на главную

МЕТРОПОЛИС (1927)
METROPOLIS

МЕТРОПОЛИС (1927)
#10279

Рейтинг КП Рейтинг IMDb
 IMDb Top 250 #109 

ИНФОРМАЦИЯ О ФИЛЬМЕ

ПРИМЕЧАНИЯ
 
Жанр: Фантастика
Продолжит.: 148 мин.
Производство: Германия
Режиссер: Fritz Lang
Продюсер: Erich Pommer
Сценарий: Thea von Harbou, Fritz Lang
Оператор: Karl Freund, Gunther Rittau, Walter Ruttmann
Композитор: Gottfried Huppertz
Студия: Universum Film (UFA)

ПРИМЕЧАНИЯполная реставрация; издание "Kino Lorber" (2010).
 

В РОЛЯХ

ПАРАМЕТРЫ ВИДЕОФАЙЛА
 
Alfred Abel ... Joh Fredersen
Gustav Frohlich ... Freder, Joh Fredersen's son
Rudolf Klein-Rogge ... C. A. Rotwang, the inventor
Fritz Rasp ... The Thin Man
Theodor Loos ... Josaphat
Erwin Biswanger ... 11811 - Georgy
Heinrich George ... Grot, the guardian of the Heart Machine
Brigitte Helm ... Maria / The Robot

ПАРАМЕТРЫ частей: 1 размер: 2849 mb
носитель: HDD1
видео: 720x544 XviD 2408 kbps 23.976 fps
аудио: AC3-5.1 256 kbps
язык: нет
субтитры: Ru, En
 

ОБЗОР «МЕТРОПОЛИС» (1927)

ОПИСАНИЕ ПРЕМИИ ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ СЮЖЕТ РЕЦЕНЗИИ ОТЗЫВЫ

Метрополис - город будущего, разделен на две части. Под землей находятся жилища рабочих, над ними цеха с машинами. В верхнем городе расположены офисы, богатые кварталы и сады развлечений. Вся власть в городе принадлежит магнату Иогану Фендерсону. Его сын - Фредер догадывается о несправедливости, царящей в метрополисе. Спустившись в машинную зону, Фредер приходит в ужас: он видит страшного Молоха, пожирающего людей. Не в силах смириться с увиденным, он начинает борьбу со злом.

Немой художественный фильм Фрица Ланга по сценарию и параллельно написанному роману Теа фон Харбоу, масштабная метафорическая и научно-фантастическая антиутопия, ставшая высшей точкой и завершением развития немецкого киноэкспрессионизма. Фильм стал бесспорной классикой и оказал огромное влияние на всё последующее развитие киноискусства.

Фредер Фредерсен, изнеженный сын хозяина Метрополиса, изучает несчастную жизнь рабочих, которые поддерживают своим трудом блистательное существование огромного города. Заступницей рабочих и предпринимателей выступает святая Мария. Безумный инженер Ротванг создает робота-женщину, двойника Марии, и выпускает ее в город. Робот танцует обнаженным и подстрекает город к метежу. А в это время настоящая Мария и Фредер спасают городских детей. Двухчасовой фильм "Метрополис" - первая научно-фантастическая эпопея. На ее создание были затрачены огромные средства, а в съемках участвовали тысячи статистов. В фильме можно увидеть новейшие спецэффекты того времени, а также сцены секса, насилия, элементы германской готики и большое количество масштабных массовых сцен.

Один из величайших фильмов всех времён. При кажущейся простоте, фильм аллегоричен, каждая деталь наполнена глубоким смыслом. Его образы навсегда врежутся в вашу память. Будущее, город Метрополис, которым правит магнат Йохан Фредерсен (Альфред Абель). Его сын Фредер (Густав Фрёлих) по воле случая влюбляется в Марию (Бригитта Хелм), духовного вождя рабочих, живущих в трущобах глубоко под землёй. Гениальный учёный С.А. Ротванг (Рудольф Кляйн-Рогге) научился конструировать искусственных людей и по просьбе Фредерсена придаёт своему созданию облик этой девушки. Она начинает призывать пролетариат к насилию, и те обрушивают свой гнев на технику, управляющую в городе всем. Лишь с помощью Фредера и настоящей Марии удаётся спасти от нелепой гибели детей рабочих…

В картину вложено 7 млн. марок (1,68 млн. долларов), что составляет для 20-х годов колоссальную сумму, и фильм того стоит как с операторской, так и с режиссерской точки зрения. События происходят в будущем, в огромном Метрополисе, которым правит миллионер. Он живет в верхнем городе. Его сын влюбляется в дочь рабочих, живущих под землей, в трущобах. Некий изобретатель научился создавать искусственных людей и по просьбе миллионера придал своему искусственному созданию облик именно этой девушки. Она начинает учить рабочих насилию и разрушению, и те уничтожают оборудование, которое всем управляет в городе. Только с помощью юноши и реальной девушки удается спасти детей рабочих от гибели. Рабочие публично сжигают марионетку. Бригитте Хелм в роли главной героини была настоящей находкой. Учитывая, что ранее она нигде и никогда не снималась, Лангу можно только поаплодировать. Все остальные актеры тоже сыграли исключительно талантливо. (М. Иванов)

Один из ключевых шедевров в истории кинематографа, первая экранная антиутопия, до сих пор не превзойденная в Германии по затратам на производство, фильм, по решению ЮНЕСКО включенный в список "Памяти мира" - свод эталонов духовной и материальной культуры... "Метрополис", поставленный в конце 20-х Фрицем Лангом и сегодня поражает воображение постановочным размахом, массовыми сценами (в них участвовало около 60 тысяч статистов), визуальными эффектами, изобретательным монтажом, невероятной динамичностью и экспрессивностью. Ланг, впервые побывав в Америке, был поражен видами и атмосферой Нью-Йорка и придумал свой город будущего. Метрополис разделен на две части: подземелье - место для рабов-рабочих и рай - для богатой элиты. Сын правителя города Фредер случайно видит девушку "из низов", проповедницу Марию, и влюбляется в нее с первого взгляда. Между тем, изобретатель Ротванг создает робота, которого невозможно отличить от человека, и отец Фредера требует, чтобы ученый придал своему творению облик Марии...

Фильм Фрица Ланга "Метрополис" - пожалуй, самый известный немецкий фильм периода немого кино. Это не только высокохудожественный и доступный для широкого зрителя кинодокумент времен Веймарской республики - фильм представляет собой и одну из первых в мировом кино фантазий о больших городах 20-го столетия. Эскизы к "Метрополису" по сей день часто используются в разработке концепций современных постановочных картин со сложными декорациями. В судьбе этого фильма отражается извечная проблема немецкого кино: несовместимость творческих амбиций художника с коммерческим успехом картины. Гигантский проект, стремящейся к мировому признанию немецкой кинопромышленности не вызвал интереса у зрителей. В результате, почти сразу же после премьеры, компания - производитель внесла в "Метрополис" множество изменений, до неузнаваемости исказивших замысел автора. В целях обеспечения нормальной продолжительности фильма, "Метрополис" перемонтировали и сократили на тысячу метров. Вокруг фильма сложился миф, побуждающий любителей кино во всем мире собираться на просмотры кинематографического "остова", сохранившегося от "оригинального" "Метрополиса". А историки кино в течение многих десятилетий занимались поисками удаленных из фильма эпизодов. Четвертая часть оригинальной версии фильма считается безвозвратно потерянной, в то же время новейшие исследования, проведенные по инициативе Фонда Фридриха Вильгельма Мурнау, показали, что из трех первоначальных оригинальных негативов фильма один, хоть и не полностью, но сохранился. В некоторых зарубежных архивах сохранились также оригинальные копии с утерянных оригинальных негативов. Результатом всех этих изысканий явился еще один скомпонованный вариант фильма, представленный благодарной публике на кинофестивале в Берлине в 2001 году. В новой версии "Метрополиса" не только удалось частично восстановить оригинальную последовательность сцен. Благодаря цифровой обработке изображения впервые удалось обеспечить визуальное восприятие фильма на уровне премьерного показа 1927 года.

