата от народа»: Чейни пробился, заслужил, научился. Чем безэмоциональнее становится лицо тяжелеющего на глазах Бэйла, тем могущественнее становится эта жаба величия, олицетворяющая надежду никого стать кем-то. Если в «Игре на понижение» топорность маккеевских юморесок не так бросалась в глаза, то во «Власти», где политическая ангажированность и внимательность к риторике идут в одном наборе с темой, нужно было внимательнее выбирать слова и аналогии. МакКей подводных камней материала не почувствовал: два часа кокетства, клише из байопиков и, например, тоскливая аналогия политических переговоров с рыбалкой (самое время напомнить, что сатира бывает только одной свежести - и это явно не она). В этой оскорбительной простоте, впрочем, рецепт успеха МакКея - образцового режиссера эпохи пояснения. Он играет со зрителем в поддавки, все рассказывает и разжевывает, приносит очень дотошную статью из «Википедии» на блюдце с большими артистами и в меру остроумными шутками. В сущности, делает поучительный телевизионный док увлекательным. Однако там, где должен начаться «Карточный домик» или, по крайней мере, авторское высказывание, - замирает, как превращается в маску физиономия Дика Чейни, который что-то сосредоточенно обдумывает. Апофеозом режиссерской мысли оказывается череда сердечных приступов политика, робко напоминающих, что орган кровообращения есть даже у республиканца, который после 11 сентября инициировал войну в Ираке, чтобы сбавить градус напряжения в американском обществе. В одном эпизоде инсульт даже застает Чейни посреди Белого дома, и он оседает на пол; в отечественной патриотической драме «Время первых» великий конструктор Королев в исполнении Ильина при сердечном приступе уходил в затемнение, потому что «герои не падают». Однако, за исключением довольных ухмылок, плакатного компромата и жутких фактов, подаваемых в духе злодеев из Джеймса Бонда, «Власть» так и остается очарована то ли Диком Чейни вообще, то ли старательным перевоплощением Кристиана Бэйла. Оно и не удивительно: любит семью, всего добился сам, за отечество и двор стреляет в упор - что еще нужно, чтобы встретить старость? (Алексей Филиппов, «GQ»)

Порок в своем отечестве. 1963 год, Вайоминг. Вдоволь наоравшись пятничным вечером, пьяный здоровяк в рабоче-крестьянской рубахе виляет на машине по темному шоссе, где его неминуемо останавливает полицейский патруль. Здоровяк закуривает, открывает дверцу, но не выходит, а падает наземь. Это Дик Чейни. В следующем кадре он будет экстренно покидать уже не старенький седан, а Белый дом. С эвакуации американского вице-президента Чейни 11 сентября 2001-го после попадания первого самолета в одну из башен ВТЦ, по сути, начнется новая политическая эпоха. Закрутится юридическая машина, соратники Чейни проведут разъяснительную работу и наделят исполнительную власть США практически неограниченными полномочиями - в том числе правом на прослушивание телефонов, перлюстрацию почты, пытки военнопленных и подозреваемых в терроре. Всеми этими полномочиями власть располагает и сегодня - мрачно заключают финальные титры. Список претензий к администрации Буша-младшего известен: тюрьма Гуантанамо, ничем не мотивированная война в Ираке, обеспечившая взлет никому не известного до тех пор аз-Заркауи и запрещенного в России ИГИЛ. Это все реальность, многократно описанная в том числе и американским кинематографом. Достаточно вспомнить плакатное кино Майкла Мура («Фаренгейт 9/11») и Оливера Стоуна («Буш») или, скажем, чуть сложнее устроенный «Неизвестный известный» Эррола Морриса, в котором классик документального кино, славящийся своими талантами дознавателя, брался за портретирование многолетнего сподвижника и коллеги вице-президента Чейни Дональда Рамсфелда. Правда, особо раскачать бушевского «ястреба» в кадре Эрролу не удалось - тот улыбался и говорил загадками. Министр обороны Рамсфелд появляется и во «Власти» Адама МакКея. Его роль исполняет Стив Карелл. И уже само это говорит о взятой автором тональности. Нет, это не обличение, не расследование, не полемика с оппонентами или попытка все объяснить тем, кто так ничего и не понял. Это скорее пародия. Звезда комедии потешно щурится и растягивает рот в улыбке - характерная гримаса Рамсфелда заставляет забыть даже о носе Карелла (его не скрыть никаким гримом). Комический ансамбль дополняет Сэм Рокуэлл, отлично отрабатывающий доставшуюся ему роль второго плана - Джорджа Уокера Буша, сначала бонвивана и папенькиного сынка, а затем президента США. Он хмурит брови домиком и замечательно строит из себя идиота, но почему-то невозможно избавиться от мысли, что изображаемые на экране герои в жизни все-таки устроены чуть сложнее. За сложность во «Власти» должен был, по всей видимости, отвечать главный герой - Дик Чейни, сыгранный Кристианом Бэйлом. Для этой роли он провернул свой знаменитый фокус - радикально набрал вес. Потолстевший, облысевший, одышливый Бэйл настолько похож на своего героя, насколько это вообще возможно. Тюфяк Чейни в его исполнении, кажется, действительно любит свою семью, и что-то внезапно сквозит в его взгляде, когда он, несмотря на политические устремления, принимает гомосексуальность одной из дочерей. Но эти элементы психологического реализма идут в разлад с пародийной природой фильма. Ведь суть пародии в намеренном преувеличении одних черт и пренебрежении другими - тут едва ли нужна глубина или объем, скорее эффектные гиперболы и аналогии. С нивелированием тонкостей в работе Бэйла успешно справляется сатирик-интеллектуал Адам МакКей. Задав в первые же минуты фильма нешуточную амплитуду перемещением из Вайоминга 1963-го в Вашингтон 2001-го, он намеренно уходит от серьезного разговора. И следующие два часа фильм будет скакать из далекого прошлого к прошлому недавнему, то убыстряя, то замедляя темп, прибегая к закадровому комментарию в духе Михаила Ромма, лирическим вставкам с Чейни, заходящим со спиннингом в стремительную реку (вот кто теперь ловит человеков!), и остроумным резонерским ремаркам. Комическую разболтанность фильма в полной мере отражает оригинальное название «Vice» - одновременно и сокращение от «вице-президент», и «порок». Спорый монтаж, врезки в духе Saturday Night Live, игривые титры - все это во «Власти» из предыдущего фильма МакКея «Игра на понижение» об инвестфондах, спровоцировавших финансовый кризис 2008 года и заработавших на нем. Разве что вместо Марго Робби, попивающей шампанское в ванне и объясняющей для тупых тонкости финансовых схем, теперь на экране Наоми Уоттс в студии Fox News. Кажется, именно игрой на понижение и занят МакКей, рассказывая о Чейни и его роли в американской политике и истории. Вы хотели услышать что-то трагическое в духе Уильяма Шекспира? Нет-нет, все гораздо проще, банальнее и непригляднее. Этот мир прост как мычание - нет никакой тайны, нет никакого «Ричарда III» (хотя в какой-то момент МакКей все-таки не удерживается и отпускает на сей счет шутку: Дик - это ведь сокращение от Ричарда). Никакой истории пути во власть тоже нет: сначала бросил пить, потом доучился в университете, нашел нормальную работу и встретил Рамсфелда. Что ж, на всякого мудреца довольно простоты. А зрителей - полный стадион. (Василий Степанов, «Коммерсантъ Weekend»)

Оттенки серого. В прокате - «Власть», один из претендентов на «Оскар» 2019 года. Формально - биография самого могущественного вице-президента в истории США Дика Чейни. На деле - иллюстрация к вечному утверждению: властью наделяются не лучшие и умнейшие, а самые серые и незначительные. Режиссер Адам МакКей пережил самую, может, невероятную мутацию из возможных. Начинал как комедиограф - снял «Сводных братьев», «Рики Бобби» и «Копов в глубоком запасе». А потом резко свернул с этой дороги - и в 2015 сделал «Игру на понижение», финансово-политический блокбастер про мировой ипотечный кризис 2007-2008 годов. Во «Власти», новой работе, он вроде как продолжил линию «Игры»: облек недавние события в художественную форму. Но сделал это куда более смело. И вовсе не потому, что, в отличие от брокеров с Уолл-стрит, главный герой «Власти» Дик Чейни до сих пор обладает силой, связями и может оскорбиться. Дело в том, что «Власть» - штука смелая в художественном смысле. Действие размазано на пятьдесят лет, всю новейшую историю человечества. В ней есть бурные шестидесятые, университеты, феминистки, борьба за права. Но это все ничего не значит для молодого оболтуса Чейни, который вылетел из универа за прогулы, задержан за вождение в пьяном виде, подрабатывал кем придется. Но амбициозная и любящая жена его и в Йель пристроила, и помогла найти престижную работу. А дальше уже начались Никсон и Уотергейт, Картер, Рейган, Буш-старший, Ирак, Афганистан, 11 сентября. Все события, в которых герой сыграл роль. Но вовсе не потому, что он амбициозен. Просто умелый аппаратчик - и точка. Вообще, сколько ни говори о Чейни как о таинственной и мистической фигуре, его жизнь, может, самое скучное зрелище из возможных. На блокбастер перекладывание бумажек, подготовка презентаций и периодические инфаркты не тянут. МакКей берет не тайнами вашингтонского обкома, а изысканностью и богатством художественной формы. Жонглирует жанрами: стилизует картинку под семидесятническое ретро, телик девяностых, скрытую камеру, любительское мобильное видео. Монтирует игровые эпизоды с со статичными картинками, кадрами Animal Planet. Порой кажется, что МакКей вознамерился прогнать с трона главного публициста мирового кино Майкла Мура: уж очень много тут бесед, политэкономии и чуть не цитат из Фукуямы и Айн Рэнд. Но самый мощный элемент оркестровки - рассказчик, который комментирует происходящее. Он, с одной стороны, создает интригу: в кадре появляется (играет рыжий Джесси Племонс, звезда сериала «Фарго»); но кто это, откуда знает про