на главную

ТОВАРИЩ ДОН КАМИЛЛО (1965)
COMPAGNO DON CAMILLO, IL

ТОВАРИЩ ДОН КАМИЛЛО (1965)
#30315

Рейтинг КП Рейтинг IMDb
  

ИНФОРМАЦИЯ О ФИЛЬМЕ

ПРИМЕЧАНИЯ
 
Жанр: Комедия
Продолжит.: 110 мин.
Производство: Италия | Франция
Режиссер: Luigi Comencini
Продюсер: Nello Meniconi
Сценарий: Giovanni Guareschi, Leonardo Benvenuti, Piero De Bernardi, Rene Barjavel
Оператор: Armando Nannuzzi
Композитор: Alessandro Cicognini
Студия: Rizzoli Film, Francoriz Production
 

В РОЛЯХ

ПАРАМЕТРЫ ВИДЕОФАЙЛА
 
Fernandel ... Don Camillo
Gino Cervi ... Giuseppe 'Peppone' Bottazzi
Leda Gloria ... Maria Bottazzi
Gianni Garko ... Nanni Scamoggia
Graziella Granata ... Nadia Petrova
Saro Urzi ... Brusco
Paul Muller ... Il pope russo
Marco Tulli ... Smilzo
Jacques Herlin ... Perletti
Silla Bettini ... Bigio
Aldo Vasco ... Un compagno
Rosemarie Lindt ... Sonia, la falsa russa
Mirko Valentin ... Sasha, il falso russo
Ettore Geri ... Yeng Ariegov
Alessandro Gottlieb ... Ivan
Margherita Sala ... La ragazza di Ivan
Tania Beryl ... Il viaggiatore
Armando Migliari ... Rappresentante democristiano
Salvatore Campochiaro ... Il notaio
Renzo Ricci ... Voce crocifisso
Riccardo Cucciolla ... Voce narrante

ПАРАМЕТРЫ частей: 1 размер: 3763 mb
носитель: HDD3
видео: 1280x718 AVC (MKV) 4403 kbps 23.976 fps
аудио: AC3 192 kbps
язык: Ru, It
субтитры: En, De
 

ОБЗОР «ТОВАРИЩ ДОН КАМИЛЛО» (1965)

ОПИСАНИЕ ПРЕМИИ ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ СЮЖЕТ РЕЦЕНЗИИ ОТЗЫВЫ

"Товарищ дон Камилло" ("Дон Камилло в России"). СССР глазами дона Камилло.

Фильм повествует о визите делегации итальянских коммунистов во главе с тов. Пеппоне в советский город на реке Дон, в которую сумел внедриться и переодевшийся в мирское платье дон.

1965 год. Итальянская коммуна Брешелло на реке По. Мэр-коммунист Джузеппе Ботацци, до сих пор, по прозвищу Пеппоне (Джино Черви), очередной раз одержал победу на выборах. «Обновив свой гардероб и словарный запас, он пытался осуществить пролетарскую революцию, вышагивая по улицам в двубортном пиджаке и фетровой шляпе, выдававшим в нем закоренелого буржуя. Дон Камилло (Фернандель) переодеться не мог, и все же он не меняя сутаны, пытался изо всех сил приспособиться к вечно изменяющимся правилам игры». Пеппоне объявляет с трибуны две новости: 1-я - «по инициативе главы Советского Союза - Хрущева, который ввел новую колхозную культуру, работникам нашего сельскохозяйственного кооператива был сделан замечательный подарок» - трактор, который так и не завелся на торжественной церемонии, и выехал из мастерской Пеппоне на 4-е сутки, и то только после благословения дона Камилло; 2-я - Брешелло и «русское село на Дону» заключают «союз»... Дон Камилло категорически против этого «союза с логовом красных гадюк», но проведенный в городе референдум показал, что граждане Брешелло, «как олухи поставили свои подписи и готовы броситься на растерзание советской республики». «На средства из казны» делегация итальянской коммунистической партии во главе с Пеппоне отправляется с дружественным визитом в СССР, для подписания договора... Но дону Камилло известны заранее плоды этой поездки: «вот уж порасскажут они нам небылицы, когда вернутся, и главное никто не сможет опровергнуть их ложь». Священник, в знак протеста, объявляет голодовку, которая у местных вызывает только сарказм. Но «линия любви» на руке Джузеппе Ботацци, предоставляет прозорливому дону Камилло возможность увидеть своими глазами «чудеса» на «великой земле» коммунистов по полной «программке»...