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ

Немецкий режиссер снимал свой фильм в период Веймарской республики, в 1925-26 году. Это был первый футуристический фильм, он заложил основу множеству направлений современного кинематографа. В нем описывается некий сверхурабнизированный город-башня будущего, жители котрого, в продолжение "Машины времени" Герберта Уэллса, разделены на две касты - "работяг", проводящих жизнь в тяжелой черной работе, и "мыслителей", ползующихся всеми благами цивилизации.
Фриц Ланг снял фильм по роману своей жены и соавтора Теа фон Харбоу.
За камерой на съёмках фильма работал один из ведущих немецких операторов Карл Фройнд, который позже поставил в Голливуде несколько фильмов и как режиссёр - в том числе «Мумию» (1932).
Считается, что в массовых сценах были заняты около 30 тысяч человек, 11 тысяч человек для участия в массовке эпизода с Вавилонской Башней согласились побрить головы.
Съёмки длились 2 года.
Бюджет: Reichsmarks 1 300 000.
Фильм стал самым дорогим проектом за всю историю немецкого немого кино. Несмотря на громкий успех у критиков и вполне приличные сборы, он так и не смог окупить расходы на его производство и едва не стал причиной банкротства студии.
Сергей Эйзенштейн, посетивший студию Ланга в Потсдаме во время съемок "Метрополиса", был потрясен увиденным.
В числе журналистов, освещавших для прессы съёмки фильма, был Курт Сьодмак, который впоследствии стал известен как писатель-фантаст, а затем и как продюсер и сценарист множества знаменитых голливудских трэш-фильмов.
Премьера: 10 января 1927 года.
Первоначальная продолжительность фильма составляла 153 минуты. Для проката в США компанией «Paramount» в 1927 году фильм был сокращён почти наполовину, потеряв множество существенных сюжетных линий, а вместе с ними и важные мотивы поступков героев. В частности, основной конфликт между Фредерсеном и Ротвангом - соперничество из-за умершей Хель - был полностью исключен из фильма, и тем самым исчезла мотивировка создания человека-робота, а, в конечном счете, и разрушения Метрополиса. Также были полностью удалены сцены преследования Фредера Худым и продолжительные эпизоды погони в конце фильма. Чтобы фильм оставался понятным после всех этих сокращений, необходимо было в значительной степени переделать промежуточные титры и в некоторых местах по-другому смонтировать сохранившиеся эпизоды. В Берлине после нескольких недель демонстрации «Метрополис» был изъят из проката. После этого было принято решение сократить его и для проката в Германии, причём сокращения во многом базировались на американской версии. 5 августа 1927 года был скомпонован укороченный по американскому образцу и снабженный измененными промежуточными титрами новый немецкий вариант «Метрополиса». Неясно, привлекался ли Фриц Ланг к работе над второй немецкой версией своего фильма. На протяжении XX века были известны только сокращенные версии, что до сих пор приводит к недоразумениям и неправомерным трактовкам авторского замысла. Оригинал авторского монтажа не сохранился. Кроме того, сцены, удаленные из фильма в 1927 году компанией «Paramount» на сегодняшний день не обнаружены. Однако в 2001 году под эгидой Фонда Фридриха Вильгельма Мурнау по различным сохранившимся вариантам фильма была восстановлена компромиссная версия длиной 117 минут, дающая достаточно полное представление о сюжете фильма (в некоторых изданиях на VHS и DVD длина фильма превышает 120 минут из-за того, что был искусственно замедлен темп воспроизведения - никаких дополнительных эпизодов по сравнению с отреставрированной версией в них нет).
Огромный труд, затраченный Фондом Фридриха Вильгельма Мурнау на поиск и реставрацию сохранившихся материалов, был удостоен в 2002 году премией за лучшую реставрацию.
В 2008 году в музее кино аргентинской столицы обнаружились считавшиеся утраченными 700 метров пленки (25 минут экранного времени) из оригинальной, длинной версии фильма Фрица Ланга "Метрополис". Для историков кино эта находка стала настоящей сенсацией. Именно так ее охарактеризовал Райнер Ротер, директор Берлинской синематеки (Deutsche Kinemathek), пишет Variety. Как выяснилось, в 1928 году буэнос-айресский прокатчик по имени Адольфо Уилсон увез на родину копию длинной версии "Метрополиса". Катушки с пленкой несколько раз меняли владельцев и к 1992 году оказались в столичном музее кино. Однако идентифицировали их только в 2008-м, когда в музее появился новый директор - Паула Феликс-Дидье. Они отреставрированы и вмонтированы в новую версию картины. Обновлённый «Метрополис» показали 12 февраля 2010 одновременно на Берлинском кинофестивале и во Франкфурте. Везде фильм сопровождался музыкой Готфрида Хуппертца в живом исполнении.
Фрагменты из аргентинского материала очень обогащают картину и в плане монтажа, и в плане повествования. К сожалению, до наших дней сохранилась лишь 16-миллиметровая негативная копия, которая была скопирована в 70х с 35-миллиметрогого нитропозитива неправильно - поэтому, несмотря на усилия по реставрации, не удалось избавиться от дефектов пленки.
Реставрированная и наиболее полная версия (148 мин.) была издана компанией "Kino Lorber" в 2010 году. Музыкальное сопровождение составил Берлинский Симфонический Оркестр под руководством дирижера Франка Штробеля. Подробнее об издании - http://www.kino.com/video/item.php?film_id=1162.
"Метрополис" Фрица Ланга - первый фильм включенный в список мирового достояния ЮНЕСКО. Комиссия по культурному наследию ЮНЕСКО приняла решение о внесении восстановленного в авторском виде фильма в список "Память мира" - собрание эталонов духовной и материальной культуры человечества.
Слоган - «There can be no understanding between the hands and the brain unless the heart acts as mediator.»
Официальный сайт восстановленной версии «Метрополиса» - http://www.kino.com/metropolis.
Фотографии со съемок - http://www.goodcinema.ru/?q=node/1915.
"Метрополис": история эффектов - http://mir3d.ru/vfx/2479/.
Мартин Кербер. Заметки о восстановлении фильма - http://www.arthouse.ru/german2003/metropolis.asp.
Сведения о DVD издании "Метрополиса" в варьированной версии Мородера - http://www.morodermetropolisdvd.com/.
«Метрополис» был одним из любимых фильмов Адольфа Гитлера.
Группа Queen использовала кадры из фильма для своего ретрофутуристичного клипа «Radio Ga Ga».
Группа Ария так же использовала кадры из фильма для своего клипа «Отшельник».
В 1996 году Алексей Айги написал и исполнил c ансамблем 4'33" музыку к фильму.
В 2000 году известная французская авант-прог группа Art Zoyd записала саундтрек к фильму. Кадры из фильма демонстрируются во время концертов группы.
В 2001 в Японии режиссёром Ринтаро по сюжету Тэдзука Осаму был снят полнометражный фильм-анимэ «Метрополис» (Metropolis Robotic Angel), сюжет которого лишь ассоциативно связан с фильмом Ланга.