Чейни столько всего, почему так виртуозно владеет политической терминологией и может прочесть лекцию про политическую систему США? Это мы узнаем только в финале - скажу только, что ответ невероятно простой, яркий и образный. С другой, его закадровый голос и периодическая материализация на экране вносят во «Власть» мощный игровой элемент, превращают фильм в брехтовский эпический театр. Есть, скажем, сцена семейного спора - соглашаться ли Чейни, богачу и бывшему главе администрации Белого дома, на пост вице-президента. Комментатор честно признается - черт их знает, этих Чейни, о чем они спорят. Не шекспировские, дескать, персонажи. И тут же Чейни с женой разыгрывают в постели громадную сцену из «Ричарда Третьего». Другой пример - ровно посередине фильм обрывается, нам сообщают о счастливой пенсии Чейни и семейства, бегут титры. И тут же на арену выпрыгивает Буш-младший и молит пенсионера федерального значения вернуться в политику. Но настоящим шоу «Власть» делают актеры. Давно не было ленты, в которой буквально каждый персонаж сыгран самым неожиданным, ярким, смелым, безумным образом. Кристиан Бэйл прыгает выше головы: даже для его таланта мимикрии, для его готовности меняться до неузнаваемости эта роль - вышак. Подтянутый красавец играет Чейни всех возрастов - от двадцати до семидесяти, превращаясь в грузного плешивого дядьку. Но про Бэйла мы это знали, а вот что Эми Адамс может превращаться в строгую старушку - новость. Ну, да не мимикрией единой сильна «Власть»: скажем, пригласить на роль Буша-младшего Сэма Рокуэлла, дуралея и пьяницу из «Трех билбордов» - находка великолепная. Он не только очень похож на президента, но еще и выдерживает тончайшую грань между карикатурой и точнейшим портретом. Отдельный кайф - крохотная эпизодическая роль Альфреда Молины, который играет всего-то официанта, обслуживающего Чейни и его коллег. Но эпизод - кажется, лучший из возможных: вместо куропаток и стейков чинный гарсон советует вице-президенту попробовать Гуантанамо, ковровые бомбардировки и борьбу с международным терроризмом. Каким бы пестрым и красочным ни был фильм, «Власть» - лента серьезная и даже яростная в публицистическом пафосе. Просто доносит его до зрителей МакКей исключительно художественными средствами. Тем крепче картина впечатывается в сознание. История Чейни во «Власти» - не путь к величию, а удел функционера. Он серый - и потому выделяется. Он всем нужен - и потому бессмертен и неуязвим. Он никакой - и потому госаппарат без него сдохнет. У него нет убеждений - и поэтому он готов принять веру тех, кто сейчас сильнее. В этом смысле это не история Чейни. Это биография Андреотти, Брежнева, Суслова, Победоносцева, череды безликих британских премьеров и французских президентов. Совершенно универсальный миф о полном нуле, которого делает тузом жадность, глупость, раздутое самомнение окружающих. (Иван Чувиляев, «Фонтанка»)

"Власть": на планете тьма и ад - это Чейни виноват. На минувшей раздаче "Оскаров" фильм "Власть" числился этаким псевдо-фаворитом. Проходил по восьми номинациям, включая главную, ну а получил одну вполне предсказуемую второразрядную статуэтку - за лучший грим. Вполне предсказуемую - поскольку новое визуальное перевоплощение замечательного Кристиана Бэйла - при всем уважении к его очередному бескомпромиссному набору веса во имя искусства - триумф, прежде всего, тех, кто по-настоящему талантливо колдовал над физиономией артиста. И талантливо же, с достоверностью и детализацией топ-уровня превращал его в одутловатого и слегка припухшего Дика Чейни - которому лента, собственно, и посвящена. Вообще, все эти заокеанские политические байопики уже давно заслуживают подробного разбора. В России вот трудно представить, чтобы кому-то вдруг пришло в голову снять большое художественное полотно ("Каникулы президента" - не в счет) про того или иного крупного представителя современной политической элиты - хоть действующего, хоть отставного. Не складывается у нас - к сожалению или к счастью - традиция показывать политику как многосерийный балаган или эмоциональный развлекательный аттракцион под управлением шоуменов - в то время как усредненный американский обыватель, судя по значительной части новостных эфиров в США и обилию соответствующей кинопродукции, в ином формате ее не воспринимает. Казалось бы, с учетом вышесказанного и текущей конъюнктуры пора уже состряпать пасквиль на Дональда Трампа, не дожидаясь окончания его президентских полномочий, и наконец успокоиться. Ан нет: леволиберальные заокеанские леволибералы - вероятно, по причинам сугубо юридическим - на Трампа замахнуться не готовы. Пока ограничиваются слабеньким мультсериалом, репризами Алека Болдуина - ну и фильмом про бывшего вице-президента. По их не терпящей возражений версии - почти-почти такого же ужасного и чудовищного, как Трамп. И все же - благодаря великодушной скидке на это самое "почти-почти" - достойного едкой сатиры вместо оголтелой истеричной травли. Что ж, надо отдать должное авторам во главе с режиссером Адамом МакКеем, ранее снявшим пыточно унылую "Игру на понижение": местами с сатирой у них вышло вполне недурно. Читается она уже в оригинальном заголовке с зашифрованным омонимом (Vice - и префикс "вице-", и существительное "порок"), - и повествование раздваивается под стать. Нас смешат сценками с нелепым малахольным Чейни на заре карьеры - его фарсовым проникновением в администрацию Никсона (еще одной стандартной мишени для лучей ненависти); попытками научиться эффективному приспособленчеству в истеблишменте; подкаблучным пиететом перед супругой (в симпатичной трактовке Эми Адамс) - и с нажимом изобличают в Чейни зрелом и состоявшемся токсичного мега-монстра, достойного места в пантеоне супезлодеев Marvel. Последнее трудно воспринимать однозначно. На фоне экранизаций статей "Википедии" и скучных биографических пастишей предельно утрированный образ одиозной личности выделяется ярким пятном. Периодически ломает четвертую стену (впрочем, ничего нового), делает провокационные заявления, участвует в стихотворных интерлюдиях, уступает место на экране документальным вставкам, а за кадром звучат комментарии загадочного рассказчика... Снова - фирменный стиль МакКея с кучей технических и композиционных наворотов - однако теперь, в отличие от пресловутой "Игры", вроде бы появились динамика и веселье. С другой стороны, в определенный момент становится ясно, что веселить нас создатели "Власти" не особо-то и хотят. А вот покорчить из себя ироничных политологов-аналитиков-международников хотят нестерпимо, до идеологического зуда. Поэтому бэйловский персонаж в апофеозе карикатурности, резко наступающем после череды всем известных событий, де-факто перестает выполнять пародийные функции - и подставляет реального Дика Чейни под всех спущенных собак. Дескать, он лично развязал войну в Ираке, при его косвенной поддержке распоясались всякие там террористические группировки - и зверски пытать людей в тюрьме Гуантанамо звездно-полосатые гуманисты без подсказок второго лица, разумеется, никогда бы не догадались. Для пущего омерзения извольте полюбоваться, как он некрасиво жрет пончик, вульгарно облизывая пальцы. Или переживает инфаркты в уродливо-комичной манере. Или несет чушь. Или противно улыбается. Сами понимаете: в таком нарративе мало быть просто плохим политиком - нужно ведь и по-человечески соответствовать. Ну и вывод тут навязывают соответствующий: взгляните, мол, на этого негодяя, преступного циника - и вместе с тем неадекватного волюнтариста, бывшего пьяницу, деревенщину при галстуке. И запомните: республиканцы часто едят пончики и ваших детей. Условный малыш Билли, воспитанный в правильной семье темнокожего ЛГБТ-активиста и мексиканской феминистки-трансгендера, может, конечно, поинтересоваться, как же злодею удавалось совмещать непроходимую клиническую тупость с невероятным коварством и закулисными многоходовками... Но и подобные вопросы создатели "Власти" мудро парируют. Вернее, попросили парировать их Сэма Рокуэлла. Он в Vice - Джордж Буш-младший. Настолько - называя вещи своими именами - дебильный, что им с легкостью крутит чуть менее обделенный интеллектом (но все равно, стоит напомнить, неадекватный и бездарный, бездарный и неадекватный) вице-президент. При этом - парадокс - Буша стебут все-таки несоизмеримо добрее: практически фольклорный, "ковбойский" типаж подчеркнуто не претендует на хотя бы относительную достоверность. Да и с хозяином Пентагона Рамсфелдом (традиционно прекрасный Стив Карелл) обошлись примерно так же. Крайним же "прогрессивные патриоты" выставляют Чейни. В его случае допущения и упрощения манипулятивно выдают за действительность - и чуть ли не кричат о том, что заслуживает он исключительно презрения, пошлого глума и размалывания в муку. По сути, убили сразу двух зайцев. Перетасовали все так, будто ответственность за агрессивный курс Штатов нес отдельно взятый козел отпущения. А заодно - намекнули на нынешнее руководство с его "неправильным" электоратом. Демократичнее некуда - и даже в России, где к той американской администрации с неприязнью относились и относятся более-менее все (и по делу), "Власть" невозможно смотреть без чувства неловкости. 3/5. (Шамиль Керашев, «RG»)