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ

Пятый и последний фильм о доне Камилло и Пеппоне с участием Фернанделя и Джино Черви.
По мотивам одноименной книги (Il compagno Don Camillo, 1963) Джованнино Гуарески. Основан на рассказах: «Il Kolchoz» (1950), «Come pioveva» (1951), «Vincita Sisal» (1952), «Agente segreto di Cristo» (1959), «In abito simulato» (1959), «Politica da viaggio» (1959), «Tre fili di frumento» (1959) и «Gioventu bruciata» (1960).
Последняя роль в кино (синьора Мария Ботацци) Леды Глории.
Под «союзом» между городами, скорее всего, подразумевалась популярная в середине 1960-х годов форма партнерских отношений - «города-побратимы».
В фильме оригинально обыграно отстранение от власти в 1964 году Никиты Хрущева.
После «отставки» Хрущева его имя более 20 лет было «не упоминаемым» (как и Сталина, Берии и, в большей степени, Маленкова); в «Большой советской энциклопедии» ему сопутствовала краткая характеристика: "В его деятельности имелись элементы субъективизма и волюнтаризма".
В поезде дон Камилло читал библию, на обложке которой, для конспирации было написано «Pensieri di Lenin» («Размышления Ленина»).
Пеппоне перед вылетом в США, хвастался «Manifesto del Partito Comunista» (Манифестом коммунистической партии) в обложке с надписью на латыни - «Breviarium Romanum» («Римский бревиарий» - богослужебная книга в католической церкви).
Сброшенное распятие в церкви, приспособленной под склад, - католическое.
Саундтрек: Bandiera rossa (Красное знамя; гимн итальянских коммунистов) - слова Carlo Tuzzi, музыка народная (слушать - https://youtube.com/watch?v=Jzrx2837P7c); Nel blu dipinto di blu (Volare) - музыка Доменико Модуньо, слова Доменико Модуньо и Франко Мильяччи (слушать - https://youtube.com/watch?v=t4IjJav7xbg); Tapum (Ta-Pum) (слушать - https://youtube.com/watch?v=AdZVmEBmKME); Травиата - Джузеппе Верди (слушать - https://youtube.com/watch?v=e48viAGu9TY).
Информация о саундтреке - http://soundtrackcollector.com/catalog/soundtrackdetail.php?movieid=20406.
Съемочный период: 15 апреля - 8 июля 1965 года.
Место съемок: Брешелло (Реджо-Эмилия, Эмилия-Романья); Монтерози (Витербо, Лацио).
В фильме можно увидеть церковь святого Иосифа в Монтерози (фото 2012 года) - https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/8/8d/Monterosi-Chiesa-San-Giuseppe-2012.JPG.
Подаренный Советским Союзом трактор на самом деле немного «замаскированный» «Hanomag» R 35, производимый в Ганновере (ФРГ) с 1953 по 1957 год. Фото - https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/4/45/Hanomag_R35-45A_1957.jpg.
Транспортные средства, показанные в картине - http://imcdb.org/movie.php?id=59049.
Премьера: 18 сентября 1965 (Италия); 26 октября 1965 (ФРГ); 17 декабря 1965 (Франция).
Название картины во французском прокате: «Don Camillo en Russie».
Итальянская киносага про священника дона Камилло и его «друга-неприятеля» - мэра маленького городка в Эмилии-Романье, коммуниста Пеппоне, была практически неизвестна в СССР ни широкой публике, ни даже специалистами в области кино. Неприятие этих фильмов советским официозом можно понять. Снимались они по книгам христианского демократа; мэр-коммунист Пеппоне и его однопартийные активисты представлены людьми столь же искренними, сколь и недалекими, да притом вконец запутавшимися в своем отношении к Ленину-Сталину, с одной стороны, и в своей простодушной крестьянской вере - с другой; хитроумный «поп» Камилло все время оставляет коммунистов в дураках.
Стр. фильма на сайте Allmovie - http://allmovie.com/movie/il-compagno-don-camillo-v126414.
О фильме (нем.) - http://zweitausendeins.de/filmlexikon/?wert=23277&sucheNach=titel.
Картина восстановлена в рамках проекта «Cinema Forever» Группы Медиасет (Gruppo Mediaset) при участии Экспериментального центра кинематографии Италии (Centro Sperimentale di Cinematografia).