СЮЖЕТ

Фильм начинается с эпиграфа: «Посредником между головой и руками должно быть сердце». Действие фильма разворачивается в будущем. Огромный футуристический город разделён на две части - верхний «рай», где обитают «хозяева жизни», и подземный промышленный «ад», жилище рабочих, низведённых до положения придатков гигантских машин. Сын одного из правителей Метрополиса, Фредер (Густав Фрёлих), ведёт беззаботную и праздную жизнь и развлекается в Вечных Садах. Внезапно он видит Марию (Бригитта Хельм), девушку «снизу», которая привела на верхние уровни детей рабочих, чтобы показать им лучшую жизнь, которая, может быть, их ждёт впереди. Охрана выводит девушку и детей, но Фредер успевает влюбиться в неё с первого взгляда. Он отправляется её искать и попадает на промышленный уровень как раз в тот момент, когда там происходит авария, в которой погибают несколько человек. Подземная часть Метрополиса представляется Фредеру Молохом, постоянно требующим всё новых человеческих жертв. Он идет к своему отцу, Джону Фредерсену (Альфред Абель), рассказывает об аварии и спрашивает его, где те люди, чьими руками построен Метрополис. Фредерсен отвечает, что они там, где им и положено быть - на Дне. В это время к Фредерсену приходит цеховой мастер Грот (Хайнрих Георг), и приносит ему таинственные планы неизвестного подземелья, найденные в карманах двух погибших при аварии рабочих. Фредерсен спрашивает своего помощника Иосафата (Теодор Лоос), почему о взрыве и планах он узнаёт от сына и мастера, а не от него. Иосафат ничего не может ответить и Фредерсен его увольняет - это означает, что Иосафат обречён отправиться на Дно. Фредер сочувствует Иосафату и предлагает ему работать на него. В это время Фредерсен приказывает начальнику службы безопасности Худому (Фриц Расп) докладывать о каждом шаге Фредера. Фредер снова отправляется на промышленный уровень, желая на своем опыте понять жизнь рабочих. Очень скоро он понимает, что в Метрополисе рабочий - это только придаток Машины, приказы которой он должен выполнять. Фредер заменяет измотанного монотонным трудом рабочего Номер 11811 (Эрвин Бисвангер) и становится на его место возле машины. Они меняются одеждой и Фредер просит рабочего, чтобы тот отправился к Иосафату и дождался его там. (Далее полностью утраченный эпизод: Худой в это время следит за машиной Фредера, шофер которого получает через Номер 11811 приказание Фредера ехать на квартиру Иосафата. Номер 11811 находит в карманах одежды Фредера много денег, поддается искушению и отправляется в Иошивару - квартал «красных фонарей» Метрополиса). Фредерсен приходит к изобретателю Ротвангу (Рудольф Клайн-Рогге). (Далее полностью утраченный эпизод: Фредерсен обнаруживает в комнате Ротванга гигантский бюст Хел - своей покойной жены, матери Фредера, в которую Ротванг был когда-то влюблён). Ротванг мстительно говорит, что сумел вернуть Хел к жизни, и показывает Фредерсену женщину-робота, «совершенного человека будущего - человеко-машину». Ему нужно 24 часа, чтобы завершить работу, - и тогда никто не сможет отличить его творение от живого человека. Фредерсен просит Ротванга, к которому он обращается каждый раз, когда его советники оказываются бессильны, посмотреть странные планы подземелий. Ротванг приходит к заключению, что это планы древних катакомб, расположенных ниже Дна Метрополиса. «Хотел бы я знать, что рабочие делают в этих катакомбах», говорит Фредерсен. В ответ Ротванг показывает ему тайный вход в подземелья. В это время Фредер находит в кармане оставленной ему одежды рабочего такой же план. Другой рабочий замечает это и говорит ему, что очередная встреча состоится сегодня после окончания смены в заброшенной штольне - «она снова зовет нас». С трудом дождавшись конца смены, измотанный и почти лишенный воли, Фредер вместе с другими рабочими добредает по коридорам катакомб до подземной часовни, где вдруг видит Марию. Фредерсен с Ротвангом наблюдают ту же сцену через смотровое окно в своде часовни. Мария пересказывает рабочим легенду о Вавилонской Башне. Великие умы задумали построить башню до небес и тем самым восславить величие Разума, Создателя и Человека. Однако сами они не могли реализовать свой замысел, а потому наняли для постройки Башни рабочих. И случилось так, что Руки, которые строили Башню, ничего не знали о Голове, в которой возникла изначальная идея. И то, что для Головы было вдохновением, для Рук обернулось непосильной ношей, проклятием. Руки и Голова говорили на одном языке, но не понимали друг друга - и Башня так и не была построена. Для того, чтобы Руки и Голова могли говорить друг с другом, нужен Посредник, и этим Посредником должно быть Сердце. «Где же этот Посредник?» - спрашивает один из рабочих. «Он придет!» - отвечает Мария. «Мы будем ждать и терпеть - только не слишком долго»… Рабочие расходятся, остается только Фредер. Мария узнает его и называет Посредником. Фредерсен в это время предлагает Ротвангу придать человеко-машине облик Марии, чтобы разрушить доверие рабочих к девушке. Ротванг соглашается, придумав, как это можно использовать для мести Фредерсену. Он преследует Марию в катакомбах и загоняет её в свою лабораторию, чтобы скопировать её внешность на человеко-машину. (Далее полностью утраченный эпизод: Ротванг поручает человеко-машине погубить Фредерсена, его город и его сына). Фредер приходит на встречу, которую Мария назначила ему в соборе, но Мария не приходит. (Далее полностью утраченный эпизод: Фредер идет на квартиру Иосафата, надеясь найти там рабочего Номер 11811 и с его помощью снова найти Марию. Однако Худой уже отправил рабочего на его место к машине. Фредер уходит, решив, что должен найти Марию сам. К Иосафату приходит Худой, который пытается подкупом и угрозами вынудить его покинуть Метрополис, но Иосафат отказывается предать Фредера. Они сражаются, Худой побеждает). Ротванг пытается обездвижить Марию, чтобы поместить её в машину для копирования внешности. Мария сопротивляется. Её крик слышит Фредер, проходящий мимо дома Ротванга. Он врывается в дом, но оказывается заперт в подвале. Ротванг успешно копирует внешность Марии на человеко-машину, освобождает Фредера и говорит ему, что Мария сейчас у его отца. Фредерсен приказывает Лже-Марии опорочить доброе имя девушки, образ которой она носит. Ворвавшийся в комнату Фредер видит их вместе и впадает в безумие. Пока Фредер лежит в постели в горячке, ему приносят приглашение от Ротванга на званый вечер, где главной звездой становится Лже-Мария - она танцует экзотический танец, который приводит молодых людей в неистовство. В бреду Фредер видит Марию в образе вестницы Апокалипсиса, видит статую Смерти, которая выходит из собора в Метрополис, чтобы пожать человеческие жизни. Фредер приходит в себя. К нему приходит Иосафат в костюме рабочего - он скрывается от шпионов Фредерсена. Иосафат рассказывает, что после званого вечера Ротванга среди молодых аристократов было несколько дуэлей и самоубийств. Вечные Сады заброшены, зато в Йошиваре столпотворение, и во всем этом виновата Мария. (Далее полностью утраченный эпизод: Худой докладывает Фредерсену, что только вера в приход Посредника удерживает рабочих от бунта. Фредерсен приказывает ему не препятствовать рабочим - что бы ни случилось, это отвечает его планам). Ротванг говорит настоящей Марии, что Фредерсен хочет спровоцировать беспорядки, чтобы получить возможность подавить рабочее восстание силой. Лже-Мария выступает перед рабочими в часовне. Она говорит, что Посредник не пришёл, что терпение должно закончиться и призывает уничтожать машины. Рабочие готовы начать восстание. Появляются Фредер и Иосафат. Фредер обвиняет Лже-Марию, говорит, что она - фальшивка. Рабочие, узнав сына Фредерсена, в ярости набрасываются на него; только Номер 11811 заслоняет его от удара ножом и погибает. (Далее полностью утраченный эпизод: Ротванг в опьянении от успеха своего замысла рассказывает Марии, как он обманул Фредерсена, дав человеко-машине свои инструкции и утаив от него, что Фредер может стать Посредником. Фредерсен случайно слышит всё, что он говорит, врывается в комнату и нападает на Ротванга. Марии удается сбежать). Лже-Мария поднимает восстание. Рабочие на подъёмниках отправляются на промышленный уровень, чтобы уничтожить машины, которые Лже-Мария назвала главной причиной их несчастий. Мастер Грот закрывает перед ними ворота, чтобы спасти Главную Машину, и докладывает о восстании Фредерсену по телефону. Тот приказывает ему открыть ворота. Грот подчиняется. Рабочие врываются в машинный зал. Грот пытается объяснить рабочим, что если они уничтожат машину, то весь их жилой уровень, где остались дети, будет затоплен, но его никто не слушает. Рабочие набрасываются на него, а Лже-Мария в это время включает Главную Машину в режиме перегрузки и под шумок скрывается. Рабочие в восторге наблюдают за тем, как разваливается Главная Машина. Фредерсен из своего кабинета наблюдает за тем, как в Метрополисе останавливается движение и вся механика начинает идти вразнос. Входит Худой и докладывает, что Фредер остался на Дне. «Я хочу знать, что с моим сыном!» - кричит Фредерсен. «Завтра очень многие спросят: "Джон Фредерсен, что с моим сыном?"» - отвечает Худой. Настоящая Мария оказывается на Дне как раз в тот момент, когда начинается затопление и с верхнего уровня падают все подъёмники. Она поднимает тревогу и пытается спасти детей. К ней присоединяются Фредер и Иосафат. Вместе они выводят детей с затопленного уровня через вентиляционные шахты. Гроту в конце концов удается напомнить обезумевшим рабочим о том, что их дети остались на Дне. «Кто подбил вас разрушить машины? - спрашивает он. - Без них вы умрете!» Рабочие отвечают, что их подговорила ведьма и отправляются в погоню за ней. В это время Лже-Мария в Йошиваре возглавляет празднование Конца Света, а Фредер и настоящая Мария отводят детей в Вечные Сады. Толпа рабочих нападает на настоящую Марию и ей чудом удается спастись от расправы. В ужасе она бежит в Йошивару. Толпа бежит за ней туда и сталкивается с шествием «золотой молодежи» во главе с невменяемой Лже-Марией. Её привязывают к столбу и пытаются сжечь на огромном костре. Фредер, думая, что это настоящая Мария, пытается её спасти, но его не пускают. Сошедший с ума Ротванг сталкивается возле собора с настоящей Марией и в безумии принимает её за Хел. Перепуганная Мария убегает от него, но он не отстаёт. Вдвоем они оказываются на колокольне собора и Мария, повиснув на веревке, начинает бить в колокол. Фредер, наконец, видит, что к столбу привязана не Мария, а человеко-машина. Колокольный звон привлекает его внимание, и он видит на галерее собора Марию, которую преследует Ротванг. Фредер бросается ей на помощь и схватывается с Ротвангом. За их дракой в ужасе наблюдает снизу Фредерсен. Рабочие узнают его, но Иосафат успевает сказать им, что их дети в безопасности. Фредеру, наконец, удается сбросить Ротванга с галереи. Поседевший Фредерсен и избитый рабочими Грот должны заключить символическое перемирие, но предрассудки мешают им подать друг другу руку. Мария просит Фредера сделать то, что он хотел - стать Посредником между Руками и Головой. Фильм завершается тем же титром, которым начинается: «Посредником между головой и руками должно быть сердце».