Бойтесь молчаливого. Получившая массу номинаций на "Оскар" в этом году лента "Власть" режиссера и сценариста Адама МакКея ("Игра на понижение", "Копы в глубоком запасе") стала еще одним смелым высказыванием в сторону текущей политической ситуации в республиканской Америке Трампа, когда показала насыщенную множеством деталей и абсолютно нешаблонно поданную историю Дика Чейни, одного из самых влиятельных и опасных политических деятелей США. Режиссеру искренне нравится демонстрировать богатый жизненный путь Чейни, который он прошел от пьяницы и картофелеподобного болвана в родном Вайоминге до человека, обладающего не только огромным влиянием, но и очень жестко принимающего правила политических игр, в которых он в большинстве случаев предпочитал оставаться в тени. Одну за другой, с присущей долей ему долей черного юмора и сарказма МакКей выкладывает в каждом акте карты этого замысловатого человеческого пасьянса по имени Дик Чейни и показывает, как абсолютное ничтожество оказалось способным быть в коридорах власти, оказывать влияние и принимать важнейшие решения не только для США, но и для всего остального мира. Амбициозность замысла автора предсказывает, что истории жизни государственного тяжеловеса, подобного Чейни, вне всяких сомнений, вполне достаточно для обличительной беллетристики и открытой критики курса той страны, где живет Адам МакКей, который погружается на такие глубины, где уже нет места легковесному и сиюминутному юмору. Автор ценит сатиру в полный рост, такую, чтобы все политиканы из Белого Дома, чьи имена еще совсем недавно не сходили с новостных лент, получили своих хороших тумаков на фоне щедрых пожертвований этой ленты от демократических спонсоров. Для МакКея важен дух времени, пока еще не испорченного медоточивыми мифами, важно максимально усилить общественный пульс и попытаться выставить по полной программе того, кто очень ловко научился приспосабливаться к любым президентам Америки и стал ловким манипулятором Буша-младшего, развязавшего войну в Ираке и лишившего ближневосточный регион зыбкой стабильности. "Власть" оказывается настолько убойной и бескомпромиссной в отношении оценки решений, принятых Чейни, из-за чего иногда кажется, что Адам МакКей слишком хорошо знает все уязвимые места из обширной политической биографии этого абсолютно неприметного на первый взгляд политического джокера. Поэтому "Власть" оказывается тем пугалом, тем зловещим чертополохом, который вырос на плодородной драматической почве и набрал ядовитой остроты для высказывания о том, что происходит в начале этого века в стране, искренне считающей себя навязчивым гегемоном всей нынешней цивилизации. Вполне очевидно, что в прологе "Власти" зрителям будет предъявлен 22-летний Дик Чейни (удивительный в этой роли экспериментатор с собственным телом Кристиан Бэйл, "Недруги", "Обещание"), "Мистер Никчемность", который прожигает жизнь в родном штате и абсолютно лишен мало-мальской дисциплины. После того, как МакКей предъявляет нам абсолютно другого Чейни 11 сентября 2001 года, после атаки на башни-близнецы в Нью-Йорке, вице-президента, который принимает руководство правительством по действующему законодательству и начинает принятие судьбоносных решений для всего остального из-за отсутствия Буша-младшего, то возникает вполне справедливый вопрос. Как мог этот недоучившийся студент, которого отчислили из не самого престижного и требовательного американского университета, стать именно таким жестким, расчетливым и хладнокровным, каким зрители видят его на экране? Адама МакКея очень занимает вопрос, разрешенный в русле нравоучительных описаний эпохи Просвещения, и акцентирующийся на том, как этот мямля, этот ничего не представляющий из себя и пресмыкающийся перед всеми политический лилипут смог вырасти до совершенно гигантских размеров и стать серым кардиналом для огромной Империи. Исследование мысли о том, что иногда абсолютно мертвые ветви политической истории могут дать шанс таким одержимым властью типам, становится реконструкцией и своеобразным пособием для тех, кто хочет сделать карьеру в политике и стать лоббистом интересов как капитала, так и тех, кого принято называть "средними американцами". Любопытно, что Чейни-политик, едко выставляется настоящим подкаблучником, за которого все решения либо принимает жена, либо он находится в зоне ее особенного влияния. Линн Чейни (Эми Адамс, сериал "Острые предметы", "Под покровом ночи") годы потратила на то, чтобы обеспечить надежный тыл и сформировать из непросыхающей тряпки того, проницательного мужчину, хладнокровные манипуляции которого на вершине его карьеры выдают абсолютно циничного деятеля. Именно под влиянием Линн Дик Чейни набрался той раскатывающей всех и вся самоуверенности и стал именно таким монстром, который знает все ходы еще задолго до того, как закончится очередная политическая игра. Получивший бодрящее напутствие и ультиматум о прекращении семейной жизни, если он не станет кем-то важным и значимым, уже в 1968 году Дик Чейни начинает свою политическую одиссею в качестве молодого специалиста, мальчика на побегушках, у чуть его Дональда Рамсфелда (Стив Карелл, "Красивый мальчик"), уже получившего свою пьянящую порцию влияния на общество и подающего большие надежды в политике помощника президента Ричарда Никсона. МакКей увлекательно и очень ярко показывает во "Власти" головокружительную карьеру такого "ребенка прерий", которым был Чейни на самой заре своей карьеры. Герой Кристиана Бэйла искренне хочет стать одним из главных элементов этого святилища под названием "Белый Дом", он с практически сексуальным удовлетворением наслаждается своим кабинетиком без окон и телефоном, однако за следующие десять лет его карьере может позавидовать любой управленец. Дик Чейни последовательно становится начальником администрации президента Джеральда Форда, потом занимает место в Палате представителей. В это же время Линн Чейни также начинает делать карьеру и возглавляет Фонд гуманитарных наук. На определенном этапе, после знакомства властной четы на одном из приемов с Джорджем Бушем-младшим (Сэм Рокуэлл, "Три билборда на границе Эббинга, Миссури"), работа МакКея начинает приобретать все более острые черты, Рокуэлл стремится показать его абсолютно недалеким парнем, сильно пьющим и не имеющим шансов в политике. Буш-младший, с его повадками туповатого ковбоя и абсолютно идиотским поведением политической фигуры, остро нуждается в ком-то более умном и способном на принятие непростых, но кажущихся рутинными решений. Как истинный рыболов (а в этом образе и в этой метафоре Адам МакКей очень любит показывать своего главного героя), Дик Чейни очень долго ждет, когда герой Рокуэлла полностью захватит щедрую его щедрую приманку. И когда эта злая карикатура на 43-го президента Соединенных Штатов, высмеянная до самых исторических глубин, показывает. что ход истории мог бы быть совсем другим, то режиссер показывает во второй трети фильма идиллическую счастливую концовку в лучших голливудских традициях и стремится убедить зрителей в том, что Дик Чейни вполне мог обрести свое личное счастье и уверенность также и полностью отдалившись от политики. Однако Альберт Гор проиграл выборы 2000 года с небольшим перевесом, и именно поэтому черная комедия о политике Америки получила еще порядка часа экранного времени. Чейни буквально рвется во внешнюю политику, этот человек азартно сгребает себе судьбы мира в 2000-х, а заодно и договаривается о назначении своего бывшего шефа, старины Рамсфелда, министром обороны. Выжигающий сарказм МакКея очень хорошо показывает, как в стране именующей себя свободной, получает очень большие права республиканская точка зрения, канал Fox News, ставший настоящим рупором ада и агрессии, вещает о врагах, об Аль-Каиде и промывает мозги патриотически настроенному населению США, оставляя повод для принятия решения по вторжению в Ирак и начале экспорта демократии на Восток. Вне всяких сомнений, Адам МакКей работал во "Власти" с выдающимся актерским составом среднего возраста и получил удивительный эффект. Люди, молодость которых пришлась на тот период, когда политическая активность Дика Чейни была максимальной, буквально бульдозером размалывают этого политика, стоящего на страже интересов богачей и корпораций. Вполне очевидно, что для МакКея был важен удар демократов по республиканской партии, чтобы показать, кто руководил Америкой все это время, что ограниченность и желание сделать карьеру во чтобы то ни стало у Чейни приобретают черты абсолютно навязчивые, он не может жить без власти даже на небольшом отдалении от нее, он должен быть во власти. Потрясающая игра Бэйла показывает нам человека, который готов пустить под откос интересы целой страны ради не очень умного продвижения собственных амбиций. Подручный президента оказывается иногда лучше способен управлять государством, чем сам президент. Очевидно, что для МакКея важно поднять вопрос катастрофы в американской политике, и режиссер практически точно попадает в цель и показывает судьбу влиятельного политика, который оказался внешне серым и практически незаметным для большей части американского общества. Настоящий профессионал и слуга народа скажут одни и будут правы, циничный и беспринципный карьерист, который реализовал самые невероятные политические идеи, скажут другие и также будут правы. Феномен Дика Чейни залегает благодаря отличной работе МакКея совсем рядом и на низком горизонте. Для автора ленты важно выделить из новейшей политической культуры США наиболее важные и драматические аспекты и представить портрет национального характера, который совсем не является супергероем или суперзлодеем из комиксов, но, тем не менее, уверенно держит в руках все мировые нити в руках и способен на то, чтобы обратить в прах и сделать несчастными миллионы людей из-за того, что его личная страсть - это быть наверху и задавать тон. Поэтому "Власть" показывает зрителям в первую очередь человека, причастного к большинству современных политических катастроф на этой планете и при этом вышедшего из мутных вод международных отношений абсолютно сухим. 8/10. (Сергей Бутаков, «Иви»)