Шестой фильм о доне Камилло - «Don Camillo e i giovani d'oggi» (Дон Камилло и современная молодежь), который начал снимать в 1970 году Кристиан-Жак, не был закончен из-за смертельной болезни Фернанделя. Инвесторы решили переснять картину с другими актерами в главных ролях. Фильм, с тем же названием (реж. Марио Камерини; в роли дона Камилло - Гастоне Москин и Лайонел Стэндер в роли Пеппоне), был, наконец, выпущен в 1972 году, но в прокате провалился.
Луиджи Коменчини / Luigi Comencini (8 июня 1916, Сало - 6 апреля 2007, Рим) - итальянский кинорежиссер. Наряду с такими режиссерами, как Дино Ризи, Этторе Скола и Марио Моничелли считается мастером в жанре комедии по-итальянски («commedia all'italiana»). Первым его успешным фильмом стал «Император Капри» (1949), в котором снялся Тото. Следующим фильмом режиссера, который считается одной из первых «commedia all'italiana», стал «Хлеб, любовь и фантазия» (1953) с Витторио де Сика и Джиной Лоллобриджидой в главных ролях . За успешной первой частью фильма последовала вторая - «Хлеб, любовь и ревность» (1954). В 1955 году выходит фильм Коменчини «Красавица-римлянка», в котором он впервые снимает Альберто Сорди. В 1960 году режиссер снова приглашает Сорди - на этот раз в картине «Все по домам». Фильм повествует о первых днях после подписания перемирия, положившего конец Второй мировой войне на территории Италии. Лента имела большой успех и, помимо национальных кинонаград, получил специальный приз на МКФ. Военную тематику режиссер развил в фильме по роману Карло Кассолы «Невеста Бубе» (1963), посвященному судьбе партизана в послевоенной Италии. В конце 1966 года выходит драма Коменчини «Непонятый». Его дочери Кристина и Франческа также стали кинорежиссерами. Стр. на сайте IMDb - http://imdb.com/name/nm0173728/. Некролог в «Guardian» - http://theguardian.com/news/2007/apr/09/guardianobituaries.italy.
Грациелла Граната / Graziella Granata (род. 16 марта 1941, Рим) - итальянская актриса. Окончила «Экспериментальный центр кинематографии». Поначалу снималась во второстепенных ролях в малобюджетных фильмах. Благодаря договору с продюсером Анджело Риццоли, в середине 1960-х актриса начала получать роли в картинах именитых режиссеров. Работала с Паскуале Феста Кампаниле, Массимо Франчиоза, Марио Камерини, Луиджи Коменчини. В 1967 году режиссер Алессандро Блазетти снял «Невесту стрелка» с Грациеллой Гранатой в главной роли, за которую актриса получила премию «Давида ди Донателло» и «Золотые Глобусы» за лучший актерский прорыв. Однако, несмотря на успехи, Грациелла снялась еще в нескольких спагетти-вестернах и в начале 1970-х полностью посвятила себя театру, оставив кино. Стр. на сайте IMDb - http://imdb.com/name/nm0334676/.
Джанни Гарко / Gianni Garko (род. 15 июля 1935, Задар) - итальянский актер. Подробнее в Википедии (англ.) - https://en.wikipedia.org/wiki/Gianni_Garko.
Саро Урци / Saro Urzi (24 февраля 1913, Катания - 1 ноября 1979, Сан-Джузеппе-Везувиано) - итальянский актер. Подробнее в Википедии (ит.) - https://it.wikipedia.org/wiki/Saro_Urz%C3%AC.
Леда Глория / Leda Gloria (30 августа 1912, Рим - 16 марта 1997, Рим) - итальянская актриса. Начала сниматься в 1928 году в немом кино. Приобрела популярность в 1930-е - начале 1940-х годов. Снималась в фильмах известных итальянских и французских режиссеров Алессандро Блазетти, Марио Камерини, Альберто Латтуада, Жюльена Дювивье, Анри Вернея, Кристиана-Жака. В послевоенные годы в основном снималась в кинокомедиях. Стр. на сайте IMDb - http://imdb.com/name/nm0323022/.
Розмари Линдт / Rosemarie Lindt (род. 1939, Дюссельдорф) - актриса и балерина. Снималась в немецком и итальянском кино с 1963 по 1982 год. В основном исполняла роли в малобюджетных авторских фильмах и лентах категории «B» (eurocrime и эротические комедии). Свободно владеет четырьмя языками: немецким, французским, итальянским и английским. Подробнее в Википедии (ит.) - https://it.wikipedia.org/wiki/Rosemarie_Lindt.