Гигантские расходы (порядка 1,3 млн., а по данным рекламы – до 5-7 млн. рейхсмарок!), потребовавшиеся на постройку декораций полностью автоматизированного Метрополиса, великого города будущего, не были компенсированы, поставив крупнейшую немецкую студию UFA на грань банкротства и сильно ударив по всей отрасли, наконец-то сдавшей позиции Голливуду. Но тридцатишестилетний Фриц Ланг может быть даже горд, поскольку невольно повторил участь американца Гриффита («Нетерпимость» /1916/), поначалу также обвинённого в пустой растрате средств. «Метрополис» оказался одним из принципиальных произведений первой половины XX столетия, и не только кинематографа, заложив основы целого жанра, превосходно отразившего сущность всего столетия, – антиутопии, и без влияния ленты немыслимы ни «Дивный новый мир» Хаксли, ни «1984» Оруэлла. Правда, сам Ланг не слишком любил этот фильм, созданный по роману и сценарию своей жены Теа фон Харбоу, помня, на какой творческий компромисс пришлось пойти, согласившись сделать счастливый финал, символизирующий примирение труда и капитала – Рук и Головы, когда магнат поддаётся на уговоры сына и отказывается от противостояния рабочим. Но если в дилогии о докторе Мабузе и в триллере «М» /1931/ режиссёр предрёк приход к власти нацизма, то «Метрополис» – фильм такой, какой есть, – оказался пророческим в отношении ещё более отдалённого грядущего. По крайней мере к исходу XX века стала возобладать тенденция т.н. социальной инженерии, подразумевающая эволюционный, а не революционный путь развития, смягчение классовых противоречий, не столь чёткое разделение общества по вертикали, что доведёно в фильме до символического противопоставления небоскрёбов и бараков. С избытком в «Метрополисе» и иных художественных откровений. Футуристический антураж, отчасти созданный под впечатлением от американских метрополий… Безумный учёный, аккумулировавший черты не Пигмалиона или даже доктора Франкенштейна, а во многом – Калигари и Мабузе, и его творение-робот, принимающее, в отличие от Существа у Мэри Шелли, облик прекрасной женщины… Жестокий и вероломный правитель, находящийся на вершине и ненавидящий обитающих внизу, отваживающийся на подлость… Страстный пафос, направленный против не только луддизма, но и стихийного начала как такового – стремления к разрушению, как бы заложенного уже в природе человека… Наконец, потрясает метафора – приношение в жертву людей, дабы умилостивить ненасытное божество, Молоха. К разряду исторических курьёзов можно отнести тот факт, что Хайнрих Георг, сыгравший лидера рабочих Грота, впоследствии, как и выдающийся Эмиль Яннингс, попал в число самых заметных актёров при Гитлере, появившись, в частности, в пропагандистском «Еврее Зюссе» /1934/, в то время как Ланг останется убеждённым антифашистом. В целом же «Метрополис» и поныне воспринимается свежо и злободневно, гораздо более современен по духу, нежели многие антиутопии (включая анимационный «римейк», в общем неплохой), появляющиеся спустя многие годы и десятилетия. (Евгений Нефедов)