Голливуд снял «повесть о настоящем человеке». Фильм Адама МакКея «Vice» (в нашем прокате «Власть») не получил ни одного «Оскара», если не считать ироничной премии «За лучший грим и прически». Грим и прически там и впрямь замечательные - худого, бородатого и волосатого Кристиана Бэйла превратили в лысого и полного Дика Чейни так, что Безруков обзавидуется. Однако лента, разумеется, заслуживала гораздо большего - это лучший фильм, претендовавший на «Оскар» в этом году, и, по совести, одна из немногих по-настоящему ярких голливудских лент со времен предыдущего фильма того же МакКея - «Большой игры на понижение». Игра Бэйла, воплотившего образ одиозного вице-президента, как и игра Эми Адамс, сыгравшей его жену Линн, находится на грани того, что вообще может сделать актер. Однако фильм не просто проигнорировали, но и, можно сказать, демонстративно наказали - и отсутствием наград, и плохой критикой как в западной, так и в нашей либеральной печати. Причем особый цинизм состоит в том, что ругают «Власть» за то, чем он должен был стать, но не стал. Перед МакКеем стояла задача снять антитрамповскую агитку к выборам 2020 года. Общий смысл агитки: республиканцы - упыри, жулики и лицемеры, они развязали кровавые войны, грабили государство и народ в пользу богатеев, сосредоточили в руках темных сил полноту власти, разрешили применять пытки, не разрешали гей-браки, хотя у самих дети того. В конечном счете дело дошло до обвинений в людоедстве - предполагалось тонко намекнуть, что гибель человека, сердце которого было пересажено Чейни в 2012 году (когда он уже давно не был вице-президентом), была нарочно подстроена. Дик Чейни и в самом деле один из самых одиозных персонажей в республиканских администрациях последних десятилетий - глава аппарата Джеральда Форда, министр обороны Буша-старшего, фактически первое лицо во многие моменты истории администрации Буша-младшего, виновник развязывания иракской войны, покровитель демонической группы «неоконов», попытавшейся установить мировую диктатуру США террористическими мерами, лоббист интересов нефтяных компаний, замешанный во множестве грязных скандалов, включая раскрытие личности неугодного агента ЦРУ Валери Плейм (за что был осужден и едва не сел в тюрьму его помощник Льюис Скутер Либби). Хотя Чейни - это воплощение того самого республиканского истеблишмента, на волне борьбы с которым пришел во власть Дональд Трамп (примечательно, что в период президентства героя Трампа - Рональда Рейгана - Чейни был, по сути, не у дел), но все-таки его образ вполне можно было использовать и для атаки на нынешнего президента. В 2016 году Чейни довольно рано поддержал Трампа, переломив настроения республиканской элиты в его пользу, за это Трамп в 2018-м окончательно помиловал Скутера Либби, то есть сделал то, чего не сделал для Чейни Буш-младший. Можно и нужно было снимать «Карточный домик» наоборот. Там вымышленный негодяй и убийца демократ Фрэнк Андервуд, тут реальный республиканец Дик Чейни и тоже, вроде бы, негодяй и убийца. Кристиану Бэйлу оставалось переиграть «политически покойного» Кевина Спейси на ниве яростной сатиры, и баланс в предстоящей предвыборной гонке чуть сместился бы не в пользу республиканцев. Но что-то пошло не так. «Власть» получилась не столько обличением и сатирой на республиканского политика, сколько настоящим гимном той нутряной «реднековской» Америке, из глубин которой политик поднялся на самый верх. Судите сами. Пьющий провинциальный парень-раздолбай, который получил великолепный шанс учиться в Йельском университете, но его профукал по пьяни. Работа электромонтером, драки в баре, пьяное вождение - и самоотверженная подруга и жена Линн, потрясающе сыгранная Эми Адамс, которая с Диком с 14 лет и пока смерть не разлучит... Она рассказывает о том, как отец избивал пьяным ее мать, и требует от мужа измениться. И Дик меняется. Да как меняется! Он встраивается в обойму другого знаменитого и одиозного республиканца Дональда Рамсфелда и за 6 лет делает карьеру, достигнув поста главы аппарата Белого дома. При этом он хороший семьянин, учит жену готовить макароны с сыром, носит почти исключительно «реднековские» клетчатые рубашки и любит играть в бейсбол. При этом он не только стал министром обороны при одном Буше и всесильным не по должности «вице» при другом, но еще и нажил себе огромное состояние, работая на нефтяные компании и обеспечив им доступ в Ирак. Сами создатели фильма все время подчеркивают, что Чейни видит дальше всех, умеет видеть возможности, способен управлять и принимать смелые жесткие решения. Среди общего хаоса и бардака 11 сентября 2001 года он возвышается как скала и принимает четкие и безжалостные решения и дает четкие безжалостные указания. Даже перед всемогущей сегодня толерантностью у него есть очевидные заслуги - его младшая дочь Мэри стала лесбиянкой, и отец отказался от своих президентских амбиций, чтобы не делать ее жертвой травли, и поддерживал всю жизнь (правда рекомендовал другой дочери, Лиз, выступить против гей-браков, чтобы добиться ее избрания в Конгресс). Простите, но с точки зрения любого человека из американской глубинки - это же воплощенная Американская Мечта. Такой же парень, как мы, стал, по сути, некоронованным властелином мира. Да, он попал в мафию республиканского истеблишмента, занял видные посты во влиятельных компаниях, заработал кучу денег, но все это без серебряной ложки во рту, своим трудом, напором и цинизмом - очень способный кадр. Где вы тут видите разоблачение? Это прямо-таки апология. Конечно, в открытом авторском тексте фильма создатели постоянно и напористо подчеркивают, что Чейни - редиска, указывают на его причастность к развязыванию унесшей множество жизней иракской войны, к пыткам, к финансовым аферам. Но, по совести сказать, что он тут сделал такого, чего бы не сделали до него и после него демократы? С точки зрения внешнего мира политика бушевских неоконов ничем принципиальным не отличается от политики Клинтона и политики Обамы-Клинтон, кроме того, что первый «гуманитарно бомбил» вместо наземной интервенции, а вторые развязывали гражданские войны наподобие сирийской. «Большим Сатаной» с точки зрения остального мира является Американская империя как целое, а не те или иные ее конкретные функционеры типа Чейни. Приписывать ему в одиночку роль вершителя исторических судеб, как попытался сделать МакКей, очевидно несправедливо, да это, в общем, и не получилось. А получилось нечто совершенно незапланированное. Во «Власти» внезапно воссоздан давно утраченный образ классического американского киногероя - белого гетеросексуального мужчины, хорошего семьянина, в меру простоватого - в меру умного, хваткого, безжалостного с врагами - любящего родных и успешного, еще как успешного. Это именно тот образ, который столь тщательно искоренял в последнее десятилетие Голливуд, заменяя его черными пантерами, голосистыми геями, нарядными транссексуалами, на худой конец - унылыми феминистками и уродливыми героинями мексиканских сериалов. К этому образу и к его целевой аудитории всячески демонстрируется презрение. Режиссер открытым текстом в течение всего фильма буквально орет на зрителя: «Вы быдло! Пустое никчемное быдло, не понимающее истинных либеральных ценностей!». В конечной сцене после титров вспыхивает драка на правительственной фокус-группе между классическим реднеком и либералом, гордящимся «наличием мозгов» и презирающим «рыжего клоуна, которого вы избрали». Но, на наш вкус, этот либерал уж больно похож на классическую местную демшизу с немцов-маршей, что не может не вызвать сочувствия к мутузящему его реднеку. И в итоге художественная правда одолевает публицистическую. Монументальный Чейни высится над окружающей его действительностью, и фильм из сатиры превращается в «повесть о настоящем человеке», который еще и борется со своей убийственной сердечной болезнью (и в самом деле, Чейни всего 78 лет, детский по меркам современных западных элит возраст, а жить ему, по прогнозам врачей, осталось года три). Когда Кристиан Бэйл произносит от имени героя заключительный монолог о том, что его могут ненавидеть, но он боролся с терроризмом и охранял спокойный сон всех американцев, то в глазах нормального зрителя он, безусловно, победил своего оппонента-режиссера. И вот это самое удивительное. Неужели МакКей не почувствовал, что то, как он подает своего героя, покажется морально уничтожающей сатирой исключительно в координатах специфичного либерально-толерантного мышления? Что если он хотел заклеймить упыря, то следовало ударить по самим основам американского империализма, задать вопрос - какое вообще право Америка имеет вмешиваться в дела других стран и народов? Но такой вопрос напомнил бы скорее о Трампе лучших времен, когда «рыжий клоун» еще не окрасился в цвета неоконов и не полез менять власть в Венесуэле. В логике же американской системы ценностей МакКей воскресил классического «крутого белого парня». Когда Дик и Линн Чейни внезапно начинают изъясняться шекспировскими диалогами, то они выглядят абсолютно естественно, как будто всю жизнь только так и говорили. Когда вместо заболевшего Дика Линн начинает ездить по штату Вайоминг и выступать с абсолютно трамповскими речами, то она звучит вполне убедительно. Если американские «реднеки» посмотрели этот фильм, то его герой, думаю, им понравился. И тут можно сделать некоторые предположения, гадая на кофейной гуще кинематографа (такое гадание, впрочем, не подводит - весной 2015 года, задолго до появления Трампа на политическом небосклоне, я по третьему сезону «Карточного домика» предсказал, что избрание Хиллари Клинтон президентом, в котором тогда были уверены все, попросту невероятно). Скорее всего, в предвыборной гонке 2020 года демократы снова потерпят поражение и фактически сами внесут измочаленного за первый срок Трампа в Белый дом. Он совершил массу ошибок, растерял значительную часть своего политического капитала, он уже не выглядит свежим и обещающим огурчиком, хотя некоторые обещания перед избирателями, будем