на главную

ДВЕ ИЛИ ТРИ ВЕЩИ, КОТОРЫЕ Я ЗНАЮ О НЕЙ (1967)
2 OU 3 CHOSES QUE JE SAIS D'ELLE

ДВЕ ИЛИ ТРИ ВЕЩИ, КОТОРЫЕ Я ЗНАЮ О НЕЙ (1967)
#20037

Рейтинг КП Рейтинг IMDb
  

ИНФОРМАЦИЯ О ФИЛЬМЕ

ПРИМЕЧАНИЯ
 
Жанр: Драма
Продолжит.: 84 мин.
Производство: Франция
Режиссер: Jean-Luc Godard
Продюсер: Anatole Dauman, Raoul Levy
Сценарий: Catherine Vimenet, Jean-Luc Godard
Оператор: Raoul Coutard
Студия: Argos Films, Anouchka Films, Les Films du Carrosse, Parc Film
 

В РОЛЯХ

ПАРАМЕТРЫ ВИДЕОФАЙЛА
 
Joseph Gehrard ... Monsieur Gerard
Marina Vlady ... Juliette Jeanson
Anny Duperey ... Marianne
Roger Montsoret ... Robert Jeanson
Raoul Levy ... John Bogus, the American
Jean Narboni ... Roger
Yves Beneyton ... Young man
Juliet Berto ... Girl talking to Robert
Helena Bielicic ... Girl in Bath
Christophe Bourseiller ... Christophe Jeanson
Marie Bourseiller ... Solange Jeanson
Marie Cardinal
Robert Chevassu ... Meter reader
Jean-Luc Godard ... Narrator (voice)
Blandine Jeanson ... Girl
Benjamin Jules-Rosette ... Man in basement
Jean-Pierre Laverne ... Author
Jean-Patrick Lebel ... Pecuchet
Anna Manga ... Woman in basement
Claude Miller ... Bouvard
Helene Scott ... Girl playing pinball

ПАРАМЕТРЫ частей: 1 размер: 1419 mb
носитель: HDD2
видео: 720x304 XviD 1597 kbps 25 fps
аудио: AC3-5.1 384 kbps
язык: Ru, Fr
субтитры: нет
 

ОБЗОР «ДВЕ ИЛИ ТРИ ВЕЩИ, КОТОРЫЕ Я ЗНАЮ О НЕЙ» (1967)

ОПИСАНИЕ ПРЕМИИ ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ СЮЖЕТ РЕЦЕНЗИИ ОТЗЫВЫ

Молодая домохозяйка, живущая в пригороде Парижа и не имеющая возможности устроиться на работу, вынуждена заняться древнейшей профессией, чтобы прокормить семью. Кажется, что муж даже не догадывается, чем занимается жена, но долго ли будет длиться это "незнание", даже в таком большом городе, как Париж? Вся история происходит на фоне почти документальных зарисовок быта и нравов 60-х годов двадцатого века.

В фильме рассказаны истории нескольких персонажей, ключевым образом связанных с главной героиней Жульет Джексон (Марина Влади) и городом, в котором происходит действие фильма - Парижем шестидесятых годов.

"Она" в этом фильме - это и героиня Марины Влади, и она сама, и Париж, который для всех французов женского рода. Жульет Жансон в тайне от мужа занимается проституцией, чтобы прокормить семью. Такая работа предполагает массу непредвиденных встреч, из которых и ткется прихотливый орнамент сюжета. Здесь Годар впервые окончательно превращается в исследователя съемочного процесса, пренебрегающего первоначальным замыслом, чтобы показать, как работают за монтажным столом. Балансируя на краю документального кино, Годар превращает художественный жест в научный эксперимент. Масштаб гениальности не дает ему при этом впасть в глубокомысленное позерство. Это по-настоящему напряженное зрелище.