В отличие от фильмов Чаплина, Эйзенштейна или Гарольда Ллойда, фильмы Фрица Ланга не столь известны широкой публике. Несмотря на это, некоторые его работы, также как и работы его великих современников, легли в основу многих кинематографических жанров и направлений. Кадры из его фильмов часто мелькают и в телевизионных программах. Многие сегодняшние кинематографисты буквально цитируют сюжеты и образы, первооткрывателем которых был этот талантливейший немецкий режиссёр. «Метрополис» и «М» - две самые известные работы Ланга. Достаточно мрачные сюжеты, но если в «М» мы видим только поднятую на новый, более высокий психологический уровень, историю обычного Джека Потрошителя, в «Метрополисе» мы встречаемся с настоящим триумфом фантазии и неординарной для того времени попыткой отражения социальных проблем. Однако интерес вызывает не только социальная составляющая фильма. Молодой кинематограф начала прошлого века ищет себя, пытается найти и приспособить под свои стандарты все лучшие направления искусства тех лет. «Андалузский пёс» Бюнуэля, снятый в сотрудничестве с Сальвадором Дали, открывает нам уже сформировавшийся сюрреалистический жанр, «Метрополис» же, пропитан модерном. Сюжетные вставки, отдельные декорации и костюмы, напоминают нам столь популярные сегодня работы Альфонса Мухи. Живописи не много, но там где она есть, она угадывается безошибочно. Это тем более интересно, если учесть, что чёрно-белый формат ставит перед художником фильма совершенно другие задачи, нежели чем в цветном кино. Футуристическая атмосфера мрачного фантастического мегаполиса вместе с замечательной игрой актёров делают своё чёрное дело, фильм запоминается надолго, и несмотря на возможно несколько затянутые сцены, смотрится с большим интересом. Эти сцены, в свою очередь, имеют также достаточно веское основание. Дело в том, что ещё один жанр, на этот раз литературный, лёг в основу сюжета «Метрополиса». Немецкий романтизм, столь богатый на легенды и героические подвиги, не самый динамичный, но подразумевающий детальную проработку характеров, трансформируется Лангом в утопическую драму с сумасшедшим злодеем-профессором, холодным жестоким магнатом и всеми остальными атрибутами современных фантастических фильмов. Выдержанный стиль, новое в операторской работе и, конечно же, сама интригующая драма, отличают «Метрополис» от достаточно большого количество похожих работ, снятых в период 20х - 30х годов. Безусловно, ни один фильм на подобную тему не мог бы обойтись без спецэффектов. «Метрополис», также как и любой современный фильм, демонстрирует их в полном объёме. Иногда эти эффекты могут вызвать улыбку, но большинство кадров очень хороши, и порой, при просмотре, мы забываем, что картина была снята в 1927году, и уж наверняка, и для того времени и на многие годы вперёд, «Метрополис» установил в этом направлении очень высокую планку. Новаторство Ланга ещё раз напоминает нам о той ведущей роли экспериментатора и искателя, которую сыграло европейское кино в общей истории кинематографа. (inoekino.ru)

"Метрополис" если и не первая, то самая знаменитая антиутопия в истории кинематографа. И по праву... 1926 год, уважаемые! А выглядит все настолько естественно и органично (урбанистические ландшафты будущего), что придраться абсолютно не к чему. В "Звездных войнах" 70-80-х, как ни странно, техническое обеспечение оставляет желать много лучшего. Все эти мультипликационные вставки, несовершенства работы тогдашних компьютеров и прочее. Такого количества гениальных технических и образных решений, как в этом конструктивистском шедевре, пожалуй, не было ни в одном фильме за всю историю кино. (И совершенно не возникает ощущения их переизбытка, загроможденности в ущерб повествованию...) Недаром многие классические режиссеры протестовали против появления звукового кино, лишившего это искусство стимула изобретать и напрягаться именно в сфере изображения, сугубо кинематографическом поле действия, и прибавив лишнюю возможность закамуфлировать бедность мысли. Но, по закону, должно быть, компенсации, техническая безупречность фильма здесь тесно сплетена с драматургической инфантильностью. "Броненосец "Потемкин", снятый годом раньше, демонстрирует гораздо большую историческую зрелость, нежели "Метрополис". Да, впрочем, и параллельно снимавшиеся фильмы Чаплина более "взрослые", нежели серьезный жанр Ланга. Его герои напоминают не суровых персонажей привычных нам современных антиутопий, а персонажей мелодраматичных "фильм", положим, Владимира Туржанского, умудрявшегося в 1900-1910 гг. вогнать в 15 минут пьесу А.Островского. Закатывают или выкатывают глазищи, заламывают руки, срываются с места и несутся как мой кот к рыбе, вопреки серьезности ситуации... Главный конфликт "Метрополиса" - появление в райских кущах верхних этажей супергорода дочери одного из рабочих со стайкой оборванцев. Сын властелина города в это время резвился там с некоей красоткой, жуировал... Он получает двойной ментальный шок - от красоты Марии и от открытия факта существования "подземного народа", практически роботизированных пролетариев. С ним за полчаса происходит перемена, равная изнурительному прочтению "Капитала". Апелляции к отцу о социальной справедливости успеха не приносят и он решает действовать с помощью своих слабых человеческих сил... Характерно, что и место, и персонажи лишены конкретизации. Она - Мария, гениальный ученый без всякого нравственного чувства - Ротванг (вроде бы немец), хозяин города - Джон Фредерсен (вроде бы англосакс или янки). Словом, некая вариация на блестящую метафору Максима Горького "Город желтого дьявола" - где-то там на западе, в бездушном мире безнационального капитала, с которым почвеннической Германии вроде не по пути. (Буквально перед "Метрополисом" Ланг поставил двухсерийных "Нибелунгов" - для утверждения того же нордических духа, что, попутно, прибавило ему мастерства в постановке эпических произведений. Но не спасло от эмиграции после прихода к власти Гитлера. С беспринципностью еврея Ланг тут же принялся славить демократию и клеймить тоталитаризм.) Мария служит рабочим чем-то вроде жрицы, они собираются в молельне где-то в катакомбах и слушают рассказ о Вавилонской башне, трактованной (и такое бывает) как конфликт между строителями и прорабами, втянувшими бесхитростных работяг в авантюру. А ученый Ротванг в это время создает робота, которого невозможно отличить от человека. По приказанию хозяина он придает ему облик Марии и запускает в дружные ряды пролетариата, где он должен выполнить функции попа Гапона. Над креслом робота помещено изображение пентограммы (как в "Doom'е"), на двери дома Ротванга - пятиконечная звезда. И вообще символика числа пять использована на всю катушку (рабочие, положим, движутся по пять пятью потоками). А Мария-робот, понимаешь, доагитировала рабочих до того, что они принялись крушить все подряд, затопив по неразумению и своих детей, спасенных, впрочем, гуманным барчуком. Гуманизм тоже, конечно, не беспределен - и Ротванг повержен теми же руками. Которые в патетическом финале соединяют руки отца-магната и сознательного рабочего, вожака не очень просвещенных масс. Германия 26-го - это не Германия 33-го или 41-го. Тем не менее, в менее концентрированном виде в ней бродили настроения, сгустившиеся на выборах 33-го до известной нам ситуации: и восприятие пентаграммы то ли как религиозного символа концентрированного Зла, то ли как политического символа мирового заговора (что проистекало одно из другого, и перетекало обратно)... И звезда на дверях ученого (зловещий ученый, как олицетворение механистичной, бездушной сути - типичный персонаж тогдашнего кино) - символ марксистского вторжения в традиционный уклад жизни арийских народов. Следовательно, своеобразный социальный заказ, выполненный здесь Лангом - это оптимистическое утверждение "третьего пути", над теорией которого в то время работали идеологи арийской идеи: не крайность классового подхода и не крайность накопления каптала, а синтез нравственного (в толковании, разумеется, германского язычества) и рационального начал. Со всеми сопутствующими связями (тех же магнатов и пролетариата), составляющими гармоничный монолит нации. Трудно сказать, может ли такой фильм (вернее - мог ли в свое время) считаться продуктом для киногурманов. Но в наши дни умничать нечего. Это действительно золотой фонд, это действительно одна из вершин кинопрактики и достать его сегодня можно только приложив определенные усилия, после чего ценность фильма пусть субъективно, но возрастает. (Игорь Галкин)