справедливы, выполняет (просто мы не входим в число его избирателей). Однако демократы и голливуд-бюро сами поляризуют общественную атмосферу так, что волей-неволей вокруг Трампа начнет сплачиваться с еще большей решительностью, чем в 2016 году, нормальный белый избиратель, причем не только мужчина, но и женщина. «Власть» как бы передает этим средним американцам сигнал: «Да, мы, либералы, ненавидим вас такими, какие вы есть, и только за то, что вы есть - ненавидим ваши клетчатые рубашки, ваши бейсболки, ваши синие прожилки на бледной коже, ваши блондинистые волосы, ваших розовых милых деток, мы вас считаем злом и хотели бы вас уничтожить». Естественным рефлексом на это будет защищаться. И в таком формате противостояния Трамп, конечно, своего не упустит. Будет кампания-2020 отягощена и еще одной проблемой. Со стороны демократов в президенты будут идти в основном социалисты. В лучшем случае - старина Берни Сандерс или кришнаитка-пацифистка Тулси Габбард, в худшем (впрочем, лучшем для остального мира) - зеленые мизандричные персонажи, вроде восходящей звезды Демпартии Александры Оказии-Кортес. А слова имеют свою силу - если со стороны демократов будет сказано слово «социализм», то Трампу достаточно будет строить свою кампанию на лозунге «я не допущу здесь социализма», ну и прочее «купи еды в последний раз». Ну и на то самое большинство нормальных средних американцев это обещание, вкупе с отвращением к патологической ненависти по отношению к нормальным белым американцам, так ярко показанной во «Власти», сработает так, что Трампа переизберут, несмотря на все его безумства, ошибки и провалы. Хорошо ли это будет для нас? Трудно сказать. К сожалению, наша внешняя политика оказалась не готова к Трампу. Мы ждали от него дружбы и уступок. То есть того, чего он не мог дать ни по логике американской политики, ни по своим внутриполитическим обстоятельствам. Между тем от Трампа надо было ждать не дружбы, а хаоса. Своего рода легализации геополитического беспредела, которой Россия могла бы воспользоваться к своей пользе и решать свои проблемы. Но мы все пытались играть по правилам, которых никто, кроме нас, уже не соблюдает. Будем надеяться, это время подходит к концу. Но, в любом случае, развитие американской смуты - будет ли второй срок Трампа или кого-то из малоадекватных анти-Трампов со стороны демократов - нам, скорее, на пользу. (Егор Холмогоров, «Взгляд»)

Подайте нам все! «Власть» - политическая пародия, которая проигрывает реальности. Чейни: А что, если все мы в одностороннем порядке наденем миниатюрные парики на свои пенисы, выйдем на лужайку Белого дома и будем дрочить друг другу? Это будет, как кукольный спектакль, но гораздо более приятный? Долгая пауза. Рамсфелд подло улыбается. Киссинджер: Я люблю хорошее кукольное шоу. Президент Форд: Да-да! Я и говорю, давайте именно так и сделаем! (Из фильма «Власть»). У букеровского лауреата британской писательницы Хилари Мантел есть замечательный роман о Великой Французской революции. Его главные герои - лидеры революции: Робеспьер, Дантон и Демулен. В послесловии к книге Мантел предлагает что-то вроде грубого руководства для читателя: как отличить в ее романе историческую правду от литературного вымысла: «все, что кажется наиболее невероятным, скорее всего, было на самом деле». Фильм Адама МакКея «Власть» о 44-м вице-президенте США Дике Чейне предваряется следующим объяснением: «Это - правдивая история. Правдивая, насколько это возможно, с учетом того, что Дик Чейни один из самых скрытных лидеров в мировой истории. Но мы, блин, старались как могли». (В оригинале: «But we did our fucking best!», но как это переведешь?) Между «все, что кажется наиболее невероятным, скорее всего, было на самом деле» и «But we did our fucking best!» лежит непроходимая пропасть. В одном случае признание, что правда исторического факта, когда до нее удается докопаться, - это гораздо более интересная и захватывающая вещь, чем любая, даже самая талантливая интерпретация исторического события в искусстве. В другом - кокетливое обращение к Залу: «В эпоху постправды все равно же ни хрена не бывает на самом деле. Так что вы уж поддержите нас хотя бы за чувство юмора». Поэтому, если что-то в этом фильме выглядит совершенно невероятным, будьте уверены: ничего подобного не происходило и произойти не могло. Авторы это придумали, чтобы проиллюстрировать свою точку зрения на героев и заодно развлечь зрителей. Никогда Дик Чейни не предлагал президенту Форду устроить кукольное шоу из своих пенисов на лужайке Белого дома. Никогда тесть Дика Чейни не убивал его тещу. И никогда, даже в молодости, будущий президент Джордж Буш-младший не напивался на чинных папиных политических приемах настолько, что охранники его должны были оттуда выносить. Все это, во-первых, не смешно, а во-вторых, не правда. Да, и еще, и это очень важно: никогда, ни в начале 80-х годов во время избирательной кампании своего мужа на выборах в Конгресс, ни вообще никогда Линн Чейни (Эми Адамс) не кричала на политических митингах: «Сейчас женщины в Нью-Йорке жгут свои лифчики. Но мы, женщины Вайоминга, знаем, что делать с нашими лифчиками. Мы их носим!» Хотя, это, пожалуй, даже смешно. Vice - одновременно и «порок» и «вице». Как ни странно, принятое в России название фильма - «Власть» - в большей степени передает режиссерскую интенцию, чем оригинальное. Потому что основная идея картины в том, что власть как самоцель порочна по сути. И если огромная власть над великой страной оказывается в руках людей, для которых она одновременно и цель, и средство достижения этой цели, то это катастрофа в мировом масштабе. Тема, вообще-то, очень близкая всякому русскому человеку. Но вот как объяснить непосвященному, что такое нахлыстовая рыбалка (fly-fishing). В России этот вид рыбалки, когда человек целый день бродит в длинных сапогах по дну мелких быстрых горных речек, непрерывно забрасывая леску то в одну, то в другую сторону, кажется, мало практикуется. Между тем fly-fishing - это главная метафора фильма, ключ к пониманию характера главного героя. Fly-fishing - это, можно сказать, modus operandi Дика Чейни. Он как бы постоянно осторожно ступает по топкому дну, весь такой тихий, сконцентрированный, в постоянном напряженном ожидании. Только его добыча не форель, а гораздо более крупная рыба. Эта рыба и есть власть. Увлечение Дика Чейни этим конкретным видом рыбалки всем известно, но метафору придумал не МакКей. В мае 2001 года в «Нью-Йоркере» вышел литературный портрет Дика Чейни, написанный одним из самых уважаемых американских журналистов Николасом Леманном. Чейни был вице всего полгода. До взрыва башен-близнецов, который ознаменовал рождение нового Чейни, великого и ужасного, оставалось три месяца. Статья предсказуемо называлась «Тихий человек». «Если бы я победил в конкурсе за свидание мечты с Диком Чейни, я сказал бы: «Мы поедем на рыбалку. Но не на обычную рыбалку, она для любителей, а Дик Чейни к ним точно не относится. Мы поедем на нахлыстовую рыбалку». Статья пронизана явной симпатией журналиста к своему герою. Даже трудно скрываемым восхищением. Леманн признает, что «вице-президент Чейни человек с мощнейшей антихаризмой», но даже этот факт скорее только усугубляет авторское расположение к этому серьезному, очень рациональному человеку, воплощению надежности, солидности и чувства собственного достоинства. Трудно представить себе, что пройдет всего несколько лет и Дик Чейни станет самым ненавидимым человеком в стране, далеко обходя во всеобщей ненависти своего номинального босса, Джорджа Буша-младшего. К этому времени в либеральном лагере, то есть примерно у половины населения страны, сложится твердое представление о Чейни как о хитроумном кукловоде, о злодейском кардинале Ришелье, стоящем за спиной слабоумного президента. Собственно, таким он и показан в фильме. По правде говоря, есть в этом представлении что-то опереточное. Но вернемся к началу. Поскольку это биография, в которой жизнь героя прослеживается с юности, то перед режиссером и исполнителем главной роли 45-летним Кристианом Бэйлом стояла практически невыполнимая задача: показать 20-летнего монтажника линий электропередачи, 40-летнего начальника администрации президента Форда и 60-летнего вице-президента. Кристиан Бэйл специально поправился на 20 килограммов, побрился наголо, втянул голову в плечи так, что шеи стало почти не видно, натянул на себя кривую полуулыбку и, да, стал очень похож на Дика Чейни. Титаническое и определенно вредное для здоровья усилие Кристиана Бэйла по превращению в пожилого Чейни, которого все знают и помнят, определенно стоило «Золотого глобуса», а усилия его гримеров - специального «Оскара». Впоследствии актер говорил, что набирать 20 килограммов было гораздо приятнее, чем потом от них избавляться. С двумя другими Чейни, молодым и 40-летним, получилось значительно хуже. И дело тут даже не в отсутствии внешнего сходства. Биография, какой бы сатирической она ни была, демонстрирует жизненный путь героя, его развитие. Если биография не способна ответить на вопрос, как так получилось, что герой пришел из точки А в точку Б, то непонятно, зачем она, какой в ней смысл. В этом фильме Бэйл играет двух совершенно разных людей, один из них - Чейни до 40, другой - Чейни после 50. И эти люди не имеют друг к другу ни малейшего отношения. Ричард Брюс Чейни, настоящий Дик Чейни, родился в Небраске в семье мелкого правительственного чиновника. Когда Дику было 30 лет, семья переехала в Каспер в штате Вайоминг. Это был совсем маленький, но весьма преуспевающий «нефтяной» городок. Все его благополучие было связано с нефтью. Нефть во многом определила всю дальнейшую жизнь и карьеру Дика Чейни. Фактически его политическая картина мира будет покоиться на трех китах: нефть, власть