Городское эссе. Этот фильм создан выдающимся французским режиссёром-новатором Жан-Люком Годаром как раз в переходный период его творчества. И в обширной кинобиографии Годара находится в промежутке между картинами «Мужское-женское» и «Китаянка», знаменуя его дальнейшее движение от первоначальных более сюжетных работ, всё-таки рассчитанных на зрительское восприятие, к явно экспериментальным, на стыке документального и игрового кино, которые он создавал в течение целого десятилетия - до конца 70-х годов, чрезмерно увлёкшись, с одной стороны, политикой, а с другой - несомненным формотворчеством. Вот и данный кинематографически вольный рассказ уже подвергнут намеренной деконструкции, представляя собой почти хаотически разбросанную серию актуальных зарисовок из жизни сверхнового квартала Ла Курнёв в предместье Парижа и одной из его обитательниц - молодой домохозяйки по имени Жюльетт Жансон, которая занялась самой древнейшей профессией в мире. К сожалению, в русском переводе теряется годаровский каламбур относительно женского рода обеих героинь - одушевлённой и неодушевлённой - этого причудливого повествования о своего рода деконструкции всего привычного порядка в том мире, где происходит резкая урбанизация, случаются экономические сбои, продолжается война во Вьетнаме, а многие люди реально боятся атомной угрозы. Любопытно, что Жан-Люк Годар оказался невольным пророком в своих заметках по поводу существования «городской деревни» под Парижем - в 1986 году, то есть через 20 лет после съёмок в квартале Ла Курнёв, там был вообще разрушен один из домов, входивший в архитектурный ансамбль, который красиво именовался «линейкой Дебюсси» и считался довольно модным. Но со временем всё обнаруживает прежде мало кем замечаемую негодность! (Сергей Кудрявцев)

Героиня фильма зарабатывает проституцией, поскольку ее семья постоянно нуждается в деньгах. Муж, разумеется, ни о чем не догадывается, но рано или поздно тайна все равно становится явью. Начиная с "Две или три вещи, которые я знаю о ней" , Годар превращает фильм в лабораторное исследование. Работает ли он подобно ученому? Безусловно, особенно если принять декларацию 'здоровой методологической анархии' Фейерабанда: фильм исследует разом и общество, и саму природу кино. Почему бы и нет? Он создает свой 'инструментарий', свою 'модель для сборки', соединяя несоединимое: художественность и документальность, спонтанность и дидактизм, чувственность и абстрактность, 'низкую' повседневность и таинство. Ни сюжета, ни персонажей в привычном понимании, звук и изображение не совпадают, действие движется асинхронно, голос за кадром и текстовые врезки комментируют происходящее, предметом изображения зачастую является сам процесс создания фильма. Экспериментируя с приемами научно-популярного кино, Годар показывает то, что обычно тщательно скрывается: техническую, сугубо 'прозаическую' сторону кинопроизводства, вплоть до изнуряющей работы за монтажным столом и чеков, выписанных статистам. Обращение к технике в ее предельной материальности дезавуирует кино как процесс истины в категориях отчуждения и общественного труда, и одновременно, тем же махом, деконструирует эти категории, растворяя их в стихии творчества, страсти. (Almarine)

«Две или три вещи…» обескураживают открытой проекцией незашоренного авторского взгляда, который после нескольких витиеватых кадров окончательно стирает грань между игровым кино и документалистикой. Годар загоняет своих героев в рамки двух образов - ролевого и реального, тем самым тонко намекая, что всякая персонификация является необязательной, неполной и несостоятельной с точки зрения содержательности. … но это не имеет значения… (с) Привычная ирония над ангажированностью общества потребления, в этот раз приобретает форму меткого укола, что постепенно выливается в ехидный смешок по поводу недальновидности нового поколения (удовольствие от комфорта которого раньше не было, толкает людей на неосмысленное использование материальных благ). Социум, столь старательно высмеиваемый Годаром, не только увяз в своей прагматичной политической идеологии, но и потерял всякое подобие лица, т. к. однообразие и эмоциональное равнодушие его представителей, даже проституцию воспринимают как привычную форму занятости - норму, не рассматриваемую с точки зрения морали, нравственности etc. «Мертвые предметы всегда живы. Живые люди - часто уже мертвы» (с) Но главное достоинство фильма отнюдь не в его содержательном компоненте. На первый план здесь выходят новаторство и экспериментирование над формой, посредством создания нового образа. Искусство способно сделать из формы стиль, однако стиль это человек, поэтому искусство это то, благодаря чему формы очеловечиваются. Вот и Годар старательно вдыхает жизнь в своих картонных персонажей, побуждая тех разграничить компоненты сознания, создавая тем самым прямую связь между образом и словом. Ввиду столь буквальной демонстрации, фильм больше напоминает структурированное социологическое интервью, с характерными словесными вставками и непринужденным взглядом в камеру. Таким нехитрым приемом Жан-Люк озвучивает диалог персонажа (режиссера) с человеком, находящимся по другую сторону экрана. Порядок, логика… Неважно. В столь уязвимой многогранности творческого подхода, несколько принижается значение той экзистенциальной грани, которую Годар подводит под описанием собственного видения проблемы. Я это - мир. Мир - это Я. Неважно когда и как, где и зачем, но я существую, мыслю, ощущаю, люблю, ненавижу, понимаю в рамках своей реальности, не вижу различий между субъективной уверенностью в себе и объективной правдой, которую видят другие… (Axl)

Описание неполное, и скоро будет добавлено.
comments powered by Disqus