Даже если вам еще не довелось посмотреть «Метрополис», многие фрагменты фильма наверняка знакомы. Цитаты и аллюзии уже давно кочуют из одного фантастического блокбастера в другой. За примером далеко ходить не надо, их полно, напирмер, в «Пятом элементе», который обязан «Метрополису» дизайном футуристического мегаполиса и клонированием Лилу из остатков руки. По большому счету, «Метрополис» дал жизнь всей киношной фантастике. В том виде, какой мы ее знаем сейчас. Для начала немного цифр: в среднем один метр отснятого материала обошелся студии УФА в 6,5 тысяч марок. Сумма для того времени даже не огромная, а просто чудовищная. И это происходило в стране, которая начисто проиграла в первой Мировой и пережила революцию. Ситуация в Германии тех лет вполне подходила для создания первой в истории кино социальной утопии. Выглядит Метрополис впечатляюще даже по сегодняшним меркам. Настоящий город-сад, о котором вещал Маяковский. Задумка построить идеальное государство в одном отдельно взятом мегаполисе не одно столетие кружила головы идеалистам из среды разночинцев. Только вместо города-солнца, о котором мечтал Томмазо Кампанелла, Метрополис получился слишком похожим на концлагерь. Особый интерес вызывает тот факт, что партайгеноссе Гиммлер по образу и подобию Метрополиса хотел построить государство СС в Бургундии. А фюрер третьего рейха (не к ночи будь помянут) последовал примеру главного киношного олигарха, когда отдал приказ затопить берлинское метро вместе с гражданским населением. Дескать, настоящие арийцы не прячутся под землю от советских бомб. Так что первопредок современных фантастических блокбастеров картина знаковая и неоднозначная. Но вернемся к фильму. В не столь отдаленном будущем человеческий гений вкупе с широкими экономическими возможностями построили огромный город-государство Метрополис. Зачинщиком и спонсором проекта выступил фабрикант Фредерсен. Ему, по праву владельца всего и вся, достался для проживания небоскреб со скромным названием «Вавилонская башня». Уровнем ниже располагаются машинные цеха, которые дают городу энергию и продукты потребления. Здесь вотчина ощерившегося звериным оскалом механического Молоха - главной машины Метрополиса. Нижние ярусы, понятное дело, отведены для проживания пролетариев. Их задача - обслуживать бесчисленные червячные передачи, доливать масло и следить за температурным режимом агрегатов. А в нерабочее время распевать куплеты на тему «Мы кузницы, и дух наш - Молох». Фредер, сын главного олигарха, случайно увидел Марию - работницу из дошкольного учреждения для детей рабочих. И, натурально, случился с ним «амор» с первого взгляда. А Мария - не просто Мария, а духовный лидер угнетенного рабочего класса. В подземных катакомбах она пытается сделать из пролетариев толстовских мужичков-богоносцев. Проповеди ее довольно наивны: дескать, придет Избранный, и большой бизнес поймет свою социальную ответственность. То есть «голове» (финансовым воротилам) и «рукам» (пролетариям) нужен посредник, Избранный. Такой, как Фредер. И никаких тебе разноцветных пилюлек или пепелаца «Навуходоносор» в городской канализации. Отец Фредера с этим категорически не согласен. С помощью злого гения Ротванга, автора технологии клонирования и специалиста по биороботам, они сварганили Анти-Марию и отправили ее засланным казачком в стан рабочих. Дабы спровоцировать волнения и с чистой совестью затопить непокорные этажи Метрополиса в духе откровений Иоанна Богослова и с благословления клирикального элемента. «Метрополис», пожалуй, самый грандиозный кинопроект проект в истории «великого немого». Впечатление от него осталось неоднозначное. С непривычки гипертрофированная жестикуляция и мимические этюды актеров кажутся чересчур приторными. Но при отсутствии звука это единственно возможный способ передать всю гамму чувств и переживаний героев. Впечатлила и индустриальная эстетика фильма. Она во всем: будь то видовые пейзажи, планы города или копошащиеся в такт вокруг «Машины-сердца» мейерхольдовские человеко-механизмы. Режиссура картины безо всяких оговорок революционна. Не колеблясь ни минуты, фильм можно смело ставить в один ряд с другими знаковыми фильмами двадцатых - «Броненосцем Потемкиным» (1925) и «Андалузским псом» (1928). Количество восторгов по поводу «Метрополиса» поубавила «прокатная цензура», которая безжалостно вырезала целые эпизоды в угоду сокращению хронометража картины. От оригинальной режиссерской версии в 153 минуты ныне осталось около 120. Время тоже внесло свою лепту: данную версию «Метрополиса» восстанавливали по нескольким негативам, зачастую весьма посредственного качества. Отдельно отмечу просто чудовищно бездарный перевод титров. Так, принципиально важный эпизод с «Книгой откровений» (Апокалипсис) - превратился в «Книгу открытий». Персональное «фи» в адрес переводчиков. Но даже невзирая на явные и мнимые недостатки, «Метрополис» - это классика. После просмотра которой становится совершенно понятно, откуда черпают вдохновение современные режиссеры. Так что настоятельно рекомендую ознакомиться с главным блокбастером 20-х. Спецэффеты там - прелесть! (Дмитрий Умбрашко)