и оборона. Этот тип политика должен быть очень понятен российскому зрителю и не понаслышке знаком любому россиянину. Дик прилично учился и был отличным спортсменом. Самой популярной девочкой в его школе была Линн Винсент. Помимо выдающихся внешних достоинств она еще была чемпионом штата по кручению горящих палок и носила почетнейший школьный титул «Королева Мустангов», что бы все эти вещи ни значили. В старших классах Дик и Линн стали парой и остались вместе на всю жизнь. Линн в то время подрабатывала секретаршей у одного миллионера-нефтяника и познакомила Дика со своим боссом. Умный, красивый, спортивный Чейни настолько понравился миллионеру, что тот, используя свои связи, отправил его в Йельский университет, оплатив при этом обучение. Но в Йеле Дик не прижился и уже через два года, недоучившись, вернулся домой. Скорее это говорит о нем хорошо. Йель в то время представлял собой очень снобское место, и простой парень из Вайоминга там наверняка потерялся. Собственно, с этого возвращения и начинается биография Дика Чейни в фильме. Но вряд ли реальный Дик имел что-то общее с толстым, пьяным, драчливым реднеком с маленькими поросячьими глазками, которого изображает Кристиан Бэйл. Ни он, ни Линн вообще не были реднеками, а были скорее типичными провинциальными интеллигентами. Они оба уже тогда много читали, а Линн еще и пробовала писать. Впрочем, Дик действительно какое-то время работал монтером на линиях электропередачи и проявлял пролетарскую невоздержанность к алкоголю, из-за которой у него случались неприятности и тяжелые разговоры с Линн. В фильме показан один такой судьбоносный разговор на кухне у матери Линн: «Два раза! - орет Линн на скрюченного на табуретке грязного похмельного Дика. - Два раза я вытаскивала тебя из тюрьмы как вонючего бомжа!» Дик все понимает и берется за ум. Очень по-американски. Трудно сказать, был ли у них на самом деле такой разговор, но доподлинно известно, что Дик продолжил учебу уже в местном университете штата Вайоминг, с блеском его окончил, получил стажировку в легислатуре штата, женился на Линн и начал быстро превращаться в одного из самых блестящих функционеров Республиканской партии. В начале карьеры Дика его другом и покровителем был молодой энергичный конгрессмен Дональд Рамсфелд, который, попав в администрацию Никсона, захватил Дика с собой. Фотографии Чейни того времени (худощавый энергичный человек с красивым интеллигентным лицом и колючим острым взглядом) не имеют ничего общего с тем Чейни, которого мы видим на экране. После Уотергейта Чейни стал начальником администрации президента Форда, самым молодым начальником президентской администрации в истории страны. Потом были 10 лет в Конгрессе, должность министра обороны у Буша-старшего во время первой войны в Заливе, почти 10 лет руководства крупнейшей нефтяной компанией «Халлибертон» и, наконец, восемь лет вице-президентства. Нет никаких сомнений в том, что влияние Чейни на американскую политику в нулевых годах было огромным и что лично Чейни несет колоссальную ответственность и за иракскую катастрофу, и за все другие решения, в той или иной степени связанные с последствиями теракта 11 сентября: de facto легализация пыток, массовая слежка за американскими гражданами, концлагерь на военной базе в Гуантанамо. Проблема фильма «Власть» состоит в том, что он все время назидательно, а местами и просто занудно пытается объяснить публике то, что и так давно всем известно. Что абсолютно бесконтрольная власть неизбежно приводит к катастрофе. Что власти легко манипулируют простодушными избирателями и что при демократии средний обыватель хочет комфорта и развлечений и стремится снять с себя ответственность за судьбу страны. И что своей безответственностью обыватель подкладывает мину под собственное комфортное существование. И хочется сравнивать это кино с предыдущим фильмом МакКея - с «Игрой на понижение». Принципиальная разница в том, что во «Власти» происходит попытка объяснить не очень понятного зрителям героя, на которого не слишком приятно смотреть, через достаточно понятные всем катастрофические события. А в «Игре...» все наоборот: там катастрофическое событие, финансовый кризис 2008 года, причины которого средний человек до сих пор не понимает, объясняются через поведение понятных людей, на которых смотреть чрезвычайно приятно. В «Игре на понижение» роскошная Марго Робби лежит в ванне слегка прикрытая легчайшей, как брюссельское кружево, мыльной пеной. Жестикулируя бокалом с золотистым шампанским, она на пальцах, нет, на этом бокале, объясняет, что такое subprime mortgage [Ипотечный кризис]. Все это объяснение занимает полторы минуты и обрывается резким «а теперь отвалите!». А хочется, чтобы оно длилось и длилось. Во «Власти» Чейни, Рамсфелд, Вулфовиц и Аддингтон сидят за пустым столиком в роскошном ресторане. Расфуфыренный официант зачитывает им специальные блюда из меню: «Сегодня мы предлагаем вражеских боевиков, то есть тех, кто не является ни уголовным преступником, ни пленным. Поэтому закон их не защищает. Еще у нас в меню сегодня внеюридическая экстрадиция, когда подозреваемые тайно похищаются на иностранной территории, а затем доставляются в тюрьмы государств, которые применяют пытки. У нас также есть Гуантанамо, это очень сложно объяснить, но, поскольку технически это не американская территория, хотя и находящаяся под нашим контролем, мы можем там оперировать вне рамок правовых процедур. А еще мы предлагаем свежайшую и вкуснейшую интерпретацию Закона о чрезвычайном положении в случае войны, дающую исполнительной власти широкие полномочия нападать на любую страну или человека, которые могут представлять угрозу». «Подайте нам все!» - потирает руки Чейни. «Прекрасный выбор!» - одобряет официант. Эта сцена носит такую же условно-объяснительную нагрузку, как и сцена с Марго Робби в ванне, и длится примерно столько же. Но как же хочется, чтобы она закончилась как можно быстрее! Во времена вице-президентства Чейни Адам МакКей работал главным сценаристом Saturday Night Life (SNL), самого популярного в стране комедийного шоу. Еженедельная программа обязательно включает политический скетч. Этот скетч обычно представляет зрителям самое важное политическое событие ушедшей недели, разыгрываемое актерами, которые изображают реальных политиков. Такие скетчи стали особенно популярными во время предвыборной кампании и первых месяцев президентства Трампа. Но в какой-то момент сама политическая жизнь страны стала настолько смешной и абсурдной, что ее стало как-то даже бессмысленно передразнивать. Одна из проблем «Власти» состоит в том, что она снята в жанре такой политической пародии. И при этом картина проваливается как комедия. Странно смотреть на Стива Карелла в роли опереточного злодея Рамсфелда, а Сэма Рокуэлла в роли опереточного дурачка Буша, когда настоящие, но не менее от этого опереточные злодеи и придурки не вылезают из новостей. Американцы обычно очень благодарная аудитория. Как правило, американские кинозалы весело хохочут даже над самыми несмешными шутками. Но когда я смотрел фильм, в переполненном зале никто ни разу не засмеялся. Наоборот, люди выглядели мрачно и сосредоточенно, как на политическом митинге. И еще более странными кажутся шутки над многочисленными инфарктами Дика Чейни. Действительно, у него было их не то семь, не то восемь. Но что в этом смешного? Кстати, судьба жестоко посмеялась над режиссером фильма. Уже во время первичного монтажа картины с ним самим случился инфаркт. Причем МакКей утверждает, что смог распознать его только благодаря тому, что, снимая фильм про Чейни, выяснял, с каких симптомов начинается эта болезнь. Так что можно считать, что он снял фильм-предупреждение. Себе самому. Впрочем, надо отдать МакКею должное: больное сердце Чейни не только повод для дурацких шуток, но и реальный макгаффин этой картины. Во «Власти» есть рассказчик, такой симпатичный средний американец, такой common Joe, по имени Курт, комментатор биографии вице-президента. Его закадровый голос сопровождает нас на протяжении всего фильма. Одновременно он еще и символ, и жертва того насилия, надругательства, которое злодей Чейни совершил над страной. Сначала Чейни завладевает его благополучием, разоряя средний класс своей подлой экономической политикой, потом его жизнью, отправляя воевать в Афганистан и в Ирак, а потом и самым главным - его сердцем. И развязка истории с сердцем Курта на самом деле очень остроумна. И еще. Есть в этом фильме и совершенно захватывающие моменты узнавания. Кристиан Бэйл в роли пожилого Чейни - это отдельная тема. Но вот самое поразительное там на самом деле случается в первые пять минут. Дело происходит 11 сентября 2001-го в офисе вице-президента в Белом доме. Крупные американские чиновники во главе с вице-президентом Диком Чейни смотрят на телеэкран, где в живом эфире самолет врезается в башню. Кристиан Бэйл действительно похож на Дика Чейни, без особого энтузиазма отмечаешь ты, потому что это, собственно, главное, за что фильм постоянно хвалят. Но тут на экране появляется испуганное лицо Кондолизы Райс, крупный план. И ты прямо замираешь в недоумении. Потому что, посмотрите, ведь это же самая настоящая Кондолиза Райс, ну как же такое может быть, неужели она решилась сыграть в этом фильме саму себя?! Нет, конечно, не решилась. Но Лиза Гей Хэмилтон, которая сыграла ее в нескольких эпизодах и которую не отметили за это никакими призами, просто феноменально на нее похожа. И как же точно она поймала это старательно-напряженное выражение вечно неуверенной в себе отличницы, этот напряженно-колючий взгляд. И вот тут, правда, хочется обнять создателей фильма и сказать им: «Молодцы, ребята! You did your fucking best!» (Борис Локшин, «Искусство кино»)