К Гуарески в Италии долгое время было неоднозначное отношение. Из-за его непримиримой антикоммунистической позиции некоторые деятели итальянской культуры воспринимали его творчество с недоверием. Несомненно, именно политические убеждения стали причиной того, что его имени не оказалось в числе итальянских авторов, чьи произведения были переведены на русский язык, - обидное недоразумение, ведь Гуарески - один из самых переводимых в мире итальянских писателей, книги которого моментально раскупались. Сегодня, когда эпоха господства идеологии осталась в прошлом, настало время более широких взглядов. Среди авторов, сопровождающих меня по жизни, Гуарески занимает главное место прежде всего благодаря одной его черте, которая для меня всегда была важнее любых политических взглядов: его человечности. Очень ярко эта черта выражена во фразе, которой Гуарески сумел описать свой опыт пребывания в нацистском концлагере во время Второй мировой войны: «Я не умру, даже если меня убьют». Эта фраза, несмотря на ироничную формулировку, близка к известному высказыванию Солженицына: «Ты радуйся, что ты в тюрьме! Здесь тебе есть время о душе подумать!». Истоки этой силы духа мы находим в отрывке из «Подпольного дневника», в котором Гуарески увековечил память об унижении и в то же время возрождении человека: «Госпожа Германия! Ты посадила меня за эту решетку и следишь, чтобы я не сбежал. Это бессмысленно, госпожа Германия! Я не сбегу, зато войти сюда может кто угодно. Входят сюда мои привязанности и мои воспоминания. И это еще что, госпожа Германия! Сюда входит Господь Бог, который учит меня всему тому, что запрещено твоими предписаниями. [...] Такова природа человека, госпожа Германия: снаружи им очень легко командовать, а внутри он другой, и командует им только Бог. Вот в чем хитрость, госпожа Германия». Такая же жизнеутверждающая сила сквозит в рассказах цикла «Малый мир»: они приносят минуты радости и веселья и поддерживают в тяжелых и грустных обстоятельствах, с которыми мы нередко сталкиваемся в наше непростое время. Эту книгу мы с огромным удовольствием можем наконец представить русскому читателю. Мы делаем это для того, чтобы каждый читатель смог напомнить как другу, так и недругу - в любом человеке, какой бы ни была его судьба, есть то, что дает надежду: «Я не умру, даже если меня убьют». (Адриано Дель Аста, Директор Итальянского Института Культуры в Москве. Вступительное слово к книге «Малый мир. Дон Камилло»)

РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ «МАЛЫЙ МИР. ДОН КАМИЛЛО». «Малый мир. Дон Камилло» - первый сборник сатирических рассказов Джованнино Гуарески (1908-1968) о противостоянии католического священника Дона Камилло и мэра-коммуниста Пеппоне в одном маленьком городке на Падуанской равнине, на берегу реки По; он отражает, как следует из предисловия автора, «историю одного года итальянской политической жизни, с декабря 1946 года по декабрь 1947 года». Знаменитый итальянский писатель, журналист, юморист, гуманист и борец с коммунизмом, многократно экранизированный, переведенный на сотню языков (включая, как говорится в предисловии, эскимосский, вьетнамский, хинди и африкаанс), по-русски, как водится, книжкой вышел впервые. Учитывая объем написанного Гуарески, эта книжка, можно сказать, - маленький шаг для его переводчицы Ольги Гуревич, но большой шаг для русского перевода в целом. О состоянии художественного перевода недавно высказался Александр Ливергант: «Да и мы, почтовые лошади просвещения, когда в детстве читали Майн Рида, или Жюля Верна, Стивенсона, или Дюма, смотрели разве, кто переводчик? Всем - и читателям, и зрителям - куда интереснее, что написано, а не как. Сравните тиражи "что" с тиражами "как" - и почувствуйте разницу. Что из этого следует? Что читателю совершенно все равно, как мы переводим». Горечь автора можно понять, но согласиться не могу. Позволю себе лирическое отступление. В университетские годы я очень любила романы Пелема Г. Вудхауза: впервые мы узнали его благодаря великой переводчице Наталье Трауберг, но во время издательского бума переводил уже кто угодно и как попало - кто лучше, кто хуже, во всяком случае, мне, действительно, уже не приходило в голову поинтересоваться именем переводчика в выходных данных. Оказалось, что в этом нет нужды. Однажды в метро я открыла не помню уже какой роман и прочитала фразу, которую помню до сих пор: «Много поколений подряд из Бландингского замка выходили воины и правители, но ни один из них не получил премии за тыкву. За розы - бывало. За тюльпаны - допустим. За ранние сорта лука - естественно! Но не за тыквы. Можно ли это выдержать?». Трудно объяснить, что в ней такого, но я в этом месте улыбнулась счастливо и сказала вслух: «Здравствуйте, Наталья Леонидовна!». Ошибиться было нельзя. Этот эпизод вспомнился мне за чтением первого же рассказа «Малого мира», когда я почувствовала на своем лице ту же улыбку (на таком пассаже: «Мой отец был отличным механиком. Если он брал в руки разводной ключ, то весь городок разбегался в ужасе. Но даже мой отец, завидев у меня в руке камень, давал полный назад и ждал, когда я засну, чтобы меня выпороть. А ведь он был мне отец. Что уж там дурак какой-то») - она не оставляла меня до конца чтения. Это очень хороший русский текст, что особенно важно для комической литературы: смысл сказанного можно еще передать коряво, но комизм встроен в ткань языка на клеточном уровне. И спустя более полувека после создания этот сборник рассказов пришелся очень ко времени. У Гуарески религия противостоит политике, католики - коммунистам. В определенном смысле это похоже на нашу нынешнюю ситуацию, только у нас все наоборот: либеральные убеждения мы отождествляем с общечеловеческой добродетелью вообще, а Церковь политизировалась и в публичном пространстве каким-то странным образом превратилась в оплот режима. Плакат Гуарески «В тайне кабинки для голосования Бог тебя видит, а Сталин - нет», созданный им для антикоммунистической кампании к выборам 1948 года, и сегодня - в контексте, скажем, «антисиротского закона» - звучит очень актуально. Ирония в том, что у католика Гуарески либералы могут поучиться толерантности, причем сделать это со счастливой улыбкой на лице. Вудхауз приходит в голову не случайно: малый мир, создаваемый Гуарески, - это тоже мир до грехопадения, мир, где Каин еще не совершил братоубийства, - притом что создан он в стране, которую многие годы раздирала братоубийственная война. Политические антагонисты священник Дон Камилло и мэр-коммунист Пеппоне - почти персонажи кукольного театра, молотящие друг друга пудовыми кулаками, - и воюют, и любят друг друга не менее умилительно, чем Дживс и Вустер. А самый комический персонаж - Иисус Христос, который комментирует все происходящее с распятия в церкви. Вот, скажем, Дон Камилло, потешаясь над безграмотным слогом секретаря партячейки, пишет красным карандашом на стенгазете: «Пеппоне - осел!». Иисус отчитывает его: «Меня не интересуют политические задачи! А с точки зрения христианской любви, дать людям повод смеяться над человеком только потому, что он окончил всего три класса, - это свинство». Тут так и вспоминается злополучная Света из Иваново, но, в отличие от нее, Пеппоне - достойный противник и знает свои слабые места: явившись как будто на исповедь и заручившись готовностью дона Камилло не смолчать и указать кающемуся, если тот «наделал ошибок», Пеппоне подсовывает очередную прокламацию ему на редактуру: «Сограждане, покамест мы тут приветствуем победу левых сил... Дон Камилло жестом прервал чтение и опустился на колени перед алтарем. [...] - Господи, но Ты отдаешь Себе отчет, что заставляешь меня работать на Агитпроп? - Ты работаешь на орфографию и грамматику, а