Под закат экспрессионизма, немецкого течения в кинематографе начала XX века, в 1927 году Фриц Ланг демонстрирует свою фантасмагорию, представление будущего с эмоциональными, глубоко выраженными чертами. Фильм-антиутопия «Метрополис» придал толчок мировому кинематографу и навсегда изменил его облик, тем самым, авангардист ещё раз подтвердил многогранность искусства на киноплёнке и необузданную широту мыслей, идей и новаторства. Картина Ланга - не просто утопия, а антиутопия с широко выраженными гнетущими чертами тоталитаризма. Негативная характеристика поглощения общественности мощным механизмом, невосприимчивость и отдаленность от желанной идиллии, которая растворяется в сознании простого люда с каждым часом всё больше и больше - всё это ведёт к потере реалистичного взгляда на мирное, даже чуть ирреальное в своём равенстве существование. Фантастические образы, придающие оттенок тоталитаризма, являются всего лишь фоном, сюрреалистической иллюзией, но обыденность никуда не исчезает, она всегда займёт своё устойчивое место в этой истории. Реальность кажется простой до щемящего омерзения из-под блеклого, невооружённого взгляда. Но то ли руки вращают вечный механизм, двигатель, разделяющий всех на сословия и социальные классы, то ли эти руки простыми движениями отдают приказы, а жадный взгляд без устали следит за вечной работой. Метрополис живёт, он дышит, кипит. Это город будущего, разделённый на две составные части. Одна часть этой жизни живёт и работает под землёй, другая же - властвует и не считает часы отдыха и развлечений. Как огонь и вода они отдаленны друг от друга. Одни, растворяясь в идиллии блаженства, не замечают физической устали других, и нет равноправия в вопросах быта и мирного существования. Но при быстром хаотичном, движении, одна частичка может вылететь за грань одного и невольно попасть за границы совсем иной жизни. Катастрофа, пересечение двух разумов, столкновение исторически сложившегося менталитета, революция в сознании личности - всё это ведёт к эмоциональному взрыву… Выстроенное, отточенное до омерзительного блеска, фантастическое представление города, убедительно и зловеще пугающе. Будто, ночной Нью-Йорк, зажёг все свое огни в день празднества, а широта фантазии подсказывает возвести как можно выше громадные здания далеко в небеса. Под землёй люди, будто являющиеся частью механизма, рутинно и монотонно, в такт всему движению, выполняют свою работу. Они и механизмы - будто единое целое. И среди однообразия найдётся место междоусобице, проснутся в сознании тактические ходы, и даже робот, созданный человеком, сможет стать властелином неисчислимого количества рабочих. Бросив приманку манящим танцем - и люди превращаются в животных, настоящих дикарей, движимыми инстинктами с затуманенным разумом. Машина может управлять человеком? Да, если этой машиной тоже управляет человек. Вот и получается бесконечная цепочка, которая, если и порвётся, то не потеряет ни одного составного звена. Ведь это город, в котором кипит жизнь, и пусть он и выглядит, будто во сне, на самом деле, является конструкцией любого другого города или же общества в нём. Но разве этого достаточно? Пожалуй, нет, поэтому режиссёр подкармливает зрителя своими авангардными, даже чуть несуразными кадрами, в которых отражает завуалированный, пусть и не так явно проскальзывающий контекст. Отскоки к Библии, многочисленные совпадения с историей и слабая грань между реальностью и ирреальностью нагружают «Метрополис» явными призывами обратиться к первоисточникам. Вспомнить, перечитать, и может, не повторять прежние ошибки, учиться на прошлом и глядеть только в будущее. И разве мы хотим жить в таком будущем, будущем под вывеской «Метрополис»? Режиссёр искусно смог собрать все детали, все посылы общественности. Даже с помощью немого кино ему удалось передать крик души, боль и отчаяние. Правда, удовольствие это призрачного, но до боли приближённого к реальности мира, Лангу обошлось не дёшево - и картина стала самой дорогой в эпохе немого кино. И сейчас, спустя много лет, новаторство «Метрополиса» видно невооружённым глазом, а фантастическое видение, начатое с этой картин, до сих пор не может дойти до своей конечной точки. Правда, своей чуть пафосной концовкой, режиссёр даёт прямой ответ на поставленный вопрос, и гнетущее состояние, подкапливаемое каждым новым кадром этой картины, вмиг рассеивается, и наступает умиротворение, подхватываемое лёгким ветерком. Этим ли так было необходимо донести мысль до своей кульминации? Может быть, но в любом случае, «Метрополис» навсегда останется кинематографическим шедевром, тем творением, которое дало искусству новый толчок в своём дальнейшем развитии. (Leonard)

Даже не знаю, как толком свести в единое целое скупые крупицы впечатлений. Не имея должных познаний, не буду утверждать, что это какое-то особенное знаковое кино, породившее целый культурный пласт в кинематографе. Если посмотреть на это дело трезвым отстранненым взглядом, сам фильм смотрится весьма архаично (и это еще очень мягко сказано). Точно такой же взгляд должен возникнуть, когда рассматриваешь камень, привязанный жилами доисторического животного к палке, а рядом расположились бронзовые изделия античного периода. И то и другое называется "копьем". И все-таки, подминая суровую жизненную правду, можно сказать, что как копье наших предков, так и "Метрополис" Фрица Ланга, не потеряли со временем заложенную в них "идею", и это замечательно (другое дело что носитель "идей" потрепался изрядно). Идея борьбы рабочего класса с тоталитарным режимом более хорошо освещены в литературе (Замятин, Оруэлл, Кафка), неплохо в кино: "Бразилия", "1984", "Эквелибриум", но задумчиво рассматривая дату выхода "Метрополиса", первопроходцем в освещении борьбы пролетариев с мировой несправедливостью можно считать именно Фрица Ланга. Классовая борьба накаляется темой драматической любви сына-олигарха к девушки не из высшего общества. Тут же стремительно выстреливает конфликт "отцов и детей". Папа-олигарх, первый человек в городе, против таких порочащих честь и достоинство фамилии, связей, хотя его в большей степени беспокоит не сыновьи фортели, а функциональность и прибыльность собственной империи. Весьма архетипичный сюжет. К которому можно с уверенностью отнести несомненно больного гения, создающего существа по образу и подобию любимых и утраченных людей. Кино до идеальной цельности не хватает только пафосных проникновенных диалогов, гайд-вставки белого текста на черном фоне по сути больше являются лозунгами, и хоть пафоса там тоже много, уста героев беззвучны. Чтобы не травмировать хрупкую психику зрителя гнетущей тишиной, сквозь бекграунд от начала до конца играет оркестр, умело создающий унылое настроение. И если музыка, призванная заменить звуки и речь, воображение не поражает, то визуал это делает не то, чтобы легко, но достаточно внушительно (насколько это возможно здесь и сейчас). Смена кадров панорамы города, который насыщен высотными эстакадми с рельсами, обычным дорожным полотном, по которым стремительно передвигаются от одного скай-билдинга к другому электровозы и машины, гигантские машины -- все это отголоски вечности. Слышно отчетливое звонкое эхо, отражающееся от получивших жизнь с помощью компьютерных технологий городов будущего "Minority Report", "I, Robot", "A.I." и др. Причем парадоксально, но натур модели, пускай смасштабированные, старонькие и поеденные молью, сегодня радуют глаз больше, чем нещадно всучиваемые современному зрителю лопающиеся мыльные пузыри SGI. Нельзя не упомянуть скорость передвижения персонажей а также интересную актерскую технику. Акцентируя эмоции, что выражается в необыйно подвижной мимике и артикуляции (сейчас такое кривляние размазали бы по стенкам, как дерганные и сверхбыстрые передвижения героев), гипертрофированность их должна компенсировать немой звук и интонации. Лишь предположение, что 75 лет назад такой мастерпис смотрелся весьма органично и правдоподобно. Лишь предположение. Ну смотрели же тогда люди кино (наверное, как фантастику). Потому что лично для меня эти манерные жесты и тряски, которые более подобают завсегдатаям ночных клубов, были достаточно глубоким диссонансом с почти неустаревшими ни на дюйм визуальными образами и решениями. Ничего не поделаешь. У той эпохи были свои правила и ограничения. Теперь другие. Сдирая покрывало беллетристики, могу добавить, что просмотр старых фильмов подобен музейному экспириенсу (или походу на бабушкин чердак / дедушкин гараж), когда сквозь стекло и формалин смотришь на то, чтобы было раньше (или - как это было). Что ж, мой вполне удался. (odvan)