30 января [2024], исполнилось 50 лет выдающемуся британскому и американскому актеру и продюсеру КРИСТИАНУ БЭЙЛУ. Кристиан Чарльз Филлип Бэйл родился 30 января 1974 года в Уэльсе, местечке Хаверфордуэст. Его мама была балериной, а оба дедушки и отец - актерами. Один из них в Африке дважды снимался в вестернах с Джоном Уэйном. С десяти лет мальчик стал играть на сцене, когда его заметил знаменитый английский комик Роуэн Эткинсон и взял в пьесу «Кретин». Дебютировал на телевидении в возрасте 12 лет, сыграв Алексея в картине «Анастасия. Загадка Анны». Дебют в большом кинематографе также связан с Россией - в 1987-м Крис воплотил образ Юм-Юма в экранизации детской сказки Астрид Линдгрен «Мио, мой Мио» в советско-шведской постановке Владимира Грамматикова. В том же году на юного актера обратили внимание во всем мире после выхода на экраны военно-исторической драмы Стивена Спилберга «Империя Солнца». Режиссер отыскал его среди 4000 претендентов. За свою роль Кристиан получил награду от Национального совета кинокритиков США с формулировкой «Выдающемуся молодому актеру». Далее последовали роли в шекспировской экранизации «Генриха V» Кеннета Браны и в телевизионном «Острове сокровищ», где он предстал в качестве Джима Хокинса. В 1992-м перешел к более взрослым ролям. Началось все с «диснеевской» музыкальной фантазии «Продавцы газет», где он поет и танцует, после чего зрители увидели актера в «Свингерах» и киноадаптации бестселлера Луизы Алькотт «Маленькие женщины». После ряда второплановых ролей в середине 90-х ему достался ключевой персонаж в задумчивой комедии «Метролэнд». В 1998-м снялся в независимой картине Тодда Хэйнса «Бархатная жила», представленной авторизованной биографией Дэвида Боуи и Игги Попа глазами репортера-фаната. Спустя десятилетие они поработали вместе над вольной биографией Боба Дилана под названием «Меня там нет». На Каннском кинофестивале критикам приглянулся ролью парня с замедленным развитием в остросюжетной драме «Все маленькие животные». На следующий год вернулся к экранизациям Шекспира, засветившись в образе Деметрия в фильме Майкла Хоффмана «Сон в летнюю ночь». Нулевые начались для звезды с культовой экранизации «Американского психопата» Брета Истона Эллиса. Следом за ним вышли «Шафт», «Власть огня» и «Эквилибриум», после которых Бэйл два года не снимался, сосредотачиваясь на роли в «Машинисте» Брэда Андерсона, снятом в Испании. Он установил своеобразный абсолютный рекорд, сбросив больше веса для роли (63 фунта), чем все другие актеры до него. После утверждения на роль Человека-Летучей мыши в новой постановке именитого комикса, ему пришлось снова отъедать весь свой прежний вес и физическую форму. Образ Брюса Уэйна в трилогии Кристофера Нолана, состоящей из картин «Бэтмэн: Начало», «Темный рыцарь» и «Темный рыцарь: Возрождение легенды», считается одним из лучших киновоплощений знаменитого персонажа. У Нолана также сыграл в «Престиже». В 2009-м актер запомнился ролями Мелвина Парвиса в «Джонни Д.» Майкла Манна и Джона Коннора в фантастической ленте МакДжи «Терминатор: Да придет спаситель». На счету мастера 55 ролей. Среди других режиссеров, сотрудничавших с ним, - Джейн Кэмпион («Портрет леди»), Джон Мэдден («Выбор капитана Корелли»), Дэвид Эйр («Крутые времена»), Терренс Малик («Новый Свет», «Рыцарь кубков»), Вернер Херцог («Спасительный рассвет»), Джеймс Мэнголд («Поезд на Юму», «Ford против Ferrari»), Дэвид О Расселл («Боец», «Афера по-американски», «Амстердам»), Чжан Имоу («Цветы войны»), Скотт Купер («Из пекла», «Недруги», «Всевидящее око»), Ридли Скотт («Исход: Цари и боги»), Адам МакКей («Игра на понижение», «Власть») и Тайка Вайтити («Тор: Любовь и гром»). Подарил свой голос персонажам мультфильмов «Покахонтас», «Ходячий замок» и «Мальчик и птица». Лауреат более 80 престижных наград, включая «Оскар», два «Золотых глобуса», призы фестивалей в Ситжесе и Палм Спрингс. Женат на Сиби Блажич, участвовашей в каскадерских трюках на съемках «Возрождения легенды». («Кино-Театр.ру»)

Дик Чейни был одним из самых успешных политиков 20-го столетия. Он был вице-президентом во времена правления Джорджа Буша-мл. И многие считают, что именно он был в это время самой влиятельной фигурой в США. ИТОГ: Картина Адама МакКея «Игра на понижение», присевшего в нишу политической сатиры и ЖЗЛ, интересна не столько личностью одиозного Дика Чейни, его пертурбациям в работе и семье, сколько очередной трансформацией Кристиана Бэйла «Темный рыцарь», «Боец», вновь, как и для «Аферы по-американски» отрастившего живот, но уже под присмотром диетолога, и сымитировавшего занятную манеру говорить прототипа. Его отмечают критики, заметили академики - очередная номинация на Оскар, - но что-то в его игре есть туманное, фальшивое, а вот что - неясно. Возможно, под толстым слоем грамотной имитации нет человека. Или проведя его через всю жизнь, так и не удосужились сценаристы мотивацию прописать, идейные векторы. Неужто лишь слова жены, пристыдившей мужа-алкоголика, спровоцировали холодного и расчетливого менеджера, не ставшего президентом лишь по случайности, но взявшего роль мирового пупа в период Джорджа Буша-мл. Сотрудничество с последним, опять же реалистично сыгранного Сэмом Рокуэллом «Детка», «Три билборда на границе Эббинга, Миссури», показано не так пышно и не в том объеме, как можно было ожидать по трейлеру. До знаковой встречи проходит полфильма, до встречи, которая изменит ход истории. Пафосно, но именно решение неопытного президента, ставшего им по недоразумению, сделать вице-президентом Дика Чейни, а тот узурпировал власть, стало причиной развязанных войн, тысячей смертей и появлению одного фантомного государства на Востоке... До этого же умеренные успехи сменялись увольнениями, показан был прорыв и у жены, тут Эми Адамс «Прибытие», «Острые предметы» искрит. Попыткой же раскрыть характер Дика Чейни было поведение в семье, и фундаментальный выбор между домом и работой. Этот выбор в итоге пошатнул устои. Фильм Власть поверхностно и сумбурно показывает судьбу высокопоставленного чиновника, катком прошедшего и по морали, и по семье, и по человечеству. Не слишком увлекательное зрелище. Не драматично и не смешно. Остроты лишь от Дональда Рамсфелда, опрятно сыгранного комиком Стивом Кареллом «Охотник на лис», «Красивый мальчик». 6/10. (Линдон Камусов, «Якинолюб»)

Не понимаю, почему многие считают, что этот фильм не для России и вообще не для мирового проката. Во-первых, это фильм о человеке, большую часть своего внимания уделявшем внешней политике, и то, что он там натворил коснулось практически всего мира. Во-вторых, этот фильм раскрывает, если можно так выразиться, технологию обретения власти и влияния как на массы, так и на отдельных людей, которая остается актуальной до сих пор. МакКей - удивительный режиссер, режиссер-аналитик. Как и в предыдущем фильме он ставит непростую проблему, затрагивающую сложные государственные устои, и, как и в предыдущем фильме, на пальцах, а порой даже аллегорически растолковывает. При этом он совершенно не боится показывать шокирующие кадры (надо отдать должное, не травмирующие психику) и смеяться над персонажами. А еще он просто фантастически играет с формой произведения и формой повествования. Моменты такого рода игры - это, пожалуй, лучшие моменты фильма. Картина вышла очень динамичной, как за счет монтажа, так и за счет музыкального сопровождения, а ведь фильм о политике имел все шансы превратиться в занудное повествование. И еще один фактор, удерживающий высокий уровень фильма - это неповторимая актерская игра (и надо же, как похожи актеры (в том числе и с помощью грима) на тех, кого они играют, это вам не Венсан Кассель в роли Гогена). Кристиан Бэйл создает образ очень неоднозначного человека, большинство мыслей и мотиваций которого остается за кадром. Ничуть не хуже играет Эми Адамс, необычайно яркая роль! Что уж говорить о перевоплощении Сэма Рокуэлла и Стива Карелла! Фильм полон интересных героев. Одним словом, это так умно, ярко, живо, злободневно и местами шокирующе, что, пожалуй, стоит внимания зрителя, разумеется, настроенного на фильм на серьезную тему. (nikakap)

Первый после бога. Байопик «Власть» относительно новый - 2018 года - и повествует о жизни бывшего вице-президента Дика Чейни и его роли в событиях в Ираке, происходивших в XXI веке. Дик, как утверждается в фильме, сумел воплотить мечту некоторых современных демократических лидеров об абсолютной широте полномочий в сфере исполнительной власти. Кино демонстрирует, как пришел к власти Джордж Буш-младший, имевший крайне неоднозначную репутацию еще до первых выборов в президенты США, и с какой истинной целью была развернута война в Ираке. Режиссер Адам МакКей не раз оговаривается, что он лишь предполагает, как те или иные события происходили в действительности, но при этом регулярно за счет киноязыка показывает, что подразумевает, используя очередное сравнение или намек на экране. В частности, для доказательства, что Ирак был выбран в качестве внешнего врага не случайно, демонстрируется карта нефтяных месторождений страны, а позже дается информация, что акции энергетической компании «Халлибертон», интересы которой якобы лоббировал в течение своего нахождения в Белом доме Чейни, выросли на 500 процентов. Отдельно хотелось бы отметить сцены Буша и Чейни наедине - их параллельные пересечения с рыбалкой Дика показывают, что Буш в данной ситуации был всего лишь «рыбой», а речевые методы манипуляции Чейни - наживкой, на которую президент США регулярно попадался. Кинематографическое наполнение истории немного мотает: некоторые операторские решения нельзя назвать успешными, да и актеры второго плана слишком сильно уступают Бэйлу и Адамс, даже Рокуэлл - мастер абсурда из «Семи психопатов». И все же, посмотреть ленту стоит ради мощного вышеупомянутого дуэта четы Чейни и «фантазии на тему» того, как в реальности складывались политические интриги в Белом доме самого спорного президента за всю его историю. (Твоя_темная_сторона)