в них нет ничего бесовского или сектантского». Беззлобная комическая литература вообще у нас редкость с тех самых пор, как доведенный большевиками Аркадий Аверченко сменил юморески на дюжину ножей в спину революции - и по этой же причине в душе русского читателя существует лакуна, которую постфактум неожиданно и целительно восполняет дон Камилло: не осудив толком коммунизм и не оплакав его жертв, мы не имели случая и посмеяться над ним, а это важно в терапевтическом смысле. Гуарески до последнего времени был знаменит во всем мире, кроме России, но думаю, редкий читатель испытывает такое, как русский, чувство радостного освобождения, скажем, на эпизоде, где коммунисты решили устроить обструкцию приезжему епископу, а дон Камилло вознамерился им помешать: «Дон Камилло, бледный как смерть, забежал на минутку в церковь, но тут же устремился к выходу. - Дон Камилло, - позвал его Христос, - куда это ты так спешишь? - Надо встретить епископа на большой дороге, - объяснил дон Камилло, - а это не близко. К тому же вдоль дороги толпится куча народа в красных платках. Если епископ меня не увидит, он подумает, что заехал в Сталинград. - А что, эти, в красных платках, иностранцы или придерживаются иной религии? - Да нет, это все те же негодяи, которых Ты время от времени лицезреешь здесь, в церкви. - В таком случае, дон Камилло, пойди и положи в шкаф то, что ты привязал себе под рясу. Дон Камилло вытащил из-под рясы автомат и отнес его в ризницу [...] - Иди отсюда, реакционер, - с усмешкой сказал Христос, - пока ты тут болтаешь, твой беззащитный старенький епископ - один в пучине красных дьяволят». Особенного внимания в идиллическом мире Гуарески заслуживает то обстоятельство, что писатель сознательно создавал его после Второй мировой войны, проведя более двух лет в немецком концлагере, не говоря уже обо всех последовавших за тем «Bella, ciao!». Берег реки По начинен минами, война там все время за кадром, и не всегда это так же смешно, как не совсем приличные духовному сану «сувениры» дона Камилло, который хранит в приходском доме целый арсенал (включая гранатомет 81-го калибра). Иногда ее незажившие шрамы становятся причиной новых трагедий, Гуарески бывает исключительно серьезен - важно, что оптика его при этом не меняется. И я думаю, что этот опыт незыблемого малого мира Дона Камилло сейчас очень кстати, потому что наш мир в последнее время стал слишком велик. Сперва было радостное открытие на Болотной площади - как нас много! И на каждом белая лента! Позже оказалось, что из общего протеста не следует более по умолчанию ничего общего; что и протест все эти белые ленточки мыслят по-разному, и сами по себе оказываются скверными людьми с немного меньшей вероятностью, чем это в принципе свойственно человеческому роду. В этом нет ничего страшного - чтобы вместе отстаивать свои гражданские права, детей друг у друга крестить не обязательно. Но иллюзия восстановления утраченной общности оказалась слишком сладкой. Да и бесспорные успехи не в политической, а в общественной сфере воодушевляют: вдруг увидев, что можно что-то делать сообща, люди, действительно, многое сделали и продолжают делать - благотворительность, волонтерское движение и прочее. После этого мысль о том, что, действуя после долгого перерыва коллективно, с отвычки стоит быть очень осторожными, кажется расхолаживающей. Но коллективизм, строящийся заново на фундаменте общей вражды, рискует обернуться «Повелителем мух». По поводу того же «антисиротского закона» газета «Московский комсомолец» предложила такой, к счастью, утопический, но тем не менее поразительный симметричный ответ: «Мы опубликуем список депутатов, проголосовавших за запрет усыновления. Потом, пользуясь международной журналистской солидарностью, мы сделаем все, чтобы женам, детям, внукам, племянникам этих депутатов было запрещено лечиться и учиться в США». Авторам, поддавшимся праведному гневу (как и людям, которые одобрительно делились в соцсетях предложением в свою очередь брать в заложники детей), явно не пришло в голову, что в данном случае симметрия - не добродетель. Сразу разыгрывается воображение в смысле симметричного ответа, например, на геноцид - да кстати, мы же такое видели сплошь и рядом, и ровно об этом пишет Гуарески. Эпоха тоталитаризма, коллективизации и прочих явлений с выразительными корнями в названиях разбила маленькие человеческие общности и поместила человека в слишком большой мир, в настолько абсурдные и чудовищные обстоятельства, что с ними невозможно себя соотнести, чтобы определить свою личную стратегию. И на множестве исторических примеров выходит, что парадоксальным образом единственная успешная стратегия, позволяющая сохранить себя, не поддаться стадному чувству и не стать винтиком в чужой машине, состоит в том, чтобы вести себя так, будто твой малый мир незыблем, а все катаклизмы мира большого - преходящий морок: «Ты нам не государь, ты, дядюшка, вор и самозванец!» - поучительный пример пушкинского Ивана Игнатьича заключается даже не в стойкости перед виселицей Пугачева, а в том, что и перед виселицей он назвал вора и самозванца дядюшкой. «Вы у меня уже второй автомат крадете, отче! - мрачно заметил Пеппоне». (Варвара Бабицкая, «Радио Свобода»)

comments powered by Disqus