10 января 1927 года в Берлине состоялась премьера фильма, который повлиял на последующее развитие кинематографа. 10 января 1927 года! Представляю как смотрелась эта картина в то время, если и сегодня она поражает великолепными спецэффектами, превосходным монтажом, режиссурой, работой оператора и актеров. Честно говоря, я смотрел этот фильм с переводом титров. Думаю, я бы и так все понял, ведь немое кино снято так, что и без слов все понятно. В этом и заключается его магия! И все же я посмотрел этот фильм с переводом, чтобы понять все до малейших деталей. «Метрополис» фильм с отличным сюжетом. Он захватывает зрителя с самых первых минут, точнее с секунд. С эпиграфа: «Посредником между головой и руками должно быть сердце». Именно этот эпиграф является основой всему фильму. Он же показан и в конце фильма, вокруг него проходит весь фильм. Это кино несет в себе этот эпиграф. Но сюжет этого фильма, как и он сам, многогранен. Поэтому сказать, что этот эпиграф единый смысл этого фильма, будет не совсем правильно. «Метрополис» фильм про два класса: класс рабочих и элита. «Метрополис» фильм про отношения этих двух классов. Хотя люди говорят на одном языке, они все равно не могут понять друг друга. «Метрополис» фильм про то, что связывает эти классы: сердце, душа. Голова и руки, а между ними сердце. Но помимо всего этого «Метрополис» фильм и про любовь. Он сын правителя Метрополиса живет наверху и развлекается в Вечных Садах. Она же из подземелья, проповедует рабочим о мире. Она раскрывает ему глаза и он уже голова, а сердце. Как я уже написал, этот фильм многогранен, поэтому определить жанр этого фильма не так легко. Это фантастика. Но не совсем. Это драма. И не только. «Метрополис» антиутопия. Фриц Ланг. Это имя я услышал не так давно. В тоже время я услышал и о его фильме «Метрополис». С того момента я очень хотел посмотреть это кино и вот сегодня я наконец-то его посмотрел. Даже не знаю, может то что я напишу сейчас послышится банально, но все в этом фильме превосходно. Посмотрите на сюжет - сюжет великолепен. Посмотрите на режиссуру - режиссура превосходна. Посмотрите на эффекты - они… они… даже не знаю как сказать, наверное потому что объяснить нельзя, хотя может и можно, но я не могу. Эффекты просто шикарны. Конечно современный зритель, посмотрев этот фильм, со мной наверное не согласится. Чего только мы не видели. И космические корабли, и инопланетян, и летающих людей. В общем, Вы и сами знаете. Но все это создано при помощи компьютерных эффектов. А все эти великолепные модели космических кораблей из пластмассы и картона остались в прошлом. Остались они в прошлом, но смотрятся и сейчас превосходно. Целый город. Представьте себе! Макет целого города. Сколько сил было потрачено на его создание. После каждого кадра переставлять маленькие машинки, чтобы на экране они проехали за несколько секунд. А сами модели башен. А все остальное! Помимо города, в этом фильме есть и еще эффекты. После просмотра фильма почитал в интернете как делали эффекты к этому фильму. Пересказывать прочитанное я не буду, напишу лишь, что это превосходно. Соединение актеров и миниатюрных моделей. Процесс Шюффтана. В общем, что уж тут говорить, работа Фрица Ланга выше всех похвал. Режиссура, как я уже упоминал раньше, великолепна. Стиль и атмосфера режиссера отлично подходят под отличную работу оператора. «Метрополис» снят очень умно. И не только спецэффекты доказывают это. Съемка очень сильная сторона этого фильма. А монтаж все это отлично закрепил. Например, когда показывали десятки глаз, словно несколько кадров объединились в один. Актеры тоже играли отлично. И ничего удивительного здесь нет. В то время театральная игра актеров и игра актеров кино почти не отличалась. В наше время же есть явные различия. Театральная игра актеров более драматическая, хотя, конечно же, все зависит от того какой фильм Вы смотрите. Одно дело говорить об игре актеров в какой-нибудь американской комедии, и другое дело говорить об игре актеров в авторском кино. И все же. Немое кино это совсем другое. Почти все зависит от актеров. Они должны играть так, чтобы и без титров было понятно что к чему. И они так и играют. Актеры в этом фильме исполнили свои роли, повторюсь, отлично. Играют они драматично, но не натянуто. Они отлично передают чувства и эмоции. Во время просмотра Вы переживаете о персонажах, думаете что с ними случится. А это очень важно. Когда актеры действительно актеры, а не обычные декорации. Мое знакомство с немым кино произошло давно, когда мне было лет пять-шесть. Это знакомство произошло с какого-то фильма Великого Чарли Чаплина. Потом, примерно года три назад, я посмотрел «Носферату, симфония ужаса». Помню, без интернета найти его было совсем не легко. И именно с того фильма я полюбил эти старые фильмы 20-30-х годов прошлого века. Тогда когда кино было искусством. Сейчас кино, как настоящее искусство встречается не так часто. И все же встречается. Немое кино ушло с появлением звука. Оно ушло, но не умерло. И помнить о нем тоже надо. «Метрополис» настоящее кино. Классика на все времена. Шедевр кинематографа. (Любящий кино)

comments powered by Disqus