Бойтесь молчаливого человека. Режиссер и сценарист Адам МакКей прошел интересный путь от постановщика забавных и глуповатых комедий до автора одного из самых оригинальных и изобретательных картин последнего времени «Игры на понижение». В своей новой работе он пошел тем же путем и сумел создать одну из любопытнейших лент биографического жанра, используя нестандартные художественные решения. Картина получила хорошую критику, но не смогла избежать нападок. Однако дело не в художественных качествах фильма, а той политической тематики, которую она исследует. Картина рассказывает о жизни и карьере одного из самых влиятельных и противоречивых политиков в истории США, вице - президенте Дике Чейни. Этот человек считается одним из главных теневых игроков мировой политики, повлиявший на многие решения, которые оставили заметный след в мировой истории. Хитрый стратег, умеющий убеждать людей в своей правоте и грамотно манипулировать ими. Перед нами байопик, но совершенно нестандартный по структуре. Комедийная драма не просто рассматривает главные шаги героя в ходе своей карьеры, но и дает оценку всему обществу, выворачивая наизнанку правду об американской политической системе. Умный и ироничный стиль повествования с одной стороны развлекает, а с другой дает богатую историческую справку. Режиссер мастерски обманывает ожидание зрителей, создавая удивительный портрет влиятельного человека, жизнь которого неимоверна скучна. Однако это не проблема для Адама МакКея, который из ничего создает увлекательное зрелище, изящно жонглируя жанрами. Лента однако говорит о серьезных вещах и поднимает глубокие проблемы современного мира в целом и американского общества в частности. Автор иронизирует, но границ не переходит, что позволяет удержать баланс между противоположными элементами. Фильм снят очень изобретательно, нетривиальные авторские задумки то и дело удивляют зрителя. Режиссер по ходу действия проводит забавную параллель между большой политикой и рыбалкой, вот такая метафора. Закадровый рассказчик то и дело ломает четвертую стену и обращается напрямую к зрителю, вот герои начинают разыгрывать сцену из Шекспира, а вот и титры подоспели (кто видел, тот поймет). В общем художественная форма это лучшее, что есть в фильме. Лента запоминается и очередной гениальной ролью Кристиана Бэйла, который в очередной раз провел эксперимент с собственным весом. А учитывая потрясающую работу гримеров, то внешнее сходство с реальным прототипом огромное. Великолепное растворение в образе и филигранная актерская игра. Актерский состав вообще отличается огромной звездностью. Эми Адамс в роли жены и верного друга, Джесси Племонс в роли таинственного рассказчика, а Стив Карелл забавно показан в образе одиозного министра обороны Дональда Рамсфелда. Впечатления от игры актеров исключительно положительные. Власть это атмосферная, ироничная и динамичная комедийно-биографическая драма, которая оригинальным и изобретательным художественным языком рассказывает об одном из самых влиятельных кукловодов американской политики. Динамичное развитие событий, прекрасные актерские образы, а также удивительное сочетание серьезных и забавных элементов. Картина смотрится с интересом и скучать не позволяет. Безусловно рекомендую, но в большей степени поклонникам биографических лент, хотя и другим посмотреть тоже стоит. (Nigan)

История, которая изменила ход истории. Режиссер Адам МакКей уже второй раз взялся за сюжет, имеющий корни в современной новейшей истории. Однако, если 'Игра на понижение' повествовала о финансово-экономическом кризисе 2007-2008 годов, волной прокатившемся по всему миру, от Америки до России и Азии, а фильм иллюстративно и немного скучно рассказывал о его последствиях, то от игры во 'Власть' веет ощущением, что МакКей хотел взять реванш, показывая неприглядные стороны неограниченной исполнительной и законодательной власти. Для усиления эффекта воздействия на зрителя режиссер использует такие приемы, как ирония, сатира, провокация, сарказм и повторяющиеся метафоры. Но не спешите записывать фильм 'Vice' в комедийный, по жанру он все, что угодно - драма, байопик, временами даже трагедия смешанная с фарсом, но только не комедия. Недаром еще Зигмунд Фрейд говорил об остроумии, как о возможности выразить те чувства, которые общество обычно подавляет или запрещает. Нечто подобное мы видим и в сюжете 'Власти', использующем элементы иронии и сарказма, когда речь идет о политической борьбе, раскрывающей путь наверх простого парня Дика из глубинки Вайоминга. Что интересно, первая часть истории, этакое восхождение на политический Олимп, даже условно отделена от второй части, которая, собственно, и является 'Властью', промежуточными титрами. Могу только предположить, что два Дика Чейни, из разных частей фильма, задумывались авторами как два разных человека, до абсолютной власти и потом - как сама Власть. Казалось бы, Чейни (Кристиана Бэйл), показанный в молодые годы, - совсем не интеллектуал, скорее забулдыга, бросивший Йель, туповатый и неповоротливый, плохо запоминающий тексты и страдающий заболеванием сердца - не приспособлен для тонкой подковерной политической борьбы, но это заблуждение. Способность к мимикрии, приспособленчество помогают Чейни проникнуть в администрацию Никсона и даже постепенно начать занимать там значимые посты, чему немало способствовала поддержка его жены Линн (роль блестяще исполнила Эми Адамс). Однако основная политическая интрига закрутится тогда, когда Дик Чейни получит от будущего президента США Джорджа Буша-младшего (Сэм Рокуэлл) предложение занять пост вице-президента в его администрации. Именно во время двух сроков этого президентства, особенно после терактов 11 сентября 2001 года, Чейни получит исключительные полномочия, которые сделают его самым влиятельным вице-президентом в истории США. Что характерно, многие сцены переговоров в 'Vice' имеют метафорическую окраску, в том числе и судьбоносные переговоры между двумя будущими политическими небожителями - Бушем и Чейни. Мы видим это по сюжету, в котором разные, не связанные друг с другом эпизоды, неоднократно перемежаются сценами с рыбалкой, что невольно наводит на мысль, что политика - это искусство 'поймать на крючок'. Дик Чейни при слабом президенте Дж. Буше-младшем выглядит этаким массивом, заполняющем собой все пространство. Война с терроризмом, которую США объявили после терактов 11 сентября, послужила толчком для расширения полномочий исполнительной власти, что, в первую очередь, явилось гигантским правовым скачком и позволило правительству США контролировать телефонные звонки, сообщения, электронные письма каждого гражданина без ордера; принять Меморандум о пытках и новое толкование Закона о военных полномочиях, а также обеспечило почву для вторжение в Афганистан и Ирак, пытки в тюрьме Гуантанамо и, косвенно, способствовало появлению 'Исламского государства' - ИГИЛ. И еще. Новая теория единоличной исполнительной власти в тот период звучала примерно так: 'Чтобы не делал президент - это законно'. Казалось бы, фильм 'Власть' просто и наглядно рассказывает о грязных политических технологиях, да так, словно это съесть пончик, облизать грязные пальцы и вытереть их об штаны. От этой простоты временами делается не по себе. Судьбы миллионов людей во всем мире, оказывается, решаются в приватной беседе или за глотком виски, а мы и не знаем, что нас ждет завтра! Дик Чейни вообще никогда ни о чем не жалел, ведь, по его мнению, все, сделанное им, было на благо американцев, чтобы их семьи и близкие чувствовали себя в безопасности и спали спокойно. 'Невозможно справиться с террором, чтобы тебя не сочли злым или противным парнем'. Если говорить о жанре, то в фильме равномерно сочетаются драма, байопик и острая политическая сатира. Перед нами проходит вереница реальных политиков, вершивших историю в тот период: президент США Дж. Буш-младший, который представлен в фильме как слабый, нерешительный руководитель, вечно ищущий поддержки; вице-президент Дик Чейни - кандидат от народа, вначале простак и увалень, потом - человек с абсолютной властью и серый кардинал, что не мешает показать его любовь к семье и умение принять нетрадиционную ориентацию своей младшей дочери Мэри; Линн Чейни - любящая жена, мать и железная леди; глава Пентагона Дональд Рамсфелд (Стив Карелл), 'политическая акула', внешне производящий впечатление жизнерадостного балагура и т.д. Очень удачным оказался кастинг к фильму: Кристиана Бэйл, Эми Адамс, Сэм Рокуэлл, Стив Карелл и др., все блистали, хотя у Рокуэлла очень мало экранного времени. Но, конечно, больше всех поразил образ Дика Чейни, созданный Бэйлом. Какое перевоплощение, и дело тут вовсе не в приближении к портретному сходству и отяжелевшем на несколько десятков килограммов артисте: специфическая артикуляция губ; тихий, спокойный, безэмоциональный голос; движения тела и особенности походки; невозмутимость во взгляде в самых сложнейших ситуациях - во всех повадках видится затаившийся хищник. Исключительная работа, браво, Кристиана Бэйл! Тем не менее, после просмотра 'Vice' возникает двоякое ощущение: фильм выдвигался на Оскар, в нем есть изюминка, он заставляет задуматься о скрытой, закулисной политической игре, в которой мы, увы, даже не зрители! Но... Основная проблема от просмотра двух последних фильмов МакКея - 'Игра на понижение' и 'Власть' - ощущается в том, что режиссер берется за сложные, глобальные сюжеты, которые трудно глубоко раскрыть в рамках полного метра, отсюда иллюстративность, мелькание образов и метафор, лишние материалы, создающие ложное ощущение насыщенности. Удачного вам просмотра! (OlgaRomanuk)